Читаем Заложница онлайн бесплатно
Заложница
Мечтавшая о семье и детях, беглянка Ева Дэвис хотела жить только на своих условиях. Но теперь она пленница в трудовом лагере глубоко в недрах Драгаш-25, в душном лабиринте пещер, наводненными жестокими пленниками, ставшими рабами. И ее единственный шанс выжить? Ублажать лидера самой могущественной подземной криминальной группировки — мужчину из ее прошлого, имеющего к ней собственные счеты. Два года назад Совет приговорил бойца «Сопротивления», охотника Валдуса, и его людей к жизни и смерти в качестве рабов. Теперь красивая, отчаянная женщина из его прошлого свалилась прямо в его объятия. Она могла бы стать ключом к мести и спасению его команды. Ему нужно лишь держать ее на расстоянии и по возможности живой. Пока он не сможет использовать ее в собственных порочных целях. Но грубая, воспламеняющая кровь похоть — мощная сила. Прощение и любовь еще сильнее. И самые лучшие планы могут провалиться в преисподнюю, особенно на Драгаш-25.«Заложница» — вторая книга из серии «Приговоренные» — остросюжетный любовно-фантастический роман о планете-тюрьме, лабиринты шахт которой уходят в самые глубокие горячие недра. И именно в этой адской бездне столкнутся месть и похоть, искупление и любовь.
Серия: Приговоренные
Романы / Любовно-фантастические романы / Эро литератураТексты всех произведений выложены исключительно для ознакомления.
Не для коммерческого использования!
При размещении на других ресурсах обязательно указывайте группу, для которых был осуществлен перевод. Запрещается выдавать перевод за сделанный вами или иным образом использовать опубликованные в данной группе тексты с целью получения материальной выгоды.
Ее схватили. Поймали.
Руки прижаты к стене. Ноги тоже. Конечности вывернуты под немыслимым углом. Никаких оков не нужно. Только жестокое безразличие центробежной силы, заставляющей падать вниз.
Кадет Ева Дэвис изо всех сил пыталась вдохнуть воздух, когда ужас сдавливал ее легкие. В одно мгновение она спускалась со скалистого утеса на Драгаш-25 со своим охранником Праттом, в голове бушевало возбуждение от недавних находок почвы, а потом… ничего.
Она очнулась здесь. От обжигающего жара и раздирающих уши криков. Ее тело ударилось о что-то твердое, правая щека приложилась о стену. Невозможно было пошевелиться. Болезненный ожог на коже. И скрученные тела, мелькающие в поле зрения.
— Дэвис? Что… происходит? — Голос был приглушен, но она узнала говорившего. Пратт. Солдат, которому поручили охранять ее, пока она собирала образцы руды.
Он никогда не относился к ней тепло. Как и она к нему. Но сейчас его знакомый голос был самым прекрасным, что она когда-либо слышала.
— Не… уверена, — слова давались с трудом, от силы удара ее язык прилип к нёбу. — Остальные… члены экипажа?
Повисла мертвая тишина. Как будто Пратт оценивал все, что мог увидеть.
— Нет, — в единственном слове солдата сквозило отчаяние.
— К… лучшему… — Ева не хотела, чтобы другие были в большей опасности.
Сначала авария. Теперь это.
Несколько лун назад она, рискуя всем, пробилась в научную миссию, направлявшуюся на Драгаш-25. Но потом ее шаттл потерпел крушение, и она вместе с немногими выжившими членами экипажа была вынуждена бежать от заключенных, убийц и насильников, выброшенных на планету правительством Совета Новой Земли.
Ее коллеги по экипажу жаловались на голод и ужас, на приторную красную пыль, которая проникала в каждую щель и саднила горло. Но не она. Грязь и пыль не беспокоили ее. Угроза смерти была так же знакома, как биение ее собственного сердца. Она годами жила на Новой Земле в чистоте, с мягкой постелью и достаточным количеством еды и при этом никогда не чувствовала себя грязнее.
На поверхности Драгаш-25, да, имелось множество опасностей, но, по крайней мере, она на шаг ближе к тому, что привело ее на планету-тюрьму: к свободе.
