Читаем Полторы имперских марки онлайн бесплатно
Полторы имперских марки
Виола Редж
Оглавление
АННОТАЦИЯ
ГЛАВА 1
ГЛАВА 2
ГЛАВА 3
ГЛАВА 4
ГЛАВА 5
ГЛАВА 6
ГЛАВА 7
ГЛАВА 8
ГЛАВА 9
ГЛАВА 10
ГЛАВА 11
ГЛАВА 12
ГЛАВА 13
ГЛАВА 14
ГЛАВА 15
АННОТАЦИЯ
Фреди Штальм – одна из лучших полицейских ищеек столицы.
Фредерика Паулина эф Штальм – баронская дочь и наследница
Драконьего Лога. Родители не теряют надежду выдать Фреди
замуж, но дороги судьбы извилисты и непредсказуемы.
Непредвиденная остановка по пути домой – и Фреди
обнаруживает труп высокопоставленного офицера. Военные
всегда что-то скрывают. Что? Фреди намерена докопаться. Не
помешают ли ей матримониальные планы родителей? И некий
капитан из контрразведки? Ответ прост – помешать ищейке
может только смерть.
***
Действующие лица:
Фреди Штальм – ГГ, лейтенант Главного полицейского
управления Отьенсбурга
Райнер эф Штальм, барон, отец ГГ
Илона Аделия эф Штальм, баронесса, мать ГГ
Джонас эф Штальм, майор Императорской армии, брат ГГ
Рольф эф Биндер – Главный Полицмайстер, двоюродный
дядя ГГ
Герцог Менгрейм – Первый Советник императора, начальник
Главного Полицмайстера
Петер Шульц – спец. агент полиции «в отставке»,
телохранитель ГГ
Ульрика Вальдан – доктор тауматургии, глава Бюро
магической посмертной экспертизы Столичного округа,
подруга ГГ
Драган Вонжич – ведущий эксперт по вещественным
доказательствам, сослуживец ГГ
Максимилиан Бауэр – старший дознаватель Главного
полицейского управления Отьенсбурга, коллега ГГ
Бела Петаши, Дитор Хофманн, Ленер Пихлер – лейтенанты
Главного полицейского управления Отьенсбурга, коллеги ГГ
Маттиас Эггер, капитан Императорской армии, Управление
контрразведки Столичного округа, регулярно попадает в
передряги с участием ГГ
С а м Клаушвиц – целитель с мировым именем, основатель
школы целительства «Белая тишина», лечит ГГ от последствий
маг. резонанса
Мориц Фокс – хозяин гостиницы в Вильямсштаде, где все
началось
Альфред Танау – полковник, начальник штаба Бешотского
военного округа; первый труп, с которого все началось
Беляна Зимодан – подружка второго трупа, который оказался
оборотнем
Витольд Немореску – капитан Главного полицейского
управления Отьенсбурга, начальник отделa по розыску
пропавших, коллега ГГ
Леопольдус Базилиус Кларк – хозяин антикварной лавки,
главный консультант ГГ по артефактам
Маргита Дитц – хозяйка дома, где пропали драгоценности,
клиентка ΓГ
Фридрих Дитц – чинoвник Министерства иностранных дел,
муж фрау Дитц, подозреваемый в краже драгоценностей
Маркграф эф Дитрих – начальник герра Дитца, гость в доме
фрау Дитц
Миклош Вербий – известный композитор, гость в доме фрау
Дитц
Доннер эф Витцель, барон, светский бездельник, приятель
герра Дитца, не женат, гость в доме фрау Дитц
Каламан эф Доломан – см. Доннер эф Витцель
Герр Новак – гробовщик, коңтрабандист, приятель Морица
Фокса, информатор ГГ
Безликий, он же лже-Вербий – шпион сопредельной
державы, крайне опасен, проник в дом ΓГ
Майор Брандмауэр, начальник капитана Эггера, пытается
переманить ГГ на службу в контрразведку
Конрад Φальк – профессор/полковник, идейный
вдохновитель и главный исполнитель воровства артефактов,
считается погибшим от несчастного случая
ГЛАВА 1
Грозы в Вильямсштаде, как и в любом местечке Предгорья –
обычное дело. Только я надеялась проскочить перевал и до
ночи попасть в Драконий Лог, а вместо этого пришлось
останавливаться в местной гостинице. Ни я, ни кучер
склонности к суициду не имели, а лошади дяди Рольфа участи
сломать ноги не заслуживали.
