Читаем Быть неизменным онлайн бесплатно

День клонился к вечеру, а я наконец вышел из метро, прошагав вместе с большей частью остальных пассажиров по широкому коридору на Балканскую площадь, застроенную бесконечным торговым комплексом. Очевидно конечно что конец у него был, это всё-таки не Гига-Хрущёвка, однако его проектировщики явно фанатели от архитектурной идеи города-дома, а потому тут можно было довольно долго переходить из корпуса в корпус, не высовываясь на улицу. На самом деле интересное инженерное решение, которое можно бы применить и в гораздо большем масштабе.

Арабы вон, накопив зелёных бумажек с портретами мёртвых американских президентов, вообще решились в пустыне построить две гигантские зеркальные высотки, которые тянутся настолько далеко, что там внутри не только можно, но и нужно пускать транспорт. Правда изначально проект конечно был внушительнее, чем о нём говорят сейчас, пересчитав всё ещё раз, осетра они урезали. Но всё равно интересно, что там у почитателей Аллаха получится, хотя я и не архитектор. Не считать же за достижение постройку дачного домика?

Моя стихия — это всё-таки двигателя и даром, что я уже покинул рабочее место, в голове продолжали крутиться поршня и коленвалы. Новый двухтактник всё никак не желал проектироваться таким, каким мне его хочется видеть. С нужной мощностью в указанных габаритах уже вроде бы удалось разобраться, но конструкция пока что получалась излишне сложной. А чем она сложнее, тем выше вероятность поломки. В этом плане вообще идеален лом, там тупо нечему ломаться и против него нет приёма, окромя другого лома. К тому же всегда надо учитывать, что создавать детали для двигателей и собирать их воедино будут обычные люди, а среди них встречаются не только Иванычи с золотыми руками, но так же есть вечно либо бухие, либо похмельные Петровичи. А порой и вовсе жопорукие обезьяны попадаются, которые людьми только притворяются. По крайней мере ничем иным я некоторые вещи объяснить не могу. Впрочем многие владельцы отечественных машин меня поймут. Или скажут, что под заводом место всё-таки проклято.

Усмехнувшись от этой мысли, я вошёл в автобус и приложил карточку, оплатив проезд. За мной прошёл бородатый гость из Средней Азии, усевшийся на сидение и даже не потянувшийся за оплатой. Впрочем может карты нет, а контролёру отдаст наличку. Повернувшись к окну я схватился за поручень, чтобы поток народа, забивающийся в транспорт у метро не сильно оттеснил меня от двери. В конце-концов не до конечной еду, на Бухарестской выходить. На своей машине конечно было бы удобнее, но у нас в семье она одна и я благородно уступил её бывшей жене. Хотя надо признать, что этот бой был мной сдан ещё до его начала, в конце-концов на работе один скромный инженер задерживается регулярно, а детей надо забирать со школы и возить на кружки. И если первое ещё можно было бы делать на своих двоих, не так далеко храм знаний от нашего бывшего общего дома, то вот второе оказалось отнюдь не близко. Да и по времени всё как-то быстрее, когда ты на колёсах. Только вот я и когда мы вместе жили этим не занимался, а теперь… Что тут говорить, воскресный папа он воскресный папа и есть, по будням же один скромный инженер женат на работе.

— Оплачивали? — раздался рядом голос кондуктора. Всегда удивлялся их умению буквально проскальзывать вперёд в наглухо забитых автобусах. Наверно придя на концерт в его середине они могут минуты за две пролезть к самой сцене через любую толчею и слэм.

— Да — отозвался я, опять достав карточку.

— Оплачивали? — снова прозвучал вопрос, когда контролёр двинулась чуть дальше.

— Нэ паний — развёл руками сидящий рядом бородач.

— А по еб@лу понимаешь? — вежливо поинтересовался один из двух короткостриженых парней, находящихся в метре от меня.

— Ээ, ты чего? — возмутился приезжий специалист, мгновенно выучивший великий и могучий.

— Проезд оплачивай и едь спокойно — проворчал я, присоединив свой голос к молодым парням. Чай дядя крупный и с тяжёлыми даже на вид кулаками, а не дохляк какой. К тому же, несмотря на возраст за тридцать, мне порой что называется «больше всех надо».

Мужик сделал кислое лицо, но дальше возмущаться не стал, достал кошелёк и отдал стольник контролёрше. Та отсчитала ему сдачу и двинулась дальше. А я мысленно хмыкнул. Может будь их побольше, всё было бы иначе, но без численного перевеса южане почему-то не такие смелые. Да и, будем честны, не только южане, это вообще в природе и людей, и животных. Те, кто быкует на численно превосходящие группы, как правило немножко получает по башке. Или не немножко, тут уж как повезёт.

