Читаем Наследие старой цыганки онлайн бесплатно

— Вставайте, уже пять минут девятого! Вы так в школу опоздаете.

Отдёрнутые рукой матери шторы, занавешивавшие окно, выходящее на улицу, впустили в комнату солнечных зайчиков, которые ловко прыгнули прямо на лицо зажмурившегося от света мальчика. Девочка, которая спала в кровати у противоположной стены, уже успела сесть, свесив ноги к полу, пытаясь найти свои тапочки.

— Марк, посмотри-ка, твоя сестрёнка уже встала, а ты всё продолжаешь ворочаться, — продолжала будить сына Женевьев Торле.

Мальчик открыл глаза и быстро бросил взгляд на свою младшую сестру — Эстель, которую все обычно называли просто Эсти.

— А ведь легли вы с ней одинаково поздно, — всё ещё отчитывала детей мадам Торле. — Думаю, мне следует запретить вам играть в эти ваши глупые игрушки, — женщина кивнула в угол небольшой спальни, где стоял ящик с их игрушками.

— Нет, мам, не надо! — вступилась Эстель, не рассчитывая, что её брат сможет подобрать правильные слова, чтобы отговорить мать от такого запрета. — Мы больше не будем засиживаться допоздна, обещаю.

Женевьев слегка улыбнулась, так что вокруг уголков губ образовались тонкие, едва заметные морщинки.

— Хорошо, я ещё посмотрю, как вы будете себя вести.

Мадам Торле вышла из спальни, а дети стали переодеваться и собираться в школу.

— Марк, ты представляешь, что было бы, если бы мама запретила нам сидеть допоздна?! — девочка была так взволнована, что не сразу смогла правильно надеть юбку.

— Конечно, Эсти, — понимающе кивнул Марк. — Мы так и не смогли бы освоить тот набор полицейских, который нам подарил папа.

— Да, — девочка стала чувствовать себя легче от того, что кто-то разделял её волнение. — Перед отъездом папа сказал, что если мы сможем освоить этот набор, то в будущем будем хорошими полицейскими или детективами.

— Как наш папа, — мальчик оделся и вышел из спальни.

Наскоро позавтракав, дети вышли во двор, где стояли их велосипеды. До школы, в которой они учились, было десять минут езды, поэтому они всегда добирались на занятия на своих двухколёсных металлических друзьях, не прося маму подвезти их на машине. Женевьев знала, что её дети унаследовали от отца лучшие качества, присущие хорошему полицейскому, поэтому не волновалась, отпуская их в школу. В конце концов, что может случиться в таком маленьком приморском городишке, как Валье де Эскомбрерас, где даже приезд цирка или просто странствующая по миру труппа актёров вызывает небывалый ажиотаж?

— Не задерживайтесь нигде! — напоследок крикнула Женевьев, когда дети исчезли за поворотом тропы, ведущей вдоль морского склона к школе.

Миновав порт, в котором в это время было всего одно судно, разгружаемое рабочими, дети свернули к улочке, в конце которой была школа. Эстель училась в третьем классе, а Марк в пятом, так что на протяжении учебного дня они могли видеться лишь на переменках, что они и делали. Несмотря на двухлетнюю разницу в возрасте, подруги и друзья Марка были хорошими приятелями Эстель, и наоборот. Дети полицейского — Жоржа Торле, часто устраивали интересные игры в шпионов и полицейских, вовлекая в игру всех детей, вне зависимости от возраста. Когда отец приезжал с очередной операции, он всегда слушал рассказы детей об их играх, радуясь их успехам, и, конечно же, рассказывал некоторые детали своей работы, часто уклоняясь от самых ненужных для детей подробностей. Мать тоже не была против подобных забав, считая, что это поможет её детям вырасти такими же смелыми и сильными, как её муж. С ранних лет Марк и Эсти понимали, что работа отца не должна излишне афишироваться, поэтому они редко пересказывали его истории другим детям.

Пока мальчик и его сестра сидели в школе, погода стала резко портиться. Небо, с которого прежде лился солнечный свет, теперь стало проливать крупные капли дождя из свинцовых туч, словно слоями нависших над морским городком.

