Читаем Зодчий. Книга IV онлайн бесплатно

— Что это? — сказал Чесноков с суровым видом. Он нахмурился и указал пальцем на форт, возвышающийся над отвоёванным Колодцем.

— Это укрепления для обороны, сударь.

— Разрешение для возведения есть? — поморщился чиновник. Он прибыл на следующее утро после сражения. Мы полночи приводили в порядок территорию и определяли потери. Я едва глаза продрал сегодня, с трудом перемещаясь из-за усталости. Мне бы ещё денёк просто поспать. А тут внезапно человек приехал максимально официальный и надменный. Будто бы каждый день Империя землями прирастает, честное слово. Однако чем больше величие страны, тем неприятнее её чиновники. Так что прибывший из столицы представитель Министерства на меня смотрел со снисхождением, видя перед собой юношу, ничего не сведущего в жизни и совершающего множество идиотских ошибок, которые несчастному Чеснокову теперь предстоит решить.

Такое поведение будило во мне вредность природную вредность. Но на словах я был само воспитание:

— Нет, сударь.

— Господин Баженов, Империя ценит ваш вклад в её развитие, но закон есть закон. Возведение построек на землях общественного пользователя категорически запрещено! Немедленно устраните!

Он сделал пометку у себя на планшете и поцокал языком, явно негодующе.

Я сдержал глубокий вздох.

— Прошу вас, — поднял на меня глаза Чесноков. Серый чиновник, в типичном костюме, с залысинами, усталым от жизни взглядом и чувством собственной важности. — Не устраивайте себе неприятностей. Ваша победа не станет меньше от того, если вы будете следовать букве закона. Вы можете уже приступать к сносу.

— Воздержусь, с вашего позволения, — мягко ответил я.

Брови Чеснокова поползли наверх.

— Господин Баженов, минуточку. Вы отказываетесь выполнять требования аппарата по земельным вопросам Его Императорского Величества?

— Ни в коем случае, просто…

— Господин Баженов, — он моим именем мог бы гвозди заколачивать, честно слово. Каждый слог выходил как удар. Я даже заслушался. — Здесь не может быть ничего «просто». Статус земель не определён!

— Это земли Империи.

— Формально да, но в кодексе есть специальные инструкции как раз для таких ситуаций! — Чесноков не сдавался. Ладно.

— Вы очень удачно заговорили о земельном кодексе. Исходя из него, у меня есть срок до завтра. И это если в объекте нет стратегического значения, — терпеливо напомнил я. — А он, как вы, надеюсь, понимаете — есть. Это, простите за уточнение, всё-таки форт. Укрепление.

Чесноков внимательно посмотрел мне в глаза и хмыкнул:

— Хорошо, господин Баженов. Хорошо. Действительно, такое право у вас есть. А разрешения нет. И нет поблизости людей, способных закрепить это самое стратегическое значение. Форт возведён по стандартам? Не несёт ли риска для здоровья её защитникам? Санитарные нормы соблюдены? Пожарная безопасность?

Мы стояли на земле, которая ещё неделю назад была поглощена Скверной. Вчера здесь лилась кровь, как людей, так и монстров, а чиновник рассуждал про пожарную безопасность. Чесноков неприятно улыбнулся:

— Я, повторюсь, не занижаю ваши заслуги. Однако вы зря со мною спорите, очень зря. Мы, представители Министерства, своё дело знаем крепко. Продолжим, господин Баженов.

Он шёл по старой дороге покрытой высохшей чёрной травой. После ухода Изнанки — мерзкие растения, питающиеся кровью, быстро погибли. На патруль из солдат Империи Чесноков посмотрел вскользь. Охотников я благоразумно вывел с территории, как только узнал о явившемся по мою душу чиновнике из Министерства по земельным вопросам. Равно как и разогнал зачищающих руины Влодавы селян, при помощи Черномора. Самого чиновника пришлось потаскать по моим землям, пока искусственный интеллект не закончил создавать видимость образцового порядка. И это не было слабостью. Просто ссориться с государственной системой поступок не разумный. Во-первых, я недостаточно мяса нагулял. Во-вторых, нет большего врага у человечества, чем бюрократия.

