Читаем Златая печать онлайн бесплатно

Златая печать

В собрание произведений Розалии Руповой, объединённых названием «Златая печать» вошли исторические драмы, венки сонетов и отдельные стихотворения, так или иначе связанные с делом собирания «сокровищ на небесах». Эти сокровища мы обретаем в нашей земной повседневности, совершая свой уникальный жизненный путь, в диалоге с Богом, с людьми и текстами, с самим собой, с историей и с природой. Всё это становится сокровищем, коль скоро озаряется светом нашей любви.

Розалия Моисеевна Рупова

Поэзия

Розалия Моисеевна РуповаЗлатая печать

Посвящаю памяти моих прекрасных и незабвенных родителей Моисея Фридриховича и Елизаветы Львовны, а также всем родным

I раздел. Нарастанье светаВизантийское действоДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:

Император Лев III Исавр

Иоанн Дамаскин

Калиф

Императрица Ирина

Патриарх Герман

Патриарх Тарасий

Женщина

Воины, слуги, глашатай, народ

Сцена первая

Константинополь. Царские палаты. Сквозь окна видны силуэты храмов.

Император Лев III Исавр:

– Империя подвластна мнеВо всем ее великолепье,И я – с богами наравне,И трон ничто мой не колеблет.Мой предок славный КонстантинИмперию разбил на частиИ здесь второй построил РимНа твердом камне христианства.Тот, первый Рим, давно уж пал:Вандалы, готы, лонгобарды,Его колебля пьедестал,Европы раскроили карту.А сей – стоит! Да как велик —Не даром имя византийцаСиноним хитрости. ВоздвигЗдесь гений дивную столицу.Юстинианом возведенВ ней храм Премудрости Софии —Храм Соломона превзойденВеликим зодчим Византии.Святая истина ХристаИ древний, мощный дух ЭлладыВот здесь – вся наша красота,Небесный лик земного града.Но лишь одно меня гнетет:Теснят империю арабыИх Магомет войной ведетЗавоевать нас и разграбить.Что делать? ПротивостоятьСказать по–правде – очень трудно.Но хитростью – смогу их взять,Я замысел имею чудный.Я в христианство обратитьНарод сумею Магомета,Чтоб перестал он нас теснить.Надеюсь, что возможно это.Ислам возник не так давноОни чтут Бога и пророков,Одно лишь небольшое НОМеж нас встает перегородкой.Они, послушные весьмаКорана новому ученью,В своих мечетях и домахНе чтут святых изображений.Иконы наши им претят…Что ж. Есть возможность компромиса.Потом меня провозгласятВеликим все за эту миссию.Скорее! Писаря ко мне.

Входит писарь.

– Пиши, пиши проект указа…А от кого услышу «нет» —Сурово будет мной наказан.

Диктует:

«Я запрещаю почитатьВсе христианские иконы.В домах и храмах их держатьОтныне противозаконно»Поставил подпись я. Вот так.Но в деле Церкви, для порядка,Решает не один монарх —Нужна здесь подпись патриарха.– Зовите Германа сюда!Я быстро с ним вопрос улажу.А если он не скажет: «да» —Я по головке не поглажу.

Входит патриарх Герман:

– Благословен великий царьОплот державы христианской…Меня ты вызвал, государь,Ну, что угодно воле царской?

Император:

– Приветствую тебя, отец.Благодаря твоим молитвамБлистает царский наш венецИ мы досель успешны в битвах.Но знаешь ты – опасный врагПрорвал империи границы,Смятение в моих войскахАрабы подошли к столице.Я силой взять их не могу,Но верный ход один придумалУступку сделаем врагуИ избежим войны без шума.Воинственный угаснет пыл,Он в нас не будет зреть неверных.Поверь, я много пережилИ только так считаю верным.А посему прочти указИ если ты со мной согласен,То подпишись под ним тотчас.

Патриарх читает.

– О, царь, но твой указ ужасен.Я никогда не подпишусь,Грози изгнанием иль пыткой,И даже смерти не страшусь.Как ты дошел до мысли дикойИконы у людей отнять?Ты заблуждаешься, Владыка.Христос, Его святая МатьПрисутствуют в иконных ликахОпомнись, кесарь, на кого Сейчас ты руку поднимаешь?

