Читаем ЗИМА[ЛЕТО]. Книга 3 онлайн бесплатно

Пентхаус встретил Зимина подозрительной тишиной.

Собака не лаяла, с кухни не тянуло вкусными ароматами. Мирослав прошелся, заглядывая в комнаты. Никого.

— Какого черта? — провел он руками по физиономии.

Казалось, вот-вот случится чудо, и она войдет в прихожую, возвращаясь с вечерней прогулки с пекинесом, и все будет по-прежнему. Он подарит ей то самое ожерелье, которое все еще лежало в верхнем ящике стола. Закинул туда в тот день и забыл.

Но Ольги не было дома. В гардеробной зияло пустотой отделение, где раньше висели ее вещи. Свернутые чехлы для одежды лежали на полке. На консольном столике у зеркала остались нетронутые футляры с украшениями. В мусорке он заметил какую-то коробочку, нагнулся, достал и, открыв, прочитал дарственную надпись. Хмыкнул.

— Психанула.

Все понятно без слов. Это был первый раз, когда жена его ревновала. Или не первый, просто до этого она умело скрывала свои чувства.

Курьер не понадобился, хотя и его спецы нашли.

Семен Крагин практически сразу выяснил, на какой машине и каким приводом-«резаком» был записан диск. Сисадмин организации, не мудрствуя лукаво, обозвал систему chopvicechiefkovylev.

Не составило труда сложить дважды два и понять, что компьютер принадлежал заместителю ЧОПа, где раньше работала Ольга Леткова. Как-то все элементарно. Настолько, что смахивает на подставу. Ну не мог же замдруководителя охранного предприятия быть настолько беспечным. Хотя многие считают других глупее себя. Ну, поторопился человек, преследуя какие-то свои личные цели. Поспешил. Неважно.

Крагин как паук, плетущий паутину, любил распутывать такие заковыристые на первый взгляд дела.

— Мирослав Иванович, добрый вечер, — набрал начбезопасности шефа. — Мы его нашли.

Приехав домой, Ольга развесила вещи в гардеробной и приняла душ.

— У-у-у… — проскулил пекинес, словно три дня не ел.

Влажные черные глаза его были преисполнены мировой скорби.

— О, боже! Корм.

Кстати, ей тоже нечем ужинать. Ольга чуть не схватилась за голову, сообразив, что холодильник пуст. Перед возвращением в Москву она опять отдала соседу, тихо пьющему алкоголику, остатки еды.

— Давай за покупками, а завтра пойдем к Мире Загитовне, — потрепала она песика по ушам. — Время пришло.

Чарли еще знал, что его ждет, и усердно вилял, глядя женщине в глаза. Дело в том, что Ольга понимала: пекинес привлекает ненужное внимание. Особая примета. Если будут искать, то «даму с собачкой» определенной породы. Ей этого не надо.

Свет она зажгла, плотно зашторив окна гардинами-блэкаут. Так с улицы не сразу поймут, что хозяева вернулись. Чуточку прибралась. Сходила в магазин, выбравшись из дому через заднюю дверь в подъезде. Мало ли кто мог следить. Купила простейший кнопочный телефон за наличные.

В ящике обнаружилась стопка почты, по большей части — рекламные буклеты. Она разобрала их, придя домой, и обнаружила просроченную повестку с телефонами дежурного. Перезвонив, она узнала, что следователя на месте нет, он в командировке. Ее хотели соединить с дознавателем — отказалась. Ну и ладно. Сами разберутся.

Вернувшись с продуктами, которых хватило бы на неделю, Ольга наконец расслабилась.

Напоследок она купила авиабилет в Сочи, мстительно ткнув на оплату. Все, миссия выполнена.

— Иди сюда, оболтус, — похлопала она по постели рядом с собой.

Пекинес ловко запрыгнул на одеяло и устроился у нее в ногах.

Следователь Галанин сделал запрос в местный архив. По данным почти двадцатилетней давности Ольга Леткова проходила свидетелем по делу некоего Большакова Олега Николаевича тысяча девятьсот восьмидесятого года рождения. Глухарь. Виновные так и не найдены. Какие-то бизнес-разборки. Подозреваемыми в покушении на убийство были Изабелла и Борис Летковы, а также их водитель-автомеханик, а заявление… заявление накатала на них родная дочь.