Хочешь не хочешь, а играть надо в пределах законов места, в котором живёшь. Иначе отчёт в министерство уйдёт соответствующий, и отдадут отбитую землю какому-нибудь выпускнику из Академии Зодчих, просто из вредности. Но она нужна мне. Поэтому улыбаемся и портим имущество вредного бюрократа.

— Вчера у вас был инцидент? — спросил посланник министерства, цепким взглядом изучая окрестности.

— Да. Погибли люди, но мы устояли.

— Людей очень жаль, — равнодушно сказал Чесноков. Сделал ещё одну пометку в планшете и промолвил. — Я не враг вам, господин Баженов. Моя задача понять статус новых земель и определить её перспективность. У вас, как владельца примыкающей территории— больше всего шансов получить их под своё управление. Но для этого необходимо выполнять все рекомендации ответственных лиц. Что вы, как я вижу, не очень то и стремитесь делать. Я вынужден это отмечать, поймите.

— Всё в рамках закона, — пожал плечами я.

— Вы ведь не собираетесь соревноваться со мною в знании законов? — нехорошо улыбнулся чиновник.

— Нет, конечно, господин Чесноков!

— Разумное решение, — он нахмурился и потряс планшет. — Это ещё что за дела?

Я изобразил вежливый интерес:

— Какие-то проблемы?

— Отключился. Это же «Барнаул»! Отказоустойчивость наилучшая.

Чесноков зажал кнопку выключения. Бессмысленно, я сжёг ему материнскую плату.

— Остаточная Скверна, сударь. Бывает, — сочувственно проговорил я.

Чиновник фыркнул, полез в карман за телефоном. Но его я тоже уже успокоил. Пусть свои заметки прямо в мозг записывает, раз такой вредный.

— Проклятье! — выругался Чесноков. — И этот не работает.

— Фронтир… — со значением произнёс я. Не успело слово раствориться в воздухе, как из моего кармана раздался сигнал звонка. С невозмутимым видом я достал телефон.

— Слушаю?

— Миша! Танцуй! — сказал мне Александр Сергеевич Павлов. Человек, которого всегда приятно слышать.

— Простите, Александр Сергеевич, сейчас не могу!

— Приборовский Конструкт твой, Миша! На следующей неделе будешь новым владельцем. Приедет команда настройщиков, так что ничего не планируй. Удалось мне всё-таки разобраться с тем бездарным Зодчим, который заправлял мощью Колодца раньше. Обошлось без крови и почти без драк, дорогой мой. Ха!

Я улыбнулся:

— Отличная новость, Александр Сергеевич.

— Да, да!

Павлов замолчал. Я терпеливо ждал продолжения.

— Ты ничего не хочешь спросить, Миша? — не выдержал проректор.

— Боюсь, я не понимаю вас, Александр Сергеевич.

Чесноков демонстративно посмотрел на часы. Вот ведь жук! Я остановил ему и часовой механизм.

— По патенту твоему будет ускоренный процесс. Ты всех заинтересовал, Миша!

— Мы, Александр Сергеевич, — поправил его я.

— Ах, Миша-Миша. Если бы, — сокрушённо проговорил Павлов. — Я город, что ты мой ученик, но я ведь всё прекрасно понимаю.

— Ну, Александр Сергеевич. Мы ведь договорились. И у меня есть ещё одна схемка для вас. Как буду в Петербурге — непременно покажу.

Чесноков приложил часы к уху и нахмурился ещё больше, губы его шевелились в немых ругательствах.

— Только одна? Ха! Вези все, Миша! Я в тебя верю. Так, что ещё. Ах да! Слушай, что у тебя с Володиным?

— С Володиным?

— Да, с Володиным.

— Что у меня с ним? — не понял я. С моим соседом после той памятной схватки на лесопилке мы не пересекались. Я к нему не лез, у него и без меня проблем хватало. Откуда он вообще нарисовался-то вдруг?

— Так, Миша, прости. Очень срочно. Я перезвоню, — забормотал проректор.

Он повесил трубку, оставив меня в глубокой растерянности. Итак, что же у меня такое с Володиным?