Вообще, конечно, человеческое общество — сложный механизм. Сейчас у нас практически отняли возможность бить друг другу лица. Потерпевший, он же проигравший, пойдёт в ближайшее отделение полиции и напишет на победителя, он же преступник, заявление. В случае с бородачом к нанесению телесных могут прикрутить ещё и межнациональную рознь, разжигание вражды и вот это вот всё. Но есть и другая сторона медали, если энтузиазм масс не сдерживать, то они с удовольствием будут наносить травмы друг другу по делу и без. Помню я ещё как во время учёбы нас любимый ВУЗ отправил в подшефный колхоз под Питер. А местные парни не поленились дать понаехавшим звездюлей на сельской дискотеке в доме культуры в первые же выходные, чтоб к их девкам не клеились. Позже же выяснилось, что у них развлечение «вломим городским» повторяется каждый год. Собственно, почему нет? Их больше, до кучи они ещё и в массе своей физически крепче будущих работников интеллектуального труда, а местные менты сами были такими же парнями и раньше тоже участвовали в нехитром аттракционе, даже если кто-нибудь пойдёт жаловаться — всё равно отмажут. Вот и думай где у нас в обществе золотой баланс, при котором все могут быть счастливыми и не битыми.

На Западе вон свернули не туда, завезли куда как больше культурно и этнически чуждых самим себе людей, чем имеется у нас. В результате у них теперь в некоторые районы полиция уже просто не суётся, а кое-где радостно гуляют шариатские патрули. Впрочем не хотел бы я видеть у себя дома не только их, но и каких-нибудь скинхедов или казаков с нагайками, которые топят за расовую чистоту северного человека или нравственность с верой в единственно правильного бога. Мне вообще не нравятся любые агрессивные фанатики, не желающие жить по-человечески. Их тупость оскорбляет мои религиозные чувства научного атеиста, который твёрдо верит, что человек должен быть куда дальше от обезьяны, чем сейчас. Хотя их вообще много чего оскорбляет от депутатов с золотыми унитазами и продажных судей с особняками, до мелких чиновников и ментов, которые вообще за закон, но «за деньги, да». Слуги народа, мать их так. Работали бы как положено, а не себе в карман, так давно бы на Марсе яблони цвели.

Пока я отвлёкся от двигателей на социальные проблемы, автобус благополучно доехал до моей остановки. Раздражение от близости родного дома как рукой сняло, а настроение поднялось. Я выбрался из чрева транспорта, нашарил в кармане пачку сигарет и вскоре задымил, подойдя к пешеходному переходу. Надо бы конечно опять бросать, но месяца полтора назад мы с коллегами обмывали прошлый проект, который был наконец закончен и под пиво я как-то не удержался от табачной заразы. Не зря говорят, что синька — предатель.

— Закурить не найдётся? — поинтересовался у меня подошедший к зебре парень в круглых очках с небольшими диоптриями.

— Найдётся — кивнул я, вновь достав пачку. Да уж, нынче не «святые девяностые», в Купчино от этого вопроса можно не стрематься. Наверно это значит, что движение к светлому будущему, несмотря на всё сопротивление прямоходящих обезьян, всё-таки идёт. И это хорошо.

— Спасибо — проговорил он — А можно ещё зажигалку?

— Ни говна, ни ложки? — я понимающе усмехнулся, выдав требуемое.

Обижаться на подколку «студент» не стал и через пару секунд вернул мне источник пламени. Зелёный как раз загорелся и я собрался сделать шаг на проезжую часть вместе с остальными людьми, когда слева раздался грохот. Повернув голову, я увидел как на нас боком буквально летит внедорожник. Тело среагировало само, делая прыжок спиной вперёд, пока разум как-то равнодушно отметил, что горе-водятел разогнался до явно не нужной в городе скорости и решил проскочить на красный, но облажался.

А помимо него, лажанул я. Для шага вперёд я слегка сместил центр тяжести, это стало роковой ошибкой. Я просто тупо чуть-чуть не успел со своим прыжком и кусок технологичного металла, как в замедленной съёмке, смял сначала хиленькое, почти декоративное ограждение проезжей части, а потом добрался и до меня. В животе и ногах будто взорвались гранаты, настолько сильной была вспышка боли. Меня отбросило назад и, кажется, несколько раз приложило об асфальт. С трудом открыв глаза и попытавшись пошевелиться, я застонал, а через мгновение констатировал:

— Вот и всё.

