Читаем Дюрарара!! Том 1 онлайн бесплатно

Странная это история

— Эй, Сэйдзи! Сэйдзи! Я знаю, ты дома! Я опять пришла! А ты снова забыл дверь отпереть! Эй, я же так войти не смогу!

Тревога, тревога. Ко мне в дом пробралась сталкерша и уже давно барабанит в дверь. Что ей вообще надо? И позвонить по домофону что, даже в голову не приходит?

— Тут заперто! А может, ты спишь, а?! — Из-за двери раздался восхищённый девчачий визг. — Мне ещё никогда не приходилось ночевать с мальчиком!

Осторожнее. Надо быть осторожнее. Точнее, стоило быть осторожнее — мне самому неделю назад. Я спас двух девчонок, явно провинциалок, от каких-то отморозков. Разговорились потом, и оказалось, что мы втроём будем учиться в одной школе. Всё было нормально и обыденно… Как же дошло до вот такого? Вторая вежливой оказалась, обходительной, а эта…

— Я ведь на самом деле… я тебя уже давно-давно люблю, долго-долго! Ты же помнишь меня? Я сидела рядом с тобой на вступительных! Слева от меня оказался парень с крутой фамилией, Рюгаминэ, и мне стало интересно, как же зовут того, кто справа, я глянула на тебя мельком — и влюбилась с первого взгляда! И твоё имя, конечно, запомнила. Вот только духу с тобой заговорить тогда не хватило… А когда ты мне помог недавно, я подумала: это судьба! Так что я собрала всю волю в кулак и пришла. Поэтому прошу, Сэйдзи, прошу, позволь взглянуть на тебя, позволь, прошу!

Бдительным. Надо быть бдительным. Она проследила за мной до самого дома — и с тех пор каждый день одно и то же. Я говорю ей уходить, а она не слушает. Слова, которые она выкрикивает сейчас под дверью, я слышал уже по меньшей мере две тысячи раз.

— А может, ты приболел?! И к двери нет сил подойти? Бедняжка! Ну, открывай мне уже поскорее! Я столько о тебе узнала с нашей первой встречи на экзамене… И о семье твоей, и даже когда у тебя день рождения.

Полиция. Полицию надо вызвать.

Лишь когда я пригрозил ей полицией, она оставила меня в покое. По крайней мере на сегодня.

С попытки вторжения прошло три часа. Я решил, что девчонка наверняка уже отправилась домой, и спустился в круглосуточный супермаркет на первом этаже. И пока я стоял в очереди с тюбиком зубной пасты в одной руке и выпуском еженедельника в другой, в голове вдруг всплыло лицо моей сталкерши.

На первый взгляд она показалась красивой девушкой. Я бы даже сказал, красивой леди — и в голосе, и в поведении её была некая зрелость. Почему же у такой девушки до сих пор нет парня? Кажется, ответ на этот вопрос я узнал на собственном опыте.

Какой бы милой ни была эта больная на голову девчонка, я бы в любом случае ей отказал. Может, с кем-то, кто ищет себе девушку, ей повезло бы больше, однако меня отношения совершенно не интересуют. У меня уже есть она.

Но как быть с завтрашней церемонией? Там-то нам в любом случае придётся пересечься, начало учебного года всё-таки…

Я размышлял об этом, пока поднимался по лестнице и шагал по узкому коридору к себе домой.

Если нам со сталкершей теперь каждый день волей-неволей предстоит видеться, то, может, лучше вообще в школе не появляться? А с другой стороны, у меня же есть она. И она совсем другая, гораздо лучше этой ненормальной: очень красивая и безмолвная. И если мы будем вместе, то о школе можно не думать. Устроюсь кем-нибудь в фирму к сестрёнке на полставки…

Ах да, я наконец вспомнил, почему помог тем девчонкам. Одна из них была очень похожа на неё, по крайней мере внешне. При разговоре быстро выяснилось, какие же они разные. Дурацкая, должен сказать, причина, чтобы спасать кого бы то ни было. Купился на то, что лицо похоже, а душа ведь под этой маской совсем другая…

С этой мыслью я вставил ключ в замок.

Ого… Как странно. Дверь-то открыта.

