Читаем Хотелось как лучше онлайн бесплатно

— В богатстве и в бедности, в горе и в радости… — Голос почтенного кюре звучал монотонно, усыпляюще, что, в общем, было совсем неудивительно, если вспомнить о десятках подобных церемоний, проводимых им каждую неделю. Цивилизация, эмансипация, инфляция и все прочие «-ция» до сих пор беззастенчиво игнорируются многочисленными поколениями влюбленных идиотов (и идиоток), коим по-прежнему подавай торжественную и завораживающую церемонию венчания.

Я, правда, находила сие действо до неприличия скучным и еле сдерживалась, чтобы не зевнуть. Не желая оскандалиться подобным образом, пришлось сконцентрироваться на материале последних лекций.

«Луч бластера обладает большой степенью рассеивания, соответственно стрельба из него не требует особой меткости…»

— Брак это не только вечный праздник, но и каждодневный труд…

«В связи с чем этот вид оружия является достаточно опасным даже в руках неопытного пользователя».

— Я верю, что вы на всю жизнь сохраните те любовь и уважение, которые сегодня привели вас сюда…

«Лазерная винтовка, снабженная оптическим прицелом, наоборот, будет эффективной только в руках мастера».

— Берешь ли ты, раба Божия Марсела, в мужья раба Божьего Марка?

Усилием воли я прекратила раздумья об арсенале каждого уважающего себя контрразведчика и, подняв глаза, успела узреть, как пунцовая Марси, сияя, пролепетала:

— Да.

— Берешь ли ты, раб Божий Марк, в жены рабу Божию Марселу?

Не без самодовольства Марк вскинул голову и, крепче сжав локоток будущей супруги, произнес:

— Разумеется.

— В знак вашего союза обменяйтесь кольцами.

Урс, стоявший рядом с женихом, извлек из недр своего одеяния коробочку с двумя кольцами, и счастливые новобрачные ловко справились с поставленной кюре задачей. (Еще бы, после целого вечера тренировок, предваренного многочасовым шлянием по магазинам в поисках подходящих символических оков семейного счастья… У меня в подаренном таки дедушкой флаере даже топливо закончилось.)

— Объявляю вас мужем и женой. Поздравьте друг друга.

Тут вместо положенного традиционного поцелуя новоиспеченный супруг подхватил свою дражайшую половину и с победным криком:

— Я люблю тебя! — закружился по церкви.

Испуганные гости спешили убраться с пути маленького тайфунчика пламенной страсти. Наконец пыл иссяк, Марк поставил мою сестренку на каменный пол и крепко поцеловал.

Все присутствующие разразились дружными аплодисментами и гурьбой ринулись поздравлять влюбленную парочку, напрочь оттеснив от них несчастных свидетелей, то есть нас с Урсом. Воспользовавшись этим, я ехидно на него взглянула:

— Ну как, глядя на столь поучительное зрелище, у тебя не возникло желания тоже обзавестись своей половинкой?

Лучший друг кинул в мою сторону хмурый взгляд исподлобья и вдруг изрек самым серьезным тоном:

— Нэтта, выходи за меня замуж.

Ощущение создалось, будто мне двинули кулаком в солнечное сплетение. Пока я хватала ртом воздух, силясь вымолвить: «Надеюсь, ты пошутил», Урс усмехнулся:

— Не беспокойся, я пошутил. Тебе ли не знать мое отношение к прелестям семейной жизни. Особенно с тобой в роли жены.

— Ох. — Я облегченно выдохнула и дернула его за рукав. — Пойдем на улицу, остряк, проверим свадебный экипаж.

— Давай, — согласился бывший напарник, и мы принялись прокладывать себе дорогу к выходу сквозь впечатляющего размера толпу родственников и знакомых.

Выбравшись на свежий воздух, я с облегчением вздохнула и направилась к вышеупомянутому экипажу, представлявшему собой средневековую карету с впряженной в нее парой белоснежных лошадей. Где отец Марка раздобыл этот раритет и уж тем более сколько сие удовольствие стоило, для всех осталось тайной.

