Читаем (Не)идеальный телохранитель онлайн бесплатно

Для тех, кто далёк от образа пай-девочки.

Добро пожаловать в эпоху злодейки.

Джио

— Ты не можешь быть такой серьёзной, mio tesoro.

Рэйчел, конечно, великолепна, но кем она себя возомнила? Заявить, что берёт под контроль бизнес моей семьи, пока я всё ещё глубоко внутри неё?

Чёрта с два.

Я выхожу из неё, и она тут же резко вдыхает:

— Почему ты остановился?

— Рейчел, — рычу сквозь зубы, — ты всерьёз рассчитываешь, что я позволю тебе кончить после того, как ты объявляешь, что теперь ты за главную, пока я тебя трахаю?

Она закатывает глаза и небрежно осматривает свои безупречно ухоженные ногти.

— Том ушёл. И что, ты подумал, что следующим будешь ты? Это… мило, Джио. Правда.

Я молчу. Она справится, спору нет. Но это не для неё. Да и мне это не нужно — я не лидер, по крайней мере, за пределами спальни. Сложнее всего будет удержать Рейчел, если она действительно захватит контроль. И вот это мне уже совсем не нравится.

Рейчел тяжело вздыхает, словно объясняет очевидное ребёнку:

— Твоя мать всё ещё глава семьи. Я всего лишь её правая рука. Но пока после той маленькой бойни с О'Мэлли половина наших людей убита, мне нужен телохранитель, чтобы не схлопотать пулю до того, как я найду замену.

— Нет. Определённо нет. Я скорее соглашусь на фиктивный брак, как Том, чем стану твоей нянькой.

Я не буду её нянькой. Но вот оставить её себе — это уже совсем другое дело.

Рейчел вскидывает голову, и её смех звучит, как плеск шампанского: искристо и опасно.

— О, дорогой Джио. Ты правда думаешь, что из тебя выйдет хороший телохранитель? Я лишь хочу, чтобы ты не совал свой член во всё, что шевелится.

Она беспокоится, что я пойду развлекаться? Серьёзно?

Да, её сестра Иден была хороша. Но Рейчел… Рейчел — самая красивая женщина, какую я когда-либо видел. Теперь, когда я её попробовал, никаких замен не будет. Она может думать, что это просто секс, но у меня на неё совсем другие планы.

Mio tesoro станет моим величайшим завоеванием.

Иден

— Что не так, яблочко моё?

Тот, кто говорит, что пить вино, есть сыр и трахаться сутками никогда не надоест, — просто не жил так целый гребанный месяц.

Сначала кажется, что это сущий рай, но потом понимаешь: каждый день одно и то же. Томми отошёл от дел, и вот я тут, официальная жена криминального папочки, но без обещанного экшена.

— Мне скучно, — вздыхаю я.

Нет смысла врать.

— Скучно? — он приподнимается на локте, всматриваясь в меня.

Наверное, не стоит говорить такое сразу после фееричного секса. Мы все знаем, как мужчины воспринимают такие вещи. Но слово не воробей.

— Всё это… — я лениво вожу пальцем по его груди. — Точно так же, как было до тебя. Только теперь у меня живой вибратор вместо обычного.

Томми хмурится.

— Дело не в тебе, если что, — добавляю я, пожимая плечами.

— Ты же любишь Италию.

— Да. Здесь красиво, люди потрясающие. Но когда мы поженились, я думала, что мы будем управлять твоей семьёй вместе. А вместо этого ты меня просто… запер тут.

— Я…

— Не ври. Именно это ты и сделал. — Я прищуриваюсь. — Рейчел творит девочко-боссовские дела, но про мафию со мной ни слова. Джио вообще пропал. Всё не так, как я представляла!

При упоминании брата Томми раздражённо рычит.

— Я не кукла, Том. Я справлюсь. Почему никто не верит, что я могу?

— Потому что это тебе не кино, Иден, — он стонет и падает обратно на подушки. — Люди умирают. Ты можешь умереть. Я не собираюсь терять тебя ради какого-то твоего… — он делает небрежный жест рукой, — … приключения.

— Охренеть. Спасибо, Том.

Я вскакиваю, направляюсь в ванную и с грохотом захлопываю дверь, сразу же поворачивая замок.

Чудесно. Просто идеально.

