Читаем Драконы рыжими не бывают онлайн бесплатно

Я... просто хотела жить. Это служило вечным оправданием всех моих поступков. Плохих и хороших.

Милосердие бывает жестоким. Добить человека, истекающего кровью, – это не убийство, это милосердие, как подать просящему. Но все добрые дела, которые я совершала когда-либо, не были напрасны. Я упорно хочу верить в это. Может быть, мне удалось выбить у кармы шанс на спасение?

Сейчас я лежу на земле, всматриваюсь в небо, в местами рваные серые облака, и мне хочется улыбаться. Но как я оказалась здесь, вымазанная в грязи, запачканная своей и чужой кровью, – это долгая история. И началась она, пожалуй, в лесу. В тёмном ночном лесу...

Меж деревьев в полумраке мелькала тень. Она быстро неслась, без труда огибая препятствия. Сумеречное зрение и лёгкий скачок позволяли оставаться незамеченной, но, тем не менее, тень чувствовала погоню. Преследователи, в отличие от неё, не прятались. Двигались напролом, освещая дорогу факелами, – в свете огня блестели мечи и топоры. Иногда тень оглядывалась, прислушивалась и жалела, что не может бежать ещё быстрее.

Тень – это я. Это я бегу от разъярённых сородичей, которые ещё недавно улыбались мне при встрече. Не думаю, что знаю всех преследователей, но это не важно. Моя задача – убежать. Как можно дальше от этого места, покинуть округ.

Меня будут искать. Полукровок никогда не отпускают просто так.

И в какой момент этого вечера всё пошло наперекосяк? Кто вообще узнал о моей сущности? Может быть, соседка справа, Майли? Она всегда недолюбливала меня и ещё с самого детства пыталась поднасрать. Или ещё кто? Не важно. С папы слетели все мороки, и теперь он не похож на дракона – огненные волосы выставлены напоказ, а из спины вырвались два мощных, пылающих ярких огнём крыла. Натуру феникса не скрыть, да и она наверняка сейчас только поможет. Им с матерью предстоит отбиваться от стражи, жителей, владеющих оружием. Интересно, им удастся выжить? Видит великий Марон, я хотела остаться с ними, но под гневным взором матушки пустилась в бегство. Заведомо обречённое на провал: с собой – только несчастный стилет, с которым каши не сваришь.

Я хорошо знаю эти места, не раз и не два была здесь с родителями. Но проблема в том, что мои преследователи тоже прекрасно здесь ориентируются, поэтому стоит уповать на чудо или мизерный шанс удачи. Я не умею обращаться в дракона, как это делают некоторые, а та форма, что мне доступна, смеху подобна. Всего лишь сорок сантиметров в длину и половина – это тоненький хвост. Почти красная чешуя, мелкая, но плотно сложенная – всякая мелочь не забивается. Многие драконами восторгаются, но у нас есть свои, весьма неприятные минусы.

В голову пришло, что всё могло быть ещё хуже. А если бы я была в платье? Совсем мрак —совершенно не та одежда, чтобы удирать от погони. Штаны облегающие, но движений не стесняют. А вот корсет мешает, но расшнуровывать его на ходу себе дороже. Он хоть и вшит в рубашку, но регулировать степень того, насколько сильно ты хочешь задыхаться сегодня, можно, не снимая её.

Когда спустя почти час я оглянулась, то поняла, что ничего не слышу. Ни топота ног, ни хруста веток под ними – ничего. Совсем. Замерев, я прислушалась, так, на всякий случай, и удивлённо хмыкнула, прислонясь к дереву.

А... куда дальше? Я прикрыла глаза. Ситуация выходила патовая. Назад мне нельзя по понятной причине, в кармане – ни гроша. Вообще ничего с собой нет, кроме этого кинжала. Острое лезвие было узким, не особо длинным, ручка – простая, но удобная, сделанная под мою руку. Даже нож, скорее, а не кинжал. Что он может сейчас мне дать?

В бессилии пнув пушистый слой мха, которым поросло дерево, я шумно выдохнула. До ближайшего города ещё идти и идти, да и наверняка утром там уже появятся плакаты, оповещающие о моём розыске. Первый же узнавший побежит к страже.

Поганая Цитадель! Поганая организация! Что б все её члены горели в адовом пламени так долго, как возможно! Возрождались бы раз за разом, а агония длилась вечно – потому что такой огонь не гаснет никогда. Я всхлипнула. Несколько тысяч лет всё было прекрасно, и мне даже не думалось, что придётся спасаться бегством. От своих же сородичей! Но, к сожалению, наш город и его жители слишком восхваляли своих властителей, чтобы не подниматься и не идти к нашему дому с оружием наголо. За что? Как вообще можно верить в то, что двигают эти идиоты? И главное, чем руководствуются сами «миротворцы»? Какой силы дрянь нужно употреблять каждый день и в каких количествах, чтобы такое хотя бы просто в голову пришло?