В голове у меня словно зазвучал сигнал гражданской обороны: «Тревога. Тревога. Повторяю: это не учения».

Сирена разоряется почём зря. Дверь открыта, у порога пара женской обуви.

— Сэйдзи…

В глубине квартиры стояла, не смея двинуться, та самая сталкерша. Подойдя к ней, я осознал, что ничего не чувствую. Я смотрю на человека, проникшего в мой дом, но совершенно спокоен.

Потому что вижу её лицо.

И я тихо проговорил:

— Ты… видела?

Прозвучало это так холодно и ровно, что я сам удивился.

— А… ну… я это… там… — На ней прямо лица не было. На смену привычной улыбке пришла гримаса страха, нет, ужаса.

Никогда бы не подумал, что она может быть такой…

Других доказательств мне и не нужно. Она увидела кое-что, не предназначенное для её глаз.

— Сэйдзи… я… ну… Я никому не расскажу, честное слово! Я всё ещё тебя люблю, несмотря на… это… Ничего страшного, правда. Я приму любые твои увлечения, какими бы они ни были, поэтому, ну…

Расклад сил изменился. Теперь ей предстояло защищаться, а мне выпал шанс…

— Всё хорошо, — проговорил я спокойно.

— Сэйдзи!.. — В голосе сталкерши зазвенела надежда.

— Всё хорошо.

— Сэйдзи?.. — голос дрогнул. Надежда растаяла, оставив после себя лишь отчаяние. Должно быть, сталкерша заметила мой холодный, отстранённый взгляд.

А мне захотелось увидеть, как это отчаяние отразится на её лице. Так что я повторил:

— Всё хо-ро-шо.

— Сэйдзи!

Когда сестра вместе с двумя своими людьми вошла в квартиру, я сидел за низким столом и ел лапшу из стаканчика. Мужчины в два счёта погрузили тело сталкерши в мешок и вынесли прочь. А сестра окинула взглядом забрызганные кровью стены и заключила меня в крепкие объятия.

— Всё хорошо, всё будет хорошо…

Она тепло прижималась ко мне, а я чувствовал при этом лишь одно: объятия мешают нормально глотать.

— Ни о чём не беспокойся, Сэйдзи. Сестрёнка всё уладит, ясно?

— Да я не об этом переживаю… А о ней. Понимаешь?

— Так это всё-таки ты её забрал… Ничего страшного. С ней я тоже всё улажу. Только не волнуйся. Пока у тебя есть я, никто и глянуть в твою сторону косо не посмеет. А уж полиции я тебя точно не отдам, ни за что, поэтому не бойся, ты в безопасности.

Сказав это, сестра раздала своим людям приказы и ушла.

Нет уж, никакой подработки в сестрицыной фирме. У неё, похоже, налажены связи с не самыми честными людьми. И вряд ли главный офис знает о её тёмных делишках. Типы, которых она привела, даже глазом не моргнули при виде трупа — просто молча принялись за работу. Что-то с ними явно нечисто.

Нельзя с плохими людьми вести дела. Так и самому недолго ввязаться невесть во что. А если я перейду на тёмную сторону и меня поймает полиция, то она останется одна-одинёшенька. Допустить этого нельзя.

Наблюдая, как подчинённые сестрёнки равнодушно оттирают кровь со стен, я тихонько доел лапшу.

Ну и гадость эта лапша…

Это очень, очень странная история.

В том числе об извращённой любви.

Чат, выходной, вечер

<Вот поэтому-то сейчас «Доллары» — самая крутая банда во всём Икэбукуро!>

[Вживую мне их видеть не приходилось, но сплетен слышал порядком.]

<Ещё бы их кто видел! Это ж банда, конечно, они действуют скрытно! И несмотря на это, даже в сети россказней видимо-невидимо.>

{Вы так много знаете об Икэбукуро, Канра!}

<Да не так уж и много на самом деле!>

<Ах да, кстати, вы же слышали о Чёрном Байкере?>

{О каком Чёрном Байкере?}

[Угу.]

<Наделал он шумихи — что в Икэбукуро, что в Синдзюку. Его даже в новостях вчера показывали!>

★ Токио, где-то в округе Бункё, будняя ночь

— Чёртово чудовище!.. — истошно заорал гопник, замахнулся на обидчика обрезком трубы… и бросился наутёк.