— Вы закончили? — неприятно проскрипел Чесноков. — Мы можем продолжать?

— Да, конечно. Простите.

Быстрый анализ показал, что сломать ему больше нечего. Из техники. Поэтому я просто вежливо улыбнулся.

Из-за неисправности техники Чеснокова нам пришлось вернуться на мои земли. Чиновник духом не пал, потеряв, как планшет, так и телефон. Он готов был выполнять работу тщательно и даже чуточку фанатично. Посланник Министерства за свой счёт купил пачку бумаги и две ручки в «Ай Да Товарах», после чего снова отправился на отвоёванные территории, великодушно отпустив меня с богом. Ему предстояло много возни. Он даже не представлял — насколько много. Я же, воспользовавшись дарованным шансом, заглянул к себе в Конструкт. Реоген потихоньку копился, благодаря канализации, потоку ассенизаторских машин и мусоровозов. Сейчас ресурсов ни на что серьёзное не хватит, конечно. Но как только прибудет граф Орлов, про которого говорил мне Кадывкин, я решу вопрос с дефицитом строительных материалов. Столоначальник ведь обещал ресурсную поддержку. Надеюсь, его начальство заднюю не включит. Потому что я поиздержался, во всех смыслах.

Да, трофеи, оставшиеся после нападения эстонской группы Скверны, достались мне. В целом, логично. Вольные Охотники в сражении не участвовали, а солдаты имперской гвардии приказа на сбор не получалит. Сферы, заряженные силой Скверны из убитых чудовищ, тоже ушли мне, и никто даже не заикнулся, чтобы оспорить такое решение.

Кстати, с обсидианового гиганта удалось вытащить зелёный кристалл, отправившийся в мою персональную сокровищницу. И нет, вот она, в отличии от заряженных сфер, находилась не под кроватью. А остальные камни, которые получилось собрать, я слил Паулине. Торги, как обычно, начались с постели, и столь своеобразная манера трактирщицы вести дела мне импонировала. Регулярная близость с Князевой помогала сбрасывать напряжение и проясняла мысли.

Потому как переть против природы — это почти то же самое, что бороться с государственной махиной в одиночку. Бессмысленно и неприятно. И зачем, собственно, страдать, когда можно не страдать?

Кстати, насчёт государственных механизмов.

Я настроил очередь построек вокруг форта, в виде защитных заграждений. Теперь каждые тридцать минут рядом с базой Охотников либо начиналось возведение нового укрепления, либо уже заканчивалось. Кодекс мне, как бы, тоже известен. И возводить укрепления совсем не запрещено, а вот раз Чесноков прибыл сюда всё делать правильно, то значит, никуда он отсюда и не уйдёт, пока не закончит опись всех построек.

Так что пусть перестанёт корчить из себя принципиального и важного человечка.

Стоит отметить, что подобных защитных заграждений я могу возвести бесконечное количество. Требуют они немного, пользы тоже приносят крохи, зато меня ожидает эстетическое удовольствие.

Попросив Черномора понаблюдать за Чесноковым и записать его реакцию — я вернулся к делам. Несмотря на события вокруг Влодавы, мне нужно и своими землями заниматься. Тем более что люди Гудкова закончили расчистку необходимого мне сектора, неподалёку от подворья Святой Варвары. Кстати, староста Комаровки заметно расширил технологическую мощь лесопилки, организовав сушильную камеру.

Кроме строительства нужно было ещё поговорить с новыми рекрутами. Сарафанное радио, после инцидента в Орхово с залётными грабителями, принесло плоды, и уже сейчас в моей гвардии насчитывалось почти два десятка человек. Тренировками теперь занимались самостоятельно, без привлечения Тени. Двое наёмных бойцов показали себя отличными инструкторами и теперь гоняли мою гвардию и в хвост и в гриву.

Однако попасть в ряды бойцов, носящих символ Томашовки, без разговора со мной — нельзя. Это, всё-таки, мои люди. Так что рутина развития засосала меня крепко. Но рутина приятная. Ведь с каждым принятым решением жизнь в Томашовке становилась всё лучше и лучше. А когда я начну возведение жилых кварталов, с максимально комфортными условиями для семей и одиночек, на месте вырубки, то будет ещё лучше. Паулина сегодня уже представила мне несколько специалистов, которых нашла в сети и которые готовы были перебираться на фронтир за лучшей жизнью.

Даром жильё я уже не раздавал, но льготы готов был представлять достойные. Как на аренду квартиры или таунхауса, если появилось желание попробовать временно пожить в Томашовке и осмотреться, так и для покупок. Главное, чтобы соискатели обладали полезными знаниями и умениями, которые станут двигать мои земли к процветанию.

Врачам и учителям, конечно же, достаились особенные привилегии. По медицине понятно — в регионе у меня пока порядка с ней не было. Часть жителей из окрестных деревень до сих пор ходила к знахарке из Приборово, и никто из них даже не думал отвлекать монахинь-биоманток какой-нибудь сыпью или, прости господи, несварением… Весьма разумный подход, надо отметить. Это как золотом синяки лечить. Да и вообще, то что кто-то умеет управлять природой вещей ни в коем образе не отменяет обычных терапевтов. Не всё в мире решается магией.

Про образование же… Мне позарез нужна школа. Есть школа — будут семьи. Есть семьи — будут специалисты, будет стабильность, будет потребление и производство. Школа создаст снежный ком, круговорот семей в природе.

Насчёт военного присутствия… У меня в регионе уже сейчас всё весьма достойно. Поддержка Охотников очень кстати. Тринадцатый Отдел тоже не лыком шит и, уверен, сюда скоро отправят дополнительную силовую группировку из Имперской Армии. Гвардия готовится. Соседи усмирены. Хотя к Скоробогатову я бы спиной не поворачивался.

Да, и Володин! Чего с ним там такое-то стряслось?

Эта мысль то и дело возникала в голове, но исчезала под новыми вопросами.

— Ваше благородие! Ваше благородие! — настиг меня оклик, когда я в очередной раз выходил из трактира Князевой, на ходу допивая морс из бутылки. Ко мне приближались двое мужчин. Кабальный и Борцунов. Горе-воришки.

— Добрый день, — поприветствовал я их.

— Ваше благородие, простите за беспокойство, но… У нас тут просьба, — говорил Борцунов, но постоянно косился на Кабального и делал недвусмысленные движения бровями, мол, давай. Кабальный покраснел как рак и опустил взгляд. Его приятель закатил глаза и решил тянуть ношу сам:

— Вот, ваше благородие. Взгляните.

У меня в руках оказалась увесистая папка.

— Что это?

Я открыл её, глядя на листы, исписанные неровным почерком со схемами и чертежами.

— Нам Володька… — начал Борцунов, но тут ожил Кабальный, кашлянув, и Борцунов поправился, — Ну, Молотов Владимир, сказал, что вы можете нам помочь с этим. Вы же ему с мастерской помогли.

— Нам бы пристройку к лесопилке, ваше благородие, — сдавленно прохрипел Кабальный. Откашлялся. — С электричеством, с теплом чтоб. У нас тут чертежи имеются некоторые… Вот. Это где и как что будет. Мы так-то рукастые.

Они переглянулись.

— Если что-то из мебели сделать, это мы могём. Вот, фотографии у нас есть. Посмотрите.

Ну да, в папке нашлись и снимки скамеек, столов, беседок и стульев. Я вспомнил лошадку с отличным эхом. Хм… Надо отметить: ребята подготовились, ничего не скажешь. Я полистал страницы, изучая план. Станки для раскроя и обработки массива, сушильные камеры с контролем влажности.

— Сушильную камеру Гудков уже заказал, — сказал я.

— Вы это не читайте, ваше благородие. Это мы с божьей помощью сами как-нибудь. Нам бы помещение при лесопилке. С вентиляцией хорошей, светом и обогревом. Отдельно, но рядом. Да тут всё есть. Вот, посмотрите, — оживился Кабальный.

— Интересно. Сделаю. Но в порядке очереди, — я внимательно посмотрел на столяров. — Если будет простаивать или, не дай бог, начнёте использовать под пьянку…