Теперь это у нее отняли. Снова.
— Где… мы… находимся? — голос Пратта отразился от стен, отвлекая ее от мрачных мыслей.
Она напряглась, пытаясь повернуть голову на четверть дюйма, и уловила легкий проблеск вещества на своей щеке. Тускло-серый. Грубый. Как металл дома.
Желчь подступила к горлу. Наверное, она была извращенкой, но предпочла бы незнакомую технологию. Все, что могло бы навести на мысль, что тот, кто засунул ее в этот проклятый ад, не являлся человеком. Поскольку, как бы ни страшна возможность столкнуться с незнакомой инопланетной жизнью, она уже знала, насколько чудовищными могут быть люди.
— К-красивая, — словно в подтверждение ее мыслей, поблизости раздалось знакомое земное слово.
При следующем мерцании света возле ее носа появилась чья-то длинная рука.
Ее взгляд устремился вперед. Рука принадлежала массивному телу. Его покрывали обрывки ткани. На туловище вырезано слово «СОБСТВЕННОСТЬ 225».
Ее сердце сильнее забилось о ребра.
225-й был главой крупнейшей тюремной банды Драгаш-25, его «собственность» — толпа насильников и убийц, изгнанных с Земли, которые охотились на всех, кому не повезло перейти им дорогу.
И конечно, со следующей вспышкой желтые глаза-бусинки сверкнули на нее с вожделением и обещанием боли.
Этот взгляд был ей слишком хорошо знаком. Такой взгляд Ева встречала задолго до катастрофы и до пребывания на Драгаш-25.
— Ты будешь делать то, что тебе говорят. — Удар. Огненная вспышка пробежала по ее коже, когда он поднял березовую трость, устремив на нее похотливый взгляд. Ряды ученых с пустыми лицами, со своими таблицами и приборами, сгрудились позади, играя с циферблатами, пока перенастраивали показатели экспериментальной технологии, которую он приказал внедрить в ее мозг. Мучительная боль внутри и снаружи — наряду с ужасным, унизительным принудительным удовольствием. — Ты была создана, чтобы подчиняться, Айанна. — Удар. Снова удар. Трость для наказаний, хорошо отполированная и упругая, несмотря на солидный срок эксплуатации, не собиралась ломаться. Как бы она ни молилась. Но опять же советник Грегор Холлисворт исключительно бережно относился ко всем вещам, которые приобретал, за исключением нее, своей новой невесты и породистой куклы.
Грохот контейнера вернул ее в настоящее.
Ева отмахнулась от воспоминаний. Спрятала их поглубже. Прошлое не могло коснуться ее сейчас.
Что бы ни произошло в дальнейшем, она больше не была Айанной Талис, нежеланной пятой женой самого могущественного члена Совета Новой Земли. Больше не была игрушкой извращенного монстра. И больше не пешка, у которой нет иного выбора, кроме как подчиниться.
Она была кадетом Евой Дэвис, квалифицированным ученым Академии и женщиной из Совета низшего уровня, чьи гордые, прогрессивные родители позволяли ей больше свободы, чем большинству других.
Это дерзкая броня — дорогое прикрытие, на которое она потратила все кредиты от приданого, украденные у мужа. Но она хорошо справлялась последние два года. В конце концов, кто будет искать беглянку, чья предполагаемая ценность находится у нее между ног, в окружении самых уважаемых умов вселенной?
Длинная рука гиганта дернулась, его обгрызенные ногти потянулись к ней.
— Симпатичная… зеленые глаза.
Зеленые? Желудок скрутило, и новый приступ страха завладел Евой. Недаром ее кожа горела. Маскировка и краска для глаз выдержали крушение и последние несколько адских недель, но сильная жара, видимо, привела к короткому замыканию дешевой технологии маскировки лица.
Ее раскрыли.
— Осужденный Драгаш-25, — бесплотный гнусавый голос заполнил пространство, сигнализируя о более насущной проблеме. — Каждому из вас был вмонтирован маячок, пока вы находились без сознания. Теперь вы являетесь собственностью шахтерской тюрьмы Совета.