Галанин сделал запрос по водителю и мягко говоря удивился, узнав, что того недавно взорвали вместе с депутатом Мякишевым, проходившим по делу Кузина — конкурента Мирослава Зимина. Супруга Ольги.

Роль отца юноши, Большакова-старшего была пока неясна.

Все так странно закольцевалось. Оставалось понять, кто это сделал и кому было выгодно убрать вероятного исполнителя. Причем не тогда, в прошлом, а сейчас.

— Ольга Борисовна Леткова приобрела авиабилет на рейс Москва-Сочи, вылет из Домодедово в восемь пятьдесят утра, регистрация за час.

— Пошлите парней, пусть перехватят до того, как зарегистрируется, — ответил Зимин, получив очередное сообщение от службы безопасности. — Задержат как-нибудь. Я подъеду.

Ольга ожидала, что соседка встретит ее в своей отдельной платной палате, однако она довольно бодро рассекала по коридору, опираясь руками на «ходунки».

— Оленька! — окликнула ее старушка.

— Мира Загитовна!

Она подошла ближе и отметила, что больная выглядит гораздо лучше и, если в прошлый раз готовилась помирать, сейчас светилась жаждой жизни. Кожа порозовела, отеки почти полностью исчезли, и лицо пожилой женщины уже не выглядело осунувшимся и одутловатым.

— Как вы? — спросила Ольга. — Вам лучше?

— Говорят, еще пара анализов и выпишут, — ответила соседка, поворачиваясь и зашаркала обратно к своей палате. — Нет-нет, не надо помогать! — пресекла она благой порыв посетительницы. — Мне доктор велел так гулять по три-четыре круга с перерывами. Надо разрабатывать «моторчик», — повторила она чужую фразу и спросила: — Как там мой Чарли? Отвык от меня?

— Не думаю, — ответила Ольга, немного покривив душой. — Я как раз хотела вам сказать, что больше не могу следить за собакой. Пора ее возвращать.

— Ой, так пусть Ильхан заберет! — обрадовалась соседка. — Он как раз собирался меня навестить.

Засада! Ей совсем не хотелось лишний раз пересекаться с мини-олигархом. Однако придется. Женщина понадеялась, что это не займет много времени. Чарли как раз томился на вахте, привязанный к стальной перекладине у входных дверей. Она просила присмотреть, чтобы никто посторонний не увел собаку.

Застрявшего на полпути в аэропорт Мирослава огорошили докладом, что Ольга так и не прошла регистрацию. Вероятно, она заметила слежку и передумала.

— Не думаю, — широко улыбнулся Зимин. — Ее там не было.

Он почему-то точно это знал.

Ольга заметала следы.

Мира Загитовна с удовольствием приняла розы, но отказалась от фруктов, сказав, что может теперь только пюре.

— Трубку в горло вставляли, — пожаловалась она.

— Понятно, — сказала Ольга, сообразив, почему голос у старушки стал таким сиплым.

Полежала на ИВЛ, вот и последствия. Надо было сока принести, хотя нет — не надо. Сладкого нельзя. Возраст и целый букет болячек, включая диабет второго типа. Ольга гнала от себя мысли, что когда-нибудь тоже станет такой же древней и немощной. Она ободряя сжала сухонькую ладонь пожилой женщины и ощутила ответный импульс.

Цветы заняли свое законное место в вазе на подоконнике, а фрукты пришлось раздать пациентам из других палат.

Устав от упражнений, соседка прилегла, и Ольга помогла ей укрыться одеялом. Старушка незаметно для себя задремала. Время посещения почти истекло, но гостья сидела рядом, охраняя сон больной. В палату заглянула медсестра. Ольга жестами показала, что все в порядке, и никто не стал ее выгонять. Девушка приглушила верхний свет и исчезла.

Дверь открылась снова спустя минут десять-пятнадцать, и на пороге возник любимый племянник Миры Загитовны. На плечи был для вида накинут белоснежный медицинский халат.

— Ольга? — удивленно спросил Ильхан Ибрагимов.

— Тш-ш… — прикрыла она рот, показывая, что надо соблюдать тишину, и указала рукой на спящую женщину, шепотом добавив: — Выйдем?

Он кивнул и распахнул перед ней дверь.

