Читаем Чапай против: Инопланетные кукловоды онлайн бесплатно

Пролог

Вращающийся цилиндр десантного бота класса «Б-7» врезался в плотные слои атмосферы планеты-гиганта. Давление нарастало, бухая по корпусу, как кувалда по наковальне. Бот шёл по широкой глиссаде, преодолевая сопротивление и каждый метр оплачивался нагревом обшивки до тысячи градусов. Инверсионный след за кормой гас почти мгновенно: маскирующее поле на двигателе зажимало его, как удав кролика, но его всё равно заметили.

Крейсер, выпустивший эту партию, прибыл инкогнито. Красивое слово для ситуации, когда твой главный козырь - это внезапность. Вмешиваться напрямую он не мог, иначе вся операция теряла смысл. Десять ботов, один за другим, покинули отсеки и застыли на высоких орбитах, прежде чем нырнуть вниз. Крейсер замер, отслеживая десант. Главная задача - найти пропавших колонистов. Вторичная: выяснить, как они пропали, и сообщить.

Боты входили в атмосферу, вспыхивая яркими звёздочками на фоне чёрного неба. Каждый выполнял свой манёвр, придерживаясь расчётной глиссады к точке высадки. Первые две минуты в эфире царила тишина, потом всё пошло по плану, но чужому.

Два бота успели сесть. Остальные ещё болтались в воздухе, когда с поверхности ударили. Противолучевая и ракетная защита вспыхнула, словно новогодняя ёлка, и боты начали отстреливать ложные цели, разворачивать поля помех. Двигатели, неслышные из космоса, загудели на форсаже, закладывая немыслимые перегрузки. Ещё три бота, матерясь сквозь каналы связи, сумели приземлиться, правда, в паре километров от намеченных точек.

Оставшиеся пять вступили в бой. Крейсер класса А++, «мизинчик» на жаргоне разведки, пытался запеленговать огневые позиции с орбиты. Мощности радаров не хватало и каждый раз, когда он почти захватывал цель, эфир затягивало плотным белым шумом во всех диапазонах. Ни пробиться, ни запросить поддержку. Связь с крейсером умерла.

Боты огрызались из штатных пушек. Импульсные лазеры, ракетные пакеты, всё, что имелось у них на борту, ожесточённо огрызалось, не экономя боеприпасов и энергии. Но противник бил наверняка. Первый бот получил прямое попадание, вспыхнул и через пару мгновений разлетелся на куски. Второй рухнул следом за ним. Третий успел выстрелить аварийные капсулы с десантниками, прежде чем его корпус превратился в решето. Четвёртый, получив критическое попадание, каким-то чудом выровнялся, продержался десять секунд и рухнул на скалы, оставив дымный шлейф. Пятому повезло: он сумел сблизиться с поверхностью, нырнуть в мёртвую зону обороны и плюхнуться на грунт с грацией мешка с костями.

Запищали экстренные вызовы с выживших ботов, заструилась речь и информационный обмен, перечисляя оператору повреждения, потери и проваленные задания, коротко и по делу. Никаких надрывных воплей, только цифры и факты.

Несколько минут шёл сухой, безэмоциональный обмен данными. Цифры, векторы, статусы. Затем крейсер выдал пачку приказов, коротких, как удар ребром ладони. Координация выживших модулей и ботов. Погибшие были исключены из расчётов мгновенно. Четвёртый бот с командой? Нет, аннигилированы, а обломки ускакали в скалы в трёх километрах от цели. Жаль. Если бы они рухнули прямо на батареи противника, толку оказалось больше.

Но империя не привыкла надеяться на трупы, тем более в данной ситуации.

Лёгкий крейсер имперской разведки прибыл сюда по жалобе от недавно обустроившихся колонистов, «недавно» в космических масштабах означает сто - сто пятьдесят лет. Почти полтора века назад первые поселенцы притащились в эту систему и начали осваивать планету. Медленно, но методично, с выкладкой труб, ферм и генераторов атмосферы.

