Читаем Лик короля. Перемены онлайн бесплатно

Глава 1.

Карета медленно едет вперед, оставляя за собой след колес на мокрой земле. Дорогу сильно размыло после ночной грозы, поэтому быстрее двигаться транспорту невозможно.

Небо хмурое, серое, говорящее о том, что сезон дождей только начался. В воздухе пахнет сыростью и свежестью, но я терпеть не могу дожди.

Смотрю, как все дальше и дальше уносят от меня четыре серебряных коня изысканную карету из темного дерева. Да… Глава города далеко не беден, но вот так мерзко поступить мог только он.

Оборачиваюсь и смотрю на мать, которая стоит чуть поодаль. Заметив мое внимание, она склонила голову, стараясь избежать взгляда.

– Мама, отец никогда бы подобного не позволил! – возмущенно, но тихо произношу. Стараюсь сдержать эмоции, но получается плохо.

– Розалиа, прекрати! – тут же строго произносит она, поправляет шаль и возвращается в дом.

Следую за ней.

– Мам, это же немыслимо!

– Ты же знаешь, если мы не сделаем так, как говорит он, то… Тебя опозорят перед всеми, – стараясь, чтобы никто не слышал, говорит она в ответ. – Немедленно в кабинет отца.

– Какая ирония! – горько отзываюсь, но выполняю приказ родительницы. Самая банальная история, даже добавить нечего – картина маслом.

– Он влиятелен. Если мы не повинуемся, то он сделает все, чтобы опозорить не только тебя, но и всю нашу семью. Думаю, граф Милонский не отступит. Прости, но сейчас я не могу тебе помочь. Никак не могу тебя защитить.

– Ты даже не пытаешься! – с обидой перебиваю.

– Роза! У меня нет такой власти. После пропажи твоего отца я пустое место – такая же женщина, как и все. Ты же знаешь, слово могут иметь только мужья. Несмотря на мой статус, должность главы города – немалый пост. Он раздавит нас! А у тебя есть еще брат и сестры. Что будет с нами, если ты ослушаешься?

Светлые брови мамы нахмурились. Я видела, ей тяжело, но мне все равно было больно. Неужели, совсем никак нельзя избежать участи невесты старого главы города?

– Мам, – шепчу со слезами, – ладно, есть дедушки очень милые, добрые, можно закрыть глаза на их возраст – дело в самом человеке. Но ты же знаешь, о нем ходят дурные слухи. Леди Алисия утверждает, что у него за душой что-то темное. Первая жена умерла при родах, вторая супруга скончалась от простуды. И…

– Роза, это просто гадкие сплетни. Нашла кого слушать! Леди Алисия славится своей неугомонной болтовней, – парировала мама.

– Матушка, даже прислуга утверждает, что граф бесчестен. Вспомни случай два года назад: был скандал в доме Милонского, экономку выгнали, так как та пыталась предупредить новую хозяйку!

– Роза, дело в обычной зависти, тут нечему удивляться, – положила она пальцы на виски, словно мои доводы вызывают у нее приступы головной боли. Возможно, так оно и есть, но я не буду молчать и постараюсь напомнить ей все то, о чем судачит город уже не первый год. – Графиня с радостью вышла замуж за главу города, она желала этого брака и торопила бракосочетание.

– Да! Потому что ей было пятьдесят и их брак был выгоден обеим сторонам, мама. А через год она якобы уехала в монастырь, но при этом почему-то даже с семьей не простилась. Как так? И теперь следующая я? А как же молодые служанки, которые тоже либо пропадают, либо уезжают по случаю удачи в столицу, или еще куда-то…

– Но ведь в столице проверяли историю главы. Я сама видела герцога, который приехал расследовать. Будем надеяться, что эти слухи из-за его высокого поста. И хватит, Роза! – съежилась мама и устало села в кресло.

Я поняла, что она не хочет видеть очевидного. И то, что Милонский запросто мог подкупить герцога, никого не волнует, хотя всем известно, что столичный гость любил поиграть в карты.

