Читаем Лазурри. Первородная магия онлайн бесплатно

Доброта наказуема?

Из-за нее я вот-вот сгорю на костре. Из-за нее руки жгло от веревок, а сучья плохо обтесанного столба впивались в спину, наводя на мысли о неизбежности. Из-за нее приходилось молить совершенно незнакомых людей о пощаде, словно я заслужила подобную участь.

- Не-е-ет! - сквозь рыдания закричала я, когда подо мной затрещали разгорающиеся поленья.

Не хочу умирать так рано. Не так, только не так!

Я помнила, после чего жизнь кардинально изменилась. Мне хватило месяца, чтобы превратиться из лучшей студентки на потоке в подобие средневековой ведьмы. Столько времени пыток, и вот из Лики Самвилл за пару минут сделали какую-то Иину. Я не знала никого из этих людей. Даже не представляла, где находилась и на каком языке они говорили.

Это жутко!

Это неправильно!

Я не сделала ничего настолько ужасного, чтобы с подступающей к горлу паникой наблюдать за языками пламени, больно лижущими мои стопы. Как выбраться? Почему веревки завязаны так туго? Кто придет мне на помощь и объяснит этим недалеким деревенщинам, что они ошиблись?!

Внутри все тряслось от истерики. Голос с крика срывался на писк. Перед глазами стояла мокрая пелена. Я уже просила прощения за все подряд, пыталась выведать свою вину, уверяла, что ни к чему не причастна и не являюсь никакой Ииной, старалась хоть как-то выторговать свою жизнь. Но толпа продолжала требовать смерти. Моей смерти.

А так хорошо все начиналось.

С одной единственной фразы медсестры:

- У вас первая отрицательная?

- Да, первая, - сразу же отозвалась я, отложив в сторону журнал, с которым дожидалась своей очереди.

После смерти бабушки сдавать кровь несколько раз в год стало традицией. Я верила, что этим приношу добро. Точно знала, что таким образом спасу кому-нибудь жизнь. Не просила за это деньги. Просто отдавала то, что пока имела в достатке.

Медсестра схватила меня за руку и повела по широкому коридору к последней палате. В этой больнице обычно сдавали кровь в небольших кабинетах. Сейчас же все происходило иначе.

- А почему я не могу сдать как обычно? - заподозрила я неладное, когда медсестра подтолкнула меня к свободной койке. - Эти приборы для переливания? Подождите, но я не соглашалась. Нужно ведь сперва подписать какие-то… - слова встали поперек горла, стоило обернуться и увидеть блеск иглы с капелькой лекарства на ее конце.

Я встрепенулась. Увернувшись от укола, бросилась к двери. Но не успела выбежать в коридор, как рухнула каменной статуей на пол, перед этим ощутив укол в плечо. Тело будто задеревенело. Разум затянуло туманом. В какой-то момент в сознание прорвалось много звуков, отозвавшись тупой болью в голове.

Рядом что-то происходило. Я силилась разомкнуть веки, но сделала это лишь с пятой попытки. От белизны потолка появилась резь в глазах. Я часто заморгала, пошевелила пальцами и повернулась на противный писк приборов. А там толстая трубка тянулась от моей руки вверх и была наполнена кровью.

- Переливание, - язык не ворочался. - Я не… соглашалась…

Неподалеку лежал мужчина лет сорока. От его груди вверх шло много проводков. Иссохший, бледный, с седыми волосами, но без глубоких морщин на лице. Из-за затуманенного сознания он показался вампиром из любимых мною фильмов, который в данный момент умирал без крови. Выцветшие серые глаза смотрели прямо на меня. Кончики губ тянулись вниз.

Между нами копошилась медсестра. Приборы издавали противный писк, к которому за столько лет посещения больниц я не успела привыкнуть. У моей бабушки были проблемы со здоровьем. Мы проводили много времени в ее палате. Я иногда занималась с ней учебой, только чтобы показать, что мне она не безразлична - в отличие от остальной нашей родни. Мысли настолько унесли меня в прошлое, что я вздрогнула от внезапного жжения в том месте, откуда бралась кровь.

