Читаем Зов (СИ) онлайн бесплатно
Зов (СИ)
В одной далёкой галактике между вечно враждующими расами произошел очередной военный конфликт. Этот конфликт привел к почти полному уничтожению одной из сторон. Крошечные остатки потерпевшей разгромное поражение расы, спасаясь бегством, прибыли в забытую всеми планетарную систему, в которой из тринадцати планет только одна была пригодна для их существования. С тех пор прошли многие тысячелетия. От далекого потомка беглецов, живущего в наше с вами время, зависит, удастся ли побежденным возродить былое величие своей расы, и смогут ли они когда-нибудь вернуться к родным планетам.
Фантастика / Альтернативная история / Боевая фантастикаСпокойствие бескрайнего космоса нарушило внезапно вынырнувшее из гиперпространства гигантское вытянутое тело космического корабля. Не прошло и нескольких секунд, как следом за ним из бесконечной пустоты материализовался окутанный пробегающими по его корпусу искрящимися всполохами еще один корабль, затем еще один, еще, еще и еще…
За короткое время за первым кораблем появившегося непонятно откуда флота выстроилось больше тридцати боевых звездолетов различного класса в разной степени потрепанности.
Будь здесь хоть какой-нибудь наблюдатель со стороны, он бы с легкостью определил: эта группа мощных боевых кораблей не так давно вышла из жесточайшего сражения и, судя по их опалённым с разных сторон корпусам, бой она вела с превосходящими силами противника.
В отряде не осталось ни одной целой единицы — тут и там в корпусах виднелись дыры, затянутые энергетическими щитами, всюду обгоревшая и местами расплавленная броня. На некоторых кораблях повреждения были настолько серьезными, что те не могли даже передвигаться без посторонней помощи. Так один крейсер, с виду меньше всего пострадавший, тащил в жесткой сцепке другой, сильно искореженный корабль размерами поскромнее. Из-за сильной деформации корпуса последнего затруднительно было даже определить, к какому классу боевых звездолетов он относился.
Как только первый корабль потрепанной эскадры появился в этой звездной Системе, из его гигантского нутра тут же во все стороны вылетели стайки маленьких юрких ремонтных дронов и похожие на вытянутые капли воды корабли боевого охранения.
Сторожевики мгновенно разлетелись в разные стороны патрулировать и собирать необходимую информацию об окружающем пространстве, а дроны, не теряя времени, приступили к немедленному восстановлению, принявшись латать полученные в бою повреждения.
Вокруг других звездолетов, которые только что вышли из гиперпространства, было заметно такое же активное движение небольших судов. Сектор как-то сразу ожил, в нём стало не протолкнуться от всякой высокотехнологичной мелочи, деловито снующей туда-сюда.
Путь так неожиданно появившейся в этой части космоса группировки боевых кораблей лежал к единственной, наполненной жизнью и буйством красок планете этой системы.
Через какое-то время в рубке корабля, первым выпрыгнувшего из гиперпространства, собрались четверо руководителей похода. Глава клана Кинхов — Крон ин Стаат, член Совета Восьми расы Зотов — Лот ин Эрма и представитель народа Хогов с далекой планеты Нарих по имени Мор.
На фоне трехметровых зотэрианцев Хог казался совсем маленьким и хрупким, хотя среди своего племени выделялся ростом и статью. Большинство летевших на этом корабле называли его Мудрым, но он этот титул весьма недолюбливал, постоянно повторяя тем, кто его так называл, что будь он действительно мудр и настолько прозорлив, как о нём говорили, то они сейчас не скрывались бы в забытом всеми уголке бескрайнего дикого космоса.
Третьим зотэрианцем в этой представительной компании был некто Вик ин Стаат, родич и по совместительству ближайший советник Главы клана Кинхов Крона ин Стаат. Вик ин Стаат скромно стоял на почтительном расстоянии за их спинами в ожидании, когда те обратят на него внимание.
На экране, заменившем одну из стен в боевой рубке крейсера, вращалась прекрасная голубая планета, так сильно похожая на их родной Гаран.