Ее плечи поникли, в серых глазах отразилась печаль. Я же побледнела. Надеяться? На что?

– Почему я? Я средняя. Ладно, Марта не в счет, ей всего семнадцать, но Анна? Она старше меня на пять лет, и более подходит.

На самом деле, я никому не желала такой участи, но этот вопрос стал действительно интересен, ведь обычно сначала старшие замуж выходят. Но и также во мне говорили обида и боль.

– Мне всего девятнадцать, и я что, должна выйти замуж за старика и вот так поломать себе жизнь?..

– Анна помолвлена.

Я смеюсь.

– Мама, даже слухов не было, что за ней ухаживали, а ты говоришь про помолвку?! – иронично воскликнула. Резко падаю на колени перед сидящей мамой и беру ее руки.

– Мамочка, ну, пожалуйста, не позволяй этому случиться. Прошу тебя, – шепчу и смотрю в серые грустные глаза, в которых уже видны слезы.

– Роза, я не желаю тебе такой жизни, – облизывает она сухие губы. – Но даже если ты сбежишь… – белое лицо мамы бледнеет еще сильнее, – он найдет тебя, – шепчет, – и тогда, боюсь, тебя ждет еще более худшее будущее. Прости! Если бы я была хотя бы магом, с моим мнением считались бы, но я даже граммом дара не обладаю. Пока твоему брату не исполнится двадцать пять, господин Милонский может надавить. Послушай меня, подумай сама. Да, я могу отказать. Да, могу встать за вас. Но я уверена, он найдет выход – он сломит тебя. Я этого боюсь… Еще тогда, на последнем балу, он так смотрел на тебя – я очень разнервничалась. И мои опасения оправдались. Ты красива, молода – я надеялась найти тебе достойную пару, а не так вот…

Мама сжала мои ладони.

– Но я не особенная – кругом множество красивых дев и более прекрасных, чем я. Но даже их мне было бы жаль, мама, он стар. Неужели нет закона о том, что старше девяносто лет жениться запрещено, хотя бы с разницей более десяти лет младше. Ему осталось жить двадцать-тридцать лет. Возможно, для него это ничто, а для меня будет пытка…

Надежда на то, что смогу уговорить маму помочь, гаснет. Вижу, как она поджимает виновато губы, как отводит взгляд.

– Понятно, – шепчу, встаю. Внутри такая пустота, словно у меня отняли душу. Хотя ее действительно отняли, учитывая, какое меня ожидает будущее. Мама хотела еще что-то сказать, но не решилась. Я же направилась к себе в комнату, на чердак.

Нет, комната у меня там не потому, что я изгнанная или нелюбимая дочь. Я сама ее выбрала. Отец не был против и сделал хороший ремонт, так что покои у меня далеко не хуже, чем у Анны или Марты, которые живут на общем этаже. Я всегда любила красивый вид с чердака на долину, освещенную солнцем, с текущей по ней рекой.

Вот и сейчас уставилась на родной теплый пейзаж. Над долиной просияло солнце – темные тучи разошлись в стороны, и залитая дождем земля светится и искрится. Сейчас она еще прекрасней. Стоит ли ждать, что и за моим испытанием последует свет и красота? Вот бы взметнуться сильной птицей и улететь высоко и далеко – на поиски отца. Но лучше не тешить себя глупыми надеждами, нужно как-то решать вопрос.

Стук в дверь. В комнату входит Артур – мой старший брат, внимательно смотрит на меня, после чего в его синих глазах отражается моя же печаль.

– Артур, ты же старший, почему не ты глава семьи? – непонимающе произношу. Прекрасно знаю ответ: брат хотел бы всем сердцем взять на себя обязанности, но закон не дает…

– Розочка, – подходит и обнимает за плечи, – прости, мне еще нет двадцати пяти, поэтому мне не дают власти. Я бы никогда не позволил так поступить ни с одной из моих сестер.

Темные волосы брата уложены набок, синие глаза смотрят на меня, он закусывает губу. Я понимаю, что сейчас брат старательно размышляет над чем-то.