Ночью на многоэтажной парковке было темно. Парень бежал, судорожно сжимая железяку, так сильно, что металл уже нагрелся под пальцами. Впрочем, с каждым мигом труба ощутимо холодела: на ладонях выступал холодный пот.

Вокруг не было ни души. Неплотными рядами стояли машины, подрёмывая в ожидании хозяев. И ни звука — только в ушах мучительно громко отдавался топот ног, дыхание и грохот сердца, колотящегося всё быстрее.

Пролетая между облупившимися колоннами, гопник бормотал:

— Вот д-д-дерьмо! Меня же ук… укокошат!

И хотя глаза его сверкали праведным гневом, голос то и дело срывался, в нём отчётливо слышался страх.

Татуировка на шее, обычно вселявшая ужас в противников, теперь сама словно съёжилась от страха. Поверх пурпурного рисунка, набитого просто так, забавы ради[1], отпечатался чёрный след подошвы.

<Он что-то вроде местной городской легенды. Был, по крайней мере. Теперь у всех в телефонах камеры, вот и нащёлкали по самое не могу. Фотографии в два счёта его прославили.>

[Ах да, было такое. Вот только никакая он не легенда. Самый обычный байкер. Ну, в смысле мотоциклист, а не байкер. Да, разъезжает на мотоцикле, но это не значит, что он из банды…]

<Ну, он если и не бандит, то дурак тот ещё — на байке без фар рассекать!>

<Если он, конечно, человек.>

{Я не понимаю, к чему вы клоните…}

<Ну как бы помягче сказать… Короче, к тому клоню, что он монстр!>

В шее гопника что-то хрустнуло. Парня подбросило в воздух, и он, перевернувшись, упал на бетон. К тому времени, как тело брякнулось на землю, у бандита уже помутилось сознание. Впрочем, это не помешало ему размахивать в полёте руками и ногами.

Воздух резко остыл, но гопник этого не ощущал, как и холода остывшего к ночи бетона.

Это было словно кошмар, где вечно бежишь от чего-то, бежишь, а оно всё наступает на пятки.

И кошмар сейчас стоял у него за спиной. Бандит приподнял голову.

Над ним возвышалась одинокая тень. И это не игра слов: иначе как тень описать силуэт не выходило. Настигший гопника незнакомец был облачён в обтягивающий комбинезон без опознавательных знаков и узоров. Да и сам цвет казался таким глубоким, будто и без того чёрный костюм окунули в густые, маслянистые чернила. Только тусклые отблески ламп на латексе вычерчивали в полумраке человеческий силуэт.

Но на этом странности не кончались. На голове у загадочного незнакомца красовался причудливый шлем, настолько отличавшийся от смолянисто-чёрного комбинезона, что это даже можно было принять за смелое художественное решение. Впрочем, шлем смотрелся весьма органично.

Визор походил на тонированные окна дорогих машин — такой же чёрный и непроницаемый. Разглядеть в нём можно было лишь блики от фонарей, а о том, что же находится за стеклом, внутри, оставалось лишь догадываться.

Тень молча стояла над гопником, словно неживая. Это напугало парня ещё больше. Его лицо исказилось от страха и ненависти.

— Не… не помню, чтобы перебегал дорогу Терминатору! — выпалил он.

И это вполне сошло бы за шутку, вот только голосу недоставало расслабленности и лёгкости, которые могли сделать реплику смешной.

— Да скажи ты уже что-нибудь! Чё молчишь, а?! Чё те вообще надо?!

Само существование тени казалось гопнику невероятным.

День начался как всегда: они должны были собраться с ребятами на парковке, поделать привычную работёнку и разойтись по домам. Доставить товар на место, потом отправиться за следующим товаром — и так по кругу. Всё.

И ведь шла ночь как обычно. Где они облажались? Чем навлекли на себя гнев такого чудовища?..

Он со своими товарищами по работе должен был сегодня заниматься уже давно привычным ремеслом.

И хотя ничто не предвещало беды, именно сегодня их повседневность разлетелась вдребезги.