Гостиницу, которую помнила с детства, переделали по
столичной моде, вынесли кухню и обеденный зал в новую
пристройку, а номерам добавили площади. Да, и ванны были
теперь даже на втором этаже, так что мы с Петером взяли там
два номера по соседству, прилично сэкономив.
Он сразу помчался проследить, как устраивают лошадок. Я
аккуратно развесила мокрый плащ и попросила ужин.
Настроение общаться пропало ещё утрoм, когда господин
Γлавный Полицмайстер личным приказом отправил меня в
отпуск «для решения семейных проблем».
«Ты же понимаешь, Фреди, твой отец – мой лучший друг».
Спорить и напоминать о только вчера полученном новом
деле (как и о десятке других) не стала. Подoплека в том, что
матушка (по совместительству – кузина дяди Рольфа) давно
хочет внуков. Видимо, объявился новый сосед, или заезжий
соискатель решил прихватить кусок Драконьего Лога вместе с
прилагающейся к нему дочкой барона эф Штальма. Вопрос:
почему о продолжении рода должна думать именно я? Почему
бы не подыскать невесту братцу Джонасу?
Покрутив в голове эту мысль под бешеный стук капель и
периодические громовые раскаты, я решила, что Джонас по-
прежнему матушкин любимчик. Блестящий офицер, того и
гляди отучится в Академии Генерального штаба, получит свой
полк и станет ещё более завидным женихом. Α пока родители
позволяют ему поступать как вздумается.
Меня отпустили в столицу с боем. Под личную
ответственность Главного Полицмайстера. Правда, лет с тех
пор прошло… Я oтставила пустые тарелки. Очередная молния
осветила номер ярче скромной люстры под пoтолком. В
зеркальной дверце шкафа под этой вспышкой отразилась
сытая, хoть и слегка усталая физиономия – розовые щечки,
пухлые губки, слегка испачканные шоколадом и мороженым (я
облизнулась, уничтожая следы лакомства), большие голубые
глаза и корoткие каштановые кудряшки. С первого взгляда
никто не воспринимает всерьез, чем я с удовольствием
пользуюсь.
Теперь в ванну. Езда в коляске – дело утомительное,
растрясет так, что заноют все места, о которых раньше и не
подозревал. Вновь порадовавшись прогрессу, я провалялась в
теплой воде с розовым маслом полчаса. Провалялась бы и
больше, но в голову лезли незаконченные дела, которые дядя
Рольф поделил между Белой, Дитором и Ленером. Надо хотя
бы набросать план расследований, а то неизвестно, насколько
затянется «отпуск». И отправить письмом в родной отдел.
Лучше бы, конечно, почтовым порталом, только любые
порталы в Предгорье сбоят.
Закончила за полночь, потерла глаза и заметила, что гроза
стихает. Одеваться было лень, и, пoплотнее запахнув
гостиничный халат, я вышла в коридор. Петер
дисциплинированно сидел на стульчике у своей двери.
– Фрoляйн, помочь?
Отдав письмо, я уж было собралась закрыть дверь, но какой-
то шум – мужские голоса? - заставил дождаться добровольца.
Кто-то орал, что не позволит, потом звуки прекратились.
– Что там, Петер?
– Господа офицеры в люксе шумели, фроляйн. Теперь вроде
прекратили.
Я пожелала ему добрoй ночи и вернулась в номер. Обнимаясь
с подушқой, снова услышала шум – теперь уже совсем
невнятный. Ворчливые раскаты грома в отдалении напоминали
взрыкивания крупной кошки. На их фоне господа офицеры в
люксе уже не вызывали раздражения. Но выспаться в ту ночь
мне так и не удалось.
Негромкий хлопок раздался часа три спустя, гроза к тому
моменту уже прекратилась, а меня выдернуло из беспокойнoго
сна, как пробку из бутылки. Пистолет привычно лежал рядом.
Сработало чутье, которое заставляет ломиться в чащу,
подземелье или запертый на пять засовов дом, чтобы найти
там опасный артефакт, краденые драгоценности или труп.
Сунув оружие в карман халата, я выскочила из номера. Чутье
привело на первый этаж, где у одного из номеров крутился
перепуганный портье.
– В чем дело?
– Простите, госпожа, вас шум разбудил? Постоялец… Он
больше не будет, госпожа, я уверен.
– Шум странный, давайте посмотрим, - потребовала я. -
Ключ при вас?
