Читаем Зверь, именуемый Кот онлайн бесплатно

                                                                                                              "Копчёным сосискам не место в окрошке." М. К. Кот "Дневники и записки"*

“Привет. Ты решила скончаться от недосыпания? Героически, на рабочем месте, во имя родного издательства?”

“И тебя с добрым утром”

Я действительно уже забыла, что такое заснуть в теплой чистой постели и проснуться совсем не от мысли о катастрофическом положении дел. Эх… Вот так бы встать утром неспешно, не просыпаясь, дошлепать до ванной, посмотреть на всклокоченную и заспанную моську свою, отразившуюся в зеркале над раковиной, помахать даже ручкой этой дурехе (вполне симпатичной). Зубы неспешно почистить, умыться.

Снять теплую и мягкую пижаму, нырнуть в уютный пушистый домашний костюм. Или нет — прямо в пижаме пойти пить утренний кофе, утащив из холодильника заботливо приготовленные мамой с вечера заготовки для тостов. И съесть их холодными.

Размечталась я. Говорят — это не вредно. Мой личный малюсенький кабинет не был худшим из зол, между прочим. Здесь есть даже диванчик, заботливо подаренный мне начальством (он стыдливо прятался за огромным стеллажом). Окошко под потолком, большой рабочий стол, техника — все это и есть мой главный дом. На двери пафосная табличка: “Арт-директор И. О. Король” — предмет шуток всего коллектива. Это я — главный “раб на галерах” издательства. Вечный крайний и стрелочник И.О. Король.

"Люсь, ты зря над собой издеваешься. Работой горю точно никак не помочь."

Очень верно. Незримый мой друг, мой ночной собеседник, он снова был прав. Как всегда. Кроме него, некому было меня отругать за отсутствие завтрака или безлимитный рабочий график. И утешить тоже некому было. Для всех остальных я железная. Карьеристка и гадина, безусловно. Так уж повелось.

“Кот, я иначе просто возьму и утоплюсь. Плавать совсем не умею, это будет просто: с моста в речку прыг и готово.”

В это время в коридорах издательского дома “Луна” совсем еще тихо. В дни “большого тиража” здесь можно было найти еще пару верстчиков и вечно скорбящего дизайнера Мишу. Вся эта компания не стеснялась привлечь меня на подмогу. Коллектив наш был маленьким, его громоздкое как рояль название — произведение законной супруги директора Светланы Сергеевны.

Только я, как привидение в замке, слонялась по этому своему “второму дому” ночами и днями. Откровенно говоря, в этом не было такой уж невозможной необходимости, Кот был прав, опять, снова. Как ему не надоело быть всегда и во всем истиной в самой последней инстанции? Надо будет спросить.

Он, кстати, мне не ответил.

“Ей. А ты не спишь почему? Четыре утра, только вернулся с гулянок?”

В ответ раздался телефонный видеозвонок. О нет, показать кому-либо свой всклокоченный вид и сияющие синяки под глазами я пока не готова. Даже Коту.

Отбила. Перенабрала в аудиорежиме. То, что нужно мне этим утром — умный собеседник, сотая чашка кофе и умиротворенно смотрящий на меня экран мака в моем кабинете. Мой личный интим.

— Люсь, ну что ты творишь? Почему отключила картинку? Я увижу умертвие с пустыми глазницами и кривыми зубами?

— Зубы у меня преотличные, кстати. Прости.

Тяжко вздохнул. У него был восхитительный голос: глубокий, низкий, с легкой хрипотцой, он меня успокаивал, даря почему-то надежду. Нет, не на роман или флирт — Боже нас с ним сохрани. Как раз на обратное. Мой главный таинственный друг оставался, пожалуй, единственным, кому от меня ничего не было нужно. Так получилось.

— Я буду в Питере пролетом послезавтра. Утром вход, ночью выход. Была мысль встретиться и просто посидеть поболтать, но если так занята…

Я просто даже подпрыгнула. Встретиться? В наших этих с ним загадочных ночных отношениях была одна очень пикантная деталь: я ни разу Кота даже не видела. Только голос. Все видеозвонки были односторонними. В ответ на мои просьбы показаться он только смеялся. На аватарках же был изумительно нарисованный кот. Дикий, конечно.

— Ты уверен?

Вот ведь ляпнула. Он рассмеялся, как всегда, очень тихо.

Уже через месяц с начала нашего этого странного с ним общения я трезво решила: наверное, он урод. Ну, бывает. Росту в нем два вершка или вовсе горбун. Это было неважно. За прошедший стремительно год мой незримый, и воображаемый друг стал моим внутренним голосом. Все проблемы я легко выливала на эту бедную голову, не стесняясь его совершенно. Мой личный психолог, консультант, врач, друг и жилетка.

И тут вдруг Кот обретает лицо. Уверена ли я?

— А ты, Люсь, уверена ли?

Мне давно уже кажется, что этот персонаж моей сказки умеет читать мысли.

— Я не знаю. Ты не урод, признавайся? Или там… голубой. Марк, я не знаю!