Император:

– Эй, стража! Увести его.

патриарху:

– Ты сам свой жребий выбираешь…Сцена вторая

Перед вратами императорского дворца. Приставлена лестница, служащий поднимается по ней, чтобы снять образ Спаса Нерукотворного, установленного над вратами.

Народ волнуется:

– Эй, ты, зачем туда полез?– Смотри, он гвозди вынимает.– Постой, быть может он нетрезв?– Икона чем тебе мешает?– Рукою только прикоснись —не поздоровится, увидишь!– Тащи его, ребята, вниз.А ну–ка, дергай за лодыжки!

Падает. На него налетает толпа. Крик. Прибегают стражники. Связывают и отводят в сторону участников драки. Служащий остается лежать.

Появляется г л а ш а т а й. Читает указ:

«Никто не смеет почитатьВсе христианские иконы.В домах и храмах их держатьОтныне противозаконно»– Там подпись есть государя?– А патриарха – есть? О, Боже!Не поручусь я за царя,Но Герман сделать так не может.– Смотри – не Германа рука! —Какой–то новый – Анастасий.А Герман, видно, за отказСмещен был кесаревой властью.

Один из толпы:

– Что ж, часто ли мирская властьДает примеры благочестья?Лишь нам бы с нею не пропасть! —Не примем мы сего нечестья.Иконы свято почитатьКак раньше, так и впредь мы будем.А если надо жизнь отдать —Ну что ж. Не поскупятся люди.

(Его уводят стражники)

Сцена третья

Сирия. Дамаск. Выходит Иоанн Дамаскин.

– Дамаск калифом покорен.Его здесь дух и культ, и царство.Магометанство вводит онВ очаг древнейший христианства.Калиф ко мне благоволитИ мой совет ему угоден,Но у меня душа болит:Что там, в Царьграде, происходит?!Калиф не жалует ХристаИ христиан здесь прижимает,Но то, что делается тамИ он себе не позволяет:По всей стране горят костры,Людей ведут на казнь и в ссылку,Все силятся иконы скрыть,Но, не дай Бог! найдут улики.Не чту величия царейПревыше истины. Тем пачеНе дорожу главой своей,И вижу в том свою задачу —Когда от заблужденья зло —Развеять словом заблужденье,Чтоб на владыку снизошлоУма и сердца просветленье.Начну. Все упрекают нас —магометане, иудеи:«Всевышний Бог незрим для глаз —вы ж создали изображенья.Или забыли вы закон«не сотвори себе кумира»,ведь почитание икон —языческого свойство мира!»Вы правы. Наш Господь незрим.Был справедлив запрет закона.Но к людям Бог снисшел своим,Став самой первою иконой.Закона свет горел в ночи,Когда же солнце воозсияло,Поблек огонь его свечиИ время новое настало.Иконе воздавая честь,Тем самым славим Первообраз.Она – лишь мост чудесный есть,Что перекинут через пропастьМеж нашим миром и инымНепостижимым, трансцендентным.Бог воплощением СвоимЕго построил. Вот ответ мой.Добавлю: Ареопагит,Искусный в мудрости немало,Нам знаки изучать велит —В них форм божественных начало.Сцена четвёртая

Византия. Константинополь. Император Лев Исавр в гневе ходит по дворцовой комнате.

– Разгневан я. Не рассчитал.Мой план привел к гражданской смуте.Для них икон не почитать —Богопротивно есть по сути.Мол, худшая из ересей —Иконоборческая ересь…Но разве одинок я в ней —Архиереи впали в прелесть!Созвал епископов собор(Тех, что моей покорны воле)Знать, неплохой я режиссер —Недурно разыграли роли.Собор анафему изрекТем, кто иконы защищает.Вот будет Герману урок!И Дамаскин пускай узнает…Вот уж мне этот Дамаскин…Читают все его посланья.Я план осуществлю один —Он не минует наказанья.

(Хлопает в ладоши. Входит посыльный)

Мне досадил Мансура сын.Иди. Смешаешься с толпою.И мне посланье принеси,Что писано его рукою.Сцена пятая

Дамаск. Покои калифа.

Калиф: