Читаем Злая шутка (СИ) онлайн бесплатно

========== Часть 1 ==========

Это была злая шутка над гриффиндоркой. Гермиона не подозревала о ней слишком долго, как ни в чем не бывало, посещая уроки Снейпа и невинно смотря на него в классе. Если она и улавливала раздраженное презрение в его глазах, когда он обращал на нее внимание, которое раньше было все же не таким интенсивным, то не придавала этому значения. Это продолжалось несколько месяцев. А может быть лет, и она просто не замечала? Да, точно, он ненавидит ее почти так же как Гарри, ведь она первая из школы ассоциируется с ним, а Снейп ненавидит все, что ассоциируется с Поттером.

Когда она протянула ему впритык заполненный черными чернилами и аккуратным почерком пергамент в конце урока, профессор резко выдернул его из ее рук, словно что-то заразное. Черные глаза метнули уже знакомую молнию в сторону Гермионы, которую она снова предпочла не замечать, и, соблюдя приличие, отвернулась.

- Что это с ним? – Спросил Рон. Даже от него не ускользнул настрой преподавателя. Рот Уизли был приоткрыт от удивления. – Не помню, чтобы он так дымил в связи с тобой.

- Не думаю, что это связано со мной. Ведь мое эссе получилось самым длинным, больше чем у остальных. – Ответила она, не совсем уверенно.

- Именно поэтому он тебя и не любит, Гермиона, за то, что ты самая старательная.

Грейнджер недоуменно фыркнула.

Класс, с грохотом, двинулся к выходу из подземелья, и, проходя мимо Драко Малфоя с Пенсии Паркинсон, которые мерзко улыбались, перешептываясь о чем-то, гриффиндорка уловила ехидный взгляд слизеринца, который остановился на ней.

- Что, все еще надеешься на хорошую оценку от нашего Декана, грязнокровка? – Произнес он почти шепотом, когда они поравнялись, так, чтобы никто больше не слышал. – Еще одно горячее анонимное послание ему и мы скажем, что это от тебя. Прощайся со школой, заучка! – Малфой усмехнулся и быстро отпрянув, удалился.

- О чем ты… - Попыталась спросить Гермиона, но внезапно нахмурилась, когда на нее сошла мрачная догадка о сказанном Драко. Кто-то пишет Снейпу некие письма, и это каким-то образом указывает на нее. Вот почему он раздражен на нее все это время.

Что это за тексты? Могут ли там быть угрозы, оскорбления преподавателя? От этих мыслей уши и лицо девушки начинали гореть. Грейнджер совершенно не представляла, что ей нужно делать в сложившейся ситуации. Подойти к нему и просто сказать, что если он получает какие-то гадости, то она тут не при чем? Он ей наверняка не поверит. Да и стоит ли вообще поднимать эту тему? Ведь Снейп не предъявляет ей прямых претензий по этому поводу, только лишь злится, что он делает всегда. «Прощайся со школой, заучка!» - В упрек, вспомнились Гермионе слова Драко. Исключение из Хогвардса стало бы для нее самым большой трагедией в жизни. Она внезапно испугалась. Что же может быть настолько серьезным в этих посланиях, способное привести к таким последствиям?

«Я все-таки должна спросить у него лично». - Решительно подумала девушка. Но сначала она предпочла рассказать все Гарри и Рону.

- Это все Малфой! Он хочет, чтобы тебя исключили. – Взбудоражено говорил Уизли в гриффиндорской гостиной. – Мерзкий слизняк!

- Если там угрозы, я могу сказать, что эти письма от всего класса, и от меня в частности. Я не боюсь Снейпа. – Хмуро предложил Поттер.

- Ты не знаешь их содержания, Гарри! – Предостерегающе ответила Гермиона. – Это же Драко и Пенси!

…

На следующем уроке Зельеваренья Снейп был даже для него непривычно зловещим. Он говорил студентам подозрительно мало, а его губы были настолько сильно натянуты в узкую линию, что слова с трудом выходили из его рта. Когда он прошел в своих развевающихся черных одеждах мимо парты, за которой сидели Гермиона и Невилл, гриффиндорка даже сжалась инстинктивно от испуга, чего раньше с ней не происходило.

«Неужели он получил еще одно письмо, о котором говорил Малфой?» - Подумала Грейнджер. Что-то заставило ее быстро посмотреть в сторону Драко. Он, почувствовав это, тоже покосился на нее, после чего гадко улыбнулся Пенси Паркинсон. Гермиона начинала испытывать тревогу, думая о том, что после урока собирается подойти к Зельевару.

Наконец долгожданный для многих, но теперь пугающий для гриффиндорки звонок зазвонил. Грейнджер аккуратно налила свое готовое зелье в стеклянную колбу, осушила котел с помощью заклинания и направилась к учительскому столу, на который все студенты ставили результаты своего труда. Снейп стоял возле стола и молча взирал на гриффиндорцев и слизеринцев, сдающих работы. Когда Гермиона подошла со своей, она была освобождена от необходимости говорить с ним первой.

