Читаем Жизнь — игра онлайн бесплатно
Послушайте, я не убийца! Я разработчик игр. Я делаю развлекалово. Почему меня посадили сюда, к этим… к этим людям? Какой сегодня день, вообще? Двадцать восьмое февраля? Хренасе. Когда мне дадут адвоката? Я не буду говорить без британского адвока…
Вы — мой адвокат? Но вы мусульманка. Я не хочу…
Вы не мусульманка? Дело в биометрии? Серьёзно? Боитесь, что сдоксят, если вы покажете руки или лицо? Поэтому вы оделись, как в средние века?
Ладно, это ваша проблема. Не хотите, чтобы гриферы вас доксили — не рождайтесь женщиной. Кстати, вы прожариваете нижнее бельё в микроволновке после покупки? Говорят, есть способы деанонимизировать по радиометке с инструкциями для стиральной машины…
Окей, ладно. Усвоил. Или вы, или никакого адвоката. Нет, я уже не возражаю. Я готов прислушаться к советам профессионала. Прошу, не дайте им меня экстрадировать. Я не военный преступник.
Окей, ладно, меня зовут Джейми Эллиот Макдональд. Я родился в 2003, в Глазго, но папа с мамой разошлись, и она переехала со мной и моей сестрой Джули в Ливингстон — дайте подумать… в 2006. В 2021 я поступил в университет Эдинбурга, изучать геймдизайн и теорию развлечений, но на полпути переключился на разработку, потому что с десяти лет торчал от программирования: папа прислал мне на день рождения RaspberryPi, и…
Окей, то есть вы просто хотите узнать о моей роли в «Движении»?
Окей, так вот… окей, я больше не буду говорить «окей», окей? Три года назад Брайан Крампус нанял меня работать над «Движением» в свою компанию, «Камень-Ножницы-Бумага». Он взялся за этот проект после того, как «Колонна 88» ушла на золото. Вообще-то, он переманил меня у Кейта Эккера из «Стар-трека», где я отвечал за геймплей «Рек крови», шутера от первого лица про семидесятые и иммиграцию, — ты играешь за члена парламента по имени Джон Энох Пауэлл, и надо…
Нет. «Реки крови» — не «расистская кровавая оргия в угоду питекантропов из «Лиги английской обороны». Не обзывайте меня расистом! Новостные блоги повесили на нас всех собак потому, что так им легче заработать клики: старейший трюк в арсенале поисковых оптимизаторов. СМИ не могут без постоянной волны возмущения, вот они и взяли наш иронический виртуальный мир, воспроизводящий атмосферу расовых волнений в Лондоне семидесятых, прифотошопили парочку свастик — окей, уели, была и звуковая пасхалка, это всё Гэри, надо же было нам её прозевать, — и представили всё так, будто мы…
Окей… э-э. Окей, «Реки крови» прогремела. И когда Брайану понадобился ведущий дизайнер для «Движения», он пришёл прямиком ко мне. Так я и оказался в этой камере.
Нет, какой терроризм? «Движение» — всего лишь игра. Мы намеревались развлечься и подзаработать, и только. Да, подзаработать. Только идиоты пишут компьютерные игры, на которых нельзя поднять бабла. Да, Брайан носился со своей странной теорией о том, как развлекать, но деньги были важнее. Думаю, если бы он… если бы любой из нас знал, куда деньги нас заведут, мы драпанули бы оттуда как ошпаренные.
Примерно тогда же мне пришёл оффер на разработку игры «Мой маленький Ктулху: Дружба — это безумие». Я мог сделать культовую игру.
Нет, нет. Я не йоркширский националист. Я не шотландский националист. Я против отделения Англии. Я не из Уэльского республиканского движения. Национализм — это мерзость.
… Что такое «Палестинское освободительное движение»?
Нет, это тоже не моё. Люди везде люди, знаете ли. Ну, кроме брюссельских спрутов-кровососов, которые тащат из наших карманов НДС и вяжут бюрократией по рукам и ногам. Думаю, без еврократов мы можем и обойтись!