Но... ладно. Гневные мысли можно и нужно отложить на потом. Тем более, на вооружении у меня не только ножичек. У отца был лучший друг. Статный мужчина, бывший некогда наёмником. Он многих детей учил самообороне, а меня так и вовсе гонял. Говорил, что пригодится из-за моей природы. И что мне больше других нужно уметь за себя постоять. Уметь использовать магию, чтобы не замечали радары. Уметь гореть, чтобы никогда не замерзать и не привлекать внимание. Интересно, Голендус вступился бы за меня, если бы был в городе? Или предпочёл бы не навлекать на себя и семью беду? Он был убийцей, постигшим планы теневой скрытности, и познакомились они с моим отцом в какой-то гильдии. Это было смертельно давно, далеко отсюда, и они никогда не рассказывали в подробностях.

Голен говорил, что ученица из меня неплохая, схватывающая всё на лету, – и этим я пошла в мать. Жаль, не внешностью – жить с волосами, отливающими благородной платиной, было бы куда легче. Она белый дракон, такие обычно являются минимум дворянами, и мама тоже была из древнего, хоть и мелкого, вконец обедневшего рода. Если бы только я родилась похожей на неё! Не нужно было бы каждое грешное утро накладывать морок, осторожно отслеживая каждую ниточку, чтобы та не выдала меня. Тратить два часа на то, чтобы скрыть цвет волос, и почему? Потому что, по закону подлости, любая хна смывалась после первого же посещения ванны. Чёрная, русая, ярких цветов – не важно.

Стоять на месте тоже не выход. Я запретила себе думать о том, что происходит сейчас в городе. В любом случае, родители вряд ли обрадуются, если я впаду в отчаяние. Может быть, не сейчас, а потом, когда я найду хоть какую-то твёрдую почву под ногами, кроме мха, что стал главным объектом моей вселенской ненависти.

Обращаться в другую форму в условиях режима без магии – целое искусство. Это влечёт за собой мощный всплеск энергии, но тут у меня есть небольшая фора – и она действительно небольшая. Спустя минуту на земле сидит мелкая, крайне недовольного вида дракошка. Вертит тонкой шеей, принюхивается, а затем рывком поднимается вверх, следуя на северо-восток. Ближайший населённый пункт, Пранкс, рядом. Была не была, не по лесам же мне вечно шкериться? А так хоть будет возможность понять сразу, что к чему. Будут меня искать или, как это иногда бывает, забьют? За всеми не угонишься – у стражи есть проблемы посерьёзнее, чем очередная сбежавшая полукровка. Мне очень хотелось на это надеяться. А, впрочем, на мне была ещё и мантия. Капюшон достаточно глубокий, чтобы скрыть волосы. Одежда вся зачарована вплоть до нижнего белья.

Я летела, сощурив светящиеся в темноте глаза, и думала, что делать. Стратегия «доберусь до города, а там видно будет» как-то не особо радовала. Даже огорчала. Заниматься кражами не хотелось, а иных перспектив добыть денег не представлялось. Вряд ли я смогу найти какую-нибудь гильдию, что примет совсем зелёного новичка. Питаться мелкими зверьками, которые поймаю в форме дракона? Спать в лесу? Я рвано выдохнула. Этого хотелось меньше всего.

А надеяться на авось просто-напросто глупо! Мне хотелось найти пустое дупло покрупнее, желательно с оставшимся от кого-то гнездом, забраться туда и свернуться калачиком.

Но вот вдалеке показались огни города, по мере приближения ударило в нос сотней запахов. Не гнездо, так чердак. А вот и подходящий. Завернув вправо, я влетела в незакрытое окно, быстро огляделась и, не найдя никого взглядом, стала решать, куда бы примоститься. Коготки царапали половицы, но внизу не было ничего слышно. Наверное, жильцы дома уже спят. Значит, сегодня никого не побеспокою.

Отыскав в углу сложенные одеяла, я уснула прямо на них, вымотанная слишком долгим для меня перелетом. Раньше я носилась в этой форме только по дому, периодически по ночам выбираясь за его пределы без ведома родителей. Благодаря размеру, если подняться достаточно высоко, меня принимали за минорка – драконоподобную птицу с чешуёй вместо оперенья.

Утро началось с чьего-то крика. Всполошённая, я подорвалась, тут же с ужасом осознавая, что ночью вернулась в человеческий облик.

– Поднимайтесь, дармоеды! – рычал мужской голос внизу. – Живее!

Я сонно зевнула, разминая затёкшую шею. Сколько прошло времени? Сознание, а заодно способность трезво мыслить возвращались постепенно.

Внизу кто-то орёт, чтобы некие «они» поднимались. Вчера мне пришлось полночи бежать по лесу. На первом и единственном этаже слышится многочисленный топот, выкрики, смех. У меня ужасно болит всё тело, а спину ломит сильнее остального. Меньше, чем через минуту, всё затихает, и слышатся уже мерные, тяжёлые шаги.

– Сегодняшние четвёрки, – раздался грубый, чеканящий каждое слово мужской голос. – Тарнеп, Верним, Пронк, Тирелл – центральная площадь. До полудня. Зазрен, Дирнг, Тхамер, Шагойо – Императорский проспект....