– Я думаю, необходимо как-то потянуть время, – шепчет, – до моего совершеннолетия. Вижу только такой выход, тогда я смогу отменить помолвку с этим паразитом общества.

Последние слова Артур произносит со злостью. Хоть кто-то на моей стороне, и это придает сил.

– Спасибо, – выдыхаю, – но он всунул уже выкуп – нам доставили сундук с золотом. Представь, сколько он заплатил!

Артур с силой сжимает мою ладонь.

– Я что-нибудь придумаю, – тихо говорит, – но вот так тебя не отдам. Сундук запросто можно вернуть – это не проблема.

Артур встает, пытается еще приободрить, но видит, что у него плохо получается. После чего решает оставить меня вновь одну.

Решимость брата помочь мне – как глоток воздуха, в сердце поселилась небольшая надежда.

Которая в итоге разбилась о рифы города графа Милонского.

Он приехал через три дня, мерзкий старик. Я еле сдержала эмоции, чтобы не закричать, посылая всех от боли.

Я не хотела выходить. Видела, как неуютно маме, как затихла прислуга, которая тоже уже знала о случившемся. На меня, словно на прокаженную, стали смотреть с жалостью и сожалением. Мой «жених» ждал в гостиной, сидя на мягкой софе, спокойно пил себе кофе. Худые костлявые пальцы уверенной хваткой держали хрупкий фарфор.

И зачем в этом возрасте жениться?

Седые волосы уложены набок. Он чуть ниже меня, на бледном лице мелкие морщины… и вообще, он старый! Мерзко старый, но даже не это пугает, а его взгляд, в котором промелькнула при виде меня похоть. В его темных глазах что-то словно засветилось. Извините, но разве в этом возрасте еще что-то работает? Разве не пора готовиться на покой, грубо говоря. Занимайся своими делами и наслаждайся последними годами, зачем кому-то еще жизнь ломать?

– Прекрасно, – говорит слегка дрожащим голосом. Кажется, вздрогнула не только я, но и мама.

А вот дядя широко улыбнулся.

– Ну же, Роза, – подошел ко мне родственник, – покажи, как ты играешь на флейте. Я рассказал твоему жениху, как ты талантлива в музыке. И вообще, Роза – образцовая леди, ее растили с подобающим воспитанием. Вероника, какие у нее были учителя? – решил уточнить у мамы дядя, он, видимо, считал, мэр – партия что надо, так как породниться с графом Милонским очень престижно.

Дядя приезжает не часто. Видимо, прибыл вчера вечером, когда до него дошли слухи о помолвке, и уже хочет себе что-то прихватить из выкупа. Не скажу, что он плохой, но скользкий, и любит деньги.

– Всех моих детей обучали преподаватели из королевского дворца, – прошептала мама.

– Правда? – удивился граф Милонский. – Каким же образом вам удалось их уговорить?

– Мой брат, Самуил, тоже был при дворе, там и договорился, – пояснил дядя Авдоль. – Так же Роза рассматривалась на отбор для короля, но отказалась после в нем участвовать.

Тут дядя с таким неодобрением на меня глянул… Но гость этого не заметил.

– Ее приглашали на смотрины? – вновь удивился старый граф. – Хотя неудивительно, девочка очень красива.

Комплимент из его уст мерзок, меня замутило. Лучше бы я отправилась на отбор и приняла приглашение во дворец на смотрины, где выбирали только пятерых леди для основного отбора. Это было полгода назад, сразу же после исчезновения отца. У меня не было и раньше желания участвовать в отборе, папа всегда знал, что я хотела поступить в институт, и поддерживал. Лучше бы я не ездила на тот бал. Но Анна тогда уговаривала, и мама, видимо, хотела выдать меня замуж скорее. В итоге, выдает…

– Да, ее пригласили, – сказал еще раз Авдоль, улыбнувшись. – Поэтому, вы понимаете, что Роза чистая аристократка, очень ценна как будущая супруга.

– Конечно, это я и рассмотрел в ней сразу. Думаю, спланируем свадьбу через две недели, – отозвался глава города.

Две недели? Мое сердце ушло в пятки.

