Читаем Мой Дьявол онлайн бесплатно

— Что ж… вполне даже недурно. На нечто приблизительное я и рассчитывал. Главное что без нижнего белья. Терпеть не могу проступающий через ткань одежды рельеф трусов и лифчиков. Только портят общее впечатление.

Он так и продолжал меня рассматривать, как будто я уже стояла перед ним полностью голая, беззащитная и готовая его принять в любую из ближайших секунд. И, естественно, ни от его лапающего взгляда, ни от прессующей близости легче не становилось. Скорее, наоборот. Хотелось сдохнуть прямо сейчас же и желательно мгновенно.

— В-вы же… не можете не понимать… что весь этот фарс едва ли принесёт вам желаемый результат. Я не… у меня…

— Дыши, Энн. — он вдруг вытянул из кармана брюк правую ладонь и направил её в сторону дивана, громко прищёлкнув пальцами, чем и вынудил меня панически вздрогнуть. А потом интуитивно потянуться взглядом к его руке, перестав дышать, соображать и практически не верить собственным глазам. Тому, как он снова указал на сиденье дивана, но уже без голосового приглашения. — И хватит паниковать. Я не собираюсь с тобой делать ничего из того, что тебе может не понравиться. Садись уже и расслабься.

Он даже сделал полушаг назад и немного в сторону, но на вряд ли для того, чтобы я успокоилась от слегка увеличившегося между нами расстояния. Просто подошёл к ещё одному более высокому столику возле ближайшего к дивану кресла и подхватил из серебряного ведёрка бутылку с шампанским из прозрачного стекла с золотой этикеткой. Рассмотреть с такого расстояния название марки мне не удалось. Но мне этого и не нужно было. Я и так знала, как выглядит одно из самых дорогих в мире игристых вин, именуемое мелодичным словом Кристалл.

А как же условие про не напиваться?

— Всего пару глотков, чтобы перестали дрожать руки. — он что, прочёл мои мысли, когда снова неспешно вернулся к дивану и протянул мне наполовину наполненный бокал с игристым золотисто-розовым напитком. И опять взглянул на меня, в этот раз сверху вниз, как бы по ходу, ни на что не претендуя и ничего не обещая. Будто и вправду пригласил меня сюда чисто из скуки ради, просто поговорить.

Я всё-таки заставила себя поднять руку и, подавляя в ней слишком явную дрожь, потянулась за бокалом, стараясь смотреть куда угодно и на что угодно, но только не в лицо Маннерса и не на его живот, оказавшийся сейчас на уровне моих глаз.

— Умница. Осталось только разобраться с твоей неуместной паникой.

Но что я действительно меньше всего ожидала — так этого того, как он вернётся к креслу и, как ни в чём ни бывало, усядется в него, принимая показательно расслабленную позу созерцателя эстета. И даже подопрёт пальцами одной руки висок и щеку, облокотившись при этом о подлокотник.

— Это… вполне естественная реакция. Так обычно и реагируют на тех, кто тебя шантажирует и склоняет против воли к сексу. Или… вы сталкиваетесь с подобным «казусом» впервые, мистер Маннерс?

Я действительно сделала всего пару небольших глотков, после чего решила не рисковать, временно остановившись.

— Можно сказать, сталкиваюсь с подобным феноменом впервые. С тем, как ты старательно противишься самой себе и скрытым в тебе… тайнам.

— Я ничего не скрываю! Я… перед вами вся, как на ладони! И я… я до сих пор не могу понять… зачем вам это всё? Зачем я вам? Вы же можете выбрать любую, кто действительно готов и хочет раздвигать перед вами ноги!

Кажется, шампанское достигло своей главной цели, выстрелив по мозгам горячим залпом очередного пугающего головокружения. Правда, ненадолго. И то, мне почему-то почудилось, будто это была реакция не на вино, а на сидящего передо мной мужчину. На его хозяйскую позу и пока ещё не слишком навязчивый взгляд. Он продолжал меня изучать, но уже не так откровенно и нагло, как в самом начале. Скорее мягко, поверхностно, почти любуясь.