Едва мы убедились, что лошади с кучером находятся в полной боевой готовности, как из дверей церкви показался Марк с молодой женой на руках. При виде упряжки их глаза изумленно расширились, а Марси еле удержалась, чтобы не захлопать в ладоши, по-видимому, лишь в последний момент вспомнив, что она с этого момента степенная замужняя дама девятнадцати лет от роду.

Под восторженные ахи-охи мы погрузились в карету, и лошадки потрусили в мэрию — новобрачным полагалось зафиксировать союз не только перед Богом, но и получить соответствующий документ из рук представителя властей предержащих родного Рэнда. Гости, отправившиеся туда по старинке, на флаерах, были обречены на унылое ожидание виновников торжества, но со временем и наше средство передвижения достигло цели, после чего вся процессия двинулась в здание. После довольно занудного, но все же весьма впечатляющего обряда венчания зрелище скрепления брачного договора отпечатками пальцев и рисунком сетчатки глаза вызывало стойкое желание никогда не соглашаться на чье-либо предложение руки, сердца и счета в банке. Но вот пытка закончилась, служащий поздравил новобрачных, и, вновь разместившись в карете, мы направились в самый роскошный ресторан столицы Рэнда, где был сервирован свадебный банкет.

Выйдя из кареты у дверей ресторана, Марси решила, что наступило самое время для традиционного броска букетом, и всех несчастных незамужних девиц выстроили ровным полукругом перед широкими ступенями, ведущими ко входу. Я до последнего момента успешно пряталась за широкой спиной Урса и уж было поверила, будто публичной экзекуции архаичной глупостью удастся избежать, но зоркий сестричкин глаз уловил всполох рыжих волос, и меня немедленно водворили в самый центр полукруга. Смирившись с неизбежностью, я твердо решила не принимать участия в мероприятии и, закрыв глаза, задумалась о птичках. Вдруг что-то шлепнуло меня по носу. Рефлексы свое дело знали, и предмет разбойного нападения мгновенно оказался в руках. Разлепив веки, я с негодованием уставилась на злосчастный букет. Раздались аплодисменты.

— Значит, ты следующая, — радостно прощебетала Марси, целуя меня в щеку. — Сохрани мой букетик, хорошо?

— Ладно, — пробурчала я, машинально подыскивая взглядом ближайшую урну. — Оставлю себе этот ценный веник.

Часов через шесть, весьма нетрезвые в результате непрестанных возлияний и охрипшие от непрерывных криков «горько», самые близкие друзья и родственники во главе с новобрачными отправились в космопорт. С местом первой (хм) брачной ночи Марси с Марком решили не оригинальничать и провести ее там же, где и большая часть молодоженов с соответствующим достатком, то есть в каюте класса «люкс» лайнера, отправляющегося на Аркадию.

Почему их всех туда так тянуло, лично я не могла понять никогда. На мой взгляд, причина могла быть только одна: банальное стремление на все вопросы окружающих относительно медового месяца эдак небрежно отвечать: «Ах да, мы провели его на Аркадии, все было просто потрясающе!» Естественно, наслушавшись подобных отзывов, следующая парочка вновь выбирала для свадебного путешествия этот так называемый курорт. Тьфу… Представьте себе, летела в космосе планета, никому не мешала, жила себе тихо-мирно, климат — жара тропическая, в качестве поверхности — соленая вода с вкраплениями скалистых островков. Скукотища, одним словом. Но однажды собрались несколько предприимчивых дельцов, насыпали континент в форме слегка кривоватой буквы «X», небрежно брошенной посреди океана, пальм понасажали, казино с отелями понастроили, и вот, извольте, — лучший курорт в обитаемой Галактике. Самое удивительное, что миллиарды людей, населяющих эту самую Галактику, поверили нелепой рекламной шумихе и теперь рвутся на Аркадию, дабы истратить там раз в десять больше денег, нежели на лучших земных курортах. В голове не укладывается…

Марси с Марком моего недоумения по поводу привлекательности Аркадии не разделяли, счастливые и веселые погрузились в катер, помахали нам и отбыли наслаждаться семейным счастьем. Группа же провожающих с чувством выполненного долга вернулась в ресторан, где вовсю продолжалось бурное веселье, отнюдь не пошедшее на убыль с исчезновением необходимости кричать «горько».

