Читаем Нелюбимая дочь виконта онлайн бесплатно

Во дворце царило шумное веселье. Смех, звон бокалов, звуки арфы — каждый уголок был пронизан ликующим гулом празднества. Король Леандро, собрав узкий круг верных подданных, давал пир в честь победы над сартами — восточными варварами. Победы, больше похожей на поражение, забравшей жизни огромного числа жителей Давей.

Стоя за колонной в галерее, за всем происходящим наблюдала женщина.

Ей было около тридцати, но изуродованное шрамами лицо излучало усталость, не свойственную даже дряхлым старухам. Глаза походили на иссохшую пустыню, в их глубине таился мрак. Невидимая, словно призрак, она смотрела на ликующих стервятников.

Её грубые пальцы впивались в холодный камень. Простая шерстяная ткань поношенного серого платья висела на нескладной худой фигуре, как мешок.

Алита Дагмара — «соломенная королева», год назад вернувшаяся из десятилетнего заточения в женском монастыре Блаженной Илии, — с ужасом наблюдала за происходящим в банкетном зале.

Там, в центре всеобщего внимания, находилась та, кого она меньше всего ожидала увидеть, — её сводная сестра. На первой красавице Давей, Элизе Дагмара, было белоснежное платье из дорогой парчи. А рядом, как охраняющая её тень, стоял пока ещё муж Алиты — король Леандро.

Его рука властно обнимала Элизу за талию. Жест слишком интимный для простых зятя и свояченицы.

Свою жену, законную дочь виконта Дагмара, этот мужчина долгих одиннадцать лет держал взаперти: сначала в захолустном монастыре, затем в отдалённых покоях дворца. А на плод измены смотрел с такой трепетной нежностью, какой Алита никогда в нём не замечала.

Никаких сомнений — эти двое обманщиков уже давно находились в близких отношениях.

До чего же она была слепа…

Ненависть, похожая на яд, разъедала женщину изнутри, пока она смотрела, как некогда любимый муж что-то шептал на ухо её некогда любимой сводной сестре, а та заливалась в ответ фальшивым кокетливым смехом.

— Ваше величество, просим тост, — обратился к Элизе, как уже к полноправной королеве, один из молодых министров.

Леандро кивнул. Его довольный взгляд заскользил по залу и на мгновение задержался на ведущем в галерею тёмном проёме. В глазах блеснул холод. Алита замерла, но не отвернулась. Заметив на его губах насмешливую улыбку, женщина гордо задрала подбородок.

Ну и что, что она нарушила приказ и покинула покои? Что он ей сделает? Убьёт? Так ей давно опостылела такая жизнь.

Развернувшись, она направилась к выходу из дворца, собираясь прогуляться по королевскому саду. Но не успела сделать и пары шагов, как её окружила стража. Командовала ими Элиза. На лице сестры сияла торжественная улыбка.

— Схватите её и отведите вглубь сада, — приказала она стражникам. — Король желает завершить праздник… принеся небесам жертву. Давей давно пора избавиться от опозоренной королевы.

Алиту схватили под руки. Она не сопротивлялась. Что толку? Её тело было истощено издевательствами и голодом. Только разум оставался цел, но много ли от него толку?

Как и было велено, её выволокли в центр сада, где уже установили столб, вокруг которого были сложены ветки, щепки и тонкие сучья.

Те несколько придворных, что ещё недавно веселились в банкетном зале, сейчас с любопытством смотрели на жуткую картину. Их разгорячённые лица были искажены уродливыми гримасами.

Алиту привязали к столбу. Сухое дерево впилось в спину сквозь ткань платья. Рядом раздался звонкий шёпот Элизы:

— Ты правда думала, что Леандро любил тебя, такую уродину? Для того чтобы занять трон, ему нужна была за спиной сила Южной армии, которую возглавлял твой дед по материнской линии, а после него — твой родной дядя. Только поэтому он и женился на тебе, мерзкой страшиле. А потом, сразу после свадьбы, с моей помощью, разнёс по стране слух о твоей измене с конюхом. Пока ты мерзла и голодала в монастыре, я занимала твоё место, помогая твоему мужу добывать корону. Сейчас и трон, и обе армии Давей в руках Леандро. Уже завтра я стану его королевой. А ты… умрёшь. Так же жалко, как до этого умерли твоя немощная мать со всей её семьёй и твой брат.