— Как ты думаешь, мама приедет за нами?

Марк, Эсти и ещё несколько детей сидели под широким козырьком у входа в школу, ожидая приезда своих родителей.

— Да, — отозвался мальчик. — Знаешь, как неосмотрительно мы с тобой поступили? Такая ошибка просто непростительна нам, если мы хотим стать тайными агентами.

— О чём ты говоришь? — тон брата заставил девочку вздрогнуть.

— Мы оставили свои велики под открытым небом. Что если они теперь валяются в грязи, опрокинутые порывами холодного ветра?

— Да, ты прав, — согласилась Эсти. — Пойдём и прикатим их сюда, под козырёк.

— Сиди здесь, а то промокнешь. Я сам привезу их, — Марк вышел из-под укрытия и свернул за угол школы.

— Какой он у тебя заботливый, — с лёгкой тенью зависти сказала Рут — одноклассница Эсти. — Хотела бы я себе такого братика.

— А чем твой Жак тебя не устраивает? — удивилась немного Эстель. — Мне казалось, вы с ним хорошо ладите.

— Да, но он мой младший брат, а тебя — старший. Неужели ты не видишь в этом разницы?

Эсти уже собиралась ответить подруге, что возраст — это не самое главное, что надо ценить в человеке, но в этот самый момент под козырёк снова зашёл Марк. Мальчик выглядел очень растерянным, что сразу же бросилось в глаза не только его сестре, но и всем ребятам, ожидавшим приезда своих родителей.

— Что случилось? На тебе лица нет, — усмехнулся одноклассник Марка — Клод. — Что, встретил какое-нибудь чудище морское?

Не обращая внимания на подтрунивания приятеля, мальчик обратился к сестре:

— Наших великов нет, их украли.

И без того огромные глаза Эстель сделались ещё больше:

— Этого не может быть! Кому могли понадобиться наши велосипеды?

Марк помотал головой из стороны в сторону, не зная, что ответить. Остальные ребята тоже удивились.

— А мой велосипед на месте? — забеспокоился Клод. — Скажи, ты видел, он там?

— Да, твой велик на месте. Пропали только наши с Эсти.

Девочка закусила губу, что означало, что она находится в глубоких раздумьях. Под козырьком стало тихо, даже дождь стал шуметь гораздо меньше, словно осознавая, что ребятам сейчас нужна тишина, чтобы собраться с мыслями.

— Я думаю, что это всё бродячие цыгане, — нарушила тишину Рут. — Мама всегда говорит, что от них не приходится ждать добра.

— Ты глупости говоришь, — вмешался Мишель — мальчик из четвёртого класса, чьи родители владели крупнейшей газетой в городе. — Если бы к нам в город нагрянули цыгане, то об этом было бы уже всем известно.

— Если твоя газетёнка ничего не печатала о цыганах в наших краях, это не значит, что они не могли прийти сегодня ночью откуда-нибудь с севера или запада, чтобы начать свои чёрные делишки у нас в городе, — парировала Рут, обидевшись на грубость со стороны старшего мальчика.

— Успокойтесь же вы! — Эсти вернулась к реальности из своих мыслей. — Я не верю, что наши велики стащили цыгане, но кто-то их явно украл. Возможно, что всё это злая шутка какого-нибудь хулигана, наподобие Ренье…

— Ренье сегодня не был на уроках, — поспешил замолвить слово Клод.

— Однако это не мешает ему быть исключённым из списка подозреваемых в краже наших великов, — с видом сыщика изрёк Марк, словно ребята снова играли в какую-нибудь детективную игру. — Он легко мог стащить наши велики, пока мы сидели на уроках, а потом смыться с ними восвояси.