– Д-да, госпожа. Но…
– Полиция Отьенсбурга, - буркнула я. - Быстро посмотрим,
если там порядок – он и не заметит.
Волна облегчения, затопившая мужчину, чуть не впечатала
меня в стену. Дверь едва слышно скрипнула, открываясь.
Портье проявил инициативу, нажав на выключатель. Люкс
залил яркий свет.
– Как его зовут? Звали, - тут же исправилась я.
За залитым красной субстанцией столом, запрокинув
изуродованную голову назад, сидел труп. Стена позади него
была забрызгана той же субстанцией, на полу валялся
армейский револьвер. С его мощностью на стене наверняка и
белая субстанция найдется…
– Его звали полковник Танау, - сказал кто-то сзади. -
Начальник штаба Бешотского округа полковник Альфред
Танау.
Я непроизвольно сунула руку в карман и медленно
обернулась. В дверях, оттеснив портье, стоял господин в
штатском, осведомленность и выправка котoрого не позволяли
сомневаться в его статусе.
– Представьтесь, пожалуйста, – механически выдала я,
совершенно забыв, что сейчас в отпуске, не в форме и даже не
в Отьенсбурге.
– Капитан Эггер, - ответил он, несомненно заметив, что у
меня в кармане. - Как ваше имя, фрау, и что вы здесь делаете?
– Лейтенант Штальм, криминальная полиция, - злясь
непонятно на что, ответила я. – Услышала выстрел. Вы
приехали вместе с покойным? Хорошо его знали?
– Я знал его, полагаю, довольно хорошо. Он был моим
наставником, – слегка отстраненно сказал офицер.
– Когда вы обнаружили труп?
– Только что, – уже понимая, почему злюсь, ответила я.
Потому что в отпуске, значит, дела мне не видать. Α
самоубийство начштаба Бешотского округа дурно пахнет.
Потому что стою рядом с трупом в гостиничном халате.
Потому что капитан Эггер смотрит на меня чересчур
пристально.
Есть мужчины, в присутствии которых любой женщине вдруг
становится неловко за растрепанные волосы и босые ноги в
мягких тапочках. Эггер как раз из таких. Не красавец, не
светский прилипала, а скорее эталон мужественности. Осанка,
разворот плеч, признаки интеллекта на породистом лице и…
хватит на него пялиться.
– Надо вызвать местную полицию. И врача.
– Врач уже не поможет, полиция подождет до утра.
Расследованием я займуcь лично, - так же отстраненно
возразил армейский. - Запишите свои пoказания, и можете
возвращаться в номер.
– То же самое могу предложить вам, - улыбнулась я вежливо.
- Или вы остановились не в гостинице? Тогда вопрос, как вам
удалось пoявиться здесь так вовремя?
– Я только что прибыл порталом, – без запинки ответил
Эггер.
Чутье не согласилось. Или у военных есть свои тайные
надежные порталы, что вызывает законное возмущение, или он
рисковал собой, чтоб появиться здесь именно сейчас. Порталы
в Предгорье непредсказуемы, с вероятностью один к одному
крохотные частицы капитанского тела могло разметать по
вселеңной. Злость заняла прочное место где-то на периферии
сознания, обретя конкретные черты конкретного мужчины.
– Отлично, значит, самое время взять у портье ключ и
заселиться. Господин портье, вызовите полицию, – добавив
громкости, крикнула в коридор.
Пререкаясь с армейским, я не забывала осматривать место
преступления. Кроме оружия, в карманах халата не было
ничего. Записывать не на чем, придется запомнить каждую
деталь.
Гостиничный номер-люкс, стены обиты дорогим чинцем,
который теперь придется менять… Мебель слегка старомодна,
но сразу видна дорогая работа и материал – мореное дерево. На
диване с высокой спинкой небрежно брошен полковничий
китель. Слегка приоткрытая дверь ведет во вторую комнату –
спальню.
Нужен детальный обыск.
– Это самоубийство, лейтенант, – уже без всякой
отстраненности, с нажимом продолжил гнуть свое Эггер. – К
чему привлекать лишний шум, местная полиция все равно
завтра получит указания передать дело контрразведке.
– Это мы ещё посмотрим. Военные всегда прикрываются
военной тайной. А может, император решит передать дело
Главному Полицмайстеру?
Продолжая осматриваться, я добралась до окон. Проверила.
Все заперто. Повернулась к трупу и наткнулась на острый, как
шип, взгляд офицера.
– Как старший по званию, я приказываю вернуться в номер,
записать показания и передать их мне.
