Читаем Папа из Огня онлайн бесплатно

В ночном воздухе повисла тонкая пелена тумана, из тех, что оставляют росу на траве в Старом Шортском порту и заставляют рассвет искриться. Такой туман идеально подходил для отслеживания огня. Он создавал ореол свечения вокруг любого источника света, и с высоты птичьего полета, своими рубиновыми глазами, я мог заметить любое пламя, как только оно начинало разгораться. Моя основная работа в полете — наблюдать, разведывать, чтобы всегда держать руку на пульсе. По правое крыло от меня летел Райнор — силач, выполняющий тяжелую работу, которую не могли делать мы с Делосом. Делос, с серебристой чешуей, летел слева от меня, — наш ледяной дракон, стержень каждого Огненного полета. Своим ледяным дыханием он мог в мгновение ока потушить горящий склад, не говоря уже о том, чтобы заморозить тех, кто оставался внутри. Поэтому мы с Райнором должны появиться первыми и вывести всех наружу.

От огненной энергии в наших телах от нас с Райнором поднимался шлейф пара. За Делосом, напротив, тянулся вихрь снежной пыльцы, а из-за тумана образовывалась паутина кристаллов на его затвердевшей коже. Любой, кто посмотрел бы в небо, увидел бы узор нашего полета и понял бы, что где-то там полыхает огонь. Завидев нас, многие люди чувствовали нечто среднее между беспокойством и облегчением. Облегчение от того, что кто-то позаботится о пожаре, а беспокойство — потому что некоторые до сих пор предпочитали верить историям о драконах, которыми пугали их в детстве.

— На одиннадцать часов, — сказал я. — Район рынка. Горят прилавки.

— Вижу, — хмыкнул Райнор. — Насколько все плохо?

Я сфокусировал свою силу. Мир подо мной вспыхнул люминесценцией, и все, что излучало тепло, стало видимым для моих глаз. Даже с нашей высоты я прекрасно видел пару кошек, убегающих от огня, который распространялся на закрытые на ночь купеческие лачуги. Люди выбегали из близлежащих домов в темноту, беспомощно поливая пламя ведрами воды. Прибыла конная повозка с водой, и еще больше людей пытались потушить огонь. Бесполезно. Настоящая пожарная команда была здесь. Кто-то заметил нас, ткнул пальцем в небо, и когда мы прижали крылья, пикируя вниз в сторону пламени, люди начали разбегаться.

— Внутри никого, — прокричал я. — Но огонь быстро распространяется.

— Тогда за дело, — сказал Делос.

Камни и грязь разлетелись в разные стороны, когда мы приземлились перед огнем. Лошадь, в испуге встав на дыбы, рванула вперед, сбросив с телеги погонщика и бочку воды.

— Очистить территорию! — прорычал я.

Люди закричали, но не из-за пожара, а из-за нас. Большинство людей никогда не сталкивались с драконом. Мы к такой реакции уже привыкли. Они разбежались и спрятались в своих домах или переулках, оставив адский пожар, чтобы Делос мог творить свою магию. Мы с Райнором расправили крылья, образовав щит из жаропрочной чешуи, за которым укрылся Делос, и вместе мы продвигались вперед, делая по одному громоподобному шагу за раз; задевали фасады домов кончиками наших крыльев по обе стороны улицы и оставляли борозды наши когтей. Из окон выглядывали испуганные лица и быстро пригибались, когда мы проходили мимо.

Мы подошли близко к огню. Делос просунул голову над нашими крыльями, и его рога затрещали от темно-синей энергии. Любой, кто смотрел, мог бы увидеть, как влага в воздухе притягивается к нему и кристаллизуется, закручиваясь вокруг его ноздрей. Он вдохнул воздух и выпустил мощный ледяной луч, подобный каскаду замерзшего водопада глубокой зимой. Мы с Райнором зажгли наш внутренний огонь, чтобы не замерзнуть. На окнах и зданиях поблизости появился иней, и пламя превратилось в облако белого пара. Вокруг нас лежал снег, который быстро таял, попадая на землю. Делос отступил — огонь потушен за считаные минуты.

— Вот же черт, — хмыкнул Райнор. Он сложил крылья, его тело уменьшилось, и чешуя превратилась в ткань и плоть. Он побежал вперед и опустился на колени рядом с холодным, неподвижным комочком черного меха: одна из кошек, опаленная и теперь неподвижно застывшая.

Мы с Делосом подошли к нему в человеческом обличье. Райнор подхватил кошку на руки.

— Глупая кошка, — пробормотал он. — Почему ты не убежала?

— Она жива? — спросил я.

— Конечно, нет, — сказал Делос. — Она стала льдышкой.

Райнор прижал комочек к своей массивной груди. Каким бы суровым он ни казался, он был неравнодушен к пушистым созданиям. От его кожи поднимался пар, а с шерсти кошки начала капать вода. Райнор использовал свое тепло, согревая ее.

