Читаем История России. Женский взгляд онлайн бесплатно

Нина Соротокина — известный писатель, автор знаменитых «Гардемаринов» — четырех романов, ставших литературной основой одноименного телесериала. Написанная ею книга — не очередной учебный курс, это история России глазами женщины. Женщины не любят войн, и не случайно, что, отдавая дань уважения русскому воинству, автор с особым вниманием относится к тем правителям, которые не потрясали устои государства, а позволяли безбедно и мирно жить своим подданным.

Я была счастлива, когда писала эту книгу. Большая ее часть была написана в деревне Красная Пахра, что под Москвой. В этой деревне стоял когда-то лагерем Кутузов, по Старокалужской дороге отступал Наполеон. Дописывала книгу я в деревне Матово на Угре, той самой реке, по которой проходила когда-то граница с Литвой и откуда вечно грозили России татаро-монголы. В свою угорскую деревню я езжу через Тарутино и Малоярославец (отчаянные там были бои с французами в 1812 году) и городок Медынь. Этот старый провинциальный городок с медовым названием немногим моложе Москвы, когда-то он был подарен царем Василием III царедворцу Глинскому, а потом при Иване Грозном перешел в опричное управление.

Слава Богу, я поездила по России, в моей молодости туризм был неотъемлемой частью быта. Где мы только не были! Великий Новгород — памятник нашей вольности, богатства и древней культуры, Нижний Новгород — спаситель отечества в Смуту, колыбель России — Киев, как странно, что теперь он находится в другом государстве. Я была на Соловках и поразилась величию содеянного старцем Зосимой и его последователем митрополитом Филиппом, ездила в Ферапонтово (там пятнадцать лет прожил в ссылке патриарх Никон) и Кирилло-Белозерский монастырь — отечество нестяжателей. Я видела кремль в Смоленске и слушала там рассказы об осаде и обороне этого города, который русские несчетное количество раз отдавали врагу и опять отвоевывали. На озере Неро под Ростовом Великим мы ставили палатки, на Переславском занимались подводным плаванием. Тогда в юности я не думала о русской истории, главным было увидеть мир, почувствовать тяжесть рюкзака и попеть у костра. И вот теперь светлые воспоминания эти приходят ко мне как реальность не только моего времени, но и всей великой эпохи под названием Россия.

Я писала эту книгу и восторгалась, и негодовала, и умилялась — мне было безумно интересно. Массу из прочитанного я не уяснила толком — и хорошо, будет о чем подумать. Хорошо также, что я никогда не была в Коломне, Муроме, Великом Устюге, Рязани… будет куда поехать.

Я не историк, я литератор. Наверное, профессионалы наморщат высокие лбы, дивясь и негодуя наглости, а хотите — наивности, с какой я решала самые запутанные вопросы истории. Ну уж не обессудьте!

Книга была написана на одном дыхании за восемь месяцев. Все это время я буквально жила в книжном шкафу. Главным было найти единомышленников, ведь в каждом мало-мальски значимом событии истории есть разночтения. Кстати надо добавить, что русской историей (и не только русской) я интересуюсь очень давно.

Чаадаев в первом философическом письме ругает Россию и ее историю, де, мы не восток и не запад, мы — промежуток… Но во втором письме уже уверяет всех, что русские — избранный народ, что за нами великое будущее. По-моему, это несколько нескромно и, пожалуй, смешно, писать о себе самом — мы великие! Тем более что сейчас у нас как-то, что-то, иногда… не получается, одним словом. Но у России бывали и более трудные времена, чем девяностые годы XX столетия. Переможем…

Я не знаю, какое у нас будущее, но прошлое столь богато, полнокровно, ужасно, прекрасно и интересно, что я никогда не устану заниматься им, распутывая клубок из нитей шелковых, домотканых, золотых, гнилых и кровавых… И тебя, драгоценный читатель, призываю последовать моему примеру.

История страны — это всегда история власти. Наверное, было бы очень интересно и поучительно написать историю государства не на примере царской семьи, а взяв за основу семью купцов, или ремесленников, или крестьян. Но это задача не историка, а литератора. Для написания такой «саги» надо перелопатить огромное количество материала, и все равно вернешься к истории царствующего дома, потому что все в государстве зависит от того, кто стоит у руля в то или иное время.

При написании истории я «не била шурфов», а словно скользила по поверхности времени, стараясь охватить картину в целом. Когда автор пишет исторический роман, он дает волю фантазии, но при этом обязан опираться на реальные события и даты. Автор исторических очерков должен изгнать фантазию — только подлинность, правда, истина. Но в процессе работы он проходит через такие тенета и путы неточностей, догадок, спорных вопросов, разночтений, что вынужден писать не объективную историю (по-моему, таковой вообще не существует), а свой взгляд на нее. И уверяю вас, что и в «Айвенго», и в «Князе Серебряном», и в «Войне и мире» ничуть не меньше объективной истории, чем в самом лучшем учебнике.