Поначалу всё шло даже очень неплохо. Руководство колонии умудрилось наладить контакт с местными разумными. Те отдалённо напоминали земных черепах, если только ваша черепаха не размером с малолитражку, не двигается со скоростью бегущего человека, и не задаёт умные вопросы. Контакт был мирным и не внушал опасений.

Первый тревожный звоночек прозвенел через пятьдесят лет. Потом ещё один. Через сто лет звоночки превратились в непрерывную какофонию. А за десять лет до прибытия крейсера колонисты наконец продавили Координационный совет по колонизации глубокого космоса непрерывным потоком жалоб.

Проблема состояла в том, что имперская структура реагировала на спорные вызовы со скоростью пьяной улитки. Слишком много планет. Слишком много запросов. Слишком мало людей, которым не наплевать.

Решение о привлечении военных сил приняли через пять лет. Ещё пять лет ушло на подбор команды и корабля. За это время миссия успела сменить состав трижды, а её назначение дважды. В итоге отправили крейсер с задачей «прояснить ситуацию».

Колония на планете Солебат не была многочисленной. Да, планета обладала ценными ресурсами и нетронутой биосферой, но это не Земля и не Новый Техас. Всего одна центральная база и сотня мелких, да несколько сотен тысяч человек, разбросанных по всей планете. Поэтому решение принимали долго, а когда приняли, то собирали команду ещё дольше.

Когда крейсер наконец вышел на орбиту Солебата, от колонистов осталась ровно одна база. Почти в окружении. Чем окружена - никто не знал.

В эфире оставшиеся в живых поселенцы не могли ответить ни на один стандартный запрос. Ни координат. Ни численности. Ни характера угрозы. НИЧЕГО! Только одно просили повторяющимися, искажёнными помехами голосами: «Уничтожьте их. Они переродились в чудовищ. Уничтожьте всех».

Кого «всех» - они не уточняли.

Десантные боты отправили скорее для разведки, чем для войны. Первый блин вышел комом, но у имперской разведки есть правило: если ком не развалился окончательно, значит, это ещё не блин, а заготовка, и крейсер начал следующий этап намеченной операции.

* * *

Четвёртый или, если считать сначала, девятый бот не разлетелся. Его корпус вспорол склон, как консервный нож, оставив за собой траншею из расплавленного металла и искорёженных плит брони. Дюзы заклинило. Аварийные капсулы, которых всего было четыре, выстрелили, но три не раскрылись. Четвёртая плюхнулась в кактусовые заросли местной флоры (колючки пробивали даже армированный пластик) и затихла.

Внутри, пристёгнутый к амортизирующему креслу, лежал человек. Вернее, не совсем человек. Тело было облачено в бронескафандр десантника-штурмовика имперской разведки. Тяжёлая керамика, сервоприводы, на груди сияла синим нашивка с обозначением отделения. Шлем треснул, но не разгерметизировался.

Десантник медленно приходил в себя.

Зрение восстанавливалось полосами: сначала белый шум, потом рябь, потом резкая картинка, на ней - треснутый дисплей, показатели жизнеобеспечения в красной зоне, за забралом фиолетовое небо и дымящиеся обломки.

- Где… - прохрипел он. Голос показался чужим. Вернее, своим, но не его.

Голова раскалывалась, и не только от удара.

Внутри, глубоко, там, где обычно живут инстинкты и страх, что-то щёлкнуло. А потом заговорило.

- Активация протокола экстренного переноса личности. Статус: успех. Приветствую, товарищ краском. Или теперь вас называть… по старой привычке? Василий Иванович?

Десантник замер. Он не говорил этих мыслей. Они пришли сами, вроде чужие, но словно встроенные в голову.

- Ты кто? - одними губами спросил он.

- Имплант-интерком типа «Риф-7». Вычислительный модуль, совмещённый с нейроинтерфейсом. Моя задача - обеспечить выживание носителя и выполнение миссии. Предыдущий носитель, штатный космодесантник Джерико Блейд, погиб при входе в атмосферу за три минуты до вашего пробуждения. Его тело уцелело, а сознание нет. Ваше сознание скопировано из архивного блока империи и загружено в резервные нейроцепи. У вас есть вопросы?