От мысли о Гаране Крон непроизвольно стиснул челюсти, сжал кулаки, и защемило в сердце.
Гаран!..
Быстро взяв себя в руки, он медленно выдохнул воздух сквозь стиснутые зубы и, не оборачиваясь, коротко бросил своему помощнику, стоявшему за его спиной:
— Говори.
Помощник сделал маленький шажок по направлению к Главе клана и начал свой доклад:
— Планета класса А, полностью пригодна для нашего проживания. Атмосфера сопоставима с Гараном на 89 %. Планета заселена разумными категории С. Уровень их развития находится на начальном этапе и приближается к категории М.
Помощник бросил быстрый взгляд на Мора, затем продолжил:
— Они только недавно изобрели колесо и делают робкие шаги, пытаясь обрабатывать железо. У планеты есть свой естественный спутник, он…
Крон поднял руку, прерывая докладчика.
В рубке на какое-то время воцарилась полная тишина.
Крон шевельнул пальцами, и… прямо в воздухе посреди помещения возникло большое, объемное голографическое изображение местной планетарной системы с яркой звездой в центре.
Пока он внимательно рассматривал расположение планет, никто из присутствующих в боевой рубке не осмелился даже пошевелиться.
— Мне нравится их расположение, — наконец прервал затянувшееся молчание Крон, ткнув пальцем в самый центр голограммы.
Движением пальцев он заставил голограмму медленно вращаться вокруг своей оси. Затем остановил ее, пристально разглядывая местное светило, после чего начал поочередно переводить взгляд с одной планеты на другую, не обделяя вниманием их многочисленные спутники.
Закончив свои наблюдения, он указал пальцем на одну из самых больших планет в этой системе и проговорил:
— Правильно используя расположение этих планет, мы сможем приготовить радушную встречу тем митхарианцам, которые отправились за нами в погоню!
Сказав это, Крон скосил взгляд на Хога.
— Ведь так, Мудрый Мор? Они всё равно рано или поздно настигнут нас, где бы мы ни были?
Под его взглядом Хог смешно дернул большими ушами, затем быстро и остро зыркнул на него снизу вверх своим центральным глазом и ответил тихим скрипучим голосом:
— Для того чтобы добраться по нашему следу сюда, им понадобится немало времени, но они найдут нас и будут здесь в этой Системе, вне всяких сомнений. Я это вижу так же хорошо, как и гибель всего их флота.
Мор утвердительно кивнул головой так, что стала видна его поперечная роговая пластина на затылке, и продолжил:
— Я уверен в этом, но еще я также вижу, что много Митхар спасутся здесь.
Он кивнул головой в сторону экрана с голубой планетой и затем, опустив взгляд, тихо произнес:
— Остальное я скажу тебе позже и только наедине.
Крон посмотрел на Мора изучающим взглядом, затем кивнул ему, соглашаясь, и снова, повернувшись к голограмме, движением пальца приблизил к себе интересующую его планету. Внимательно рассмотрев ее со всех сторон, он спросил у своего помощника:
— У нее есть название или только пока цифровой код?
— Цифровой код 2.85.37…
— Назовем ее Терра! — перебил своего помощника глава клана Кинхов. — Дальше не идем. Лучшего места для засады не найти. Остаемся здесь и готовим достойную встречу митхарианцам. Вик, распорядись установить маяки, и готовьте высадку на планету, но так, чтобы сильно не напугать местных жителей.
Огромный зотэрианец за спиной Крона низко поклонился и без лишних слов направился на выход, выполнять приказ своего вождя.
Я стоял посреди прачечной комнаты босиком на холодном бетонном полу, на мне, кроме трусов, ничего не было. Губы разбиты в кровь, правый глаз почти совсем заплыл, а на бритом затылке приличных размеров шишка. Я весь дрожал от холода и злости. Страха уже не было.
Напротив меня пятеро, все из старшей группы нашего спортивного интерната. Им всем уже почти по шестнадцать. Все мускулистые, крепкие, как гвозди, борзые от своего превосходства и безнаказанности. Им ли опасаться избитого и дрожащего всем телом десятилетнего пацана.