Здравствуйте снова. Значит, про Брайана Крампуса и «Движение»?
Ладно, окей. Брайан чуял тренды. Хреновые времена, наступающие для иностранцев… они милейшие люди, англичане, когда не бьют тебя по башке за то, что ты шотландец. В двадцатых модно было не любить шотландцев, и у полиции, конечно, никогда не было видеоулик. Если что-то случалось, камеры не работали… мне пришлось взять курс ораторского мастерства, чтобы жить к югу от границы.
Брайан не уставал жаловаться на несправедливость СМИ. Они подливали масла в огонь, а политики неустанно потчевали их плохими новостями, делая вид, что держат руку на пульсе, и ропот на заднем плане и физическое насилие всё росли и росли, пока… Мы увидели это в Шотландии, после первого референдума, перед голосованием за выход из ЕС. На шотландской границе возвели электрическое заграждение, и внезапно все окрысились на всех. Волнения повсюду. Католики против протестантов, мусульмане среди нас, дети против пенсионеров, геймеры против женщин, это против того, мы против них. Трайбализм — основное состояние политики идентичности в информационную эру, сказал нам Брайан. На этом легко делать деньги, потому что неприятие инакомыслия фрактально: всегда можно найти новую щель и вбить новый клин.
Вот так у Брайана и родилась идея «Движения».
Слушайте, «Движение» — всего лишь долбаная игра, ясно? Общественно-полезная, третьего поколения, на неолиберальной теории аутсорсинга и социальных сетях. Игра. Типа «Ингрес» или «Пилеров»… как, вы ни в одну не?..
Окей, суть вот в чём. К 2020 году британское правительство отдало на внешний подряд всё, что только можно. Стало просто «ночным сторожем». Квази-автономные госкомитеты, Госкорпус, компании, находящиеся в собственности сотрудников, и крупные международные подрядчики. Но как приватизировать полицию? Ну вот, здесь и пришли на помощь «Пилеры». Первым делом освобождаем полицию от тривиальной работы по поддержанию общественного порядка: провожаем домой пьяных, задерживаем воришек в магазинах.
«Пилеры» — гибрид фреймворка массовой многопользовательской игры с дополненной реальностью и приложения социального капитала. Игрокам начисляют баллы за помощь, а цели заданы «принципами охраны правопорядка пилеров», — «общество и есть полиция», — стянутыми у одного древнего копа по фамилии Пиль, ха-ха. Не в пример увлекательнее, чем древние говноигры про отряды полиции специального назначения. «Сообщение от «пилеров»: сознательные граждане предотвращают попытку кражи из «Теско» за углом. Можете помочь? Вознаграждение на карты лояльности». Игроки были в восторге. Конечно, это не сыскная работа или вооружённые захваты, но отличная разминка, бегай — не хочу.
Видите, геймификация — это хорошо! Это не кибертерроризм!
Брайан не раскрыл всего плана. Только поручил мне работу над пользовательским интерфейсом «Движения». Вывалил на меня гору бумажных книг — читай, мол. Для начала — о социальной психологии, ну там, Фил Зимбардо и Стэн Милгрэм. Пособие ЦРУ по проведению допросов, вики по «Протоколу Чейни». Пришлось освежить в памяти и «Мою борьбу». Читали заключительную речь Гитлера на мюнхенском процессе? Какой изумительный оратор!
Я прочёл «Манифест футуризма» Маринетти. «Манифест пути» — он, видно, попал туда по ошибке, его бы не в раздел «Разработка игр», а в раздел «Бизнес». Прочёл архивы «Искусства соблазнения» и ещё много чего. Всё солидные исследования по играм. Ах да, были и предтечи нашего приложения. Мы изучили ранние социальные платформы, использующие геолокацию, от «Фейсбука» до «Форсквер», посмотрели, как они взаимодействуют с аппликухами для пикаперов. Приложениями типа «Девушек поблизости».