Рев протеста потряс воздух. В том числе и ее.
— Ваша единственная цель, — объявил механизированный голос, — раскапывать жилы серебряной руды, найденные в пещерах. Выполните свою норму — пятьдесят китломов за оборот — и останетесь живы. Не справитесь — умрете. Окончание спуска состоится через сорок наносегментов.
— И… ты… будешь моей, — второй комментарий был человеческим и гораздо ближе.
Ее взгляд встретился с Желтоглазым.
По его взгляду она поняла, что не сможет выполнить свою норму. Честно говоря, она сомневалась, что продержится и пять метралов после того, как ее освободят от стены.
«И, возможно, — вопила маленькая часть ее души, — так будет лучше. Может, быстрая смерть милосерднее».
Потому что, застряв здесь, ее шансы найти руду, способную уничтожить то, что заключил в ней ее муж, сведены к нулю. И какая бы адская участь ни ждала Желтоглазого, она не могла быть столь ужасной, как то, что сделает советник, если узнает, что его сбежавшая невеста объявилась на его планете-тюрьме в поисках способа обрести свободу раз и навсегда.
— Приготовься… умолять… сучка.
Эта издевка подействовала на нее, как звонкая пощечина. Нет! Больше никаких унижений. Никакого подчинения.
Если ее не обыскали перед тем, как засунуть сюда, то маленькое самодельное копье, на котором настояла Белла, все еще лежало у нее в сапоге. Возможно, этого недостаточно, но хоть что-то.
Ее попытки сдаться без боя закончились.
Вдруг по телу пробежала волна жара, сердце судорожно сжалось, и Ева поняла ошибочность своего смелого утверждения.
Игрушка мужа-садиста активно просыпалась, гормональная лихорадка нарастала, а у нее в кармане униформы было припрятано всего две таблетки. Все остальные лекарства домашнего приготовления все еще в ее тайнике на месте работы.
Ева подавила вздох. Одна проблема за другой.
Контейнер вздрогнул еще раз. Свет замерцал и погас.
Контейнер снова резко вздрогнул и замер.
Ева упала на пол, боль рикошетом прокатилась по запястьям, а руки устремились вперед, спасая лицо от столкновения с металлом.
Вокруг нее эхом отдавались удары других тел.
Она нащупала копье.
Крепкая рука обхватила ее лодыжку.
От хватки Желтоглазого Ева упала вперед. Она покатилась по скользкому полу с такой скоростью, что бедра горели.
Сжав губы, она подумала о том, как поступила бы ее подруга Белла. Повернулась набок, выгнула корпус к ногам, подняла копье и со всей силы ударила по крепкому захвату, сомкнувшемуся вокруг ее сапог.
С ревом Желтоглазый отпустил ее.
— Сюрприз, жук-навозник. — Не такая уж маленькая мышка, в конце концов. Она бросилась вперед на четвереньках, уворачиваясь от кулаков и ног, когда хруст и удары в плоть отдавались в темноте. Ее единственный план: найти стену, к которой можно было бы прислониться спиной, и исчезнуть, пока не закончится всеобщее побоище.
Но прежде чем она успела осуществить свой план, ее пронзила еще одна волна жара, более жестокая, чем предыдущая. Задыхаясь, Ева крепко сжала бедра, выгнув спину.
Чертов Драгаш. Должно быть, стресс ускорил цикл.
Расстегнув набедренную застежку униформы, она нащупала таблетку.
Грубые руки запутались в ее волосах, поставив ее на колени и откинув голову назад.
— Ты заплатишь за это, сучка из Совета.
Желтоглазый снова ее нашел.
Ева не стала звать Пратта. Без камуфляжа и маскировки лица он все равно не узнал бы ее. К тому же велика вероятность, что ее товарищ по экипажу попал в такую же беду, как и она.
Глаза щипало, она боролась с дымкой вожделения, размахивая копьем вверх и в стороны, надеясь попасть в цель.
Еще одно тело врезалось в ее бок, и она отлетела в сторону, агония пронзила ее голову, а засранец, схвативший ее за волосы, держал крепко.