Я расхаживаю туда-сюда, сцепив руки в замок.

Кем он себя возомнил? Если я хочу стать криминальной мамочкой, это моё решение. Не его.

Тихий стук в дверь.

— Яблочко, — в голосе Тома явное раскаяние. — Прости. Давай поговорим?

— Отвали!

— Ладно… я схожу за ужином, а ты пока остынь. Вернусь через час.

Он замолкает, а потом чуть тише добавляет:

— Я тебя люблю.

Я жду, пока его шаги затихнут, затем выхожу, хватаю телефон со столика и открываю заметки.

Как стать криминальной мамочкой:

● Позвонить Саре и посоветоваться.

● Улететь из Италии.

●

Если Томми и правда думает, что может меня удержать, он явно зря на мне женился.

Сара

Казалось бы, в ожидании ночного рейса можно насладиться тишиной. Ага, щас. Мудак, сидящий рядом со мной, явно не в курсе, что можно просто молча пить свой коктейль. Вместо этого он уже добрых десять минут громко ноет о том, что собирается подать жалобу на шум от подъёмника — и совершенно похуй, что оператор просто делает свою работу.

— Я часто летаю по работе.

Спасибо, но я не спрашивала, и мне неинтересно. Я молча киваю и делаю глоток бессовестно дорогого бурбона, надеясь, что он поймёт намёк. Не-а, не поймёт.

— Я работаю в крупной газете, пишу статьи.

Я глубоко вздыхаю. Ну ладно, похоже, мне всё-таки придётся ввязаться в эту грёбаную беседу.

— Знаю одного журналиста. Тоже вечно мотается по командировкам.

Чёрт. И нахрена мне это?

— О, серьёзно? Как зовут? Может, я его знаю?

Ах да, конечно. Ты даже не допускаешь, что это могла быть женщина.

— Ария.

Имя срывается с губ прежде, чем я успеваю себя остановить. Блядь. Я точно перебрала с алкоголем. Я же никогда о ней не говорю. Потому что я не просто её знаю. Она была моей первой любовью.

— Ария Росси?

Я замираю.

— Мы с ней работали вместе пару лет назад.

Охуенно. Теперь у нас ещё и общие знакомые. Может, мне пора нахрен заканчивать этот разговор?

— А тебя как зовут? Надо будет сказать Арии, что встретил тебя.

— Иден.

Чистый инстинкт самосохранения. Во-первых, моя бывшая не знает это имя. Во-вторых, я не собираюсь палить своё настоящее имя какому-то лысеющему пиздоболу в баре аэропорта. Он и так уже знает слишком много. Придётся его убить.

— Приятно познакомиться, Иден. А ты чем занимаешься?

— Я — киллер.

Ну, врать смысла нет. Всё равно не поверит.

Он смеётся.

— Ну, это что-то новенькое. Ты, оказывается, с юмором.

— Я, сука, просто королева стэнд-апа.

Я открываю книгу и опускаю взгляд, давая понять, что разговор окончен.

Он этого не понимает.

— Что читаешь?

Да чтоб тебя…

Всё в этом мудаке кричит «обожаю биографии». Готова поспорить, он только и ждёт возможности вывалить на меня свой багаж бесполезных фактов про тридцать седьмого президента, рост Наполеона и еблю Гамильтона.

Ну что же, давай, я разъебу тебя.

— Да, вот, эта книжка просто потрясающая.

Я показываю ему обложку. На ней нарисованные тёлки в обтягивающих платьях.

— Не бестселлер «Нью-Йорк Таймс», но реально огонь. Главная героиня трахается с тремя горячими бабами во время отпуска.

Он кривится.

— Эм… Нет, такое я не читал.

— Многое потерял, приятель.

«Приглашаются пассажиры группы 1 на рейс 456 до Нью-Йорка. Просим пройти к выходу C17».

— О, это мой рейс!

Он встаёт.

— Мой тоже.

Сука.

— Было приятно поболтать.

Я мчусь к выходу.

Спойлер: было ни хрена не приятно.

К тому моменту, как болтливый идиот оказывается мёртв в туалете аэропорта JFK, я уже еду прочь.

Я могу сказать, что он заслужил это, пытаясь уволить бедолагу с подъёмника. Но, по факту, он просто заебал меня до смерти.

