Читаем Дракон, которого я не выбирала онлайн бесплатно

Глава 1 Предательство

Мужская любовь — насмешка! Она держится ровно до первого удобного случая. До первой юбки, первой возможности, первого соблазна, который поласковее, помоложе или просто оказался под рукой.

Я сидела напротив мужа, слушая его рассуждения о нашем браке. Тридцать лет! Нешуточный срок. Казалось бы, за это время можно стать по-настоящему родными людьми, а мы, наоборот, превратились в абсолютно чужих.

— Авриль, ты должна сама понимать, — Келиб на миг умолк, подыскивая слова, — так не может продолжаться. Мне нужен наследник, в конце концов! А ты…

Он снова молчит, и я не выдерживаю:

— Какая? Раньше я тебя устраивала, а теперь?

— А теперь ты старая, — выпаливает он неожиданно зло. — К тому же бесплодная. А Сандра носит моего ребенка, и я не хочу, чтобы из-за твоего упрямства он родился бастардом.

Вот он все и сказал. Горькая, болезненная правда о нашей совместной жизни уместилась в пару предложений. И ведь ударил по самому больному! По детям…

Шесть раз я могла стать матерью. И не стала. Я помнила каждую беременность. Как боялась лишний раз вздохнуть глубже или сделать резкое движение. Как разговаривала с еще не родившимися детьми. Я успевала придумать им имена. Представить, на кого они будут похожи. И каждый раз прощалась, даже не успев сказать «здравствуй».

После очередной потери во мне что-то умирало. А Келиб так спокойно говорит о наших нерожденных детях, словно ему плевать на них. И на меня тоже.

Старая. Бесплодная.

Я медленно вдохнула. Сердце болело так, будто его сжали в кулаке. Не от ревности. Не от предательства даже. От того, что мою самую глубокую рану муж только что использовал как аргумент против меня же.

А ведь когда-то я верила в наш брак. Любила и доверяла. Смеялась над историями о том, как мужчины меняются, как быстро забывают клятвы, как легко перечеркивают годы ради плотских утех.

Но Келиб доказал, что я ошибалась. Он точно такой же. Может, даже хуже, потому что никогда особо не скрывался от меня. Пятнадцать лет назад я впервые узнала о его измене. Случайно застукала с другой в нашем гостевом доме. Как потом выяснилось, он давно сделал его местом тайных встреч с любовницами.

Как же легко он предавал. Как буднично. Словно все, что было между нами — пустяк. А потом так же легко вымаливал прощение. Клялся, что подобное не повторится. И врал. Опять.

Быстротечнее любви мужчин только их верность. Стоит отвернуться — и все, улетела. Сгорела. Сгнила.

— А мне что предлагаешь делать? — спросила я.

Идти мне некуда. Родители умерли, братьев и сестер нет. Детей, которые могли бы обо мне позаботиться, я не родила. Чародейским даром Творец меня не наделил. Все свое наследство я передала в руки мужа, как и положено любящей жене. У меня за душой ни монеты. Если он выставит меня за дверь, останется только побираться.

— Не волнуйся, я о тебе позабочусь, — великодушно сообщил Келиб. — Я уже выделил тебе поместье в северных землях.

— Ты про ту халупу, что намеревался снести в прошлом году? — хмыкнула я.

Вот уж забота так забота — выставить меня в пустой, холодный дом на севере страны, где я непременно подхвачу пневмонию и скончаюсь в ближайший год.

— Как видишь, хорошо, что не снесли. Пригодился, — улыбается Келиб.

Нет, он издевается! Знает же, что у меня слабые легкие. Он не просто хочет расторгнуть брак, он жаждет избавиться от меня. Убить! Но так, чтобы не марать руки. За него все сделает зима.

Увы, все мои возражения смело решительностью Келиба. В своих мечтах он уже был женат на молодой, красивой любовнице, которая наконец рожает ему долгожданного наследника. А старая жена… что ж, она выброшена за порог и забыта. Как говорится, с глаз долой из сердца вон.