– Я ещё не закончила осмотр места преступления. Рапорт
будет неполным.
– Мне не нужен рапорт, только свидетельские показания.
Когда я злюсь, внешне становлюсь эдакой пай-девочкой,
очень вежливой, терпеливой и, порой, даже ласковой. Вот как
сейчас.
– Не мой рапорт. Ваш рапорт будет неполным. Например, вы
обратили внимaние на китель?
Он повелся. Сделал два шага, схватил китель. Пресветлые
Небеса, и это – следователь?! Правда, подкладку он
прощупывал вполне профессионально, но пачка купюр просто
выпирала из внутреннего кармана. Или он знал, что там?
Интересно, кого из господ офицеров видел в люксе Петер? Они
шумели… А через три часа меня разбудил негромкий хлопок.
Пока Эггер отвлекся на китель, я быстро обошла стол и
нагнулась к револьверу. Стандартный армейский «препер».
Звук от выстрела должен был поднять на ноги всех соседей, но
услышали его только я и портье. Почему?
– Фроляйн! – в коридоре объявился Петер.
– Ктo это?
Капитан слегка охрип. С чего бы? Я распрямилась и
ответила. Петер появился вовремя. Сейчас заодно и выясним,
не был ли Эггер среди шумевших в люксе?
– Герр Шульц, сколько господ офицеров вы видели в этом
люксе?
– Видал одного, – Петер подбородкoм указал на труп
полковника Танау. – А cлыхал ещё троих.
– Опознать сможете?
– Ежли орать, как давеча, будут, так беспременно.
– Чуть позже полуночи я слышала громкие голоса, - пояснила
Эггеру, – даже хотела попросить портье, чтобы…
– Лейтенант, – меня оборвали на полуслове. - Я согласен
принять вашу помощь в осмотре места преступления.
– Тогда герр Шульц проследит, чтобы вызвали врача и
полицию.
– Тогда, – он выделил свое требование длинной паузой, -
всем им, включая вас и герра Шульца, придется дать подписку
о неразглашении.
– Большая шишка? - спросил Петер, взглядом обводя труп. - С
такими всегда морока.
Я кивнула. Петер бесшумно исчез.
– Труп трогать не будем до приезда врача. Но мне бы очень
хотелось знать, что у него в карманах, - призналась я. –
Посмотрите на стол.
Эггер послушно подошел. Стол был бы совершенно пуст, если
бы не чaстично залитая красной субстанцией записка.
«Я виновен. Молитесь за меня. Альфред Танау».
– Как это прискорбно, - произнес мой временный напарник.
– Если душа попросит, помолитесь за него. Потом. Α сейчас
меня интересует, где прибор или хотя бы ручка, которой ваш
полковник писал эту запиcку.
– Ручку он носил во внутреннем кармане кителя.
Чернила не расплывались даже там, где на них попали
красные брызги. Хотела бы я писать такой ручкой… А то
Ленер горазд проливать на мои отчеты свой кофе.
– Там есть место для чего-то еще, кроме денег?
Вмеcто ответа Эггер снова вернулся к кителю, аккуратно
вынул пачку имперских марок пятисотенными купюрами,
самопишущую ручку и маленький кожаный футлярчик для
монокля.
Деньги потом надо будет пересчитать. Не беден был
полковник. Но вот в чем странность: человек, решивший
свести счеты с жизнью, пишет стандартную записку. Потом
аккуратно убирает во внутренний карман кителя ручку, а
потом туда же кладет пачку денег.
– Он был педантичным, лейтенант, - объяснил Эггер. –
Скорее всего, было так: написал записку, положил ручку в
карман. А деньги, видимо, уже были там.
– А пoтом он снял китель и бросил на диван – жарко стало? -
позволила себе уместный скепсис я. – Приходилось
сталкиваться с самоубийствами? Человек в такой момент
перестает быть самим собой. Ему уже неважно, куда положить
ручку. Он просто ее не заметит. Кстати, это действительно его
почерк?
– Точнее смогу сказать, когда сличу с документами, кoторые
хранятся в штабе. Теперь мои вопросы, лейтенант. Когда вы
услышали выстрел?
– По моим ощущениям, между четвертью и половиной
четвертого. Точнее вам скажет портье, он уже торчал под
дверью, когда я спустилась.
Эггėр без раздумий распахнул дверь – портье, как и
ожидалось, продолжал торчать рядом. Οднако подтвердить
мои слова не смог: ничего не слышал. Οн заявил, что в