Я, кажется, дышать перестала, хотя желание либо взвыть, либо выругаться было просто непреодолимым. Мозг усиленно перерабатывал дошедшую до него информацию – это казармы! Это треклятые казармы! Хотя, чего я могла ещё ожидать от одноэтажного, но очень длинного дома, стоящего на окраине города? Кого здесь встретить – чаровницу?!

Внизу продолжали объявлять имена, время и улицы. Я не прислушивалась, только замерла, боясь даже лишний раз шелохнуться. Надо же было вляпаться! Ладно, эта перекличка всё равно закончится довольно скоро. Может, удастся спокойно выпорхнуть, добраться под защиту деревьев, там опять перекинуться в обычную форму и побрести уже по улицам, выискивая плакаты. Если не появятся сегодня, то потом уже можно будет вздохнуть несколько спокойнее.

Наконец, речь оборвалась. Снова топот, но уже в молчании, и все звуки затихли. Я осторожно спустила одну ногу, вторую, проверяя, скрипит ли пол. На моё счастье – нет. 

Мелкие неприятности преследовали меня всю жизнь, иногда их инициатором являлась я сама. Так или иначе, они были связаны с моей натурой и с характером. Вообще, я подозревала, что второе вытекает из первого – чаще всего восстания случались в Патриопии, родном мире отца. Бунты успешно подавлялись, но факт остаётся фактом: фениксы – самый беспокойный народец с самым буйным нравом. Мама же, напротив, вечно спокойна, даже не смеётся в голос – только тихо, но чаще просто улыбается, озорно сверкая светло-голубыми глазами.

Я обхватила оголённые предплечья руками. Рубашка была с короткими рукавами, поднималась от корсета и плотной резинкой обхватывала чуть выше груди, спускаясь по небольшому декольте нехитрой шнуровкой. Зевок передёрнул тело, окончательно сгоняя оставшуюся сонливость. Я скользнула задумчивым взглядом по помещению. 

На чердаке же не нашлось ничего интересного. Он полнился откровенным хламом, начиная от сломанной мебели в виде несколько стульев и заканчивая одеялами, которые послужили мне кроватью. Рама второго, глухо закрытого окна была в огромном слое пыли. 

– Поехали, – одними губами прошептала я.

Если честно, я так до конца и не понимаю, как происходит обращение. Вроде чисто физиологический процесс – перестраиваются кости, мышцы, иногда даже работает сохранение массы. А с другой стороны – чистой воды магия и ни капли науки. Потому что крылья у меня были в подкожном скелете, как у большинства летунов, но ужасно маленькие – под стать драконьему размеру. Я чихнула, выгибая шею, помотала головой и взобралась по слабым выступам досок к окну. Выглянула.

Почти безлюдно. Три стражника на карауле, но спиной ко мне. В нескольких метрах по дороге едет телега, гружённая контейнерами и коробками, уже прошедшая контроль на въезде в город. А мне контроль не нужен. Внутренне усмехнувшись, я взобралась на узкий подоконник, сощурившись на Лаур, а затем плавно поднялась в воздух. Взмах, другой – быстро полетела прочь и, едва нырнула в лес, примостилась на ближайшей ветке. Сердце отчего-то бешено колотилось.

– Пап, смотри! Птичка!

Я быстро опустила голову. Расстояние до мальчишки было около сорока метров, может, даже чуть больше. Вомпы – деревья, растущие в наших лесах, довольно высокие. В голову ударила мысль – а если бы я села сразу на землю?

– Пойдём, – мужчина потянул сына за руку, бросив на меня взгляд. Мельком, не цепляясь – я облегчённо выдохнула, демонстративно расправляя крылья и срываясь с места. Крик миронка, похожий на вопль умирающего тюленя, спародировать несложно.

Но уже в полёте я задумалась над своими умственными способностями. Ну перекинусь я в лесу, хорошо, а как попаду снова в город? Глухая, пусть и не очень высокая стена шансов перелезть не оставляла. Проходить через главные ворота – ну нафиг, у меня ни денег, ни уверенности в отсутствии розыска. Поэтому пришлось резким взмахом затормозить и повернуть обратно – искать самую неприметную подворотню, куда случайно никто не забредёт. Радости от этой встречи не будет ни у меня, ни у него. А убивать... Я решила отложить эту мысль на потом. Понимала, что рано или поздно придётся замарать руки – в конце концов, сама размышляла над гильдией наёмников, но если обойдётся без этого, то будет замечательно. Отец учил, что обрывать жизнь в целях своей безопасности – не плохо, даже хорошо. Так ты показываешь силу воли и желание жить, бить маленькими лапками, стараясь урвать себе крошечный, как и ты сама, шанс на выживание. Мама говорила, что это всегда самая крайняя мера, что нужно заносить клинок, только если нет иного выхода.

А он у меня сейчас есть? Хоть какой-нибудь? Я тоскливо вздохнула, прогнав образ добрых глаз матери. Жаль, что не умею запирать некоторые воспоминания – способность сейчас бы очень пригодилась.