Читаем Пышка для свекра. Сделаю с тобой джага-джага! онлайн бесплатно

Ха! Не худею я, видите ли! Да просто у меня кость широкая. И здоровье сибирское. Как зашибу — так зашибу!

Зато все при мне! И грудь шикарная, и попа роскошная. Не то что у этих селедок. Ходят костями гремят! Ухватиться не за что!

Даже мой супернакачанный свекор и тот слюни пускает, хотя и гоняет меня до седьмого пота. Мужик он, кстати, видный. В деревню бы его. Трактор бы смог заменить. Но у меня есть Валерик.

Вот я сейчас его порадую. Специально ведь домой пораньше пришла. Картошки как нажарю с мамкиными соленьями!

Вхожу в коридор, разуваюсь и голыми ножками шлепаю в спальню.

Стоны эти, визги на всю квартиру. Не дождался котик мой — решил на порнуху передернуть.

Сейчас я к нему присоединюсь.

Поправляю свою шикарную грудь в леопардовом белье. Леопард — это для дорогих женщин.

— Котик, твоя сладкая булочка вернулась! — открываю дверь. — Да кот ты помойный!

На моем Валере прыгает какая-то шмара, которая плоская как доска. Единственное, что на ней объемное, — это губищи эти жуткие.

Скачет на моем мужике профурсетка так, словно и сломать не боится. Ну ничего! Переломы им обеспечу я!

— Клава? — удивляется этот придурок, а девка потихонечку перестает подпрыгивать на его кривеньком огурчике. — А ты чего так рано? Ты же к отцу в фитнес собиралась.

— Я тебя сейчас покажу фитнес, стервец! — Так обидно становится. — Это ты все вот это роскошное на кости променял? Да я тебе носочки с трусиками стирала, вкусняшки готовила, утешала, что писюн не маленький!

— Это тебе маленький! — что-то там бухтит, спрятавшись за свою воблу.

Замечаю на нашей супружеской постели, рядом с этими, большой черный дилдак.

— А что, не маленький корнишончик? — спрашиваю у губастой профурсетки, которая пытается мять свои неказистые сиськи.

— Просто у него член в жирах теряется и ничего не доходит, — тявкает эта вагина на кривеньких спичках.

Ну что это за ножки? Кузнечик! Одни коленки торчат!

— Что ж у вас тогда тут писька резиновая полуметровая валяется? — встаю в боевую стойку.

Ща как врежу!

— А это для остроты ощущений! — Валерик что-то сильно храбрый стал, прячась за своего Чернобыльского кузнечика. — Ты ж в попку не даешь.

Ой не для его корнишончика мои шикарные булочки цвели!

— Да так, похоже, эту тоже не устраивает твое предложение!

— Да просто у меня на твои телеса нормально не встает. Жирная ты и здоровая. Чем тебя только, Клавка, в твоей деревне кормили!

Это я жирная?!

Ну все… Я долго терпела.

Хватаю увесистый резиновый писюн и опиздюливаю обоих. Сначала попадает девке. Прямо по губам.

— Валера, уйми свою ненормальную корову! — визжит она, стараясь спрятаться за его спиной.

Но от писюна возмездия не уйдешь!

— Клава, поражения надо уметь принимать! — пищит он. — Настенька просто больше меня заводит.

Настеньку заводят деньги, которые он стреляет у папы, и резиновый писюн.

— Ща я тебя заведу как трактор с толкача, убогенький ты мой!

Еще разочек даю хером по лбу его бабе, а потом рука как-то сама так берет, и Валерик взвизгивает по-бабски.

— Ого, как глубоко вошел, — удивляется бабища, подбирая клочки собственных волос.

— Настенька, — стонет страдалец, — вызови “скорую”, дорогая. И не трогай это.

— Какая у вас гармоничная сексуальная жизнь, — мне становится так забавно. — Сейчас врачи приедут, и можете устроить групповуху. Сама набираю номер неотложки. — Что случилось? Да тут мальчик. Двадцать пять годиков. Инородное тело в заднем проходе. Плюс вобла какая-то прилипла. У нее лицо разбито. Ага, пасибки.

— Девушка, не трогайте меня, пожалуйста! — ноет она. — Я еще за губы кредит не выплатила, а они уже вытекают.

У меня срабатывают умные часы.