Не часто я называю его по имени. Как-то так повелось. И его эта “Люся” — понятия не имею, откуда взялась. Сколько не спрашивала — он смеется и нагло отмалчивается. Может, он просто маньяк и зовет меня именем жертвы?

— Солнц, выключи свою возбужденную кофеином фантазию. Я обычный. Просто в Питере редко бываю. Вырвешься?

Последнее слово прозвучало так странно. Мне показалось, у него даже голос чуть дрогнул. Или не показалось?

Вырваться будет непросто. Хотя… У меня выходных просто не было, причем уже очень давно. Да, мне все это отлично оплачивалось, начальство даже совсем не жужжало. Переработки скрупулезно фиксировались по часам. Но похоже, все к этому легко привыкли. Очень это удобно, когда есть человек, который безропотно тянет свою лямку и за деньги готов впихивать в сутки еще пару часов.

— Ты правда хочешь встретиться?

Видимо, мозг мой таки подразжижился. Зачем я вот это спросила, скажите? Если мужчина предлагает девушке встречу, то наверное же, он не скажет в ответ: “Нет, дорогая, прости, перепутал.” Я вдруг ощутила себя невозможно, безмерно уставшей галошей. Безмозглой уткой, куском навоза. А он рассмеялся.

— Я прилетаю в шесть утра по московскому времени. Заказал машину в аренду, пока ее заберу, пока все дела свои сделаю, буду свободен не раньше десяти.

— Это прекрасно. Мне время и место назначь, путешественник.

Он снова смеется.

— Я так понял, ты почти согласилась? И на чем собираешься ехать?

Хороший вопрос. От нашего закрытого и секретного городка до Балтийского вокзала полтора часа на автобусе или два с половиной — на электричке.

Послезавтра у нас будет пятница. Конец мая, погода хорошая, дачники — здравствуйте. Возвращение мое обещает стать просто эпическим.

— В Питер наверное все же автобусом. Хоть посплю.

— Хочешь, я дам тебе ключи от номера, привезу, и ты выспишься? Чем не романтика?

Ого. Мне только что предложили постель? Тихий смех. Черт, я кажется вслух это сказала.

— Фантазерка. Я все понял. Изголодавшимися женщинами меня, конечно же, не напугать, но думаю, нам сейчас это не нужно, обоим.

Все-таки хорошо, что я видео отключила. Не часто так жутко краснею.

— Засранец ты, Кот. В десять двадцать по расписанию автобус мой прибывает в Автово. Там удобно встречаться. Давай прямо на станции метро, в вестибюле на круглой площадке до турникетов, там звезда на полу, не потеряешься. Я буду в…

— Я узнаю тебя. И все же поспи. И поешь. Я очень боюсь разориться, подкармливая жутко голодную Люсю.

— Бедолага. Возьми, что ли, кредит.

Опять ржет, отключился. Сообщение:

“И смени эту блузку. Кто вообще был тот идиот, что решил, что тебе этот синий идет? Лучше ее просто выкинь”

Вот как? Как он понял, что на мне это “синее чудо”? Увидеть успел? Мамин подарок, именно матушка посчитала, что синий мне очень идет. Под цвет лица, очевидно, никак не иначе. Что ответить Коту? А, притворюсь что уснула.

До начала рабочего дня у меня еще куча времени, можно немного расслабиться и получить удовольствие. В специальном ящике, вставленном в прямо в стеллаж, лежит маленький пледик, моя косметичка, “умывалка”, запас прокладок и полотенце. Как Кот называет это все великолепие — “Набор беспризорницы Люси”. Интересно, какой он, этот мой друг неведомый? На том и заснула, свернувшись калачиком на своем личном диванчике.

М. К. Кот «Дневники и записки»* - автор использовал указанный источник с любезного разрешения М. К. Кота, просившего сделать следующую пометку: "Эти маленькие заметки не претендуют на глубокий философский смысл. Они делались на продолжении достаточного продолжительного периода ежедневно и исключительно для собственного развлечения. "

©Нани Кроноцкая 2022-2023

                                                                                                                                          «Если утро не начинается с трели будильника, не спеши

                                                                                                                                            радоваться выходному. Может, он тоже сломался.»

                                                                                                                                                                              М. К. Кот, «Дневники и записки».

— Илона Олеговна, там курва беснуется, бегает по стенкам кабинета шефа и требует крови. То есть — вас.

Ну конечно, чьей можно требовать кровушки, только моей. У меня же избыток, все знают. “ Курва” — это благоверная нашего богоподобного шефа, Светлана Сергеевна, микроскопическая блондинка неопределенного возраста.

Судя по меткому определению, на побегушках ко мне посылали художника. Очередного какого-то, я их не успеваю запомнить уже. Творческие и одаренные личности долго у нас не живут.

Во всех других отделах это стихийное бедствие все именуют “ЭсЭс”. В узком кругу самых стойких (начальников департаментов) жену шефа прозвали “Сук-куба”, (Светлана Сергеевна Сидорова). Эта персона не просто супруга, она — главный спонсор всей нашей компании. Точнее — ее бывший муж.