Трех дней не прошло, как я уже тряслась в экипаже в сторону северных границ империи. В руках сжимала свиток о расторжении брака. Это все, что у меня осталось от тридцати лет совместной жизни. Только клочок бумаги, подтверждающий мою никчемность.

Самым неприятным было осознавать, какую пустую жизнь я прожила. На что я потратила молодость? На мужчину, которому на меня плевать? От этого особенно горько. Жаль, второго шанса у меня не будет.

Долгая дорога вымотала. Все же возраст берет свое. Я уже не девочка и такие путешествия переношу все хуже. В итоге к поместью, как его любезно именовал мой бывший муж, добралась полностью разбитой.

Из слуг со мной остались лишь горничная и кучер. Оба помогали как могли. Кучер поспешил развести огонь в камине, чтобы хоть немного согреть дом. А горничная разбирала вещи.

Я же вышла изучить окрестности. Сама не знаю зачем, смотреть здесь было особо не на что. Только снег и горы. Бесконечные белые просторы. Но меня будто тянуло куда-то. А еще хотелось размять ноги после нескольких суток пути. И я пошла.

Тропинка вела вверх. Мне бы удивиться — кто ее тут проложил? Судя по нетронутым сугробам вокруг, здесь давно не ступал человек. Но я все равно упорно шла вперед. Словно там меня ждало что-то важное и очень мне нужное.

В какой-то момент горы расступились, и передо мной выросла… нет, не гора. По крайней мере, не из камня. А ледяная скульптура дракона.

Он был выточен из самого сердца вечных льдов. Крылья, расправленные в полете, уходили в небо, теряясь в низких облаках. Каждая чешуйка отражала свет, переливаясь холодным сиянием — голубым, серебряным, почти прозрачным. Казалось, внутри льда медленно дышит мороз, живой и разумный.

Морда дракона застыла в выражении грозного спокойствия. Не ярость и не сон. Ожидание. Глубокие глазницы темнели, словно даже сквозь лед он продолжал видеть, оценивать, судить. От одного этого взгляда по спине пробежал холод, и я невольно замерла, боясь сделать лишний шаг.

Вот это у меня сосед! Я поежилась. В последнее время в городе только и говорили, что о возродившихся драконах. И, конечно, ходила легенда о том, что они исполняют желания. Надо лишь прикоснуться к статуе и загадать. Что-то там было еще про проклятие, но я особо не прислушивалась. Тогда драконы меня не интересовали. А теперь…

Я вдруг направилась прямиком к статуе.

— Значит, ты исполняешь желания. И все тебе по силам, — говоря, я будто бросала ему вызов.

Налетевший порыв ветра едва не сбил меня с ног. Стало неуютно. Снежный склон, ледяные глаза пристально смотрят, будто действительно что-то видят.

Но статуя так и манила. И желание. О, оно у меня есть! Пожалуй, именно в этот миг я впервые осознала его так четко, что аж в груди заныло.

Ноги сами сделали порывистый шаг вперед, а рука легла на лед. Пусть это только легенда, пусть мое желание никогда не сбудется, но я должна его произнести вслух, иначе оно разорвет меня изнутри.

— Хочу второй шанс! — выпалила я на одном выдохе.

А в следующий миг ощутила движение под пальцами. Ледяная статуя шевельнулась!

Глава 2 Ледяной дракон

Земля дрогнула. Резкий порыв ветра ударил в грудь, и я едва устояла на ногах. А следом раздался странный скрежет. Сначала я подумала, что это просто гул в ушах — от ветра или собственного сердцебиения. Но звук нарастал. Глубокий, тяжелый, будто сама гора заворочалась.

Воздух уплотнился и завибрировал. Наверху что-то хрустнуло — резко, громко, как ломается гигантская кость. Запрокинув голову, я посмотрела на вершину горы и обомлела.

— Лавина! — страшное слово само сорвалось с губ, а следом за ним слетел нервный смешок.

Какая ирония! И дня не прошло на новом месте. Похоже, Келиб избавится от меня раньше, чем рассчитывал. Ну, почему ему так везет?