Он даже не сразу заговорил, будто специально затягивая с ответом или тщательно взвешивая в голове каждое будущее слово.

— В том-то и проблема, Энн. Всё не так просто, как тебе, возможно, кажется со своей колокольни. Ты совершенно меня не знаешь, поэтому и видишь того, чего нет. Не знаешь, что мною движет, и чего я хочу на самом деле. А… захотел я тебя. И, как правило, я всегда получаю или беру то, что хочу. Ну же, Энн. — он слегка склонил голову и улыбнулся едва не заигрывающей улыбкой сытого кота. — Ты ведь очень способная и сообразительная девочка. Всего одна ночь и всё закончится — останется далеко позади, как страшный, но весьма приятный сон…

— Это… это всё… неправильно!

— Вся наша жизнь состоит из неправильных вещей. Но в твоих силах изменить некоторые обстоятельства. Учти… Я не привык брать женщин силой, если они сами этого не хотят. Поэтому, пожалуйста.

Он вдруг поддался вперёд, облокачиваясь обеими руками о колени и буквально вбуравливаясь в моё лицо невыносимо пристальным взглядом.

— Перестань противиться тому, чего хочешь и чувствуешь сама. А главное… Не притворяйся. Никогда передо мной не притворяйся. Уж я-то всегда смогу определить, что настоящее, а что наигранное. Более того. Если сделаешь всё по моим правилам, обещаю… ты сама не захочешь от меня уходить… И, как я уже говорил по телефону. Я умею быть и щедрым, и благодарным, причём в тех пределах, которые тебе и не снились.

— Вы же говорили только про одну ночь…

Что-то шампанское мне совсем не помогает. В голове лишь ещё сильнее зашумело, а всё тело обдало паническим жаром из-за смысла сказанных Маннерсом слов. И дышать стало тяжелее. А если он что-то подсыпал в напиток?..

— Пересядь на край столика напротив меня, Энн.

— Это… не тот ответ…

— Я уже закончил и с объяснениями, и с ответами. Так что… давай… Покажи насколько ты готова выполнять мои требования и как далеко способна зайти, чтобы полностью удовлетворить мои хотелки, mon papillon[*]. И, пожалуйста. Не заставляй меня ждать, как и повторять приказы более одного раза. На столик, Энн.

[*]mon papillon [mon’papijɔ̃] — франц. мой мотылёк

Когда Эдвард мне позвонил и сказал подъезжать к Рокфеллер центру — и не куда-то там, а до самого Рокфеллер плаза[*] — я было сперва решила, что ему больше нечем заняться на выходных, как устроить мне романтический забег-экскурсию по знаменитым достопримечательностям Манхэттена. Действительно, чем ещё можно заняться во время совместного уик-энда, как не потратить столь драгоценные дни заслуженного отдыха на затяжную прогулку по настоящему городу в городе. Пусть и без экскурсовода, зато вдвоём, в окружении 19 неохватных небоскрёба и всех прилагающихся к ним развлекательных пристроек. На благо до Нового Года было ещё далеко, как и до ближайшего крупного праздника.

Я даже на всякий случай заглянула в афишу мьюзик-холла Radio City на его официальном сайте. Если Эдвард надумал сводить меня на какую-нибудь бродвейскую постановку или премьеру очередного блокбастера, будет лучше, если я сама подскажу ему на что лучше всего потратить и наше время, и его деньги.

Правда, всем моим предположениям и собственным планам на ближайший час так и не суждено было сбыться.

— …да, я сейчас здесь. Встречаюсь в неофициальной обстановке с инвесторами. Договариваюсь о ближайшем собрании по вопросам предстоящего слияния. В общем… — Эдвард понизил голос до заговорческого полушёпота, видимо для того, чтобы его никто не слышал, кроме меня. — Я тебе уже говорил, парни они крутые и серьёзные, поэтому на бегу в дешёвой кафешке с такими едва ли где пересечёшься. Торопить их тоже было бы верхом неприличия. Так что… извини, котик, но мне придётся здесь задержаться ещё минут на пятнадцать-двадцать, если не больше.