Жаль, что пришлось возиться так долго. Блестящая гелевая ручка в сонную артерию — не самый удобный метод убийства, но когда выбора нет…

Теперь у меня нет времени ждать, пока Рейчел явится со своим «телохранителем». Этот латиноамериканский мачо с видом «я — подарок вселенной» вызывает у меня стойкий кринж.

Нахер. Я хватаю первую попавшуюся тачку и валю в Южный Джерси.

У меня шесть целей и двадцать четыре часа, чтобы их закрыть.

Некогда болтать. У меня, блядь, дела.

Проверяю телефон — три пропущенных вызова от Иден. Жму «перезвонить», надеясь попасть на автоответчик.

Мне не везёт.

— Сара! Привет, слушай, у меня вопрос. Можешь сказать «нет», конечно, но я всё равно должна спросить. Как ты смотришь на то, чтобы научить меня… крошить и шинковать? А то я тут заскучала с Томми в Италии и хочу как-то развлечься. Знаешь, стать криминальной мамочкой.

— Иден, — стону я, — ни за что на свете я не буду учить тебя тому, чем занимаюсь. Ты слишком… — подбираю слово, которое не заденет её, но при этом будет правдой. — Милая.

Не самый остроумный ответ в моей жизни, но сойдёт.

— Ладно, фиг с ним, с шинкованием. А как насчёт «пиф-паф»? Ну хоть немного. Или можно даже просто парочку ножичков. Ну, пожалуйста? Я ведь не только для того создана, чтобы быть трофейной идеальной женой!

Она хохочет, а потом, обращаясь к Тому, говорит:

— Томми, не говори ерунды, я бы с этим прекрасно справилась!

Она включает громкую связь.

— Моё маленькое яблочко, ты не будешь работать с Сарой.

Том специально говорит громче, чтобы я услышала.

— Во-первых, от ваших слащавых прозвищ меня воротит. Во-вторых, Иден точно не будет работать со мной, — заявляю я. Она и дня не протянет. — Всё, я почти на месте, потом поговорим.

Я сбрасываю звонок, пока эта солнечная дурында не втянула меня в очередной идиотский разговор.

Такси останавливается у нужного здания, и я глубоко вдыхаю. Это будет самая сложная работа за день. Семья Арии — наркоторговцы, использующие газету как прикрытие. Моей задачей сегодня является её брат с кузеном, и слова «разделать под орех» не передают и половины того, что я с ними сделаю. Как только получу нужную информацию, соберу кое-какие… сувениры и отправлю их её отцу в красивой упаковке с ленточкой.

Бесшумно поднимаюсь по лестнице, контролируя дыхание и не оставляя ни единого звука. И всё идёт идеально… пока мой телефон не орёт на всю катушку.

Снова Иден.

Какого-то хрена она умудрилась сменить мне рингтон на бодрый попсовый трек Селены Гомес.

Чёрт.

Я забываю перевести его в беззвучный режим.

Звук привлекает внимание двух охранников наверху. БЛЯДЬ.

Выдёргиваю ножи из ножен и метаю вверх. Один попадает прямо между глаз, второй чуть промахивается и вонзается в щёку другому.

Дерьмо.

Нужно подтянуть меткость. В свои двадцать шесть я уже ветеран в этой сфере, и хотя всё ещё лучшая, но, похоже, старею. В большинстве случаев мне даже не приходится вызывать «уборщиков», но в этот раз без них явно не обойтись.

— Сука, — рычит он.

О-о-о, он злится. Это будет весело.

Я передёргиваю затвор старенького M1911, который остался мне от отца. Конечно, стоило бы обновить ствол, чтобы не отставать от конкурентов, но эта штука для меня — не просто оружие, а память. Как говорится, не размер важен, а умение пользоваться.

Двигаюсь вверх по лестнице и выхожу на одну из площадок.

Внезапно чья-то рука зажимает мне рот и втягивает в боковую комнату.

Я резко кусаюсь, одновременно откидывая кулак назад — прямо в лицо нападавшего. Маникюр, маленькие мягкие пальцы. Баба.

Я никогда не убиваю женщин. Но если кто-то пытается со мной играть, пусть готовится провести недельку в инвалидном кресле. И нет, не в хорошем смысле. Да, я люблю женщин, но не в момент, когда они пытаются меня прикончить.