В трубке с темно-бордовой жидкостью появился неестественный блеск. Он напомнил искрящийся на солнце морозный узор, который, подобно густому меду, медленно двигался к моей вене. Не от меня. Нет.

Мне стало не по себе, ведь подобного не бывает. И зуд вокруг иглы усиливался. Я собралась выдернуть ее, но обнаружила, что связана.

- Это что такое? - забеспокоилась и начала дергать руками, отчего кожаные ремни впились в запястье.

Сумасшествие! Беспредел средь белого дня!

- Вы хоть понимаете, что за это подам на вас с суд?!

- Лежи смирно, - чуть наклонилась медсестра, смотря совершенно в другую сторону.

Может, я просто устала после ночной подработки? Вдруг все кажется?  Да, я любила фэнтези, но точно понимала - магии не существует! И обычно никто не связывает первых встречных, только чтобы взять у него немного крови. Я вновь посмотрела на трубку, ледяной блеск в которой как раз достиг иглы.

Кожу начало покалывать. Затем появилось нестерпимое жжение, от которого я закричала и прогнулась в спине.

Это было неожиданно. Слишком горячо, холодно и вообще ненормально. Теперь я чувствовала, как так же медленно и тягуче внутри меня что-то двигалось по руке вверх. Оно пульсировало. Будто расплавленный воск, который обжигающей волной затягивал плечо и сковывал онемением. Я выворачивалась, ругалась не своим голосом, пыталась хоть как-то дотянуться до треклятой иглы, чтобы прекратить эту пытку.

- Пожалуйста, - молила я медсестру, которая держала меня, но неотрывно смотрела куда-то вверх.

Потом сердце пропустило удар. Второй, третий. Я задохнулась, а затем оно начало биться с невероятной скоростью. Что-то опалило органы. Обожгло мозг. Перестали слушаться конечности. Было сложно… сосредоточиться. Краем глаза я заметила капельницу с такой же искрящейся жидкостью. И только во время секундной передышки сообразила, что у меня не брали кровь - ее вливали!

- Что вы делаете? - снова стала вырываться я, но новый приступ разъедающей органы боли заставил выгнуться и застонать в голос.

Это длилось слишком долго. Блестящие искры из трубки завладевали телом. Проникали под кожу, добирались до сердца, прожигали меня дотла. Сперва грудь, потом конечности, последней - голову. Только когда на макушке я почувствовала стягивание, резкие приступы прекратились.

- Используй, - прохрипел мужчина. - Не забудь передать следующему.

Я повернулась к нему. Дышать было тяжело, словно позади остались несколько километров быстрого бега. Сказать бы что-то, но в горле пересохло. Лишь еще раз удалось дернуть руку, натянув кожаные ремешки, и уронить ее обратно.

- Подчини и используй. Не загуби, - последнее еле расслышала.

Палату заполнила гнетущая тишина. Я неотрывна смотрела на незнакомца и боялась вздохнуть. Потухший взгляд. Умиротворенная улыбка на лице. Меня охватил очередной приступ паники, из-за которой страшно было даже пошевелиться, не говоря уже о том, чтобы позвать на помощь. Он умер. Умер ведь?

Умер!

Новый укол в шею, и сознание помутилось.

Я очнулась от громких голосов и скрипа маленьких колесиков. Мимо пробежали люди в халатах. Они спешили спасти умирающего пациента, в то время как я…

Зачесался нос.

Во рту пересохло.

Меня не волновали снующие туда-сюда люди, не заботило, что нахожусь в коридоре. Недавнее прошлое будто подернулось дымкой. Стал важен лишь нос!

Я почесала его. Потерла глаз, дотронулась до волос и опустила руку, сетуя, что из-за ремешков не могу встать и уйти.

«Но их нет!» - разум пронзила светлая мысль.

Заметив, что меня больше ничто не держит, я тут же поднялась на ноги. Пошатнулась, однако быстро нашла равновесие.

- Домой! - прошептала уверенно и все еще в затуманенном состоянии побрела к выходу.