— А-а… ты уверен, что меня туда пропустят? — честно говоря, я была настолько шокирована услышанным, что невольно пропустила “котика”, от которого меня всегда почему-то передёргивало, мимо ушей.

— Я уже предупредил на твой счёт администратора. Просто скажешь на входе, что я тебя жду. Я буду у бара. Увидишь меня сразу, без проблем.

— Ну, хорошо… надеюсь, что без проблем. А… что я там буду делать всё это время?

— Пока доберёшься и дойдёшь до нас, думаю, останется ещё минут десять-пятнадцать. Закажешь себе какой-нибудь коктейль. Заодно расслабишься перед следующим сюрпризом.

— А денег у тебя хватит его оплатить? Даже представить себе боюсь, какие там цены.

— На этот счёт можешь не беспокоится. Теперь я себе могу позволить оплатить здесь не только коктейль, но и целый комплексный обед, включая несколько фирменных десертов.

Меня и первый сюрприз, если так подумать, не особо-то воодушевил, не говоря уже про обрадовал. Так что от намёка о следующем, легче почему-то не стало. Какие ещё можно ждать сюрпризы в Рокфеллер Центре?

Хотя, очутившись у входа огромного ресторан-бара для представителей местных небожителей, куда не рискнёт сунуться среднестатистический офисный планктон даже из любопытства ради, я как-то сразу забыла и о “котиках”, и о всех ожидающих меня на ближайший час сюрпризах. И, конечно же, первое, что я увидела — это не длиннющую стойкую бара с правой от входа стороны и сидящего там Эдварда. А нереально большой зал с тёмным интерьером из натурального массива дерева (возможно даже дуба). Отполированную до зеркального блеска поверхность корпусную мебель, матовую мягкую (конечно, кожаную!) и винтажные светильники с хрустальными люстрами по всему периметру помещения со смягчённым до нежно золотистого освещением. И никакого намёка на дешёвый пластик или хромированный полый алюминий.

Глянцевую столешницу барной стойки из цельного натурального гранита (а может и мрамора) я тоже вскоре заметила. А после и самого Эдварда, тут же чисто машинально подняв руку и помахав жениху где-то с расстояния в дюжину ярдов. Но опять же, не сразу.

Не знаю, почему, но где-то через пару нерешительных шагов вглубь зала, мне показалось, что на меня все глазеют. Причём очень явственно и ощутимо. Оно и не удивительно. Я, наверное, единственная, кто зашёл сюда не в брендовом строгом костюме или платье от Версаче, а в самых обыкновенных джинсах (хотя тоже далеко не из дешёвых), простенькой шифоновой блузке без рукавов и… (барабанная дробь) в кроссовках!

Вернее, не сколько зашла, а попыталась бесшумно проскользнуть в тот мир, который, вроде как по умолчанию, являлся для таких, как я, недосягаемым, а по статусу и вовсе закрытым на веки вечные. Грубо говоря, меня не должно здесь быть вообще! С какой стороны не глянь и ни в каком из всех известных видов-форм. А, главное, никогда и ни при каких обстоятельствах!

Но, как это ни странно, пробежавшись по нескольким столикам и занятым не таким уж и большим количеством посетителей кабинкам, я не увидела там никого, кто бы глазел на меня в эти секунды уничижающим пристальным взглядом. В том-то и дело! На меня вообще никто не смотрел. Будто меня тут и в помине не было. Тогда… откуда это странное ощущение?