Алите впервые за долгое время изменила выдержка. Тело дрогнуло, словно его пронзила ударившая с неба молния.

Они убили всех её родных, а она ничего не подозревала, придумывая бессмысленные оправдания. Мать отравилась несвежими морепродуктами, на брата Финна напали разбойники, а род легендарного генерала Ховарда Боше, её деда по матери, взбунтовался против заключения любимой внучки в монастыре и предал страну.

Живым и здоровым из этой истории вышел только ее отец — виконт Дагмара, мачеха и она… сводная сестра — семейка предателей.

Алита горько усмехнулась.

Обвинение в прелюбодеянии тоже было частью их заговора. Но мягкая и доверчивая по своей природе, она слишком поздно это поняла.

— Народ любил тебя, Алита, — звонко воскликнула Элиза, обращаясь к присутствующим. — Но измену не прощают. Давей нужна добродетельная королева. Этот огонь очистит твою душу.

Она поднесла факел к хворосту. Сухие прутья с треском вспыхнули.

— Прощай, сестра!

Быстро разгоравшийся огонь освещал её прекрасное, бесчеловечное лицо.

Первые языки пламени лизнули ноги Алиты. Боль, острая и всепоглощающая, пронзила всё её существо. Запах гари, палёных волос, собственной горящей плоти внезапно принёс ледяную ясность.

Она подняла голову, сквозь дым и жар впиваясь взглядом в стоявших рука об руку и наблюдавших за её агонией фигуры мужа и сводной сестры.

Из горла вместо крика вырвался тихий, хриплый звук:

— Клянусь пеплом моей матери и костями моего брата — в следующей жизни я заставлю вас заплатить кровью.

Зрачки женщины окрасились в багровый цвет, вобрав в себя отблески костра. Пламя взметнулось выше, поглощая тонкую фигуру.

Боль отступила, сменившись леденящим холодом. Последнее, что увидела Алита, — это бледное, вдруг исказившееся не то от страха, не то от ярости лицо Элизы.

Вскоре её сознание поглотила темнота.

Знакомый запах степного цветка ворвался в ноздри. Помнится, он намертво пропитал её девичью комнату в особняке виконта Дагмара. Аромат, который она не чувствовала с восемнадцати лет.

Алита резко дёрнулась и открыла глаза.

Легкий летний ветерок, пробираясь сквозь щель приоткрытого окна, лениво шевелил полупрозрачные занавески. На стенах причудливо танцевали солнечные зайчики. Где-то вдали, из сада, доносилось щебетание птиц.

Над головой Алиты расстилался шелковый балдахин ярко-лилового оттенка. Он был щедро расшит замысловатыми золотыми узорами. Мягкие подушки под спиной и легкое покрывало были выдержаны в той же гамме.

Помнится, когда-то давно, по наивности, она считала пестрые, кричащие цвета воплощением роскоши. А сейчас понимала — абсолютная безвкусица.

Девушка медленно моргнула и растерянно огляделась.

Комната даже отдаленно не напоминала ни аскетичную монастырскую келью с ее сырыми каменными стенами, ни вечно погруженные в полумрак безжизненные покои дворца.

Это был ее родной дом — особняк виконта Дагмара. Узнаваемый до мельчайшей трещинки на потолочной лепнине.

Но как она здесь оказалась? И почему ничего не изменилось? Словно это место застыло во времени, навсегда оставшись таким же, каким было одиннадцать лет назад.

С губ Алиты сорвался сдавленный стон. Сердце бешено забилось, словно попавшая в силки птица. Его отчаянный, лихорадочный ритм гулко отдавался в висках.