– Вы слишком торопитесь, – отозвалась мама, – нужно ведь все подготовить.

Новость ее тоже удивила, и она побледнела еще сильнее.

– Что вы. Розалиа приедет в мое поместье через три дня, и мои слуги смогут быстро все подготовить. Я даю ей время попрощаться с домом и собрать все свои вещи. Вы, мадам Иливинская, можете с остальными детьми подъехать как родственники чуть позже. Я отправлю приглашение, – после этих слов граф Милонский встал, опершись на трость. – Мне пора.

Дядя поспешно проводил «жениха», а я так и стояла в ступоре. Этот самый «жених», пройдя мимо, одарил мою ладонь поцелуем, отчего я вздрогнула, даже не взглянув на него.

– Встретимся через три дня, милочка, – прошептал он на ухо. Этот голос будет сниться мне в кошмарах.

– Роза, – чувствую, как касается моих щек мама, – приди в себя.

– А по-моему, не такой уж и плохой старик, – пожала плечами Анна. После чего я так на нее глянула, что она поморщилась.

Старшая сестра очень похожа на маму, и еще она двойняшка Артуру. Только они очень разные. Мы с Артуром похожи больше на отца, у нас с ним жгучие черные волосы, только мои кудрявые. У Артура и глаза, как у папы – синие, а у меня – мягко-карие, как теплый чай с лимоном. Так говорил отец… Марта вообще смешанная: темно-русые волосы, серые глаза – мамы, и тоже в кудряшках. Она сжала мою ладонь и прижалась щекой к моей руке:

– Прости, Роза, – произнесла, – мне так тебя жаль!

Я оторвалась от младшей сестры. Кусок в горло не лез… Поспешила встать из-за стола и быстро ушла к себе.

Свои вещи я не трогала, сил не было, но мама позаботилась об этом – приказала все сложить вместо меня. Днем в моей комнате послушные слуги выполняли приказ хозяйки дома.

Завтра с утра меня… за мной приедет карета.

**

– Артур? – зажгла я свет на тумбе, брат тихо вошел в мою комнату.

– Да, – прошептал он и сел на постель рядом со мной. – Роза, ты должна хорошо отдохнуть, завтра у тебя тяжелый день.

Я лишь отмахнулась – даже слушать не хочу.

– Нет, послушай. Я договорился… – тут же села ровнее и прислушалась, внимательно всматриваясь в синие глаза, которые пришлось слегка разглядеть в полумраке. – Я узнал, что тебя будут сопровождать четверо защитников и смог договориться через… определенных людей. На карету нападут разбойники.

– Разбойники? – шепотом переспросила я.

– Да, тут-то тебе и нужно быть очень внимательной – придется сбежать ото всех, пока будет идти сражение, и двигаться на восток. Нападение предположительно произойдет между двумя холмами, вниз по дороге. То, что дороги размыты, должно помочь тебе, но может и сыграть злую шутку. Надеюсь, завтра будет дождь. На восток по лесу беги, увидишь высокую липу, я буду там.

– Это опасно, Артур, лучше не приходи.

– Нет, я уже придумал алиби, у меня есть верные люди, не бойся. Я передам тебе лошадь, вещи и деньги. Подготовь все, что нужно, и спрячь под кровать, я заберу. После ты должна будешь ехать дальше на восток и пересечь границу. Ты сможешь?

– Смогу, – обнимаю брата и тихо плачу, – я смогу.

– На годкак Роза Иливинская ты умрешь – до моего принятия родовых дел. После я якобы тебя отыщу. Там, за границей, в городе Альбрус будет ждать мой давний товарищ, я отправил ему весточку. Он поможет тебе скрыться.

– Ну и продумал ты все! Я смогу, Артур, но ты… будь осторожен, не выдавай себя. И вообще, совсем никому, даже семье, не говори о том, что помог мне.

– Я знаю, малышка, – потрепал мои черные волосы брат. – Отец… поддержал бы меня, думаю, и мама в душе надеется на чудо. Для всех ты пропадешь с разбойниками.