— Ну ладно, вы тут развлекайтесь, а мне к свекру пора. Я в тренажерке его убираюсь.

Обидно-то как, а! Я его так любила. Все формы мои шикарные были для этого паскудника, все кулинарные таланты, а он не оценил. Блядь ему подавай и резиновую письку! Выхожу из квартиры и с горя покупаю себе шавуху, хотя свекор настаивает на спортивном питании.

А я как без радостей жизни? Весь секс обламывался селедке, а мне — одна бытовуха.

Секса хочу и тортик.

Захожу в зал.

Арсенчик помогает какой-то бабе качать жопу.

У меня дух захватывает от его вида. Гламурная алкоголичка свекра не сильно скрывает шикарный торс, подернутый темной порослью. Здоровый он и волосатый. Даже я на фоне Арсена — малышка.

Бородатый кавказский мужчина с толстой золотой цепью на шее. И шорты так обтягивают, что такое чувство, что он засунул туда банан.

Переодеваюсь в шикарную спортивную форму и в образе розового леопарда с шавухой возвращаюсь в зал.

Сразу чешет ко мне. Походка у него такая вразвалочку. Ну секс.

Мне бы хотелось, чтоб на меня свалился такой двустворчатый шкаф.

— Клава, — проговаривает мое имя с возбуждающим кавказским акцентом, — ты опять углеводами наталкиваешься. Белок нормальный надо потреблять!

Белок, да?

Не, ну он меня тоже достал своими издевательствами в тренажерке.

— Давай, — соглашаюсь и красноречиво хватаю Арсенчика за хозяйство.

— Что “давай”? — В меня впивается взгляд темных глаз.

— Белковый коктейль давай! — уточняю и прямо за внушительный член тащу свекра в раздевалку.

Ну раз шаурму он мне съесть не дал, то я угощусь его теплым белковым коктейлем. Говорят, в мужской сперме много витаминов. А уж если ее высосать из такого огромного и горячего кавказского шкафа, то вообще отлично здоровье поправишь.

А еще у меня крем для лица кончился… Тоже можно использовать.

Отнимаю у него свою шаурму, откладываю ее на скамейку и толкаю Арсенчика в богатырскую грудь.

Я решительно настроена. Не судите меня!

Свекор, к моему удивлению, не падает на лавку, где я намерена совершить с ним оральное насилие, если он мне сам не даст за щеку.

— Э, ты чего такая львица-тигрица? — его акцент еще сильнее и сексуальнее. — Раздевайся давай! — вдруг заявляет.

Как он завелся, увидев мои шикарные формы, одетые в розовый леопард. Правильно сказала тетка на “Садоводе”: в таком любой классный мужик отъебет.

— Сам раздевайся! — встаю в позу. — Иначе сама раздену, Арсен “Отчество твое я не помню”. Не доводи до греха!

Стоп. Как раз для греха он мне и нужен.

— Дерзкая, да?! — рычит он, играя шикарными мускулами.

— Голодная и злая! — поправляю.

А еще у меня молния на костюмчике сломалась. Ну как я разденусь?

— Если разденусь, то любить тебя буду! — предупреждает. — И плевать мне будет, Клава, что ты жена моего Валерки. Или не моего Валерки. Вот ты скажи, как умная девочка, может у такого, как я, уродится, такой, как он?

— Наверное, нет, — у меня голова не работает. — Ты раздевайся. Я сравню. Скажу точно, твой или нет.

— Горячая ты булочка, Клава, — проговаривает в восхищении.

Сдирает с себя все, кроме кроссовок.

Охуительный мужик.

— Ничего себе! — не знаю, как сдержать свои эмоции.

Валерик точно приемный. Ну не может быть у бати как у коня, а у него — зубочистка.

Про мистера "Олимпия" слыхали? Я тоже только слыхала, но не видала, но уверена, но накачанный и волосатый Арсен заткнет его за пояс.

Поправляю свои шикарные груди в леопарде, и член свекра тут же реагирует.

Ох ты как встал! Таким можно и по лбу дать, и по столу постучать, и затопить белковым коктейлем.

— Просто тут немножко холодно, — оправдывается он.

Интересно, там шлагбаум вырастет, если отопление включить?

— Садись на лавку! Я знаю, как согреть. Растереть надо, а потом спрятать в теплое местечко.

— Клава, я тебя так жахну, что ходить не сможешь, — горячий кавказский мужчина опять болтает.