В какой-то момент, я почему-то потянулось взором в дальнюю от входа часть зала, где, судя по всему, находились кабинки вип-зоны, куда так просто со стороны не заглянешь и сидящих там клиентов не разглядишь. Правда, я уже успела к этому времени подойти к Эдварду, так что…

_____________________________

[*] Рокфеллер Плаза 30 — (англ. 30 Rockefeller Plaza) — 70-этажный небоскреб в стиле ар-деко в Нью-Йорке. Здание является центральным объектом Рокфеллеровского центра.

— Я же сказал, что ты меня найдёшь без проблем.

— Если бы ты ещё сказал, в чём мне было бы лучше сюда прийти…

Я демонстративно скользнула по фигуре любимого недовольным взглядом, качнув головой и чувствуя себя рядом с ним Золушкой в одной хрустальной туфельке в аккурат после пробитой часами полуночи. Уж Эдвард додумался прийти сюда в своём лучшем деловом костюме и сделать безупречную укладку своей новенькой идеальной стрижке. Не хватало разве что бутоньерки в петлице лацкана. А так, хоть сразу бери под локоток и веди этого блондинистого зеленоглазого красавца прямиком под венец.

Я машинально потянулась рукой к своим длинным пепельно-русым волосам, не понятно на кой поправляя распущенные по плечам пряди. Будто это могло хоть как-то спасти мою проигрывающую по всем показаниям внешность. А ведь я никогда до сего момента на неё жаловалась! Даже наоборот. Как оказывается мало нужно, чтобы опустить собственную самооценку в собственных же глазах.

— Подожди ещё пару минут, котик. И мы отсюда уже скоро уйдём. — Эдвард торопливо обхватил мои предплечья слегка влажными (наверное, от волнения) ладонями и, видимо, в утешение, или вместо приветствия, поцеловал меня в лоб. — Ты и так потрясающе выглядишь. Да ты в чём угодно потрясающе выглядишь, особенно в обтягивающем трико!

— Только не говори, будто ты ждал, что я приду сюда в спортивном костюме и в топе-бюстье!

— Ну, а что? Задала бы местному бомонду новый тренд.

— Ты издеваешься, да?

— Ничуть!

Всё это мы обсуждали на заведомо пониженных тонах, чтобы нас, не дай бог, никто рядом не услышал. А то я и без того чувствовала себя буквально голой, или почти что голой.

— И вообще… Я прекрасно могла подождать тебя и снаружи!

— Хватит, Энн. Тебе нечего стыдиться или за что-то переживать. Уверен, мне сейчас здесь завидует как минимум половина посетителей и не только мужского пола. Кстати, господа! — на последних словах Эдвард намеренно повысил голос и обернулся в сторону троих, сидевших за его спиной мужчин в таких же строгих, как и у него, деловых костюмах. — Разрешите вам представить мою невесту. Анну Лорел Брайт — автора последнего по версии Нью-Йорк Таймс мирового бестселлера “Ожиданию вопреки”, который не сбавляет своих лидирующих позиций по печатным продажам вот уже второй месяц подряд…

— Эдвард, не надо перегибать палку! Не мирового! Ну что у тебя за привычка всё передёргивать?..

— Не слушайте её! Она просто у меня не в меру скромная и намеренно занижает все свои таланты с заслуженными успехами. А уж как очаровательно краснеет, когда кто-то её нахваливает и ставит в пример другим. Даже самому всё ещё не верится, что это сокровище принадлежит только мне одному!

— Так вы помолвлены?

— Собираемся устроить по этому поводу через неделю семейное торжество в доме моих родителей.

— Как у вас всё удачно совпало. И заключение крупной сделки с “Нео-Гроуп Технолоджес”, и предстоящая помолвка с самой красивой и безусловно талантливой писательницей этого года.

— Что тут говорить. Везёт так, что аж самому страшно.

Кажется, все, кто входил в нашу маленькую компанию поддержали Эдварда вполне себе даже искренним смехом. После чего я пережала руки всем троим мужчинам, действительно ощутимо краснея от их очень внимательных и крайне сдержанных взглядов. И особенно от всех их попыток скрыть свою явную заинтересованность моей необычной для данного места внешностью.