Артур Ренье был главным хулиганом школы, в которой учились ребята. Рослый семиклассник часто бывал наказан директором школы или учителями за различные проделки, подобные этой. Родители не разрешали своим детям водиться с таким чудаковатым парнем, так что он всегда держался особняком и успел прославиться тем, что несколько раз побывал в полицейском участке за хулиганство. Его руки вечно были красными и опухшими от бесконечных драк и потасовок, в большинстве случаев учиняемыми им самим. Несмотря на такую его репутацию, и Марк и Эстель мало боялись этого чудака, ведь именно он защитил девочку и её брата от подвыпившего моряка, прибывшего на торговом судне прошлой осенью. Ренье не хотел, чтобы о таком благородном поступке кто-либо узнал, поэтому ещё тогда предупредил, что если Марк или его сестра кому-нибудь об этом расскажут, то плохо им придётся. Ребята послушались его и никому не сказали о случившемся.

Эстель вытащила из своего рюкзака с тетрадками небольшой блокнот с ручкой и записала на чистой странице: «Кража велосипедов. Ренье — главный подозреваемый». Стоит отметить, что данный блокнот являлся предметом зависти большинства ребят, знакомых с Марком и его сестрой. Не у каждого из детей была подобная записная книжка, напичканная всякими интересными записями. Если же кто-то и покупал себе блокнот, то даже при самых огромных усилиях и стараниях у него не выходило написать в книжку что-либо путное, чтобы хоть чуть-чуть походить на сыщика или детектива.

— Ещё запиши, что это могли сделать цыгане, — не унималась Рут, заглядывая через плечо подруги в блокнот.

— Ну хорошо, — вздохнула Эсти, дописав снизу: «Цыгане?». — Теперь ты довольна, Рут?

— Вполне, — девочка села на скамью, стоявшую вдоль стены под козырьком школы, и с победоносным видом посмотрела на Мишеля: тот лишь презрительно фыркнул.

К школе подъехала машина. Дождь к этому времени уже совсем прекратился, так что Клод, чья мама приехала, вышел её встретить. Погрузив свой велосипед на крышу и как следует примотав его верёвкой, мальчик помахал на прощание рукой своим друзьям и уехал.

Прошло полчаса. Рут и Мишель тоже уже успели уехать с родителями по домам.

— Мама, наверное, не приедет, — решил, наконец, Марк. — Должно быть, она посчитала, что лужи успеют высохнуть, и мы сами доберёмся до дома на великах.

— Придётся идти пешком, — поняла Эсти. — Что ж, пойдём. Всё равно здесь недалеко. Мама, наверное, расстроится, когда узнает, что наши велосипеды кто-то украл.

— А знаешь, что я придумал? — внезапно осенило мальчика. — Давай прямо сейчас сходим к Ренье и узнаем, не он ли стащил наши велики.

Эсти не слишком понравился план брата. Хоть она и не боялась хулигана Ренье, ей не слишком хотелось общаться с ним. Желание вернуть велосипед, который ей семь месяцев назад подарил папа на день рождения, оказалось сильнее неприязни к Артуру, поэтому она всё-таки согласилась.

— Хорошо, пойдём. Ты ведь помнишь, где он живёт?

Конечно, Марк помнил. Артур Ренье жил в десяти минутах пешего хода от школы. Нужно было пройти напрямик, туда, где стояли дома рыболовов и земледельцев — маленькие хижины, вид которых оставлял желать лучшего. Дорога от школы к этим домикам была размыта прошедшим ливнем, так что туфли Эсти промокли насквозь. Марк тоже замочил ноги, но не стал об этом говорить вслух, в отличие от своей сестрёнки. Когда хижина Ренье стала видна с тропы, по которой шагали дети, Марк и Эстель остановились и стали осматриваться, не наблюдает ли кто за ними. Было довольно тихо: шёл май месяц, все взрослые были либо в поле, либо в море. Мальчик и его сестра медленно подошли к старым деревянным ступеням и прислушались, что творится за дверью. Откуда-то из глубины хижины доносилось мерное постукивание молотка, словно кто-то решил отремонтировать сломавшийся табурет и теперь вбивал гвозди, чтобы скрепить отвалившуюся ножку к сиденью. Эсти в голову пришло другое сравнение.