«Девушки поблизости» были шедевром. Грубым, но эффективным: даёте приложению доступ к своим аккаунтам «Фейсбука» и «Форсквер», оно смотрит, где вы находитесь, и сканирует «Форсквер», ища в ближайших барах посетителей, которые связаны с аккаунтами «Фейсбука», принадлежащими незамужним женщинам. Можно было фильтровать по чему угодно. Приложение могло показать фотографии девушки, протегированные её друзьями и подругами, и её страницу. Сказать, одна ли девушка или пришла в бар с контактом первого порядка из своего социального графа. Мечта пикапера: всё в одном флаконе, кроме рогипнола.
Парагон игрового дизайна — но приложение прожило от силы десять секунд: Талибан социальной справедливости и фемнаци вынесли его на пинках из всех магазинов. Игрокам приходилось загружать его с сайта разработчиков в Москве. Оно ещё работало в даркнете, только ставь на одноразовый телефон с фейковым аккаунтом «Фейсбука» и не засвечивай пароли и номера банковских карт. Гениальный создатель «Девушек поблизости» разорился из-за цензуры, бедняга. Ему пришлось продаться русской мафии — а те встроили кейлоггер, чтобы заработать на шантаже. Парень кончил в «Бутырке» по смехотворному обвинению в изнасиловании несовершеннолетней. В тюрьме ему отрезали руки, когда началась гангрена из-за инъекций «крокодила». Ещё один гений, втоптанный в грязь толпой… Тут призадумаешься, да?
Окей, понял, история игростроения вам нафиг не упёрлась. Вам нужна вещь в себе. Окей, значит, так. «Движение» реализовало кантовский категорический императив в виде многопользовательской онлайн-игры с искусственной реальностью. Мы не гнались за вирусностью, нам была нужна универсальность. Дети играют в игры и обучаются: игры помогают повторить и закрепить полезное поведение. Так? И главная идея Брайана состояла в том, чтобы выправить общество, дав ему геймифицированную модель универсального поведения. Которая станет распространяться, пока каждый не будет мыслить и вести себя только правильно, в качестве подкрепления получая очки опыта и лулзы. А несогласные будут лить слёзы.
Как это, «это не Кант»? Мы его прочли! Кто, нафиг, понимает Канта? Слушайте, после Канта Витгенштейн читается как жёлтая пресса. Если философия — операционная система мозга, то Кант — такие эмпиреи, что Ницше и Хомски выглядят доисторической DOS.
Жюри присяжных не поймёт Канта? Они что, неграмотные или дебилы?
А-а. А-а, ясно. Окей, пропустим теорию операционных систем. Окей, но поймите, Брайан сделал так, чтобы… он установил Канта на телефоне каждого, а потом поставил категорический императив: расширяй ряды «Движения». Любой набор правил мог быть императивом.
Первый набор правил предписывал расширять пользовательскую аудиторию, подобно «Фейсбуку». Приложение строит социальный граф, убеждает вас пригласить всех друзей, потом заполняет все пропуски, все пробелы в шесть рукопожатий. Если у вас не было аккаунта «Фейсбука», «Фейсбук» всё равно знал о вас по дырке, оставленной вами в их сети. Ну, фотографии, загружаемые друзьями, и всё такое. И у вас существовал там аккаунт-призрак, — пока вы наконец не регистрировались, а «Фейсбук» не заполнял пробел для вас и всех ваших друзей. Вы ещё ничего «Фейсбуку» не рассказали, а уже там присутствовали.
Кант был только базисом «Движения». Потому что он ошибался касательно человека, понимаете? Кант верил, что люди по своей сути рациональны. «Движение» его ошибки не повторило. Правила пользовательского взаимодействия «Движения» предполагают, что люди просто хотят развлечься. Они не хотят морализаторства, им подавай пас, удар, гол. Максимизируй веселье, и пользователи к тебе потянутся. Поделись весельем со всеми, кого знаешь — категорический императив был таков. А приносить деньги было лежащей в основе квалиа. Вот видите, я читал Канта, я умею шпрехать по-философски!