Снежная шапка уже скатилась с вершины и стремительно неслась прямо на меня. Бежать было поздно. Даже будь я моложе и крепче, все равно бы не успела. Нереально обогнать стихию. Я лишь могла попытаться спрятаться и надеяться, что мне повезет.

С этой мыслью я прильнула к ледяной статуе. Даст Творец, эта махина остановит снежный поток, и он просто обогнет меня. Конечно, потом надо будет еще как-то спуститься со склона, но это уже вторая задача.

Лавина летела вниз, сметая все. Гору трясло, гул стоял такой, что уши закладывало. Будто рычал дикий зверь. Снег не падал, он катился, набирая скорость, утрамбованный своей тяжестью.

Снежная пыль добралась до меня первой. Обогнув статую, она обожгла кожу ледяным прикосновением. Мир сузился до собственного дыхания, дрожи земли под подошвами и странного ощущения тепла. Я далеко не сразу поняла, откуда оно идет. Кроме меня здесь никого нет. Разве что… статуя?

Ледяной монолит источал тепло, а еще как будто дышал. Потом я вовсе ощутила спиной движение, но приписала его лавине. Она как раз добралась до статуи и была так близко, что казалась живой — дышащей и ревущей.

Тень перечеркнула небо. Сначала я решила, что это лавина, но, взглянув наверх, увидела крыло. Оно накрыло меня, создавая безопасную нишу, куда снегу не добраться.

Гул стал оглушающим. Все вокруг затянуло снегом. Мир исчез за белой стеной, а через минуту все стихло. Лавина отправилась дальше по склону. И только дрожь земли напоминала, что смерть прошла рядом — на расстоянии вытянутой руки.

Я так и стояла в тесноте — прижавшись спиной к статуе. Не чувствуя тела, не веря, что жива. Вокруг был только снег. Меня накрыло им с головой. Я оказалась в ловушке. Заперта в ледяной могиле!

Надо как-то выбираться отсюда. Пробиться наружу, пока не закончился воздух. Но, прежде чем я успела об этом всерьез подумать, случилось невероятное. Статуя зашевелилась! И на этот раз это не было игрой моего воображения. Крыло отодвинулось, а следом за ним и весь дракон отряхнулся от снега.

От неожиданности я дернулась в сторону. Нога запнулась о снег, я упала и едва не скатилась по склону вниз, как лавина пару минут назад. Остановило меня все то же крыло. Просто встало на моем пути.

— Посмотрим, кто мне достался, — донеслось сверху.

Я не хотела об этом думать, но кроме меня и статуи дракона на склоне никого не было. А значит, говорит она. Или он? Да неважно, главное — оно живое!

С ужасом взглянув наверх, я увидела живого дракона. Он был не из плоти и крови, а как будто все из того же льда. И даже просвечивал на солнце. Но от этого не казался менее грозным.

Склонив голову на бок, дракон изучил меня и вынес вердикт:

— Не лучший экземпляр. Но выбирать не приходится. Сгодишься, — вздохнул он, а после заявил: — Я выполнил твое желание. Теперь твой черед.

— Д-для чего? — от пережитого шока я начала заикаться.

— Для оплаты. Ты же не думала, что драконы используют магию даром? Мы не благотворители, — хмыкнул он. — Я уж точно.

— Говоришь так, будто покупаешь меня, — я нашла в себе силы встать и отряхнуться от снега.

— Скорее, это ты купила желание, — поправил дракон. — Считай это сделкой.

— Но мне нечем платить, — я развела руками, показывая, что у меня ничего нет.

Это, между прочим, чистая правда. Муж оставил меня ни с чем. Едва ли дракон позарится на хижину, в которой я теперь живу.

Но ответ ящера напугал похлеще лавины:

— Ты отдашь мне себя, — заявил он. — Не переживай, я не возьму лишнего.

От его кровожадной ухмылки я чуть не лишилась сознания. Сначала вообще показалось, что он планирует меня съесть. Может, не всю, обещал же не брать лишнего, а только часть — руку или ногу. А что, за годы пребывание во льду он наверняка здорово проголодался.

