Читаем Хозяйка своей судьбы. Книга 1. Арена онлайн бесплатно
Хозяйка своей судьбы. Книга 1. Арена
Планета Земля - третья по счету от Солнца и самая большая из четырех планет земной группы. Земля единственная пока из известных планет, на которой есть жизнь... - общепринятый факт, всем известный по урокам географии и статьям энциклопедий. Именно так всю жизнь и считала Ольга, если и рисуя в воображении инопланетян, то в виде каких-нибудь смешных зеленых человечков верхом на странной посудине. Прилетающих исключительно с добрыми намерениями... А что, если все совсем не так?
Серия: Перекрестки миров
Фантастика / Космическая фантастика / Любовно-фантастические романы
Чавк, чавк, чавк. Хлюп, хлюп, хлюп. Дождь шел уже третьи сутки, и вся арена была покрыта водой. Учитывая, что и в сухую погоду, здесь легко можно было переломать ноги, то теперь шансы добраться до спасительных ворот стремительно падали - добрую половину опасных ловушек скрывала вода. Поэтому приходилось уповать на собственную память и на то, что звуки от наших перебежек скрадывает шум ливня. Хоть какая-то от него польза… Хлюп, хлюп, хлюп, наша малочисленная группа отошла от базы на несколько метров и укрылась за нестройным частоколом из острых бревен, местоположение которых менялось каждую нашу вылазку.
Вдалеке раздался противный лязг металла - на том конце арены открывали ворота, используя для этого старинный механизм типа подъемного ворота с противовесами, что-то подобное видела на экскурсиях в средневековых замках. Скорость подъема решетки маленькая, зато скрип и лязг металла такой, что кровь стынет в жилах. А этого в нашем случае и добивались, мы с ребятами нервно переглянулись и в последний раз соприкоснулись руками, больше шанса может и не представиться.
Вера пригладила мокрые кудрявые волосы, заправив выбивающуюся челку под косынку, чтобы не лезла в глаза и не застила очки, тут и так ни черта не видно, да еще и ливень стеной. Высокий щуплый Антон смотрел сквозь пару щелок в нашем заборе-укрытии - бесполезное по сути дело, твари еще далеко, только начали высовываться из норы, но ничего не делать было еще страшнее, поэтому парень хмурился и вглядывался в серую мглу арены, прикидывая, как на этот раз полезут гады и кому не удастся вернуться живым.
Я судорожно кусала губы, стараясь не увлечься и не прикусить их ненароком до крови, которую, как выяснилось, чудища чуяли просто прекрасно. Окинула себя проверочным взглядом: ботинки зашнурованы, шнурки надежно убраны в берцы, после того как на наших глазах сожрали Толика, запутавшегося в шнурках и потому не успевшего добежать до спасительных ворот, к вопросу проверки собственной экипировки мы подходили с полной серьезностью. Брюки заправлены в ботинки, майка с длинным рукавом убрана под широкий ремень. Почему на всех девицах майки в облипку, а на мне какая-то размахайка, я так и не поняла, но особо не сетовала. Видимо, отсутствие ярко выраженных форм в данном конкретном случае сыграло мне на руку, и меня в стриптиз-десант обряжать не стали.
Зато не холодно, подумалось мне, пока я повязывала на голове платок на манер банданы, пряча под ткань волосы. А вот Верочка явно мерзла - девушка была одета в ту самую стриптиз-майку, которой меня обделили, и обтягивающие брюки, благо хоть обувь у нас всех была одинаковая и удобная. А то с этих уродов станется выпустить нас на арену на шпильках. В голове некстати заиграла прилипчивая мелодия одной песенки - там что-то было про туфли и замечательные штаны.
Боже, неужели это было всего лишь пару месяцев назад? Казалось, за это время я прожила несколько жизней, пару-тройку своих, а сколько чужих - лучше не думать, стоило закрыть глаза, как тут же тебя окружали призраки тех, кто не вернулся с арены. За две недели, проведенные на этой планете, наша группа стала меньше на четырнадцать человек… Фотографы… выбрались на «эксклюзивную» экскурсию, не хватало нам, видите ли, обычной программы с достопримечательностями Израиля: пустыней, Мертвым морем, Иерусалимом. Нет, нам подавай ночные молитвы в местах силы. Помолились, называется. Теперь за нас бы кто помолился. Отогнала рой навязчивых мыслей - сейчас не до них, все потом, все после, сейчас главное - дойти до ворот. Сконцентрироваться только на воротах. На следующие несколько часов это станет моей единственной целью.
Скрип прекратился, значит, звери на воле. Очередной раунд начался. Переглянувшись с ребятами, двинулись вглубь арены, уповая на дождь, удачу и богов, которые нам явно задолжали…
Израиль встретил удушливым летом, которое заключило меня в свои липкие объятия сразу на выходе из аэропорта. После получаса таможенного контроля и общения в стиле «нет, не замужем», «цель визита - туризм», «нет, родни здесь нет», потратила еще минут сорок на отвоевывание своего багажа, сразу за моим рейсом сели еще пара чартеров, и аэропорт наводнила толпа наших туристов, создавая везде давку и очереди.