- Грейнджер, останьтесь. – Прозвучал холодный и строгий голос. Она замерла на месте, держа в воздухе руку, которая только что поставила колбу.

- Да, профессор. – Быстро ответила девушка, не смотря на него. – Я… я как раз хотела поговорить с Вами. – Сказала она менее уверенно.

- Вот как? – Неожиданно спросил он. Интонация Снейпа была полна яда. Гермиона еще больше испугалась того, что могло ее вызвать. Она опасливо подняла взгляд на его лицо. Он усмехался. – Я не знаю, на что ты рассчитываешь, девочка. Совсем юная, глупая, абсолютно некрасивая. – С долей жалости продолжил Зельевар.

Она недоуменно смотрела на него, не понимая, о чем идет речь, и слегка шокировано тем, что он ее оскорбляет.

- Что Вы имеете в виду…? – Растерянно спросила она.

Он начал брезгливо доставать что-то из кармана своей мантии. Это оказались сложенные куски пергамента. Их было пять или шесть.

Гермиона заговорила очень торопливо и взволнованно то, чего не планировала:

- Это не я, профессор! Драко Малфой и Пенси Паркинсон пишут Вам некие письма от моего имени, но я их вообще не видела…

- Будто я не знаю твой почерк, Грейнджер… - Прервал ее Снейп, пристыжая и держа перед ней пальцами пачку пергаментов. – Десять баллов с Гриффиндора за ложь и голословные обвинения студентов моего факультета. А свою жалкую подростковую писанину можешь забрать. Она меня нисколько не трогает. – Он резко сунул письма в дрожащие руки Гермионы. – Еще одна, и я отнесу это профессору МакГонаглл.

Девушка со страхом смотрела на послания, которые в сложенном виде не говорили ей ни о чем. Она одной рукой попыталась развернуть одно из них, когда Снейп огрызнулся:

- Вон из моего кабинета!

Грейнджер схватила свои вещи и спешно направилась в коридор. Когда она взглянула на пергамент, который развернулся у нее в руке, и увидела на нем свой собственный почерк, покрывавший всю его поверхность, без отступа для полей, Гермиона подумала, что Зельевар зачем-то отдал ей назад одно из ее эссе. Странными казались лишь красные пятна на его лицевой и обратной стороне. Приглядевшись внимательнее, она поняла, что это следы губной помады. С тревожным предчувствием она стала читать текст.

«Мой дорогой, любимый профессор Снейп! Я не могу спать ночами, думая о Вас. Это случилось на первом курсе, когда Вы понравились мне с первого взгляда. С тех пор я мечтаю обниматься и целоваться с Вами. У Вас такие красивые сальные (зачеркнуто) волосы. Я хочу их помыть в ванной, с шампунем. Потом я буду ласкать Вас, и мы будем заниматься любовью…»

Дальше все было в таком же духе, и заканчивалось письмо словами:

«Я не могу сказать, кто я, потому что Вы будете смеяться надо мной и накажете мой факультет, но знайте, что я Ваша самая большая поклонница».

Гермиона мелко дрожала, когда дочитала это, а ее глаза были остекленевшими и смотрели в одну точку.

========== Часть 2 ==========

Ей хотелось срочно побежать назад к Снейпу, и, прилагая все силы пытаться убеждать его, что это писала не она, но девушка не представляла, что может заставить его поверить ей, ведь на лицо ее почерк.

Другой загадкой было то, как слизеринцы смогли подделать ее руку, и это вселяло панику. Скорее всего, на пергамент наложено некое заклинание, но Грейнджер никогда не встречалась с подобным раньше и не знала, как его можно снять.

Конечно, это, хоть и очень глупое, послание, не является тяжелым преступлением, и вряд ли способно привести к тому, чем угрожал ей Драко Малфой, исключению из школы. С приближающейся к горлу тошнотой, Гермиона подумала о еще не прочитанных письмах.

Она добралась до гриффиндорской гостиной в полной растерянности по поводу того, как она расскажет о написанном там Гарри и Рону. Ей будет жутко стыдно. Что они скажут, прочитав все это? Глубоко в подсознании девушка ожидала сомнений и осуждения в свой адрес со стороны Уизли, если он заподозорит, что написанное имеет какое-то отношение к настоящим мыслям и чувствам Гермионы. Разумеется, подобных мыслей и чувств к источающему яд, сальному профессору Зельеваренья у нее нет, и никогда не было. Грейнджер посчитала бы полным абсурдом даже идею такого поворота событий.

Стараясь подавить тревогу и полная горящей ненависти к Пенси и Драко, вместе с готовностью сжечь их заживо, она села за свободный стол и стала разворачивать и раскладывать пергаменты.

«Почему Вы мне не отвечаете? Почему делаете вид, что не догадались, кто Вам пишет? Я схожу с ума без Вашего внимания. Один Ваш взгляд на уроке способен остановить мое сердце. Я не могу думать о зельях, когда Вы смотрите, как мы работаем. А когда Вы снимаете баллы с Гриффиндора, я представляю, что Вы делаете это с моим нижним бельем…»

Гермиона бледнела от злости и стыда. Она нервно отстранила это письмо и взяла другое.