Кое-кто опаздывал, поэтому они ждали у въезда на многоуровневую стоянку. Вот тогда-то и появилась загадочная тень. Мотоцикл совершенно бесшумно въехал на парковку и остановился в десяти метрах от гопников. И банда, даже не успев толком присмотреться, сразу поняла: что-то здесь не так.

Во-первых, мотоцикл был в прямом смысле бесшумен. Совсем. Разве что покрышки шуршали об асфальт, но вот мотор, вместо того чтобы реветь, молчал.

Первым делом бандиты подумали, что водитель заглушил двигатель заранее, а на парковку въехал на чистой инерции. Но тогда они услышали бы, как мотоцикл подъезжал к зданию, а никто ничего такого не заметил.

Во-вторых, что байк, что его хозяин были черны как ночь. Даже диски на колёсах — что уж говорить об осях и деталях двигателя — отливали смолянисто-чёрным. К тому же у мотоцикла отсутствовали фары, а на том месте, где полагалось крепиться номеру, чернела пустая металлическая табличка. То, что это нечто двухколёсное, удавалось разобрать лишь благодаря лунному свету и тусклым лампам на парковке.

Но ещё удивительнее было другое: в чёрной-пречёрной левой руке наездник держал что-то большое, непонятное. Размером эта штука была почти с самого байкера, и с того конца предмета, что поуже, на асфальт капала тёмная жидкость.

Один из парней присмотрелся к странной штуковине, свисающей у мотоциклиста с руки словно мешок картошки.

— Кодзи?..

Байкер, не поднимаясь с седла, швырнул предмет — точнее, человека — на асфальт.

Это и впрямь оказался тот самый опаздывающий товарищ, которого ждали бандиты. Лицо у Кодзи опухло от побоев, а изо рта и носа струйками бежала кровь.

— Вот дрянь…

— Тебе чё надо?

То, что байкер какой-то не такой, стало очевидно уже тогда, но в тот момент банда не боялась никого на свете. И даже избитый до полусмерти товарищ их не впечатлил. Гопников ведь не объединяло ничего, кроме работы, поэтому никто из них не испытывал к коллегам дружеских чувств.

— Ну чё, чё? Чё те надо, спрашиваю? — самый недалёкий из банды, пацан в парке, угрожающе двинулся на байкера.

Расклад был в пользу банды: противник один против пятерых. Их по-любому больше, и это только раззадоривало. Но стоило гопнику подойти к мотоциклу поближе — а значит, отдалиться от подельников, — как счёт сравнялся. Они были один на один, хотя заметила это лишь восседающая на мотоцикле чёрная тень.

Тишину разорвал мерзкий хруст.

Нехороший звук. Очень, очень нехороший. Не просто неприятный, а достаточно противный, чтобы инстинкт немедленно возопил: рядом опасность!

Гопник в парке пошатнулся и грузно упал на колени, а потом и вовсе повалился лицом на асфальт.

— Чё…

Остальные, естественно, тут же напряглись — как и обычно в разгар работёнки. Теперь они уставились вперёд особенно внимательно. Враг, похоже, был только один — тот самый, на мотоцикле. Кроме него, вокруг не было ни души. И сейчас байкер преспокойно опускал ногу в тяжёлом чёрном ботинке.

Гопники отчётливо видели это движение. Но раз ногу пришлось опускать, значит, только что она была поднята? А те, у кого оказался особо зоркий глаз, смогли рассмотреть и ещё кое-что: в подошве ботинка застряли осколки очков, совсем недавно красовавшихся на носу бандюка.

Увидев их, гопники наконец-то поняли, что произошло.

Байкер одним ударом ноги вырубил противника, даже не потрудившись слезть с мотоцикла.

Удели они хоть немного внимания лицу отключившегося товарища, заметили бы ещё, что нос у того сломан. Иными словами, тень подпустила бандита поближе, пнула так, что нос бедняги оказался между каблуком и подошвой, и свернула хрящ набок.

Гопники соображали с трудом, но, пока одни пытались понять, почему парень в очках, получив такой удар, упал не на спину, а ничком, другие недолго думая похватали резиновые дубинки и электрошокеры.

— Это что было?.. А? Чего? Как же это… получилось-то?