Читаем #живидышилюби онлайн бесплатно

Здравствуй, мир.

Разреши с тобой выпить чаю,

Разреши посидеть в тишине твоих снежных гор,

Посмотреть, как макушки ёлок январь качает,

Как взъерошенный клёст на ветвях новый день встречает,

Как мышиные тропы сплелись на снегу в узор.

Ты мой гений.

Знаешь, ты мой кумир.

Я из тех немногих, кто бредит тобой во сне,

Я из тех, кто читает тебя перед сном до дыр,

Для кого твои запахи – самый святой эликсир.

Я тобой пропиталась насквозь, ты всегда во мне.

У меня в телефоне сотни твоих картин,

Я рисую тебя, пишу, беспощадно тобой болею.

Не затмить тебя светом всех городских витрин,

Ты мой праздник, мой Бог и ты для меня един,

Перед ликом твоим затихаю я и немею…

Ты единственный смысл, верный жизненный путь,

Ты мой самый сильный наркотик, святое слово.

Разреши посидеть на твоих коленях ещё чуть-чуть,

Обещаю сидеть беззвучно и не спугнуть

Этот зимний рассвет, этот праздник всего живого.

Мы не умрём.

Никогда не умрём с тобой.

Мы навечно останемся в этих рифмованных строчках,

В запятых и точках,

В треске веток сухих в костре,

Листопадным золотом в сентябре.

Мы останемся отблеском солнца

На блюдце льдин.

Помни, если ты любишь и сам любим,

То становишься просто непобедим,

Никакая смерть над тобой не имеет власти.

Ключ от вечной жизни запрятан в счастье,

А не в утке, не в зайце, не в тьме колодца.

Милый, ты слышишь, как сердце бьётся

И скрипит планета, вращаясь вокруг оси?

Наслаждайся этим.

И большего не проси.

Говорят, тело смертно.

Но есть душа.

И она не устанет, отнюдь, дышать,

Она не умрёт,

То есть, мы не умрём с тобой,

Мы останемся здесь

Свежей ночной росой,

Первым снегом на мостовой.

Ведь у нас с тобой души

Размером как Млечный путь.

Нам планету эту в объятия завернуть

И шептать на ушко:

«Полно тебе, не плачь,

В этой млечной реке

Не утонет твой синий мяч».

В этом золоте звёзд

Будет вечно сиять наш след,

Потому что мы будем жить,

Хохотать и встречать рассвет

До тех пор, пока сердце бьётся,

Порождая любовь святую.

Потому что для тех, кто любит,

Смерти не существует.

Если всё поделить пополам, получается круглый ноль,

А на ноль – нас учили в школе – делить нельзя.

Получается всё, что подарено мне тобой

Равнозначно тому, что тебе подарила я,

А по факту не стоит ни стерлинга, ни рубля.

Тогда стоит, пожалуй, обратно тебе отдать

Твой чемодан с шоколадками и цветами.

И моё мне верни – я хочу у тебя забрать

Свои письма с признаниями и стихами,

В общем, всё, что нас связывало годами.

Все подарки твои – конфеты, букеты, платья

Обесценит время безжалостно всё подряд,

Настоящую ценность имеют одни объятия,

Сладкие поцелуи и долгий влюбленный взгляд,

Но они возврату или обмену не подлежат.

Так на полках памяти до старости пролежат.

Пойми, нет у тебя ни времени, ни судьбы,

Нет вездесущего Бога, что скрупулёзно

Пишет в толстенной книге твои мольбы,

Карает тебя за грехи и считает слёзы.

Нет никакого завтра и нет вчера:

Разума игры, иллюзии, небылицы.

Жизнь, как большой театр, одна игра,

В ней что угодно может с тобой случиться.

Нет у тебя ни гарантии, ни страховки,

Нет предписаний свыше и кармы нет.

Все мы участвуем в центре большой массовки,

Всем приготовиться! Музыка, камера, свет!

Танцуй же под ритмы невидимого оркестра,

Смейся, влюбляйся, радуйся и шути.