Иду в бой. Ща я у него сама отсосу.

— Арсенчик, а разговаривают обычно после секса.

— Иди ко мне, моя тигрица, — манит своим членом, усевшись на лавку.

Опускаюсь на колени и ползу к нему кошечкой. Хотя мой бы сказал, что на него надвигается розовый бегемотик.

Козел! Ничего в женщинах не понимает.

— Скажи мне что-нибудь пошлое, — шепчу сексапильно, схватив его за член, который нужно держать двумя руками.

— В выходные пожарю тебе шашлык, а потом отжарю тебя, — проговаривает сексапильно.

Я возбудилась. В том самом месте мой леопардовый костюмчик мокрый насквозь.

Даже про правильное питание забыл. Заводит!

Никогда во мне не было такой громадины. Как говорится, рот порвешь.

Беру в рот большую и горячую головку, которая как огромный чупа-чупс. Мечта просто.

Сосу, втянув щеки — давно не было секса. И ужасный дефицит белка с витаминами в организме.

— Ебать-колотить, ты горячая тигрица, — стонет, работая бедрами.

Вот как надо вес сбрасывать! Ну так, слегка! Воблой я становиться не собираюсь.

Вспоминаю те видосы из интернета, в которых девки заглатывают бананы, и заглатываю член, словно это хорошая такая мороженка “лакомка”.

— Мне еще никогда и никто так не отсасывал, — шкаф содрогается и стонет на всю раздевалку. — Так ведь и жениться недолго! Украду у Валерика!

Медленно выпускаю из себя его шикарный член и, мощно дроча такое сокровище, смотрю ему в глаза.

— Укради, Арсенчик. Только на плечо не надо, а то спинку поломаешь. Я тебе еще и борщик сварю с пампушками.

Пока свекор не опомнился, насаживаюсь на его огромный банан глубоко. Головка входит в горло, и я подавляю позывы, царапая ногтями его накачанные бедра.

— О, тигрица, — стонет Арсенчик, подрагивая.

Мм, какой он шикарный.

Так как он уже на грани, полирую языком его головку. Сосу ее, жестко втянув щеки.

Ну мне же нужен белок. И вкус настоящего мужика.

— Охереть! — выдает он зычно.

Его член вздрагивает, и я получаю первую порцию вкусняшки. Белка так много, что не успеваю глотать, и сперма красиво стекает по его члену.

Продолжаю высасывать его до последней капельки, пока Арсен почти рыдает.

Надо же, какой чувствительный шкаф.

— Иди сюда, Клава, — хватает меня мощно и как маленькую девочку сажает себе на колени.

Всегда хотела посидеть так у мужика на коленочках, но никогда не получалось — слишком шикарная попка для этих хлюпиков.

— Арсенчик, — проговариваю любя.

— Клава, тигрица, — отвечает и впивается мне в губы страстным поцелуем.

Мы просто пожираем друг друга как в кино. Целует Арсенчик властно, глубоко проникая в меня языком. Словно я самая сладкая пироженка в его жизни.

— Чем от тебя так вкусно пахнет? — спрашивает между поцелуями. — Духи такие классные.

— Ой, да это ж не духи, — усмехаюсь. — Это я пончики вчера жарила.

— Я тоже хочу отжарить твой пончик, — заявляет. — Обещал же, что любить буду как минимум три ночи без продыха.

Арсенчик, да я тебя неделю из койки не выпущу. Мне же нужно держать высокобелковую диету.

Вслух не говорю. А то убежит еще вместе со своим протеиновым бананом. А мне потом вылавливай.

— Пошли в зал, Клава, — зовет, натягивая шорты.

Вот это поворот! Я ему все свои лучшие таланты оральные и шаурму, а он меня в тренажерку!

— Зачем в зал? — почти обижаюсь. — Тебе мои “девочки” не нравятся? — выпячиваю декольте.

Арсенчик сглатывает так, что кадык дергается, а шорты не скрывают того, что он тащится по моим формам как судак по Енисею.

— Да нравятся мне твои пэрсики-дыньки, Клава, — хрипло и с очень сексапильным акцентом. — Просто там маты, скамьи кожаные. Есть где разгуляться.

— Ну пошли, — игриво повожу крутым бедром.

Надеюсь, тренажеры мы не поломаем, а то они страсть какие дорогие.