"Правильно, дорогая, все как ты любишь", - иронизировала я сама с собой, волоча тяжеленный рюкзак с фотоаппаратурой и не менее внушительный по весу чемодан с одеждой. Ты же просто обожаешь жару, зной и пекло, жить не можешь без кондиционеров, от которых тут же простужаешься и ходишь в соплях в плюс тридцать. А духота, ммммм, эти обмороки и слабость, - это просто вишенка на торте!
- Идиотка, - выругалась я уже вслух, пиная ни в чем не повинный чемодан, и стряхивая на землю рюкзак, который оставил на плечах следы от широких лямок. Эргономически продуманная модель, специально для фотографов, - заиграла в голове скороговорка продавца, всучившего мне эту дорогущую переноску для техники, - да вы просто не почувствуете, что за плечами зеркалка и пара объективов. - Конечно не почувствую, потому что я уже плеч и спины не чувствую, какие уж тут объективы.
На самом деле, отпуск не задался с самого начала. А именно, с выбора дат: никто в отделе не хотел идти в отпуск перед майскими, во время и после них - целая очередь, а на неделю до - ни одного кандидата. И что обидно, когда жребий пал на меня, шеф уже в открытую угрожал, что не пойду сейчас, пойду только через полгода. А я черти сколько мечтала о красивом загаре… Так и подписала две недели на конец апреля и отправилась в турагентства искать горящие и не очень туры.
Из всех предложений заинтересовала меня почему-то именно земля обетованная, там было и тепло, и мест много интересных на предмет посмотреть, сфотографировать, да и не арабы, чего уж скрывать, от «гостеприимства» египтян и турков все уже порядком устали.
Вот поэтому я и стою сейчас в аэропорту Тель-Авива, прею под местным солнцем и пытаюсь вспомнить, куда пихнула спрей от загара, а ведь точно клала куда-то недалеко… Мое копошение в карманах чемодана и рюкзака прервали самым бесцеремонным образом - в меня врезалась тучная женщина в широкополой шляпе и огромных солнечных очках. Тетя-крейсер, не сбавляя скорости и не снисходя до извинений, продолжила плыть по заданному курсу, волоча за собой тщедушного мужчину, видимо, супруга, и довольно упитанного мальчишку лет четырнадцати, надо понимать, сына.
- Лелик, не отставай, шо ты копаешься, мы опоздаем на трансфэр, - именно через «э» и с ударением на последний слог, - Венечка, сыночка, глянь, какая зелень кругом, нет, ну шо я вам говорила - истинно рай на Земле. Лелик, ходу!
- Сонечка, куда ты так торопишься, без нас не уедут, - пыхтел мужчина, в каждой руке которого было по огромному чемодану на колесиках, а спереди и сзади было навешано по рюкзаку. Не хватало картонки и собачонки, и классический образ дамы был бы законченным и даже чуть дополненным.
Хихикая своим мыслям, я сползла со своего чемодана, куда габаритная мадам умудрилась меня подсадить, и ошалело уставилась им вслед. Нет, если в отеле и на экскурсиях будут такие вот сонечки и лелики, лучше полечу-ка я обратно домой. Благо вот он аэропорт под боком…
Но солнцезащитный спрей был найден, часть аппаратуры переложена в чемодан, и рюкзак перестал тянуть меня к дороге бетонной плитой, воодушевленная всем этим и поборов упаднические мысли, я бодро поковыляла к своему микроавтобусу.
***
Первая неделя отдыха прошла на удивление хорошо: я заселилась в неплохом отеле на самом побережье, с раннего утра и до полудня я шарахалась по пляжу, фотографируя все, что попадало в объектив, а потом гуляла по городу, знакомясь с местной культурой и, разумеется, кухней. Я уже не была похожа на моль бледную, обыкновенную, образцом которой являлась по приезду - теперь я была слегка подкопчена местным солнцем. Еще денек, и от спрея можно отказаться, начну загорать в полную силу. Звучит странновато для второй недели отпуска на море, но кожа у меня слишком чувствительна к солнцу, поэтому бросаться сразу в режим круглосуточные солнечные ванны было не вариант - я просто становилась красной как рак и тут же облезала. Короче, весь отпуск шел насмарку, уже проходила подобное и не раз, поэтому на этот раз терпеливо высиживала по несколько особо жарких часов в теньке, обильно поливая себя всеми доступными средствами - сначала не обгореть, потом закрепить, потом увлажнить… Боже, за что нам столько мороки, ведь хочется просто быть загорелой красоткой, а не картошкой в мундире, с которой мундир уже почти целиком облез.
- Но оно того стоило, - мурлыкнула я своему отражению, - что ж, Олежка, ну можешь ведь, когда захочешь!