Десантник попытался сесть. Сервоприводы загудели, подчиняясь незнакомому телу. Снаружи что-то взорвалось, где-то неподалёку догорал четвёртый бот.

- Вопросы есть, - выдохнул он. - Кто я? Где? И почему ты назвал меня Василием Ивановичем?

- Вы - резервная копия личности, извлечённая из исторического архива. Оригинал: командир дивизии Красной армии времён Гражданской войны между русскими и интернационалистами на планете Земля, локация Российская империя, Василий Иванович Чапаев. Дата смерти: 5 сентября 1919 года. Место: река Урал. Причина: пулемётный огонь. Ваш психопрофиль признан оптимальным для текущей оперативной обстановки: высокий боевой опыт, нестандартное мышление, полное отсутствие пиетета перед авторитетами. Вы были воскрешены в теле павшего десантника и сейчас находитесь на планете Солебат. Ваша миссия - найти пропавших колонистов. Враги - неизвестны. Связь с крейсером потеряна.

Чапай (или тот, кто теперь им оказался) молчал несколько секунд. Потом сплюнул сквозь треснувшее забрало.

- Значит, Чапай. Империя, гм. Опять?!

- Империя другая, - спокойно заметил интерком, - но суть та же. Примите к сведению: сейчас я начну информационную загрузку. Гигабайт тридцать семь. Будет больно. Не сопротивляйтесь.

- Стой! - крикнул Чапай, но оказалось поздно.

Поток ударил, не слова, а образы, цифры, схемы. Тактические уставы звёздной пехоты. Устройство плазменной винтовки. Карты Солебата. Анатомия местных разумных, тех самых «черепах». Сто восемь способов починить сервопривод в полевых условиях. Язык жестов имперского флота.

Глаза заслезились. Голова загудела, словно в ней поселился целых инструментальный цех. Чапай заскрипел зубами, вцепившись в подлокотники кресла. Скафандр зафиксировал повышение давления и пульса.

- Семьдесят процентов, - отчитывался интерком всё тем же спокойным голосом. - Не отключайтесь. Вы справляетесь.

- Да пошёл ты… - выдавил Чапай.

- Восемьдесят пять. Хорошо, что вы не знаете, что такое квантовая телепортация. К третьей загрузке привыкнете.

- К третьей?!

- Девяносто. Девяносто пять. Сто. Загрузка завершена. Теперь вы знаете о планете Солебат, оружии, врагах и союзниках больше, чем любой офицер имперской разведки. Используйте эти знания с умом.

Чапай откинулся на спинку кресла. В голове теперь жил не только интерком, но и чёткое понимание: в трёх километрах к юго-востоку находится аварийный маяк колонистов. В трёхстах метрах обозначены неопознанные тепловые сигнатуры. Импульсная винтовка заряжена. Сервоприводы левой ноги требуют регулировки.

Он поднялся. Выбрался из искореженной капсулы на поверхность. Фиолетовое небо, запах озона и горелой проводки, где-то стреляют уже не по ботам, а по выжившим.

- Ладно, - сказал Чапай в пустоту. - Империя так империя, только у меня к тебе вопрос, железный.

- Слушаю.

- Ты говоришь, что я копия. А тот, настоящий Чапаев, он там, в Урале, так и погиб?

Интерком помолчал ровно секунду - вечность по компьютерным меркам.

- Оригинал погиб. Вы его точная копия. С той же памятью, характером, менталитетом. Для всех практических целей вы и есть тот самый Чапаев.

- Мда, бл…

Чапаев, для своих «Чапай», медленно приходил в себя. Глаза открылись, но мозг отказался подписывать акт приёма-передачи реальности. Вокруг располагался пейзаж, которого не могло оказаться даже в горячечном бреду после фляги самогона. Это явно не Россия, и не Франция, и не Индустан, чёрт бы его побрал. Это было нечто… с чем-то и чем-то, замешанное на чём-то таком, от чего волосы на заднице вставали дыбом от страха.

- М-да, бл… - повторился Чапай и машинально перекрестился.