В итоге домой меня практически принесли уже под утро, и зазвонивший часа через четыре будильник был немедленно возведен в ранг врага народа номер один. В качестве народа выступала я, леди Антуанетта д'Эсте, можно просто Нэтта, выпускница Таможенной академии Республики Рэнд, а ныне стажер, уже три месяца прилежно постигающий основы работы Службы Безопасности.

Наконец мой ищущий взгляд обнаружил на прикроватной тумбочке бутылку минералки и горстку таблеток. В сотый раз вознеся хвалу дедушке, я отправила все это себе в желудок, затем, собравшись с силами, спустила ноги на пол… и тут же с визгом вскочила обратно на кровать.

— Тошенька, тебе не больно? — Наклонившись, я взяла на руки ручного питона, которого чуть не растоптала, и нежно его погладила. — Ты мой любимый шланг. Хороший Тоша.

Эту очаровательную змейку мне подарила известная на всю Галактику оперная певица Гвен Ци. А произошло это так.

Около четырех месяцев назад, во время выпускных учений в Таможенной академии, я случайно оказалась на космической яхте, принадлежавшей певице, в результате чего была втянута в нехилую заварушку межпланетного масштаба, в процессе которой меня чуть не выдали замуж за пиратского капитана Этьена Парда, чей крейсер захватил в плен яхту Гвен. Еще я умудрилась спасти жизнь адмиралу пиратов, герцогу Реналдо Венелоа, одному из одиннадцати инопланетян — керторианцев, живущих в нашей части Галактики, и познакомилась с майором Джеком Уилкинсом, правой рукой герцога. Майор являлся одним из главных действующих лиц в двух последних войнах между Империей Цин и остальной Галактикой, причем то ли для разнообразия, то ли чтобы никому не было обидно, он сначала защищал интересы Земной Конфедерации, а затем — Империи. При этом, невзирая на очевидные успехи той стороны, за которую выступал майор, обе войны завершились своеобразной ничьей. Подобная бездарность планетарных правительств крайне разочаровала великого военного тактика, и он подался к пиратам.

Моя же заслуга во всей этой истории состояла в том, что я вернулась на Рэнд целой и невредимой, попутно посодействовав возвращению Гвен домой и на большую сцену. Благодарная оперная дива прислала мне в подарок плод любви своих ненаглядных питонов Бонни и Клайда, и теперь результат змеиного прелюбодеяния, уютно свернувшись клубком на моих коленях, разве что не мурчал.

— И правда, почему бы тебе не мурлыкать, как кошке? Мышей же ты ешь.

Тошка тактично промолчал, я же, сняв зверя с облюбованных им коленок, отправилась в ванную.

В тот момент, когда я, чистая и причесанная, с Тошенькой на плечах, спускалась по лестнице, входная дверь открылась, и в прихожей появился дедуля, влекомый, аки щепка океанским течением, семимесячным щенком аляскинского маламута, превратившим наше скромное жилище в филиал сумасшедшего дома. То бишь размер песика уже впечатлял, а здравый смысл и послушание находились не выше нулевой отметки.

Завидев меня, малыш устремился вверх по лестнице, бешено виляя хвостом. Все, что я успела, это сесть и покрепче ухватиться за перила, дабы налетевший вихрь не снес нас с Тошей первым же порывом. Позволив щенку умыть меня еще раз — заодно досталось и питоньему хвосту, — я поднялась на ноги и продолжила спуск.