Сейчас не заботила странность произошедшего. Казалось, ничего не случилось. Я не видела морозный мед, не ощущала боли, не стала свидетелем смерти незнакомого мужчины. Нужно добраться до своей квартиры, а остальное не имело значения. Заразили чем-то, отравили, поставили надо мной эксперимент… Не важно!

К тому же к вечеру, стоило проснуться на диване, все показалось бредовым сном. Видимо, я настолько вымоталась ночью в кафе, что забыла про свои планы сдать сегодня кровь и уснула, не дойдя до кровати.

- Присниться же такое, - зевая, заваривала я себе чай. - Переливание, человек-вампир и смерть. Уф…

В теле ощущалось опустошение. Тяжесть. В пояснице давило.

- Лисенок, ты дома? - раздался из коридора звонкий голос друга.

- Да, делаю…

Любимая кружка вывалилась из дрожащих пальцев, и по полу растеклась полупрозрачная лужа.

- Чего посуду бьешь? - в дверях появился Нил и посмотрел на блестящие осколки.

- Я...

- Кто ж так чай остужает? Поставила бы на подоконник или в холодную воду. Всему вас, женщин, надо учить.

Руки будто не слушались. Я стояла, глядя на свои трясущиеся кисти, и не могла ничего поделать. Нил же принялся вытирать воду, выбросил в урну части моей уже непригодной кружки и даже заварил мне новый чай.

- Подозреваю, сегодня ты не ходила на учебу, - усадил он меня на стул. - И работала всю ночь, а затем подменила Риту на дневной смене. Выпила несколько чашек кофе, еще не успела поспать. Вспомнила, что у тебя послезавтра экзамен… Лис?

- Нет, все не так, - выдохнула взволнованно и подняла глаза. - Нил, у меня проблема…

Он внимательно выслушал мой рассказ. Возможно, даже принял его всерьез, ведь я говорила искренне, не скрывая пережитого страха. Пообещав разобраться в произошедшем, оставил меня дома и на следующий день встретил возле университета.

- Та женщина, которую ты описала, не делала никакого переливания, - начал отчитываться мой лучший друг.

- Но как же?!

- Она вообще утверждает, что вчера не выходила из дома. А мертвого мужчину точно не встречала. Может, все-таки сон, Лисенок?

- Нет, - со всей уверенностью заявила я, шагая рядом с ним по тротуару.

- Давай откинем прочь эмоции и будем рассуждать здраво.

- Нил, я ничего не выдумала. Это не сон! - заупрямилась я, уже поняв, что друг мне не поверил. - Ладно, сама во всем разберусь.

- Эй-эй, ты куда? - схватил он меня за локоть, не дав ступить на пешеходный переход.

- Это не нормально, понимаешь ты это или нет? - мое самообладание уже давало сбой. Вчерашний приступ повторился. И он не был обычным недомоганием, с которым очень просто справиться! - Руки постоянно трясутся. А ночью я не смогла уснуть, потому что видела призраков.

Нил усмехнулся уголком губ, так как никогда не верил ни во что потустороннее. Мне же не переставало мерещиться, будто само пространство двигалось. То появлялась рябь, то шелестом звучали голоса, то вообще всплывал образ темноволосого мужчины, зовущего меня, но не моим именем.

- Если все настолько серьезно, то давай сходим на обследование. Сегодня мне как раз дали выходной - я весь твой, - предложил Нил.

- Так я и поверила, - пробурчала себе под нос, но от помощи не отказалась. С другом как-то спокойнее.

Ближе к вечеру настроение скатилось до отметки ноль. Через неделю оно ушло в минус, а к концу месяца достигло красного уровня, при котором кажется, что все сговорились и выхода уже нет.

Мне сказали, что здоровье у меня отменное. Раз за разом врачи твердили одно и то же. Но я-то чувствовала себя плохо! Все валилось из рук. Я не могла сосредоточиться. Зрение с каждым днем портилось еще больше. С учебой начались проблемы - из-за несданных экзаменов мне пригрозили отчислением. На полу побывали тарелки, кухонные приборы, даже телефон, за который я еще не выплатила кредит.