Олежкой меня звал отец, видимо, они с мамой до последнего ждали мальчика, а в итоге появилась я - Ольга Андреевна Власова, двадцати пяти лет от роду, экономист по образованию, а по профессии - менеджер по работе с клиентами в средней руки конторе по продаже электротехники, не замужем, с в/о и без в/п, как раньше писали в брачных объявлениях.
- И без ж/п, - задумчиво пробормотала я, разглядывая, как на мне сидят белые шортики, ничего так сидят, даже видно, что загорела, - с чего будут жилищные проблемы, если нет жилища! Правильно, нет жилплощади, нет проблем.
На этой жизнерадостной ноте я вышла из номера, отправляясь на вечернюю встречу с нашим турагентом. Пора было озаботиться и культурной программой на оставшиеся дни.
Турагент оказался приятным молодым человеком, представившимся Михаилом, он раздал мне и еще пятерым туристам по стопке брошюр и красочно описал все изображенные на них экскурсии. В итоге через час нашего с ним общения мой бюджет обеднел на несколько сотен баксов, а программа ближайших мероприятий обогатилась поездками в Иерусалим и на ночной фототур на чьи-то там молитвы.
- Полный эксклюзив, - убежденно вещал Михаил, тряся перед нами красивыми фотографиями одухотворенных людей в белых одеждах на фоне темного неба, - мы практически единственные, кто предоставляет эту услугу. Ярчайшие впечатления гарантированы!
По моим внутренним ощущениям мы прошли где-то треть арены, точнее определить не давал ливень, который, казалось, лишь усиливался с каждой минутой, а по окружающему ландшафту судить было сложно, поскольку часть декораций меняли каждый раз, как мы выходили на поле битвы. Или уж скорее поле жатвы, если учесть, сколько из нас уже не вернулись живыми. Я сама до конца не верила, что до сих пор жива и продолжаю бороться. Какой-то страшный ночной кошмар, в котором я, обычная московская девчонка, вместо того, чтобы решать, в каком платье идти завтра на работу, прикидываю, рискнуть и перебежать открытый кусок арены напрямик или потерять еще где-то с час, обходя его по кругу, но не высовываясь из-за деревьев и остовов каких-то странных машин, которые здесь служили антуражем нашей гонки от одних ворот до других. Правила игры были предельно простыми: дошел до другого конца поля - выжил, молодец. Не дошел - тебя съедят те твари, которые выползали из разных точек арены под скрип открывающихся ворот.
На этой планете климат был похож на наши тропики - такая же буйная зелень и удушливая влажная жара, и два огненно-красных солнца, светящих таким образом, что теней ничто не отбрасывало. Поначалу это пугало и сбивало с толку, пара наших товарищей по несчастью попались в лапы кровожадным тварям именно поэтому, не успели вовремя заметить приближение опасности. Звери, выступающие нашими противниками в этой странной игре, не были разумными в прямом смысле этого слова, но охотиться умели и любили, и, в отличие от нас, не забыли, как это делается. Поэтому каждая вылазка на арену минусовала минимум одного из нашей команды.
Где-то справа раздался человеческий крик, тут же перекрываемый ревом, так что разобрать, кто кричал - мужчина или женщина, не удалось. Судорожно сглотнув, попыталась опознать по крику погибшего, хотя какая разница. Мне это сейчас ничего не даст, только понимание, что справа ящер доедает свою жертву, а значит он занят минимум на полчаса, и путь в обход по правому краю мне заказан - приду ровно к десерту.
Думай, Олька, думай, ты же как-то продержалась две недели в этом аду. Справа ящер, эту здоровенную образину я как-то видела мельком, тогда меня спасли заросли какого-то кустарника с широкими листьями и сильным противным запахом, со мной потом полдня никто не сидел рядом, но жизнь мне в тот момент эта вонь сохранила, чудище не почуяло меня и ушло, привлеченное каким-то шумом в чаще.
Значит на моем пути остается огромная змея и пара огромных богомолов. Ну богомолов была, конечно, не пара, один больше смахивал на паука, да и выстреливал чем-то похожим на паутину. А второй - да, вылитый богомол, только задних беговых ножек у него шесть, и четыре конечности спереди, каждая из которых заканчивается острыми как лезвия ножами. И на морде с огромными фасеточными глазами, которые занимают всю верхнюю часть головы, помимо усиков еще здоровенный хобот, которым эта тварь сосет кровь из жертвы.
Да, перед тем как бросить нас на верную смерть, нам даже дали парочку подсказок по тому, как кто охотится, видимо, чтобы зрителям было веселее наблюдать. Да и шоу длилось подольше, наверняка в таком реалити реклама на вес золота. То, что это реалити, не сомневался уже никто из нас - тут и там попадались глазки камер, которые постоянно крутились, отслеживая малейшее движение вокруг. Вот и сейчас я сидела у корней какого-то крупного дерева, увитого фиолетовыми мясистыми лианами с ярко-оранжевыми цветками, и на одной из нижних веток торчала голова камеры. Камера резко повернулась налево, а я с ужасом поняла, что влипла. Как там было в сказке - направо пойдешь, смерть найдешь, налево пойдешь - пропадешь…