— Что вы здесь делаете? — спросил он.

— Навещаю вашу тетю, — ответила она.

— Зачем?

— Как зачем? — уставилась она на него, как на инопланетянина. — Это же моя соседка, мы тринадцать лет дружим.

— Ах да, — кивнул он. — Конечно.

Ольга подумала, что кому-то же достанется такой «подарочек» — циничный бизнесмен с бурным темпераментом. Бедная женщина, не повезет ей. Поведется на статус и внешние данные, а получит биоробота, которого волнуют только деловые интересы. Который не знает, что… что можно иначе. Что на свете есть дружба и любовь. Такие не умеют любить, только обладать.

Как всегда, Ибрагимов выглядел блестяще. Кожа смуглая то ли от природы, то ли от средиземноморского загара, стрижка волосок к волоску, серый костюм в тонкую полоску сшит явно на заказ, учитывая невысокий рост мужчины. Седина на висках не портит.

От этого несоответствия внешнего облика и внутреннего содержания стало еще противнее. Но самое неприятное — темные, изучающие глаза, в которых на сей раз нет желания и страсти.

Это хорошо. Но одновременно это пугает. Раньше она хотя бы знала, чего ожидать.

Он так же внимательно изучал ее — ненакрашенную, простоволосую, одетую в джинсовый сарафан с вязаными человечками, подаренный Надюшкой, и туфли на низком каблуке. В точно таком же небрежно наброшенном на плечи медицинском халате.

Неловкое молчание затянулось.

— Миру Загитовну скоро выписывают, — сказала она, чтобы заполнить паузу. — Вы заберете собаку? К сожалению, я не могу ее оставить.

— Почему? — удивленно спросил он, явно на это не рассчитывая, и добавил: — Что, прямо сейчас?

Наконец-то на его лице проступили хоть какие-то чисто человеческие эмоции.

— Да, прямо сейчас, — усмехнувшись, повторила она. — Я тороплюсь.

— Хорошо, — кивнул он и снова смерил ее взглядом, словно пытаясь понять, что происходит.

Они спустились вниз. Ольга расписалась в регистрационном журнале для посетителей, отвязала на улице изнемогающего от нетерпения пекинеса и передала олигарху поводок.

— Ву-у-у? Вуф-вуф? — вопросительно уставился он на мужчину.

— Не узнал? — хмыкнул Ибрагимов и, присев, погладил песика. — Скоро вернешься домой.

Охрана олигарха, которая пристроилась к нему на выходе, сопроводила хозяина к шикарному бентли. Чарли натягивал поводок и рвался обратно к Ольге. У нее просто сердце кровью обливалось при виде этой сцены. Пришлось отвернуться, глядя куда-то в сторону, чтобы не заплакать. Что-то она стала в последнее время плаксивой. Гормоны… Штормит.

«Три тысячи чертей! И бутылка рому».

Ибрагимов вернулся к ней.

— Тетя уснула, не будем ее будить. Вас подвести? — предложил он.

Она смотрела на него и не понимала. Вот как? Как вообще? Такое бывает??? Их там в Москва-Сити, похоже, в инкубаторах выращивают. Или просто все человеческое давно выветрилось.

— Нет, спасибо, — сухо ответила она.

— Не стесняйтесь, — покровительственно сказал он и попытался взять ее под руку. — Где ваше пальто? Я помогу вам одеться.

Ольга рванулась, как испуганная лошадь. Она уставилась на него шальным взглядом.

— Вы дурак??? А, Ильхан Николаевич?! — шепотом вскричала она, чтобы не слышали его бодигарды. — Как вы можете? Вы человек вообще? Не понимаю…

По ее лицу покатились крупные слезы. Она видела вдали корпус гинекологической обсервации, где ей сделали тогда «чистку», и где она подыхала, сжавшись в комочек на продавленной скрипучей койке. Все вернулось на миг, словно не было этих лет. Время не лечит, как оказалось.

— Это же из-за вас!!! — не сдержалась и крикнула она ему в лицо. — Олега Большакова убили из-за вас! Мне сделали аборт. Почему вы все никак не успокоитесь? Я же никогда… Ни с кем… Вы мне не нравились никогда. Зачем вы сговорились с отцом о свадьбе?! Господи… И сейчас тоже. Я замужем. Вы мне всю жизнь испортили. Вы же знаете, что после этого ничего у нас не будет. Никогда.