А еще эти сны…

Меня звал мужчина. Лазурри… Я различала беспокойство в его голосе. Была уверена, что не слышала никогда его ранее, вот только отчетливо понимала, что зовет именно меня. Иногда казалось, что он страдал. Бывало, мне мерещилась ярость вперемешку с опустошенностью. Словно я - последняя надежда, которую он все же потерял.

- Значит, психологическое, - после очередных удовлетворительных результатов обследования заявил Нил, отодвигая подальше от меня подставку с ножами. - Можем сходить к специалисту. Уверен, это стресс из-за экзаменов. После смерти твоей бабушки ты стала сама не своя, работала без передыха, а в свободное время училась. У тебя нервный срыв, Лиса.

- Я не сошла с ума. Нил, это вообще не смешно.

- А кто-то здесь смеется? - невозмутимо развел руками друг. - Призраков не существует, а твои видения и сны - это какие-то примочки мозга. Он у нас ого-го какой шутник. Обхохочешься! Нет, ради твоего спокойствия мы можем сходит к шарлатану, но эффект от этого будет, как от поедания слоном мухи.

Я поморщилась, но именно на последнее предложение и согласилась. Еще теплилась надежда, что с моей головой все в порядке, а дурдом вокруг - лишь порча. От нее можно избавиться. Ведь так?

Целую ночь меня не отпускало чувство, что рядом кто-то есть. То ли моя умершая бабушка, то ли отдавший мне кровь незнакомец. На потолке плясали темные тени. В душе царил мрак. Я боялась закрыть глаза и вновь услышать зов, страшилась поворачивать голову, чтобы вновь не увидеть рябь воздуха, напоминающую перемещение призраков. Пальцы продолжали трястись. Внутри покалывало от ненастоящего мороза, а перед внутренним взором всплывали картины из недавнего прошлого.

Страх утомлял. Мне надоело. Надоело слышать, чего не существует, видеть то, чего не должна видеть, и ощущать нечто неестественное. Это не нормально. Видимо, я сама становилась ненормальной.

И никогда в здравом уме мы с Нилом не пошли бы к шарлатану. Не стояли бы перед большой железной дверью, разрисованной, исписанной, ранее просто зеленой.

- В том месте я нашла тебя, - указала я на дорогу позади нас, все-таки побаиваясь заходить внутрь.

- Воодушевляющее воспоминание, - поморщился он, не желая погружаться в те сложные времена.

Его сбила машина. Я тогда шла от подруги и решила сократить путь, как вдруг услышала визг тормозов. Автомобиль сразу уехал. А на асфальте остался лежать рыжеволосый мужчина, которому я помогла добраться до больницы и даже назвалась там его девушкой, чтобы проследить за его здоровьем. Как оказалось позже, Нил потерял память. Он цеплялся за меня, будто я могла вернуть его в прошлую жизнь, а по итогу стал лучшим другом. Самым-самым! Тем, который не придаст и бросит все, если я позвоню ему посреди ночи и попрошу приехать. Потому что это Нил!

- Не трусь, Лисенок, я рядом!

- Да кто трусит? - усмехнулась я и все же потянула дверь на себя.

Та отозвалась жалобным скрипом. Над головой замигал свет и тут же потух. По заляпанному полу заклубился дым, будто приглашая и указывая дорогу, но быстро развеялся, забрав с собой и крохотное ощущение волшебства в этом месте. Гадюшник! Самый настоящий. Исписанные стены напоминали приют для наркоманов, везде валялась осыпавшаяся штукатурка, пара лампочек забыли вообще, что значит рабочее состояние. Я вцепилась в руку друга и не собиралась отпускать ее до самого конца.

- Ты вот мне скажи, - решив отвлечь меня, будничным тоном заговорил Нил. - Зачем очки?

- Так умнее выгляжу. - Я поправила их на переносице.

- Кто тебе такую чушь сказал? Зеркало?

- Не цепляйся, - насупилась я. - Мне так спокойнее. Не знаю, просто надела и все.