Я очень благодарна редактору этой книги — историку и милейшему человеку Станиславу Владимировичу Думину. Он не только исправил в книге кучу ошибок и неточностей, но помог по-новому взглянуть на многие страницы русской истории.

И еще я хочу сказать, написанная мной книга принадлежит только нашему времени — затянувшейся перестройке. Под словом «перестраивать» мы понимаем — круши все подряд! А потом бушующее время войдет в свои берега. Словом, я не знаю, как оценят наши потомки XX столетие. Не исключено, что кровавая революция 1917 года опять станет предметом гордости нации, и не важно, что у власти будут вовсе не коммунисты. И опять же — Сталин. Чем он хуже Наполеона? Такой же беспринципный негодяй и тиран. Шесть раз французы свергали с Вандомской колонны статую «маленького капрала», свергали и опять возводили, а теперь Наполеон краса и гордость Франции. У нас могут вспомнить, что при «Иосифе Великом» в мире было два главных государства — США и СССР, и они стояли, столкнувшись друг с другом лбами. А вспомнят ли цену нашего «величия»? Надеюсь, что я не доживу до времени, когда Сталин опять взойдет на пьедестал. А может, мир поумнеет?..

Теперь приступим…

Карамзин, наш замечательный писатель и историк, пишет, что история есть священная книга народов, завет предков потомству, изъяснение настоящего в пример будущему.

Россия — многонациональное государство, и каждый россиянин является полноправным жителем нашей страны, участником и творцом ее истории, но эта книга касается в большей мере истории русских.

Русские принадлежат к славянам — индоевропейской группе народов, состоящей из западных, восточных и южных славян. Славянские племена занимали земли, простирающиеся от Эльбы до Волги между Балтийским и Черным морями. Откуда они пришли в Европу, не знает никто, ученые спорят об этом, высказывая разные предположения. Может быть, они ниоткуда не пришли, а жили здесь всегда.

Впервые о западных славянах под именем венедов античные авторы (Плиний Старший, Тацит) упоминают в начале нашей эры. В V–VI веках венеды воевали с Византией, война длилась около ста лет и кончилась тем, что славяне заселили поречье Дуная и часть Балкан. Это положило начало южным славянам, к ним относятся болгары, сербы, македонцы, хорваты, черногорцы, словенцы и боснийцы. К западным славянам относятся чехи, поляки, словаки. К восточным — русские, украинцы и белорусы.

К шестому веку на территории Восточной Европы насчитывалось около пятнадцати племен. Племя — совокупность родов — занимало свою обособленную область: словене жили на берегах Волхова и озера Ильмень, вятичи — на реках Оке и Москве, радимичи — на реках Соже и Десне, древляне — на Припяти и в Среднем Приднепровье, северяне — на Десне, кривичи с полочанами — в среднем течении Западной Двины, а там, где теперь Киев, обитали поляне.

Среди славян жили иноплеменные народы: мурома, чудь, мордва, пермь, ливь… много.

Славяне были воинственным и, как утверждает летопись, жестоким народом, совершавшим опустошительные набеги на рядом лежащие государства. Но если славяне и были жестоки, то не более, чем другие народы. Время было жестокое. В четвертом веке по Европе и Азии прошли гунны — кочевой народ. О свирепом их вожде Аттиле слагались легенды. Очень беспокоили в те времена Византию, Армению и Боспорское царство воинственные кочевники — скифы. На севере держали в страхе окружающие народы варяги. Беспрерывные войны велись ради захвата рабов, грабежа, дани и, конечно, поисков нового рынка сбыта. Естественно, славяне старались не отстать от соседей.

Загорелые в походах, высокие, русоголовые, наши предки были отличными воинами. Они знали тактику тайного боя: умели преодолевать почти непроходимые ущелья, переплывать под водой, используя для дыхания полый стебель тростника. Вооружение славян — щиты, дротики, стрелы, смазанные ядом, и тяжелые мечи.

Лес и степь… Обычаи славян зависели от места их обитания. Лес кормил, давал жилье, защищал от врагов. В степи занимались хлебопашеством, разводили скот. Но степь была и вечной угрозой — оттуда шли враги. Со временем леса отступили на север, освободив место под пашню.

Наша земля очень богата реками, и славяне ставили свои города вдоль этих водных артерий. Город имел земляной вал, высокий частокол из бревен, ров, заполненный водой, и засеку. Для плавания по рекам строили деревянные ладьи. Славяне умели прясть, шить, ткать, выделывать шкуры животных.