Моё брюхо не выдержало встречи с уже покорёженным, острым железом, кишки попросились на воздух. Кровь покидала моё тело, а вместе с ней уходила и жизнь. Боль же, вероятно, была относительно терпимой лишь от шока. Да и какая разница? В принципе я уже не жилец, терпеть осталось недолго. Переведя взгляд на разбитый джип, который был совсем недалеко, я увидел как на водительском кресле шевелится молодой чернявый парень, которому едва ли есть восемнадцать. Похоже кто-то взял у отца тачку, чтобы покататься и таки доездился. Но зато инженеры позаботились о безопасности, мелкий засранец был жив и кажется даже относительно цел. Теперь папочке придётся тратиться на адвокатов и те самые взятки судьям, но судя по цене машины, деньги чтобы отмазать чадо от тюрьмы у него найдутся.

На очередном судорожном вдохе, в нос проник запах бензина и переведя взгляд ближе к задним колёсам разбитой тачки, я подумал, что возможно погорячился. Топливо вытекало на асфальт, а совсем рядом лежала моя дымящаяся сигарета. День был не по осеннему жарким — с парами бензина тут сейчас всё очень хорошо. Я снова перевёл взгляд на водителя и выдавил через боль полные злости слова:

— Гори в аду…

Парень будто услышал мой слабый шёпот через разбитое, наполовину вывалившееся на капот стекло и посмотрел мне в глаза. Я ухмыльнулся и с секунду мы глядели друг на друга, пока наконец не прогремел взрыв.

Попытавшись проморгаться от вспышки света, я с удивлением понял, что не могу этого сделать по той простой причине, что у меня нету ни глаз, ни век. Как собственно нет и физического тела. По всем признакам от меня осталось только то, что принято называть душой. И сейчас эта субстанция следовала куда-то по странной реке из золотистого света среди полной пустоты, которую было видно не только спереди, но и с иных сторон. Зрение, к моему удивлению, стало охватывать все триста шестьдесят градусов, но странным образом это не вызывало дискомфорта. Я же пытался как-то повлиять на своё движение, дёрнуться хоть куда-то. Но ни вверх, ни вниз, ни вправо, ни влево мне подвинуться не удалось. Попытка затормозить также окончилась провалом. Но вот ускориться неожиданно получилось.

Не имея иных альтернатив и не желая просто двигаться по течению, я стал пытаться его обогнать, пока вдруг не почуял… что-то. Какое-то узнавание. У меня не было носа, а потому я явно не мог обонять, однако без глаз золотистый поток душ был вполне виден. И видна была душонка того, кто отправил меня сюда. В реальности взрывы машин отнюдь не так зрелищны, как в кино, но похоже кое-кому всё-таки хватило произошедшего «хлопка». Я не мог зарычать от злости, но мне оказалось вполне по силам вцепиться в эту мелкую ошибку пьяных родителей. Он беззвучно взвыл от боли, но мне было достаточно простого понимания, что я смог причинить ему хоть какой-то вред. Отомстить хоть чем-то. За себя. За того парня в очках. За молодую девушку, что стояла рядом с нами, роясь в своей сумочке. За немолодого мужика, что похоже возвращался к семье с работы, но не дошёл. За…

Не успел я закончить свою мысль, как река света будто чуть заметно дрогнула, а меня выкинуло из неё с какими-то мелкими обрывками моего убийцы, что остался беззвучно выть в золотом потоке. Пустота приняла мою душу, а затем превратилась в звёздное небо, когда мельчайшие точки света появились в непроглядной тьме. Не успел я восхититься открывшимся видом, который наблюдал не глазами, как мной то ли выстрелили из пушки, то ли дёрнули арканом. Я успел заметить лишь смазанные линии, в которые слились небесные светила, а потом влетел в… тело.

По крайней мере я довольно достоверно ощутил руки и ноги, которыми удалось подвигать. Правда зрение почему-то было в красных тонах, будто я одел очки с солнцезащитными линзами соответствующего цвета. Передо мной же была какая-то толстая, грубая кожа. Ощупав её и оглядевшись, я понял, что она собственно не только перед, но и со всех сторон вокруг меня, а на моих руках не столько человеческие ногти, сколько вполне себе звериные когти, которым преграда пусть плоховато, но поддавалась.

Не желая сидеть на корточках в замкнутом пространстве и ждать когда закончится воздух, я, действуя на инстинктах, задвинувших разум на дальнюю полку, начал пытаться проковырять себе проход из «кожаного мешка» и вскоре мне это удалось. Однако выбравшись, мне пришлось обратить внимание на две вещи. Во-первых, в процессе мои когти весьма заметно подросли, будто подстроившись под задачу. А во-вторых, в каком-то каменном подвале с разрисованным кучей линий и значков полом перед моим вместилищем было два таких же кокона, а к ним прилагались два гуманоида с клыкастыми пастями, один из которых перегрызал глотку другому, заляпав всё вокруг кровью.