Она рывком села на кровати. Пальцы вцепились в мягкую ткань простыни. Взгляд, еще слегка мутный, упал на собственные руки. Девушка судорожно сглотнула.

Неужели они принадлежат ей?

Тонкие, белые, гладкие, как фарфор, с изящными запястьями и аккуратными овальными ноготками. На них не было ни шрамов, ни ожогов, ни грубых мозолей, оставленных годами тяжелого труда в монастыре. Это были руки истинной аристократки, не знавшей ничего, кроме неги. Руки, которые должны были принадлежать кому-то другому.

Прежде чем Алита успела что-то осмыслить, входная дверь распахнулась, и в комнату, легко ступая по ковру, вошла молодая круглолицая девушка. В руках она держала деревянный поднос с чайником, от которого через носик к потолку поднимался горячий пар.

— Мисс Алита! — раздался ее встревоженный и до боли знакомый голос. Голос, который, как думала Алита, она больше никогда не услышит. — О, Небеса, вы наконец-то очнулись! Я так боялась!

Алита резко повернула голову. Дыхание перехватило, застряв в горле ледяным комом. Перед ней стояла ее горничная. Живая. С румянцем во все щеки и большими, полными искреннего волнения глазами.

Милли Ковальцки. Ее Милли.

Воспоминания нахлынули волной, сметая все преграды.

Перед глазами вдруг встала картина: эту самую молодую и невинную девушку по приказу тогда еще наследного принца Леандро Редгрейва королевские стражники грубо волокут по пыльной мостовой… на казнь.

Ложное обвинение — пособничество королеве, якобы изменившей супругу с главным конюхом в первую же брачную ночь — стало для Милли смертным приговором. Ее обезглавили на городской площади перед потешавшейся толпой. Но даже глядя в глаза палачу, она не предала свою хозяйку, крича о ее невиновности до самого конца.

Узнав о ее смерти, уже сосланная в монастырь Алита рыдала до изнеможения. Сердце девушки разрывалось от чудовищной несправедливости, ведь её лишили последнего родного человека.

А сейчас… Милли стояла перед ней. Цветущая, молодая… живая!

Глаза Алиты мгновенно наполнились слезами. Она не могла произнести ни слова, лишь смотрела на горничную, не в силах оторвать взгляд.

— Мисс, что с вами? — испуганно прошептала Милли, протягивая ей белоснежный платок. — Не плачьте, прошу вас! Вам больно? Голова кружится? Я сейчас же позову лекаря!

— Не нужно… — с трудом выдавила из себя Алита и крепко схватила девушку за руку. Она боялась, что та исчезнет, растворится в воздухе, как мираж. — Не уходи, Милли… Никуда не уходи.

— Мисс, не тревожьтесь, я здесь и никуда не денусь, — тихим, убаюкивающим голосом принялась успокаивать ее горничная. — Как вы себя чувствуете? Голова не болит? Вы помните, что вчера произошло? Мисс Элиза сказала, что вы поскользнулись на мокром полу, упали и так сильно ударились о кухонный стол, что потеряли сознание. Лекарь заверил, что опасности для жизни нет, но велел соблюдать полный покой. Так что умоляю, не двигайтесь резко, просто полежите…

Она продолжала говорить, но Алита уже не слушала. Ощущая под пальцами тепло ее кожи и биение пульса, девушка начала понимать, что все происходящее — не сон или предсмертный бред. Это реальность.

Неужели Небеса услышали ее данную на костре отчаянную клятву и решили подарить ей… второй шанс?

Несмотря на то что прошло уже много лет, Алита помнила ту историю с падением и ударом головой о стол. Это событие произошло во время празднования ее восемнадцатилетия.

Элиза вместе со своей кузиной со стороны матери — Вивиан Стоун — предложила сестре сходить на кухню проверить готовность блюд. Стоило Алите первой переступить порог, как ее толкнули в спину. Пол был мокрым. Не удержавшись, девушка полетела вперед, прямо на кухонный стол. Что было дальше, ей на следующий день рассказала Милли.