— Имей немного веры, Делос, — сказал Райнор. — Или твое холодное сердце не способно на это?

Делос засмеялся, и от его дыхания затуманился воздух.

Я положил руку на спину кошки и направил тепло в ладонь. Я почувствовал пульс, очень слабый, но по мере того, как мы передавали наше тепло в ее тело, он становился все отчетливее. Затем она открыла глаза, два маленьких зеленых драгоценных камня, и слабо мяукнула, как будто благодарила нас.

На улице царствовала тишина, лишь изредка раздавался скрип обугленного и покрытого инеем дерева. Никто не заговорил с нами, не поблагодарил. Они все прятались. Кто бы осмелился заговорить с драконом? Так уж устроен мир. Все боялись чего-то. А большинство боялись нас.

— Я заберу ее с собой на станцию, — сказал Райнор. — Можно?

Мы были одним отрядом, ближе, чем братья. Каждое решение должно быть единогласным.

— Мы не можем оставить ее здесь, — сказал я. — Она умрет.

— Как скажешь, — сказал Делос. — Я не против. Но ты, Райнор, заботишься о ней. Если она будет меня беспокоить, я без колебаний превращу ее во вкусное мороженое.

— А я превращу твои яйца в кусочки угля, — сказал Райнор.

Он осторожно поставил кошку рядом со своим сапогом. Кости сдвигались, расширялись, скручивались, появлялась чешуя, рога прорастали, а зубы удлинялись. Наши тела росли и возвышались до крыш зданий и могли заглянуть в окна на втором этаже. Райнор осторожно взял комочек меха когтями.

Когда мы влетели, от наших крыльев, по улице проносились маленькие круговороты, поднимался в воздух пепел и пыль, и вывески на окнах бешено раскачивались на своих балках, а мы втроем поднимались все выше и выше в ночное небо, обратно к окраинам Старого порта, обратно к станции.

Я почувствовал, как зашевелилась в животе моя девочка: ее обычные утренние пинки, но окончательно меня разбудил шум на кухне таверны и крики мистера Форестера, который спрашивал, почему я еще не спустился, не стою за стойкой и не разношу чай и печенье мужчинам, уходящим на фабрики, и кружки с элем тем, кто закончил свою ночную смену. Я натянул фартук и оставил свое мнение при себе, поскольку оно ничем не помешало бы его ворчанию.

— Я разрешил тебе снимать комнату наверху, и ожидаю, что ты придешь вовремя! — сказал мистер Форестер, когда я проходил мимо него.

Протиснувшись через двойные двери, я схватил тарелку с яичницей, сосисками и кружку чая, ожидавшую своего часа, и передал их усталому мужчине за стойкой.

— Эй, омега. Где мой эль? — спросил бородатый, покрытый сажей мужчина.

— У меня есть имя, — сказал я. — Меня зовут Грейсон, и придержи своих чертовых лошадей.

— Омега! — крикнул кто-то еще. — Принеси чай и тарелку сосисок. И помидоры на гриле к ним.

Оловянная кружка наполнилась пенистым напитком, и я поставил ее на прилавок, прежде чем просунуть голову в подсобку, чтобы выкрикнуть новый заказ. Я привык к неуважению, такое бывало каждый день. Беременный, без альфы, не спаренный, работающий в таверне… это идеальный бурный коктейль табу, привлекающих всеобщее внимание. Но меня это не задевало. Конечно, это могло вызвать недовольство, но мне, если честно, некогда было беспокоиться о том, что люди думают обо мне. А с ребенком, растущим у меня в животе, я знал, что должен быть сильным. Она тоже должна стать сильной.

Как я узнал, что это девочка? Я просто почувствовал ее, другого объяснения не было. До ее рождения оставалось около месяца, может, меньше, и, надеюсь, к тому времени я заработаю достаточно денег, чтобы снять жилье получше, чем захолустная спальня над таверной, где я мог спать только три часа за ночь из-за необходимости закрывать и открывать это проклятое место. Если меня спросят как я еще не сошел с ума, я отвечу: это чудо и подвиг моей стойкости.

И было бы чудесно не быть обязанным мистеру Форестеру за аренду. Работать на ворчливого старика было ужасно. Да, я очень нуждался в новом месте. Хотелось бы иметь больше, чем крошечный иллюминатор вместо окна. И без тараканов. Пожалуйста, никаких тараканов. Но самое главное — у меня было бы место, где я мог бы родить ребенка и растить его без помех. Конечно, мне все равно пришлось бы работать в таверне, что представляло собой некоторую проблему, но до решения этой проблемы еще далеко.

Я разносил заказы и носился туда-сюда между кухней и передней, таская тарелки с горячим завтраком и наполняя кружки элем и чаем. Мистер Форестер метался между помощью повару, болтовней с посетителями и уборкой, и хотя мы не были друзьями, я уважал его за то, что он не требовал от меня больше работы, чем он готов сделать сам. В Олд Шор Порте встречались хозяева и похуже, и я, наверное, работал у каждого из них.