Ладно, вернёмся к доводам защиты для предварительного слушания.
Мы авралили двадцать четыре часа в сутки семь дней в неделю. Надо было успеть вперёд больших игровых компаний с голливудскими бюджетами. Нам вечно не хватало рук. Нарисуй внешний вид, запили сценарии, запланируй машинима-сериалы по мотивам, найми писателей и музыкантов, сделай трёхмерные модели для аниматоров и тех, кто будет печатать игрушки по игре… И, наконец, мы надеемся, что игра взлетит. И, пока она не протухла, разворачиваем опции лицензирования, применяя гибкую методологию.
Я проводил в офисе по двенадцать-тринадцать часов, а Брайан и вовсе спал под своим столом. Жил под своим столом. Это нездорово. Ну, ещё можно потянуть, если вам шестнадцать и это ваша первая стажировка после открытых онлайн-курсов. Или если вам двадцать шесть и вы голодаете. Или — тридцать шесть, и вы хотите свой личный угловой кабинет. Я понимаю. Я пришёл в компанию в двадцать шесть, я голодал, а Брайану шёл тридцать шестой, окей? Работать с гением вроде Брайана Крампуса — это честь. Да и медицинская страховка была — по крайней мере, для руководства.
А потом Брайан дал дуба от сердечного приступа. На этапе заморозки функционала. До запуска в публичном облаке — два месяца. Мы поверили в успех его революционной игры, поставили на кон всю компанию, и тут Брайан утром просыпается под столом мёртвым.
Ну и что нам было делать? Чёрт, да только одно. Паниковать.
Брайан умер, и совету директоров понадобился тот, кто примет эстафету. Но готовить замену было некогда. И они спустили ответственность вниз. Выбрали меня. Дали мне ключи к лайфлоггеру Брайана и сказали, чтобы я подменил его по части геймплея.
Я уже знал в принципе, к чему идёт Брайан, и что осталось сделать, примерно представлял.
Отказаться? Это была удача из удач! Нет, серьёзно, никто не вручает руководителю группы дизайна ключи к игре за пятьдесят миллионов долларов. Я думал, что умер и взят на небеса. Следующая остановка — личный угловой кабинет. Всё, что от меня требовалось — чтобы «Движение» вышло.
Архитектура, рисовка, музыка и все опции — всё это у нас было схвачено. Хватало сюжетных линий и сценариев для запуска. Но Брайан всё твердил о большом дополнении, которое развернёт потом. Когда у нас будет несколько сотен тысяч ребят в нарукавных повязках, ребят, вступивших во фракции харизматических вождей и делающих этот мах рукой при встрече друг с другом.
Нарукавные повязки? Да, символику выбирал Брайан. Нарукавные повязки: крест святого Георгия с концами-стрелами в белом круге на коричневом фоне. Крест с концами, загнутыми крючком, зелёный. Красная пятиконечная звезда. Племенная идентичность, знаете ли.
Что? Свастика? Бросьте, «Движение» вышло в прошлом году — в 2033. Нацисты — это архаика. Нацисты — всё равно что корейская традиция костюмированных свадеб. Гитлер — босс наци в игре «Железный крест». В британских школах историю не преподают, сейчас у нас есть настоящие проблемы: террористы, классовая борьба. Никто не изучает историю, чтобы получить работу эксперта по историческому развитию. Бизнес на этом не построишь.
Когда шёл обратный отсчёт, я сидел в офисе. Неделю толком не спал, да только так и не понял, где Брайан спрятал магический купон прибыльности. «Движению» недоставало структуры. Это был комок декларативного социального клея, связывающего кучу мини-квестов и командных рейдов. Фокусные группы нашего агентства говорили, что у нас полный бардак. Где же бутылка волшебного соуса Брайана Крампуса?