«Я сегодня думала о том, чтобы вскрыть вены, если Вы по-прежнему не будете обращать на меня внимания. Или лучше принять отраву? Помоги мне избавиться от моих страданий, любимый!»

Следующее…

«Я тебя ненавижу! Настанет день, когда твое растерзанное тело найдут висящим в подземельях…»

Но в этот момент из-за портрета Полной Дамы в комнату пролезли Рон и Гарри.

- Гермиона, ты выяснила…? – Заинтригованно начал Поттер, но прервался, увидев бледное и окаменелое лицо Грейнджер, и ее суетливые движения, когда она пыталась собрать пергаменты. Это удалось ей частично. Рон схватил два письма, и к несчастью для девушки, это были первые из тех, что она прочитала.

Она наблюдала, как лицо Уизли постепенно искажалось, будто его сейчас вырвет, в то время как его глаза перемещались по строчкам. Юноша замер и медленно поднял взгляд на однокурсницу. Его руки держали послание, как что-то предельно гадкое и слегка тряслись.

- Гермиона… - Произнес он с удивлением, брезгливостью и обидой.

- Рон, это ужасно, я знаю… Но это не я… Ты ведь не будешь… - Сумбурная речь Грейнджер была похожа на оправдания, которых, по справедливости, не должно быть в этой ситуации, и ее голос звучал выше, чем обычно.

- Здесь твой почерк… - С долей раздражения сказал Рон.

- Это какое-то заклинание, способное почерка подделывать… - Спешно пыталась объяснить девушка. - Мне нужно пойти в библиотеку! – Она вскочила с места и заторопилась к выходу.

В ее висках ощутимо стучал пульс, когда она шагала по коридору. От стыда и злости перед глазами было мутно. Неужели Рон не понимает, что это глупо, подозревать ее в воздыханиях по Снейпу, что такого не может быть? Гермиона, погруженная в свои мысли, шарахнулась в сторону от неожиданности в момент, когда большая черная тень мелькнула недалеко от нее, рядом с дверьми библиотеки. От испуга она не видела яростно-пренебрежительного выражения лица Зельевара, который на секунду задержал внимание на ней, после чего рванул дальше. Вся кровь с ее лица стекла куда-то вниз.

Она обязана найти это заклинание в книгах, и вывести Малфоя и Паркинсон на чистую воду, иначе как она будет нормально учиться Зельям с этим профессором?

Девушка торопилась, таская тяжелые тома на стол, и самое большое ее желание было – быстрее решить вставшую перед ней проблему. Утомляться и откладывать это на неопределенное «потом» она просто не имеет права. Как назло, магическая литература никак не давала Гермионе ответа на ее вопрос. Это случалось довольно редко – библиотека почти всегда была ее надежным местом для поиска спасительных сведений по любой теме. Гриффиндорка стала беспокоиться еще больше.

Прошло уже три часа, и студенты в гриффиндорской башне разошлись по своим спальням, а в тихом помещении, заставленном книгами, была кромешная тьма, за исключением небольшого участка, который освещала свеча. «Как сделать шрифт невидимым», «Как переставить слова местами», «Выявление зашифрованного нецензурного послания». Все это не подходит. Внимание Гермионы уже с трудом удерживалось на строчках. Видимо, слизеринцы применили к пергаментам некую Темную Магию. Она безнадежно захлопнула последнюю книгу на своих коленях, вовремя подумав, что сейчас придет Мадам Пинс и прогонит ее отсюда.

Грейнджер понуро побрела из библиотеки. Пройдя длинные, окутанные в полумрак коридоры, она, не осознавая, вошла через портрет Полной Дамы в гостиную своего факультета, назвав пароль. Вдруг, девушка вздрогнула, когда увидела, что в освещенной огнем камина бордово-золотой комнате, в полном одиночестве сидел Рон Уизли. Его частично озаренное мистическим светом очага лицо было недовольным и слегка пугающим.

- Была у него? – Пробубнил он.

- Рон, ты сошел с ума? – Она чувствовала обиду от беспомощности что-либо доказать другу, раздражение от того, что он думает про нее такие глупости, и в то же время испуг. Что в ней может создавать у него впечатление, будто написанное в этих письмах – правда? – Я искала информацию, которая поможет…

- Гермиона, он же старый… - Сказал Уизли с презрением. – Страшный, грязный…

- Рон… - Произнесла девушка умоляюще.

- Злой и сумасшедший. – В поведении гриффиндорца не читалось желания слушать ее оправдания. – Он столько раз наказывал нас ни за что… - Юноша говорил, смотря в камин.

- Хорошо! – Воскликнула она с долей истерики. - Можешь думать все, что хочешь. Когда я отыщу заклинание, которым они изменили мой почерк, ты пожалеешь о своих нелепых обвинениях! – С этими словами Грейнджер побежала по лестнице в спальню.