Читаем Змей Искуситель (СИ) онлайн бесплатно

Глава 1

Сердце в груди норовило выпрыгнуть, в голове зашумело, а перед глазами поплыли темные круги. В трясущихся руках снят с предохранителя кольт. Если не успокоится, она убьет его.

— Ты должна стрелять! — требовал он. Она смотрела в любимые глаза и не понимала, почему судьба так жестока с ней. — Стреляй, или он убьет тебя, и я не смогу тебя спасти!

Она нажала на курок. Шум выстрела оглушил ее. Пистолет сам выпал из рук.

— Все хорошо, все хорошо. Беги, тебя ждет машина! — последнее, что он сказал, перед тем как закрыть глаза.

Слезы текли по щекам. Она не справлялась с его заданием. Шум сирен вывел ее из транса. Оказалось, что все это время она прижимала его голову к своей груди и умоляла о прощении. Оставив его и ненавидя себя за это, она ушла.

Натали проснулась от кошмара.

Подскочив на просторной кровати в своей пустой квартире на Манхэттене, она сунула руку под соседнюю подушку. Пальцы коснулись холодного металла. Привычный ритуал. Успокоилась, взяв пистолет в руку. Отдышалась. Когда глаза привыкли к темноте, она нашла телефон на прикроватной тумбочке. Три часа ночи.

Вместе с пистолетом и телефоном так и прошла на кухню, бросив их на островке. На ощупь налила стакан воды из кувшина на столе и большими глотками выпила до дна. Майская ночь выдалась какой-то жаркой сегодня. Включив подсветку над шкафчиками, Натали взглянула на свое темное отражение в окне. Волосы спутаны, лицо блестело от пота. Все вроде относительно спокойно, но почему внутренности сжимались от тревоги? И нет, причина не в том, что приближалась дата ее трагедии. Каждый год на протяжении десяти лет эта дата проходила незаметно, что изменилось сегодня?

В доказательство того, что это обычный, ничем не примечательный день, Натали сходила в душ. Вернулась на кухню в махровом халате с полотенцем на голове и сделала себе капучино в кофемашине. Ну да, все как обычно, кроме раннего пробуждения. Подумаешь.

Натали взяла телефон, чтобы подзависнуть в социальных сетях, пока пьет кофе, но увидела несколько сообщений от Алекса:

«Я сейчас улетаю по срочным делам в Вашингтон. Присмотри за Мишель, пожалуйста. Вечером вернусь».

Она бросила телефон обратно на каменную поверхность кухонного островка. Алекс. Ее кузен. Мужчина, по которому она втайне вздыхала полжизни. Ее друг и надежная опора. Алекс Конте был из тех, кому она могла бы позвонить в любое время дня и ночи и он бы обязательно примчался по первому зову. Но и к ней он относился точно также. Знал, что может доверить ей самое ценное. Мишель Роулэнд — его невеста, его безумная и сумасшедшая любовь. И, надо признаться, они созданы друг для друга. Алекс — ужасный тиран и харизматичный лидер, способен задавить своим характером любую женщину, но не Мишель с ее взрывным темпераментом. Она не прощает ни одной ошибки и промашки. Ох… их отношения похожи на какой-нибудь триллер с взрывами, погонями, убийствами. Натали старалась держаться подальше, но обожала обоих. А их любовь вызывала в ней смесь восторга и зависти.

Натали начала более менее соображать, когда чашка опустела. Желудок неприятно заурчал. Готовить она не умела, не любила и в принципе не имела способностей к этому. Пищевой мусор вроде йогуртов в холодильнике тоже не держала, а ее любимое кафе с континентальным завтраком откроется только через два часа. Она, не долго думая, собрала спортивную сумку, надела джинсы, футболку и тонкую кожанку с ботинками, и отправилась в тренажерный зал в лобби ее дома, где уже привыкли к ее раннему приходу.

Да-да, сегодня обычный день. Кроме дурацкого сообщения от Алекса.

Мишель не маленький котенок, за которым нужно присматривать. С другой стороны, Алекс ни за что не стал бы унижать таким образом любимую женщину. Его просьба имела под собой основание. Натали вспомнила, как Алекс чуть не задушил телефонным проводом информатора одного притона недели три назад. У него полно возможностей и денег, чтобы защитить Мишель, но если дело доходило до самостоятельного рукоприкладства с его стороны, значит никому не доверял. Кроме Натали.

Закончив приседания со штангой, она не выдержала и написала Мишель.

«Привет. Как дела?»

Мишель — страшный любитель поспать, и ранним утром бодрствующей не замечена. Поэтому Натали еще больше удивилась, получив почти моментальный ответ:

«Привет. У меня все хорошо. Нэт, поможешь мне?»

Натали перезвонила подруге. Оказалось, сегодня у нее прием у врача, а без поддержки идти не хотела.

— Я беременна, — всхлипнула она в трубку. — Не скажу ничего Алексу, пока сама не буду уверена, что все в порядке. К тому же он уехал.

— Мишель, это же прекрасные новости! Конечно, заеду за тобой. Во сколько?

Прием в двенадцать часов дня, они договорились встретиться в одиннадцать. Нужно заявиться в офис, доделать отчеты и отпроситься у Айзенберга. Она надеялась, что эта неделя закончится спокойно без новых встрясок и дел.

Ее запал на работе угасал. Чувствовала, как выгорает. Каждый раз, когда она думала об отставке, ей приходилось идти с собой на сделку — или ее текущая работа или работа в компании ее семьи. А что там ждет женщин обычно? Благотворительность? Ежедневные походы в рестораны, переговоры с иностранцами и черт знает какая еще тоска смертная. Как бы она не пыталась, альтернативу своей службе найти не могла.

В возрасте тридцати лет у нее в общем-то не было никаких целей в жизни, кроме как найти убийц своей матери. Но и эта идея становилась все призрачнее. Личную жизнь тоже построить не способна, учитывая ее психоз и пистолет под подушкой. Множество раз отец знакомил ее с достойными людьми, но от одной мысли, что нужно подойти ближе, чем на метр, ее тело превращалось в дерево. В лучшем случае. На работе она нескольким парням вывернула руки.

Единственные мужчины, чьи внезапные прикосновения она могла спокойно выносить — ее кузены, с которыми росла бок о бок с самого детства. Джейкоб Лагранж, Алекс Конте и Майкл Бонаци. Последний, правда, не имел с ней родственных связей, но приходился братом Мишель. Если Алекс для нее некий недостижимый прекрасный принц, которому она даже в глаза не могла смотреть, не краснея и не желая его, то Майкл — ее чистый свет и надежда, благородный рыцарь. Именно его пример послужил выбору ее профессии. Они частенько пересекались на работе и он проявлял участие и заботу, иногда помогал по некоторым делам. К Джейкобу она относилась просто как к старшему брату. Он все детство покрывал ее шалости, но разозлился, когда она объявила о своем поступлении в Академию ФБР в Куантико. По его представлению, она должна выгодно выйти замуж за какого-нибудь партнера по бизнесу и жить в доме мужа вместо украшения. Со временем Джей привык к тому, чем занималась Натали, но безумно переживал за ее жизнь.

Переживать есть за что.

Майк-то возглавлял отдел экономических преступлений, элитных “белых воротничков”, как их шутливо называли коллеги. А вот Натали служила в экспериментальном отделе известного психиатра, доктора Айзенберга, и занималась поиском пропавших людей и раскрытием преступлений против личности. С отделом Айзенберга сотрудничал Джаред Ройс и его команда по борьбе с организованной преступностью. Структура сложная, у Айзенберга и Ройса разное руководство и финансирование, но в работе их сотрудничество обычно завершалось успехами и судебными делами с весомыми доказательствами.

Натали в этой структуре частенько выступала самостоятельной единицей. Ее отстраняли от расследований, писали бесконечные рапорты и докладные, но неизменно сохраняли за ней рабочее место из-за большого процента раскрываемости дел и феноменальной интуиции. На нее давили регламенты и правила, порой она сжимала зубы от бессилия и грязно ругалась, но закон никогда не нарушала. За ней закрепили статус и должность специального агента с очень приличным гонораром, который она никогда не тратила, поскольку ей хватало с лихвой личных средств ее семьи. В офисе давно привыкли, что она могла заявиться в самом странном виде, вести расследование под прикрытием и устраивать допросы с пристрастием. Ее уважали и боялись, много раз приглашали в Куантико для обучения навыкам новобранцев, но она всегда отказывалась, опасаясь быть в центре внимания.

Натали позавтракала в кафе, переоделась дома в брючный костюм и отправилась на работу на два часа раньше, чем начинался ее рабочий день, чтобы успеть хотя бы пару отчетов написать, иначе Айзенберг ее не отпустит сегодня.

Утро сегодня, правда, свернуло с намеченного плана. Ее «Ауди» угораздило сломаться посреди улицы. Пока вызвала эвакуатор, забрала вещи, заполнила документы, прошло минут сорок. Только когда увезли машину на эвакуаторе, Натали поняла, что стоит возле дома ее отца в Сохо. Обычно она ездила на работу другим путем, но сегодня не работал светофор и она свернула сюда. Как удачно.

Поздоровавшись с швейцаром внизу фешенебельного дома, где квартиры имели восьмизначную стоимость, она спокойно прошла пост охраны, вызвала лифт и, вытащив из сумочки потертый пластиковый ключ, нажала на верхний этаж пентхауса.

Натали не любила возвращаться сюда из-за воспоминаний о том, как погибла ее мать. После катастрофы, Натали жила вместе с бабушкой и Джейкобом в историческом особняке Лагранжей, а потом и вовсе переехала в свою небольшую квартирку. Большое пространство давило на нее. Она ненавидела ночь. И шорохи в темноте.

Правильным было бы, позвонить отцу и предупредить о визите, но нестандартно начавшийся день погрузил в тяжелые мысли и она напрочь забыла о вежливости. Вспомнила о своей оплошности, увидев отца и его пассию целующимися в гостиной. Оба в черных махровых халатах и мокрыми после душа волосами.

— Прошу прощения, — проговорила Натали, смутившись. Даже у ее пятидесятивосьмилетнего отца имелась бурная личная жизнь

— Натали, дочка, — странно смотреть на родного отца, когда он прижимал к своему боку очередную пассию, румяную от поцелуев. Миловидная женщина лет сорока смущенно улыбнулась. Еще одна жертва надежды, что Джеймс Лагранж на ней женится. — Ты почему не позвонила?

— Я думала Билли предупредил о моем приходе. Но я не надолго и по делу.

— Натали, познакомься, это Вивиан. Ви, это моя дочь, Натали, — представил он женщин друг другу. — Я сейчас распоряжусь, чтобы нам всем приготовили завтрак.

— Я не голодна. Папа, у меня сломалась машина. Одолжи какую-нибудь из своих, пожалуйста, а то я опаздываю.

— А куда ты так рано? — удивился Джеймс. Он отпустил свою подружку и прошел вглубь пентхауса. Натали нервно оглянулась на широкую террасу за стеклянными дверями. Она погрузилась в тот злополучный день, когда раздался мощный хлопок и… — Натали?

— На работу, — она тряхнула головой. Джеймс принес ей ключи с фирменным логотипом «БМВ».

— Опять твоя работа. Ты совсем похудела, на тебе лица нет. Когда ты остановишься? — голубые глаза Джеймса выражали беспокойство, заглядывали в душу. Так хотелось обнять папу, выплакаться ему и рассказать обо всем, но присутствие Вивиан раздражало и побуждало ее дурной характер к сопротивлению.

— Это лучше, чем пытаться найти себе бесполезное занятие в офисе семейной компании, — Натали вскинула подбородок. Отец покачал головой.

— Машину забери себе, она новая. Возвращать не нужно. Твой «Ауди» давно просится на продажу.

С этим она не спорила. Ей просто не хватало времени выбрать себе машину по душе, поэтому ездила на старой. На прошлой неделе, к примеру, у нее даже выходных не было.

— Вообще-то у меня день рождения в сентябре, — задела его Натали, сопротивляясь заботе.

— К дню рождения я тебе еще что-нибудь подарю, не переживай, — отец заметно расстроился. Левая щека дернулась.

— Спасибо, — попыталась она смягчить обстановку, но получилось плохо. С тех пор, как она поступила на службу в ФБР их отношения совсем испортились.

На подземной парковке Натали подняла руку вверх, нажала на кнопку сигнализации на ключе и чуть не застонала от чувства юмора ее отца. Большой внедорожник “БМВ” седьмой серии красивого переливающегося серого цвета, явно не предназначенный для размеренной езды по загруженному Нью-Йорку. Наверняка еще и бронированный, ведь жизнь отца, президента “Лагранж Энтерпрайзес” дорого стоила.

Садясь за руль и настраивая под свой рост и ноги невероятно удобное водительское кресло, Натали попыталась представить, как оценят коллеги ее машину. Очень недешевую. Некоторым нужно было работать несколько лет и не тратить ни цента, чтобы ее купить. Впрочем, все коллеги знали, что она принадлежит клану Лагранжей. Поначалу подкалывали, называя папиной дочкой и малышкой на миллион, но когда обнаружили, что ее это не задевает, перестали шутить на эту тему. Нет, она никогда не чувствовала себя виноватой за то, что родилась в очень богатой семье, напротив, пользовалась всеми благами при возможности, а для поддержания репутации семьи иногда ходила на званые ужины и мероприятия.

Не смотря на то, что ей пришлось повозиться с транспортом с утра, в отдел она пришла раньше всех остальных.

На ее столе всегда царил порядок, она очень любила аккуратность во всем. Когда села на вращающийся стул, сразу заметила нарушившую привычную расстановку вещей папку. Лежала на уголке невзначай, как будто кто-то обсуждал материалы дела и бросил от досады. Натали протянулась через весь свой широкий стол, взяла папку и открыла разворот.

Ясно, Джаред Ройс вчера заглядывал. Он часто консультировался с Айзенбергом. Дело касалось преступного клана Моретти, за которым Ройс охотился уже больше пяти лет. И даже удалось многих из него посадить, но до сердцевины их руководства он так и не добрался.

В папке скрупулезно собрано досье на сенатора Томаса Андерсена. Натали заинтересованно читала, но явной связи с Моретти, кроме показаний покойного Эрика Коулмана, бухгалтера преступной группировки, не было. Ройс, тем не менее, вцепился в идею, что Андерсен покрывает подпольные организации. Томас вращался в высших слоях светского общества не только Нью-Йорка, но и страны, считался уважаемым человеком. А еще он владел контрольным пакетом акций «Левентис групп» — огромной корпорации, занимающейся строительством, энергетикой, банковским сектором и даже некоторыми проектами в сфере информационных технологий. Семьи Конте, Андерсен и Лагранж довольно тесно сотрудничали и имели общие проекты. Алекс когда-то давно был помолвлен с дочерью Андерсена, Элизабет.

Зачем такому влиятельному человеку, как сенатору, заниматься теневым бизнесом?

Натали перелистнула страницу.