А потом отдёрнул руку от бронированной груди и замер, рассматривая себя. На нём сидел костюм, не кожанка, не шинель, а что-то, от чего любой инженер начала двадцатого века лёг бы и заплакал. Броня. Сервоприводы. А на груди сияли тусклыми огнями непонятные индикаторы. Чапай умел управлять мотоциклетом (и да, вопреки легендам, он ездил на нём чаще, чем на лошади), но это… это казалось за гранью.

Он сидел среди обломков.

Место крушения десантного бота представляло собой адову смесь металла, керамики и горелого пластика. Дюзы торчали вверх, как сгоревшие сосны. Из разорванного корпуса шипел пар, смешанный с озоном. Всё это пахло войной, но какой-то чужой, неправильной войной. Вокруг валялись искорёженные контейнеры с маркировкой, которую Чапай не мог прочитать, но почему-то понимал: «БК», «Мед», «Аварийный люк». Небо над головой простиралось не синее, а грязно-фиолетовое, где-то далеко трещало пламя. И тишина стояла такая, какой не бывает после боя. Мёртвая, ватная тишина.

И тут в голове вновь взорвался потоком информации интерком.

Новые гигабайты информации ворвались в голову, как конница в прорванный фронт. Маршруты движения на планеты Солебат - ррраз! Устройство и принципы управления десантного бота. Устройство и стрельба из плазменной турели - три, мать его, мать его, мать его! Протоколы, протоколы, протоколы, и в конце, как в насмешку, меню боевого рациона. Чапай заскрипел зубами. Глаза заслезились. Перед внутренним взором мелькали схемы, цифры, голограммы.

Чапай попытался встать. Ноги слушались, но стали чужими. Руки тем более. В голове теперь жил не только интерком, но и чёткое понимание, как стрелять из плазмомёта, как запросить поддержку с орбиты и как отличить местную черепаху-мутанта от просто злой черепахи.

Чапай плюхнулся на обломок дюзы. Металл ещё дымился, но терпимо. Он выдохнул, открыл забрало шлема и сплюнул на инопланетный грунт, туда же, где только что лежал лицом.

- Ну и вляпался, - сказал он вслух. - Анка бы сейчас охренела, да и Петька тоже. Ладно. Империя так империя, - он на секунду задумался, потом выдал с привычным размахом: - Ха! Одну империю разрушим до основания, а затем… мы наш, мы новый мир построим. Кто был никем, тот станет всем!

Интерком вежливо промолчал. Возможно, обновлял словарь ненормативной лексики. В этот момент где-то в недрах догорающего бота что-то щёлкнуло, потом чихнуло, а потом хлопнуло так, что у Чапая заложило уши даже через шлем.

Взрывная волна ударила, словно кувалда. Подбросила, протащила по камням с десяток метров и с чувством выполненного долга швырнула его лицом вниз прямо в липкую, вонючую инопланетную грязь. Забрало шлема было открыто, и теперь эта дрянь оказалась везде: и во рту, и в носу, и за воротником брони.

- Тьфу! Тьфу! Тьфу! - Василий Иванович отплёвывался, как кот, которому в миску с молоком насыпали перца. - Я не то имел в виду! - крикнул он в пространство. Себе, интеркому, чёртовой планете - не важно. - Из грязи да в князи… С планеты Земля на планету… Солидол, что ли?

- Солебат, - мягко, но с металлической ноткой поправил интерком.

- Да какая разница - солидол, соребат? Тоже мне, философы!

- Планета называется Солебат, десантник Чапаев. Примите к сведению и воздержитесь от иронии. У нас боевая задача, а не цирк-шапито.

Чапай открыл забрало пошире, выплюнул последний комок грязи (теперь он знал, что эта планета имеет кислотность почвы 4,5 pH - спасибо гигабайтам информации в голове) и резюмировал.

- Ладно. Приму… , гм, к сведению.

Он поднялся. Скафандр загудел, сервоприводы скрипнули, но не подвели, восстанавливая контроль над боевым скафандром, что понёс определённые повреждения, но в целом оказался вполне исправным и боеготовым.