— Слышь ты, шкет! Тебе русским языком сказали, посылку с хавчиком сюда! Что тебе неясно? Куда ты опять всю жрачку закрысил?
— Я ве закфисил, — без двух передних выбитых зубов выговаривать слова получалось не очень, — я пофелил с фуфьями…
— Что? А мы тебе кто? Да мы твои самые лучшие друзья! Разве не так? Гиви, а ну-ка покажи ему, как ты его любишь!
От удара в ухо в голове зазвенели колокола, и всё поплыло перед глазами.
Я зашатался, слепо оперевшись рукой об стену.
— Значит, слушай сюда, шкет! — сквозь набат в ушах я услышал слова Паши Луценко, заводилы и главаря. — Это последний раз, ты слышишь? Запомни, весь хавчик и всё, что тебе папаша твой приносит, сначала сюда, а что останется, то тебе, понятно? Не слышу…
Он не успел договорить, как у меня в голове что-то ощутимо щелкнуло. Горячая волна прошла по всему телу, и мгновенно возникшая злость переполнила меня настолько, что в следующую секунду я уже и не соображал, что делал.
Я резко поднырнул под тянущуюся ко мне руку, крепко вцепился ему в ноги выше колен и, совершенно не обращая внимания на сыпавшиеся сверху удары локтями по моей спине, с криком ярости оторвал его от земли. Ослепнув от злости и дико рыча, я со всего маху приложил его спиной об угол прикрученной намертво к полу стиральной машинки.
Быстро развернувшись, неумело, наотмашь, но со всей силы я ударил рукой по лицу кинувшегося на меня Гиви. От моего удара его откинуло на пару шагов назад, и он ударился со всего маху затылком об стену. Схватившись за голову обеими руками, Гиви тихо завыл на одной ноте и начал медленно сползать по стенке вниз.
Справа мне опять прилетело в ухо, затем почти сразу с отчетливо ощущаемым хрустом — в нос.
Ничего не видя сквозь боль и слёзы, я схватился за чью-то руку, резко потянул ее на себя и крутанул что есть силы. Послышался громкий звук ломаемой ветки и сразу же дикий крик, переходящий в вой на тонкой ноте.
Кто-то подскочил сзади и схватил меня за лицо, пытаясь повалить на пол. В рот попал чей-то палец, не думая ни секунды, я с силой сжал свои челюсти и дернул головой. Прачечную огласил истошный вопль, и затем бессвязные причитания, мат, стоны, плач, проклятия…
Открылась дверь, кто-то из пятерки с криком выбежал в коридор. За ним, сталкиваясь в дверном проеме, ломанулись остальные. Перед собой сквозь пелену слёз я видел чей-то убегающий силуэт. Не теряя времени, я догнал врага, запрыгнул ему на спину, схватил шею на удушающий захват и изо всех сил начал душить-душить-душить…
— Товарищ старший сержант, а, товарищ старший сержант! — меня кто-то сильно тряс за плечо. — Подъем, уже пять ноль-ноль, через час — выход.
А? Что… кто… а, дежурный…
Тяжелый морок медленно отпускал меня из объятий, перемешивая свои картинки с реальностью. Показав дежурному, что я проснулся, сел на кровати и с силой потер лицо руками.
Опять этот проклятый сон, повторяющий события из детства.
В груди как-то нехорошо защемило от предчувствия. Прошло уже целых одиннадцать лет после той ночи в интернатской прачечной, а он нет-нет, да и приснится мне перед какими-нибудь неприятностями.
Что должно случиться на этот раз?
В прошлый раз, когда я видел этот сон, чуть не попал под поезд в метро. Спасла реакция и хорошая физическая подготовка, позволившая мне вовремя вскарабкаться на перрон. Того гада с огромным мешком через плечо, из-за которого я оказался на путях, так и не нашел, сколько ни бегал потом по станции.
Ну да ладно, бог с ним!
Натянув камуфлированные штаны, я быстро намотал портянки и продел ноги в сапоги.