— Сара, какого хера ты тут делаешь?!

Твою же мать.

Ария

— Какого хрена ты здесь делаешь? — я бегло проверила здание, тебя здесь быть не должно, дет… Ария.

О, Сара, не думай, что я не заметила эту оговорку.

Сердце бешено колотится — одно только её присутствие сбивает меня с ног. Её голос для меня — как грёбаный криптонит. Чего бы я только ни отдала, чтобы снова стоять перед ней на коленях.

Волосы заплетены в косу и аккуратно заколоты — точно так же, как я помню. Мне хочется запустить в них пальцы, растрепать, испортить. А зелёные, сверкающие глаза по-прежнему сверлят душу, словно этого года разлуки и не было.

Чёрт, о чём я вообще думаю? Она пришла убивать.

Я не могу позволить своим людям убить её.

Но и ей не дам убить их.

Она может за себя постоять, но я не собираюсь проверять, чем это закончится.

Губу прикусываю непроизвольно, чёртова привычка. Я знаю, что она грохнула моего человека на обратном рейсе в Нью-Йорк. По идее, мне стоит её прикончить, но, блядь, она была моей первой любовью. Я просто не могу.

— Сара, какого хера ты тут делаешь? — голос предательски дрожит. — Тебе надо уйти. Они тебя, сука, прикончат. Ты же знаешь, после того, как Иден вышла замуж, все ходят на взводе.

Если с Сарой что-то случится…

Но она не уходит. Вместо этого прижимает меня к стене, и я позволяю, не отводя взгляда. Дышим тяжело, и это напряжение, этот грёбаный голод сводит с ума. Её руки в безпальцевых перчатках скользят с моих бёдер к талии, сжимают, ласкают, поднимаются выше… Пока залп выстрелов не отвлекает её внимание.

Сара резко оборачивается на шум, но рук с меня не убирает, а сжимает только сильнее.

— Сара, — выдыхаю я. Она смотрит обратно на меня, облизывает губу.

— Дотронься до меня, — прошу. Худшее время для этого, но мне похуй.

Она фыркает, качая головой:

— Я на задании.

Скользит взглядом по моему телу, а потом шепчет:

— Чёрт, Ария, какого хера ты здесь? Уходи, детка. Если не свалишь… я не смогу гарантировать…

К чёрту.

Я целую её.

Эгоистично, жадно, не думая ни о чём.

Шон никогда не должен об этом узнать.

Я позволяю себе пасть. Её язык толкается в мой рот, требуя власти, но я сдаюсь сразу, как всегда. Пусть это всего лишь мгновение — я наслаждаюсь каждой чёртовой секундой.

Выстрелы снаружи становятся ближе.

Я шепчу ей в губы:

— Чёрт, Сара… Я скучаю. Но ты должна уйти.

Дверь с треском распахивается.

И вот уже нет моей Сары.

Передо мной только мой безжалостный наёмник.

Она двигается, будто танцует — и я не могу оторвать взгляд.

Хватает пистолет, снимает с предохранителя, целится…

Раз, два, три.

Четыре — моему кузену в щёку. Он орёт, но вскрик обрывается, когда Сара выпускает пятую пулю — ровно между глаз.

Тела глухо падают на пол, кровь растекается лужами.

Сара укладывает всех моих людей за пару секунд.

Я должна была это предвидеть.

Чёрт, я хочу её, но этот отвлекающий манёвр явно заходит слишком далеко.

Любовь всей моей жизни. Самая красивая женщина на этой грёбаной планете. Как я могу запретить ей делать всё, что она захочет?

Я знаю, что она меня не тронет.

— Я же говорила, что здесь по делу. Чёрт, прости.

— Если быстро, то можно, — шепчу я. Мне просто снова нужны её руки на мне.

Она смотрит на дверь, за которой лежат четыре мёртвых тела.

— Как быстро ты можешь кончить ради меня, Ария? У тебя две минуты. Я здесь за…

— Не говори. Я не хочу знать.

Я тянусь к её шее, притягиваю губы обратно к своим.

Она засовывает руку мне в штаны.

Я уже мокрая для неё. Уже вся горю и жду, когда она возьмёт меня так, как раньше.

И тут…

Раздаётся стук в дверь.

Джио

Рейчел входит в комнату и тут же закатывает глаза.