Через славянские земли шел очень важный в древности водный путь «из варяг в греки». Путь этот соединял два моря — Балтийское и Черное. На Черном море стоял Царьград — столица Византии. Из Черного моря ладьи купцов плыли в Днепр. Из Днепра лодки перетаскивались в реку Ловать, которая течет в озеро Ильмень. Из Ильменя вытекает река Волхов и впадает в Ладожское озеро. На Волхове стоял Новгород. Из Ладожского озера вытекает Нева и впадает в Балтийское море. Славяне торговали хлебом, мехами, кожами, медом, воском.

Суровая жизнь заставляла иметь суровые обычаи, необходимые для выживания племени. Сильно развита была кровная месть. Нельзя было оставить безнаказанным убийство отца, брата или сына. За убийство отвечало все племя.

Предки наши были равнодушны к роскоши, умели переносить с легкостью любые лишения и физическую боль, к смерти относились с достоинством. Погибших в бою хоронили с почестями. По ним устраивали тризну. Тела погибших сжигали на кострах, пепел клали в урну и хоронили, насыпая высокий курган. Вместе с умершим сжигали на костре и жену, и любимых его рабынь, и коня, закапывали также домашнюю утварь, необходимую для загробной жизни. У древних славян допускалось многоженство. Бывало, что жена не хотела идти в могилу за своим мужем. Ее оставляли в живых, но жизнь ее была очень тяжелой. «Живая жена бесчестит семейство», — говорили в таких случаях. На севере урну с прахом не закапывали в землю, а ставили на столбе на перепутье дорог. Придорожные столбы эти были межевыми знаками, охранявшими границу земли рода.

Славяне были язычниками, они обожествляли природу, с которой были тесно связаны. Современный человек редко обращает внимание на звездное небо, малые реки упрятаны в трубы, через большие перекинуты мосты, его не страшат ни студеные зимы, ни летние грозы. Славяне же были открыты перед всеми проявлениями природы. Гром и молнии, перечеркивающие небо, казались им гневом богов, радуга — их улыбкой, журчащий рядом с домой ручей или река давали саму жизнь, поэтому у славян было особое почитание воды.

Молясь языческим богам, славяне ставили в честь них идолов — огромные, вырезанные из дерева статуи. У российских славян главным был Перун — бог молний. Были еще Даждь-бог — бог солнца, Стрибог — ему подчинялись ветры, Сварог — бог неба и много других. Бога веселья и любви называли Ладо. В честь Ладо устраивали весенние праздники, женщины и девушки шли в луга, пели и плясали.

Бога земных плодов звали Купала. В ночь на 23 июня, самую короткую в году, парни и девушки плели венки, жгли костры и песнями воспевали Купалу, после чего купались в реке.

Был еще веселый бог Коляда, это был бог мира, его славили в конце декабря. Тысяча лет прошла с тех пор, как приняли на Руси христианство и отменили эти праздники, а они отмечаются и по сей день. Колядуют на Рождество, пекут блины на Масленицу — все это языческие праздники.

От древней веры славян достались нам и живущие в реках русалки, и домовые — хранители очагов, и лесные кикиморы, заманивающие путника в лесную чащу, и лешие, и сами бабы-яги. Донесли их до нас былины и сказки, самое древнее устное творчество на нашей земле. Верования древних славян были необычайно поэтичны. Еще верили они в сглаз, волшебство и прочие мистические силы, чтили волхвов и гадалок. Очень велика была вера в слово, поэтому многие болезни лечили шептаниями и заговорами. Церковь все эти обряды назвала суевериями и боролась с ними, но зачастую безуспешно. Каждый знает, что соль рассыпать — к ссоре, хоть борись ты с этой верой, хоть не борись.

В наследство русским славяне оставили красочный, мелодичный и выразительный язык. В девятом веке просветители братья Кирилл и Мефодий дали славянам алфавит и перевели с греческого на славянский некоторые богослужебные книги. За многие века великие писатели России развили и усовершенствовали наш язык. Русский язык — наше национальное достояние.

Славянские племена не были объединены государством. Первыми властителями их были вожди, выбираемые для войн и ратных подвигов. Со временем власть вождей стала передаваться по наследству сыну, появились князья и их приближенные — бояре. Князь не только воевал, но и творил суд над народом. Писаные законы появились много позднее, в старину судили по обычаю. Межродовые распри решали «вечем», то есть миром, всеми, кто приходил на сход на главную площадь или к дому князя.

Откуда взяла начало Древняя Русь? Об этом историки будут спорить до тех пор, пока существует Россия, то есть всегда. Все началось с Киевской Руси.