— Замрите. — Голос, близкий к рычанию, прорвался сквозь боль и прошелся по ее позвоночнику.
Все замерли.
Яркий свет и обжигающий воздух хлынули в трюм. Ужасный металлический, обугленный запах. Эхо грохочущих сапог создавало впечатление, что спускалась целая армия.
Инстинктивно она прикрыла глаза, но свет был слишком ярким. Все превратилось в мельчайшие черно-белые пятна прямо перед ее глазами.
В чем плюс? Безжалостные пальцы, впивающиеся в ее кожу головы, ослабли.
Вырвавшись на свободу, она встала на колени, выведя Желтоглазого из равновесия. Он наткнулся на лежащее рядом тело. В ответ заключенный зарычал и толкнул его.
Воспользовавшись отвлекающим маневром, Ева обогнула два трупа с невидящими глазами — к счастью, ни один из них не был похож по габаритам на Пратта, — двигаясь спиной вперед так быстро и далеко, как только могла, пока ее спина не ударилась о стену — ничтожную преграду в море гораздо более крупных туловищ и ног.
Когда к ней вернулось зрение, Ева рискнула быстро осмотреться. Никаких камер. От нахлынувшего облегчения у нее закружилась голова.
— Следующий, кто сдвинется с места, пожалеет об этом, — это был тот же низкий голос. Смертоносный. Мрачный. Леденящий.
Она свернулась в клубок.
Звуки потасовки привлекли ее внимание.
Желтоглазый рухнул на пол и не двигался, лишь медленно поднималась и опускалась его грудь.
Это было единственным доказательством того, что он все еще жив.
— На колени или будете страдать так же. Глаза в пол. Руки за голову. — Резкий приказ привлек ее внимание, когда оратор, размахивая руками, направился к середине комнаты.
Ее дыхание остановилось в легких.
Он был огромен. В два раза больше Желтоглазого. Чудовище из преисподней или из ее худших кошмаров. Его лицо было скрыто грубой серебряной пластиной, которая выглядела так, словно выбита молотком и имела только узкие горизонтальные прорези для глаз и намек на твердую квадратную челюсть. Оставив его безликим. Невыразительным. Полностью лишенным человечности.
Остальные части его тела однако выставлены на всеобщее обозрение. Обнаженная бронзовая грудь, перетянутая мощными мускулами, зловеще вздымалась при каждом движении сверкающей кирки в его руках. Бицепсы были крупнее, чем ненавистные камни, которые Белла уговаривала ее таскать с собой для обороны.
И он оказался не просто огромен. Он был высок, как древние деревья. Его коротко подстриженные каштановые волосы доставали до потолка, хотя он стоял, слегка согнувшись в коленях. Полосы красной и серебряной пыли покрывали его тело, как боевая раскраска, а вокруг талии повязана набедренная повязка, демонстрирующая мощные бедра.
Единственным признаком цивилизованности в нем были потертые, изношенные черные сапоги.
Ева рискнула взглянуть на него еще раз, проследив за блестевшими на его коже капельками пота, стекающими с шеи и скатывающимися вниз по крутым выступам и впадинам его рельефного живота, мимо сотни порезов, шрамов, синяков и следов ожогов.
В его теле не было ни унции жира, ни дюйма лишних килограммов. Тонкие ремни из прочной кожи пересекали его мускулистую грудь, спину и бедра, служа креплением для внушительного набора примитивных кирок, металлических лезвий и того, что выглядело как отбеленные кости. Они покачивались на его коже, как трофеи на витрине.
Он был воплощением грубой, варварской силы — и совершенно ужасающим.
Один его удар — и Ева была бы мертва.
Хуже того, позади него в плотном V-образном строю стояла стая из по меньшей мере двенадцати таких же вооруженных, безликих гигантов, почти таких же больших и широкоплечих.
И тут она увидела это — серебристую вспышку на перевязи самого вожака, один кинжал среди его многочисленного оружия, но в отличие от потрепанного, ржавого металла остального его арсенала, этот блестящий клинок почти сиял.
Ее легкие сжались. Это была, без сомнения, та самая руда, ради которой Ева прибыла на эту адскую планету.