Она развернулась и скрылась в холле. Слезы застилали лицо. Очнулась в гардеробе. Еле нашла на ощупь в кармане номерок, взяла пальто и горько зарыдала.

— Женщина, — участливо обратилась к ней гардеробщица, оторвав от упаковки салфетку. — Женщина, вам надо платок? Вот, возьмите. Идите, умойтесь.

Вообще-то Ибрагимов таких подробностей о своей бывшей невесте не знал. Ссора родителей с дочерью предстала в новом свете.

Он думал, просто согрешила с одноклассником, сбежала. Подростковый бунт и родительское наказание. Теперь Ильхан понимал, почему Ольга всегда воспринимала в штыки любую попытку сблизиться. Она считала его первопричиной всех своих бед.

— Шайтан.

Ольга ощутила какую-то странную, страшную беспомощность. Кажется, это ей нужны сейчас ходунки, иначе она просто не дойдет до дома. Черт ее дернул прогуляться пешком.

Она на чугунных ногах медленно шла на выход. Постояла, толкнула дверь и встретилась взглядом с Ибрагимовым. Он почему-то не ушел, а остался ждать ее.

— И тем не менее, — сказал он. — Я вас довезу.

Ольга устала бороться. После выплеска наступила апатия. Она покорно села в машину. Ехали молча. Она уставилась в окно, глядя на проезжающие автомобили и мелькающие дома. Только Чарли обрадовался ей. Заскочил рядом на заднее сиденье и тронул лапой. Женщина машинально погладила его.

Вот и ее двор. Пора прощаться.

— До свидания, — чинно, как хорошая девочка, поблагодарила она, испытывая неловкость за срыв. — Спасибо, что подвезли.

— Не за что, — донеслось ей вслед.

Пекинес отчаянно скулил, дергая несмазанными петлями по нервам, и рвался к ней. Главное не оглядываться, иначе дашь слабину. Невозможно двигаться вперед, когда привязан к прошлому.

Кузин получил от своего информатора сведения, что Зима носится сам не свой, ищет жену, которая куда-то делась. То ли уехала, то ли увезли. Непонятно.

— Узнай, где она жила до замужества, — велел он.

Пора наведаться к Летковой и закончить начатое. Тем более что охраны рядом не будет, чтобы защитить.

Во дворе дома, где жила Ольга, припарковалась неприметная «нива». В ней сидели люди Зимина. Они зафиксировали приезд Ибрагимова с супругой шефа и доложили о происходящем.

Позже подъехал Латышев. Он вышел и осмотрелся. Ольга объяснила, как до нее добраться, но все же он немного поплутал, потому что раньше тут не был.

Он поднялся наверх.

Наружное наблюдение продолжалось.

— Это корпоративная симка, — протянул Макс ей сим-карту. — Скопируй на нее номера.

— Хорошо, спасибо, — взяла ее Ольга и вставила в свой смартфон во второй слот. — Так что насчет загородного дома?

— Нашел, — ответил он. — Знакомый журналист-международник сдает за так. Главное пожить и присмотреть.

— О-о-о… Шикарно! — воскликнула она и обняла друга. — Повезло. Как на заказ.

— Ты так и не сказала, зачем тебе это.

— Сама не знаю. Просто… — она задумалась, наливая себе и ему чай. — Просто я до смерти устала.

Скопировав номера, Ольга вставила ее в новый кнопочный телефон, купленный за наличные. Смартфон пока не стала отключать, решив оставить дома. Даже включила геолокацию, чего обычно не делала, и подключила аппарат к зарядному устройству. Если ее отслеживают через сотового оператора или по ДжиПиЭс навигации, то некоторое время будут думать, что она все еще дома.

— Умно! — без слов понял ее задумку Макс, наблюдавший за ней.

— Ну а ты как думал? — улыбнулась она. — Не зря я в ЧОПе работала. Ты кофе будешь?

— Буду.

Она сварила на одну порцию в ковше. У Ольги был корыстный интерес. Кофеин сейчас под запретом, но хотя бы понюхает, сидя рядом. (Теперь она понимала внезапно бросивших заядлых курильщиков.)