— Я… я не вкусная, — пробормотала я и попятилась.

Дракон глянул на меня и неожиданно согласился:

— Действительно. К тому же я не ем людей, — сообщил он. — Ты отдашь мне себя иначе. Ночью.

Последнее слово упало между нами ледяной глыбой, оно прозвучало слишком многозначительно. Вот тут до меня дошло,что дракон хочет в уплату за желание. Несмотря на мороз, мне стало мучительно жарко.

У меня был всего один мужчина — Келиб. И, если честно, я была уверена, что бывшим мужем эта сторона моей жизни и ограничится. Не собираюсь я заводить интрижку. Тем более, с едва знакомым драконом. Уж лучше бы он меня съел!

— Что, если я откажусь от желания? — с надеждой уточнила я.

— Поздно. Сделка уже состоялась.

— Но я не продаюсь!

— А я и не торгуюсь, — оскалился ящер, и я окончательно осознала, что шутки закончились.

Зря я плохо слушала рассказы о драконах! Может, тогда бы знала, какой ценой даются вторые шансы.

Я всегда пренебрежительно относилась к слухам и не прислушивалась к ним. И вот теперь горько пожалела — в тот самый момент, когда ледяной дракон, наплевав на мои возражения, схватил меня и вознес над горами.

Живой дракон! Сцапал меня и понес куда-то. Ледяные крылья со свистом разрезали воздух. По всем правилам логики эта махина изо льда и снега никак не могла оторваться от земли. Но дракон плевать хотел на правила. Он летел. И я вместе с ним.

Земля осталась далеко внизу. Я успела рассмотреть горы в снежных шапках и хижину, которая должна стать мне домом. На этом все. От ветра выступили слезы, а холод превратил их в иней. Ресницы слиплись, и после очередного моргания я не смогла открыть глаза.

Летели мы минут двадцать, не меньше. Было время подумать. Как отнесутся слуги к тому, что я не вернусь? Наверняка решат, что меня погребло под лавиной. Келиб без сомнений обрадуется. Избавился от обузы раньше, чем планировал.

Но куда важнее другой вопрос — что дракону от меня нужно? Он намекнул на ночи. Неужели так истосковался по женскому теплу за столетия, что провел в камне? Тогда выбрал бы кого-то помоложе. Я уже давно не так хороша, как была когда-то. Седина перекрасила темные волосы в серебро. Морщины испортили некогда красивое лицо. Собственный муж назвал меня старой и никчемной!

Дракон либо слепец, либо извращенец. Либо у него нет выбора… Увы, я так и не постигла его замысел. Все же я раньше с живыми драконами не встречалась. Мало ли что у них на уме.

Наконец, изматывающий полет закончился. К тому моменту, как дракон опустил меня на что-то твердое, у меня все тело одеревенело от холода. Я едва не превратилась в кусок льда.

Оттаивание шло медленно. Первым делом я поднесла руки к лицу и подышала на них, чтобы хоть немного согреть. Когда пальцы снова начали сгибаться и разгибаться, убрала иней с ресниц и приоткрыла глаза. От увиденного те сами распахнулись на полную.

Я находилась в гостиной. По крайней мере, помещение на нее походило. Предметы мебели были мне известны — кресла, стол, диван, комод. Вот только все это было изо льда. Даже пол и стены с потолком. Причем это были не какие-то грубые куски льда, а настоящие произведения искусства.

Стены украшала тонкая резьба: переплетаясь, они напоминали морозные узоры на стекле, только куда сложнее и изящнее. А в глубине мерцали прожилки холодного света, будто внутри были заключены светлячки. Свет рассеивался по комнате, заменяя свечи.

Пол и потолок были гладкими и прозрачными. Под ними угадывались слои льда, словно этажи замерзшего мира. Мягкую мебель укутывал иней, похожий на тонкое кружево. А стол с идеально гладкой поверхностью отражал все, как зеркало.

Комод у стены поражал больше всего: его ящики украшали рельефы — сцены полета драконов над горами. Казалось, если присмотреться внимательнее, лед дрогнет, и крылья на резьбе взмахнут.