— Звук такой, будто Ренье ломает наши велосипеды, — шёпотом сказала она брату.

— Давай постучимся, — мальчик нервно сглотнул слюну, вставшую комом в горле.

Марк слегка постучал по тонкой дощатой двери, но никто не отозвался. Звук удара молотка продолжался. Должно быть, прихода гостей никто не слышал. Мальчик постучал ещё раз, на этот раз более громко, но и теперь ничего не изменилось — никто не вышел. Марк слегка надавил на дверь и та легко открылась.

— Нельзя так вот без спросу вламываться, — попыталась остановить брата Эстель, но мальчик уже шагнул в дом.

Шум теперь слышался не в доме, а словно откуда-то с улицы, с заднего двора. Эстель втянула голову в плечи, словно боялась получить удар по голове, и шагнула внутрь вслед за братом. Небольшая комнатка, в которой они оказались, не представляла собой ничего интересного. Небольшой стол, на котором висела не по размеру подобранная старая жёлтая скатерть с каким-то заунывным узором, выцветшее кресло с пыльными подлокотниками в углу, грязный пыльный ковёр на полу. Из этой комнаты вели две двери: одна была плотно закрыта и, по всей видимости, вела в другую комнату, а вторая, через которую и доносились удары молотка, вела во внутренний двор. Брат и сестра осторожно прошли по скрипучему полу к этой дверке, ещё более шаткой и старой, чем входная, и выглянули в щель во двор. Солнце уже успело разогнать тучи, поэтому на улице было светло. В лучах дневного светила дети увидели Артура Ренье, сидящего на коленях с молотком в руках у овощных клумб. Парень взял очередной деревянный колышек и стал вбивать его в землю. Дети сразу поняли, что он размечает новую грядку для посева.

— Наших великов я что-то не вижу, — тихо поделился Марк с сестрой. — Либо он от них уже избавился, либо где-то спрятал.

— Мы поговорим с ним? — спросила Эсти.

— Если мы сейчас выйдем к нему, то он подумает, что мы без спроса вломились в его владения, что, по сути, действительно так.

В продолжение своей короткой беседы дети не заметили, что стук молотка уже затих. Так же они не заметили, как бесшумно Ренье подошёл к двери, чтобы войти в дом. Опомнились Марк с Эсти только тогда, когда Артур коснулся металлической ручки, чтобы распахнуть дверь, и та слегка брякнула по дощатой поверхности. Вздрогнув, дети в немом оцепенении уставились друг на друга. Дверь распахнулась, и Ренье предстал перед непрошеными гостями. Его удивлению не было предела. Наверное, поэтому, вместо того, чтобы страшно разозлиться на них, он удивлённо пробормотал:

— Какого чёрта вы здесь делаете?

— Мы… — начал заплетающимся языком Марк.

— Мы хотели узнать, не ты ли стащил сегодня наши велики, пока мы были в школе? — нашлась Эстель, которая в экстремальных условиях всегда была красноречивее своего брата.

Уже по выражению лица семиклассника-верзилы дети поняли, что ошиблись в своих подозрениях. Ренье и тут не стал злиться, обронив:

— Больно нужны мне ваши сопливые железяки.

Парень отстранил ладонью Марка, оставив на его футболке грязный отпечаток, и прошёл к двери, ведущей на улицу.

— Куда ты?! — окликнула его Эсти.

— Вымою руки, — тихо буркнул тот, но дети его всё же услышали.

У стены дома стояла большая бочка с водой, в которой Артур и смог очиститься после довольно грязной работы. Вернувшись в комнату, где всё ещё ждали двое непрошеных гостей, Ренье переспросил:

— Ваши велики кто-то стащил? Почему вы подумали именно на меня?

Марк замялся, не зная как ответить, поэтому Эсти снова взяла инициативу в свои руки.

— Ты же знаешь, какой репутацией пользуешься. Было бы неудивительно, если бы именно ты попытался стащить наши велосипеды. Вот мы и решили узнать, причастен ли ты к их пропаже.

— Я уже ответил, что мне не нужны бесполезные железяки.