Аляскинский живчик по имени Курт достался мне в наследство от бывшего любовника Дина, уехавшего в трехлетнюю командировку на Тау II. Справедливости ради стоит заметить, что Дину этот… хм… подарочек преподнесла я, забредя в недобрый час в зоомагазин с карточкой, на которой лежали все мои карманные деньги. Корм Курту пришлось покупать в кредит. Три месяца щенок жил в маленькой городской квартирке Дина, а при отъезде тот решил, что раз взять псину с собой нет никакой возможности, то наш с дедушкой коттедж является лучшим местом дальнейшего обитания собачки, чей нормальный вес во взрослом состоянии составляет килограммов восемьдесят.

Вот так, почти одновременно, в нашем тихом жилище появились целых два питомца, один другого краше. Правда, ни я, ни дедушка об этом не жалели, невзирая на милую привычку Тоши изображать коврик у кровати или на то, что любимым местом для крепкого сна собачкой был выбран дверной проем между кухней и гостиной, а это, согласитесь, создает известные неудобства.

Сейчас живая баррикада весело прыгала у холодильника в предвкушении завтрака. Насыпав щенячью миску доверху, я плюхнулась в кресло, разместила Тошку на соседнем и, прочитав во взгляде питона легкую укоризну, начала оправдываться:

— Солнце мое, тебе мышь только позавчера выдали, нечего на мои оладьи хищно облизываться, ясно?

«Ясно-то ясно, а оладий хочется», — говорило каждое кольцо в Тошкиной позе.

Отвернувшись от этого воистину душераздирающего зрелища, я принялась за завтрак. Дедушка, как смог, привел себя в порядок после прогулки с Куртом и присоединился ко мне.

— Как тебе вчерашняя свадьба? — с набитым ртом промычала я.

— Красивая. Но у меня какие-то нехорошие предчувствия, — подумав, признался бывший контрразведчик.

— Намекаешь, что на Аркадии Марк вовсю начнет ухлестывать за тамошними красотками, и вернутся они уже в разводе?

Дедуля рассмеялся.

— Нет. Ничего подобного, естественно. От нашей Марселы так просто не отделаешься. За крепость их союза переживать не стоит.

Я озабоченно нахмурилась.

— Тогда что?

— Сам не знаю. Наверное, впадаю в старческий маразм, пора уже на кладбище собираться.

— Поговори мне, — пригрозила я.

— Хорошо, — неожиданно легко согласился дедушка, — уговорила, не пора. Придется тебе еще со мной помучиться.

— Ничего, пока кто-то кроме меня гуляет с Куртом, я на это согласна.

— Меркантильная ты девица, — театрально вздохнул дедуля.

— Ага, — весело кивнула я, взглянула на часы и, как водится, тут же вскочила, чуть не опрокинув кресло. — Мне же выходить надо, а я еще не одета!

— Да уж, появление на службе в желтом махровом халате до пят вряд ли будет воспринято начальством благосклонно. Марш в гардероб!

А я-то что? Я само послушание.

Чуть не поставив очередной личный рекорд, то есть потратив на переодевание из уютного халатика в повседневно-незаметно-привлекательный вид меньше двадцати минут, я с достаточным временным запасом выскочила из коттеджа, любящим взором оглядела флаер, стряхнула мифические пылинки и отправилась на учебу, которая работа, которая еще и стажировка. Подговорил меня на эту авантюру заведующий отделом обучения в Службе Безопасности Рэнда Пол Карс. Он, как выяснилось, пребывал в сговоре с дедулей и после моей пиратской эскапады решил, что я со всеми своими столь разносторонними талантами создана для службы исключительно в этой организации. Я спорить не стала и уже три месяца старательно изучала различные виды оружия, основы и продвинутые курсы по слежке, охране, шифрам и прочим весьма занятным предметам. Несмотря на обещание при, так сказать, поступлении, полевой работы за три месяца набралось — кот наплакал.