Как так они витиевато дела свои вместе ведут, мы не знаем, и лучше не спрашивать: спать с этим знанием нам точно всем будет тревожнее. Но факт оставался фактом: в это шведской почти что семье, наша мелкая “куба” была главным источником всеобщего благополучия.

Я вдруг вспомнила, как Кот смеялся, когда выслушал мой рассказ о начальственных танцах с бубнами. Натягивая узкую юбку вместе с образом офисной леди и деловым настроением, я все размышляла над сказанным этим утром.

Уже послезавтра, я увижу тебя, друг мой дорогой и незримый. Ощущала себя почти героиней неведомой сказки. Не хватало лишь цветочка аленького, голос невиданного чудовища у меня уже есть. Словно снова подслушав мои мысли, пиликнул месс телефона. Что скажет мне снова мой голос невидимый?

О, нет, это мама!

“Пришли счета, оплати их сегодня, пожалуйста”

Да, конечно. О единственной дочери мы вспоминаем, когда нужно за что-то платить. Мысленно выдала себе подзатыльник. Я, конечно, была не права, просто хотелось себя ощутить невозможно несчастненькой. Никто не заставлял меня брать на себя коммунальные платежи. Мало того — отец был категорически против. Но мое эпическое падение им на голову в планы родителей не входило, хотелось хоть как-то благодарить за проявленный такт и терпение.

Маленькое настенное зеркало, висевшее за дверью моего кабинета, отражало безрадостную картину: Илона Король. Кошка ободранная, если честно. Серый строгий костюм, серые замшевые туфли, серые глазки на сером лице под собранными в тугой гладкий хвост серыми волосами. Было бы во мне росту поменьше — сошла бы за мышь, а так — серая цапля.

Это прекрасно, Коту цапля не по зубам.

Снова мысли сползали туда, где таился загадочный зверь. Умываться не буду. Нечего, вид у меня как раз тот, что и нужно: небрежно-страдальческий.

Выдохнула, вдохнула, кофе хлебнула, взяла телефон и пошла “навстречу солнцу и ветру”.

Из кабинета под волнующей воображение посетителей табличкой “Генеральный директор издательского дома “Луна” (без указания ФИО, что характерно) раздавались отзвуки напряженного диалога. Если честно — скандала. Если совсем честно — вопли.

Ор стоял несусветный, аж стены тряслись. К слову сказать, подобные шоу происходили у нас строго вне рамок рабочего времени, и никто из случайных посетителей “Дома Луны” не рисковал стать свидетелем этого безобразия. В этом “сук-куба” была безупречна. Орала, конечно, она. Причем — на два голоса. Очень страшненько, с переливами и весьма выразительными паузами.

Но лично со мной они все равно не сделают ничегошеньки. Даже ругать меня было невыгодно, потому, не испытывая никаких лишних чувств и ведомая лишь долгом начальника маленького департамента, я постучала.

— Илона Олеговна, доброе утро.

Ага, значит, можно войти. Справедливости ради замечу: в нашей компании я — самый юный начальник. О том, что головокружительный взлет блестящей карьеры мне стоил двух лет жизни в закутке между экраном и креслом, никто и не вспомнит, конечно, зачем? На поверхности: серая мышь-разведенка, двадцати семи лет, образование — самое высшее, совершенно непрофильное (вы так и подумали). Еще и вредная бесконечно, заносчивая, вечно “как скажет, так просто хоть мойся иди.” И все это — скромная я, разрешите представиться.

— Самого наидобрейшего.

Мой непосредственный начальник человеком был просто волшебным. Невозмутимо-спокойный, всегда улыбавшийся, мудрый, похожий на Деда Мороза. Густые белые волосы, окладистая гладкая борода безупречной формы. Такие же усы, как будто игрушечные. Разглядывать его было одно удовольствие, тем более, что он не смущался и все позволял. Одно было плохо в нашем директоре — его… да, вот это, что воздуху в легкие набирало и точно сейчас завизжит.

— ПОЧЕМУ?!

— Так сложилось? Может быть, расположение звезд?

Хотелось спросить еще: "Вам водички?", но я сдержалась. Ведь я — молодец.

— Светик, солнышко, посмотри на нее. Девочка за всю неделю спала всего раза три. Мне кажется иногда, что в нашем издательстве только один человек и работает. И это — не я.

“Светик, солнышко” подлетела ко мне, как разъяренная собачонка. Маленькая и злющая, она даже не дотягивалась до моего плеча, невзирая на внушительные каблуки. Кругленькая, гладенькая такая, ботоксовая, очевидно. Глазки кукольные, губки — чудо как хирургически вылеплены. И реснички — луп-луп.

В руках у меня пиликнул входящим сообщением телефон. Перевела взгляд на шефа. Тот, улыбаясь, кивнул, ну вот душка же. Прочитала, и сразу стало так… параллельно. Да горите вы все тут, ей-Богу. Я переживу.

“Что тебе подарить? Только не вертолет, в мой багаж он не поместится”

Надо же, Кот вспомнил. Завтра мой день рождения.

Выдохнула, улыбнулась, снова встретилась взглядом с Пал Палычем. Кажется, мы понимали друг друга. О чем там эта… громкая женщина мне вещала?