Горничная даже осторожно предположила, что в падении хозяйки, возможно, замешана кузина мисс Элизы. Уж больно странный у нее взгляд. Алита тогда списала догадки Милли на живое воображение. А сейчас поражалась, какой же глупой и недальновидной она была.

Разумеется, это было дело рук Вивиан. При посторонних она вела себя мило, называла Алиту лучшей подругой. Но, стоило им остаться наедине, как она всегда норовила ее толкнуть и тут же найти себе оправдание. И что самое печальное, Алита ей верила. Даже когда по вине Вивиан ее лицо превратилось в кровавое месиво, девушка списала случившееся на трагичный несчастный случай.

«Смешно», — горько усмехнулась Алита.

Как ей было не закончить жизнь на костре, если жила одной лишь иллюзией, верила в откровенную чушь, видела не людей, а их маски?

Естественно, без вмешательства Элизы здесь тоже не обошлось. С чего бы Вивиан, дочери обычного торговца, приходящегося родным братом мачехе Алиты, испытывать к абсолютно незнакомой девушке такую сильную ненависть? Буквально жаждать ее крови?

Это значит лишь одно — ее долго и упорно настраивали против законной дочери виконта Дагмара. И все ради того, чтобы чужими руками убрать несчастную со своего пути.

Жаль, что осознание настигло ее так поздно. Чтобы увидеть истинные лица окружавших, ей даже пришлось умереть. Но Небеса подарили второй шанс, а значит еще есть возможность исправить ошибки.

Продолжая молча поглаживать запястье горничной, Алита задумчиво прикрыла глаза.

Что известно на данный момент?

Вчера ей исполнилось восемнадцать. Тот самый день рождения, после которого ее жизнь покатилась в бездну.

Мать восемь лет как мертва. Доказательств, что ее отравила мачеха, — если последняя не признается лично — нет. Даже то, что виконт, наплевав на траур, женился на Хлое через месяц после похорон, а их общей дочери Элизе на тот момент было двенадцать — наглядное подтверждение измены — не послужит веским доводом в королевском суде. Значит, это дело нужно на время отложить. Пусть враг пока ни о чем не подозревает.

Следующий — Финн, ее родной старший брат, который сейчас служит в Южной армии под командованием их дяди со стороны матери — генерала Уинстона Боше.

Восемь лет назад Финну только исполнилось шестнадцать. Смерть матери и предательство отца подкосили молодого и гордого юношу. Не желая жить в одном доме с предателем — каким в его глазах стал виконт — Финн попрощался с сестрой и ночью сбежал в солдатский лагерь, расположенный на окраине столицы.

Когда их отец отыскал его, было уже поздно. Границу атаковали варвары. Полк, к которому приписали Финна, отправился на войну.

С тех пор брат так и не вернулся домой. Связывался только с сестрой. Писал ей почти каждую неделю. Присоединившись к армии обычным солдатом, за восемь лет он дослужился до правой руки генерала.

Алита очень любила Финна и гордилась его победами. Тем больнее ей было услышать о его бесславной кончине. Возвращаясь наконец домой, брат с небольшим отрядом столкнулся в лесу с бандой воров. Те вырезали людей Финна подчистую, а его самого привязали к дереву, снесли голову, а все тело утыкали стрелами.

Разве так поступают обычные воры? Больше похоже на дело рук наемников. Но тогда Алита всецело доверяла виконту. Если он сказал, что действовали разбойники, значит, так оно и было. Кому придет в голову подозревать в таком жестоком злодеянии родню?

Финн был единственным наследником отца… Ровно до того момента, как вскоре после его смерти мачеха родила сына.

Брат погиб через месяц после того, как Алите исполнилось восемнадцать. Очевидно, Хлоя уже беременна.

Через месяц… Значит, Финн еще жив и его можно спасти.

Осознав это, Алита не смогла сдержать эмоций. Руки задрожали, глаза покраснели, сердце пропустило удар.