Выходим в зал, где вобла, которую он тренирует, с трудом поднимает розовую игрушечную гантельку.

Да уж, мешки с картошкой она не таскала. Своего бухого мужика — тоже.

— Арсен, ну что ты все со своей жирной уборщицей? — капризничает сбежавшая из Бухенвальда. — Я же тебе не просто так плачу.

Да ты сейчас заплачешь!

— Я тебе сейчас покажу, что умеет “жирная уборщица”! — издаю воинственный клич.

Хватаю ее за несобранные патлы и легко тащу в подсобку, где у меня стоит ведро для мытья полов.

— Арсен, да уйми ты эту бабищу! Колхоз непромытый! Тетка!

Ах это я непромытая!

— Не, ну базар надо фильтровать, — справедливо замечает свекор, который просто смотрит на все это и не вмешивается.

Правильно, дорогой, я все сама. Сейчас лошадь эту прополощу.

Окунаю ее разукрашеной мордой в ведро. Хорошенько так, от всей души.

Фром Клава, с любовью.

Вырывается вобла и пытается убежать.

Хватаю швабру и добавляю селедке по хребту.

Обычно она еле перебирает своими спичками по беговой дорожке, а тут улепетывает так, что только тормозной след горит.

— Мамочка! — только и доносится уже издалека.

Выходим из подсобки в абсолютно пустой зал.

Я подхожу к двери, закрываю ее на ключ и приказываю со всей своей страстью:

— Ну что стоишь, Арсенчик? Сымай шорты. Будем лишние калории сгонять. Ты ж к весам привыкший.

_________________

А дальше искра, буря, безумие. Горячий кекс и прочая выпечка на протеиновом коктейле, а также отжарка от “шкафа” Арсенчика. Море юмора и жаркая любовь любовная для пышки Клавы. Советую как подниматель настроения! Никакого нытья по поводу пышных форм, а только секс и здоровая самооценка, ну и юморок…

Шорты испаряются по щелчку, и опять остаются кроссовки. Но это лучше, чем секс в драных носках.

Надо бы предложить ему их зашить. Может, потому в кроссовках.

Обнимает порывисто, прижимает к своему шикарному телу, которое как скала. Просто так и тянет залить его молочным шоколадом и вылизать всего.

— Клава, я таких булочек еще не встречал. Пэрсик мой.

С этими словами он поднимает меня рывком и закидывает себе на бедра, взяв под пышную попку, которая реально как тот самый персик.

Обалдеть. Еще ни один мужик так не делал. Вот что значит, штангист!

Несет меня к тренажеру, на котором бицухи качают.

— Любить тебя буду, Клава! — заявляет кавказский любовник.

Садится, а меня сажает на себя.

Какой он заводной и храбрый в позах.

Рвет мой костюмчик, оголив не только все дырочки для удовольствий, но и мои половинки персика.

Шлепает так по-хозяйски, а я радостно хихикаю.

Костюмчик розового леопарда пал смертью храбрых, но у меня еще есть красное бельишко. Надо только трусы с люстры снять. Бросала ради денежек, а получила шикарного мужика со впечатляющим бревнышком.

Обнимает своими сильными и большими руками, и я сама ввожу в себя его впечатляющий член. Это как ждать в своей булочке венскую колбаску, а туда сарделька проникает.

— Люби, Арсенчик, — разрешаю, двигая бедрами. — Как в последний раз люби! — Э, Клава, а чего это последний? — возмущается, пока я прыгаю на его члене. — Я сейчас тебя на каждом тренажере полюблю. Уже полгода думаю, как тебя у Валерика отбить.

— Не надо думать, — отмахиваюсь. — У тебя другое лучше получается. Мм, какой он огромный.

Боже, какое же это блаженство, чувствовать его в себе. Ого-го, как чувствовать.

— Ох, Клава, — стонет подо мной, хватает за попку и насаживает так, что у меня слезы текут из глаз.

— Сильнее, Арсенчик! — кричу, подпрыгивая на нем. — Сильнее!

— Тигрица моя! — рычит страстно и еще крепче прижимает меня к себе, загоняя член по самые яйца.

Мощный мужик. Любовь с первого секса. А рычал на меня потом, что вечно на своем не вкусном здоровом питании. А я ему борщика, мясца запеку. Будет еще мощнее с моей домашней еды.