Дверь таверны распахнулась, звякнув латунным колокольчиком, висевшим на раме, и в комнату вошел высокий мужчина с властной походкой. Я сразу же понял, он не человек. Я не был знаком с драконами, и мог бы, наверное, пересчитать по пальцам рук сколько раз я встречал драконов, но этот явно был драконом. Это можно только почувствовать и нужно увидеть. Вы просто знаете, что в его теле скрывается что-то могущественное, глубокая магия, древняя кровь. Он отличался от всех остальных мужчин, и они тоже это знали. Мужчины искоса бросали на него взгляды, переглядывались через плечо, незаметно оценивали. На секунду в зале стало тихо, словно каждый должен был держаться начеку. Но я не боялся. Не очень. То есть, может быть, немного нервничал. Волновался. С присущим мне любопытством.

— В углу есть свободный столик, — сказал я, жестом указывая на него. — Что вам принести?

— Чай, — сказал он. И указал на один из табуретов у стойки. — Могу я присесть здесь?

— Конечно.

Он сел, и один из мужчин за стойкой забрал свою тарелку с едой и удалился. Дракон! Их община была небольшой, особенно в этом городе, и они общались только со своими. Я с самого детства мечтал встретить дракона. Я слышал о них разные истории — что они ели людей, а некоторые едят до сих пор, что когда-то их было больше, чем людей, что они разрушают и сжигают города дотла ради забавы. Я также слышал, что они были невероятными любовниками и что людей соблазняли и завлекали в свои полеты, и больше их никто никогда не видел. Все эти истории, вероятно, рассказывали для устрашения, но меня они только завораживали.

Мне подали сосиски и помидоры, и я бросил их на стол перед мужчиной, который их заказал.

— Эй! — гаркнул он, когда сосиска отскочила от тарелки. Я был слишком отвлечен нашим новым гостем, чтобы беспокоиться.

— Я пришел за информацией, — объявил новоприбывший, его голос внезапно заполнил каждый уголок таверны. — Я здесь от имени «Огненного рейса», знает ли кто-нибудь что-нибудь о пожаре в Рыночном районе, который произошел три дня назад, и о пожаре за неделю до этого на паровой фабрике. Кто-нибудь был там?

Снова тишина. Мистер Форестер исчез в подсобке. Я слышал, как ветер свистел в комнате. Казалось, все превратились в испуганных собак, поджав хвосты. Я видел, что некоторые мужчины злились, сгорбившись и угрюмо глядя в свои тарелки. Другие выглядели просто испуганными, их зрачки расширились и застыли.

Мужчина прочистил горло.

— Любые сведения, которыми вы располагаете, помогут нам защитить город. Кто-нибудь. Что-нибудь знает? Ну, я подожду здесь, буду допивать свой чай, если у кого-то есть что-то для меня.

— Ты дракон? — спросил я, сложив руки на стойке. Некоторые из мужчин удивленно посмотрели на меня, как будто я попросил его стать драконом и сожрать всех в комнате.

Он приподнял бровь, как будто кто-то впервые задал ему этот вопрос.

— Да, — сказал он. — Меня зовут Альтаир. Я из «Огненного рейса» порта Олд Шор. Я пришел за сведениями.

— Ну, я не думаю, что ты что-то узнаешь. Не от них. Они все боятся тебя.

— Черт, омега, — кто-то проворчал.

— Грейсон, — шипел мистер Форестер от двери кухни. — Грейсон, прекрати поощрять его. Ты его спровоцируешь.

— Это правда, что ты можешь дышать огнем? — спросил я. — Зачем огнедышащему дракону помогать тушить пожары? Кажется, именно ты и начнешь их разжигать.

Альтаир посмотрел на меня, и я сделал шаг назад. Его глаза стали похожи на расплавленную лаву.

— Я тушу… мы тушим пожары… потому что люди не справляются, — сказал Альтаир. — Мы занимаемся этим, чтобы защитить город. Он и наш дом тоже.

— Извини, — сказал я. — Я не хотел тебя оскорбить.

— Все в порядке. Я привык, — ухмыльнулся он.

— Так… ты можешь дышать огнем?

— Ты никогда раньше не видел дракона?

— Только издалека. Летящих в небе. Я видел мельком на фабриках, они работали с печами и прочим. Перемещали большие каменные блоки. Но я никогда не встречал ни одного вблизи и лично. Я хочу сказать, я никогда не видел магию так близко.

— Хм. Чай холодный, — сказал он, сделав глоток.

— Ой, прости. Давай я принесу тебе другой.

— Не нужно. — Альтаир обхватил оловянную кружку, и его пальцы начали светиться, как будто яркий солнечный свет проникал сквозь его кожу. Чай нагрелся и начал пузыриться. Дракон улыбнулся, когда увидел, что моя челюсть упала на пол.

— Вау.

Он жестом показал на мой округлый живот.

— Мальчик или девочка?

— Девочка, — сказал я. — Ну, во всяком случае, я почти уверен.