Я часто с улыбкой вспоминал, как потом восприняли ту драку в интернате! Сколько разговоров было, сколько косых взглядов…
А ведь никто тогда не поверил, что какой-то десятилетний пацан избил четверых перворазрядников из старшей группы. Пострадавшие дружки Луценко по понятным причинам упорно молчали и ни в чём не сознавались, но сам факт драки, как говорится, был налицо! У кого-то оказались сломаны рука и ребро, у кого-то сотрясение мозга, у кого-то почти откушен палец… Такое в интернате не скроешь, да еще в нашем, где каждый знает, что у соседа под подушкой.
Да, шуму тогда было…
Целый месяц комиссии из ГорОНО и Министерства образования, одна за другой, педсоветы, нескончаемые собеседования, тренеры и учителя ходили злые, как демоны, и срывались на нас за любую мелочь.
Жуть!
На меня и подумать никто не мог, но всё равно потом пошли слушки среди старших ребят, и авторитет определенный я у них, конечно же, заработал.
Не без этого!..
Накинув на плечо тонкое вафельное полотенце, я пошел умываться.
В умывальной комнате уже находились мои сослуживцы, с кем мне придется сегодня топтать фланги на границе.
— Привет, Серёга! Привет, Мить! — поздоровался я с ребятами, не забыв при этом макнуть щетку в зубной порошок.
Те сонно кивнули мне в ответ, делая вид, что чистят зубы.
Основательно перекусив после приема водных процедур, мы начали экипироваться и готовиться к выходу на Границу.
Обычная рутина, которая происходит изо дня в день и оттачивает действия пограничника до автоматизма, но сейчас этот выход особый, к нему надо относиться со всей серьезностью, ничего не забыть, потому как сегодня страшный и ужасный, знаменитый во всём Закавказском пограничном округе Правый фланг.
Очень нехорошее это место на участке нашей заставы!
Тяжелое…
Почти одни ступеньки, всё вверх и вверх под облака. Да еще эти змеи, будь они неладны!
Так уж повелось у нас на заставе с давних времен, что на Правый фланг выходят только одни старички. Это как естественный отбор — молодым просто не хватит силы и выносливости, чтобы туда забраться, ведь, помимо ступенек, добивает еще и разряженный воздух, и постоянное моральное напряжение от десятков кишащих вокруг ядовитых змей. К этому привыкнуть надо, тут не всё так просто. Вот потопчут молодые бойцы шесть-семь месяцев Левый фланг, наберут силенок, привыкнут к постоянному кислородному голоданию, вот тогда и пожалуйте на Правый, получать все удовольствия от суровой пограничной службы.
Начальник заставы майор Степанов был сегодня, как никогда, хмур и, стоя возле оружейной комнаты, наблюдал, как пограничники готовились к выходу на границу. Подкручивание пуговицы на офицерском кителе выдавало в нём крайнюю степень нервозности.
— Смирнов, ко мне в кабинет, — бросил он и, уже направляясь к себе, добавил: — Быстро, я сказал!
— Есть! — переглянувшись с бойцами, я поспешил за ним.
— Закрой дверь, — проворчал Степанов, как только я переступил порог.
Майор стоял спиной ко мне, делая вид, что внимательно рассматривает что-то там за окном.
— Старший сержант Смирнов по вашему приказанию прибыл, — я доложился, как положено.
Когда начальник заставы в таком дурном расположении духа, лучше делать всё по уставу — проверено!
Степанов повернул голову, поморщился и снова уставился в окно.
— Тебе сколько до дембеля осталось, а, Смирнов? — спросил начальник.
— Три месяца, товарищ майор! — не понимая к чему этот разговор, бодро ответил я.
— Три месяца, три месяца, три месяца, — тихо нараспев пробормотал майор, всё так же не отрывая взгляда от чего-то там очень важного за окном.
Говоря это, он в такт словам постукивал костяшками пальцев по краю столешницы рабочего стола. Затем, стукнув еще раз чуть посильнее, повернулся ко мне.