Никто не примет экзамен в конце семестра,

Никто не возьмётся судить о твоём пути.

Никто не проверит решения и ответы,

Никто не поставит «двойку» и «не зачёт».

Важно лишь то, как ты проживаешь всё это,

В конечном итоге всё в этой жизни пройдёт.

Так торопись танцевать, веселиться, смеяться,

Больше гулять, глубже дышать и любить,

И каждым моментом искренне наслаждаться…

Позволь себе роскошь счастливо жизнь прожить.

Не любить тебя,

Не болеть тобой

И не ждать тебя по ночам.

Не готовить чай,

Не терять покой,

Не скучать по твоим глазам.

Поцелуев твоих

Позабыть тепло,

Не писать стихов на снегу.

Не мечтать провести

Эту жизнь с тобой

Я хотела бы,

Но не могу.

Наступает момент, когда вдруг понимаешь: всё.

Больше не ждёшь, не скучаешь, не пишешь письма.

И если за окнами с вечера жутко льёт,

К тебе не приходят тоскливые серые мысли.

И если тебя попросить описать глаза,

Ты вдруг удивишься, что даже не помнишь цвета.

В памяти только факты: кто что сказал,

Немного встреч из зимы и немного из лета.

И больше не больно. И сердце стучит ровней.

Есть завершённость. Нет запятых – лишь точки.

И всё, что случилось, хранится в душе твоей

Парой десятков срифмованных глупых строчек.

Замирает мгновенье и лезет в душу,

Подбирает небо морской волной.

Ты умеешь так бесподобно слушать,

Как не может, пожалуй, никто другой.

Засыпает вечер в уютном сквере,

Тает сумраком пасмурным на щеках.

Ты умеешь так откровенно верить,

Как не верят в Бога в Его церквях.

Звёзды валятся с неба в твои ладони,

Ветер волосы любит твои трепать.

Только ты так умеешь детали помнить.

И любить. И надеяться. И прощать.

Я обязательно встречу тебя на своём пути.

Мне бы только мимо тебя не пройти,

Мне бы остановиться и подойти

Или позволить тебе ко мне прикоснуться.

Я знаю точно, я верю в это наверняка,

Я слышу твой шёпот издалека

И чувствую, как горяча у тебя рука,

И мне нестерпимо хочется обернуться.

И утонуть, наконец, в океане глаз,

Где время застыло в своём «сейчас».

Ничто в этом мире не потревожит нас,

Эта встреча предсказана нам судьбой.

Я узнаю в тебе ароматы страсти,

Ты увидишь ласточек на запястье,

И сойдётся картина земного счастья,

И по жизни дальше пойдём с тобой.

Будем мы собирать эти звёзды в букеты

И встречать, где получится, вместе рассветы,

Сочинять бесконечные жизни сонеты

И любить нараспашку, чувств своих не скрывая.

Я буду твоим сумасшествием, музой, мечтой,

Безудержной радостью, болью, тоской,

Покоем, уютом и тишиной.

Мы встретимся скоро. Я это точно знаю.

Заходи в мои сны,

Я тебе приготовлю ужин,

Если хочешь, твой кофе любимый сварю.

Но о том, как ты сильно

(Убийственно сильно) мне нужен,

Я ни слова не оброню.

Посидим в тишине.

Пропоёт на рассвете кукушка.

Может, встретимся взглядом,

Не в силах о важном сказать.

Ты молча поставишь на скатерть допитую кружку.

И исчезнешь опять.

Каждый день приходил я встречать поезда на вокзал,

Я сканировал взглядом прохожих, искал глаза,

Из которых струится золото и бирюза

Из-под чёрных густых ресниц.

Слепо верил и очень преданно ждал,

Вторым домом в ту осень стал для меня вокзал,

Ежесекундно в толпе я тебя искал,

Но всегда находил миллион незнакомых лиц.

Ты была наяву? Или это всего лишь мой сон?

Я так болен тобой; это даже сильней, чем влюблён.

Постоянно мечтал, как с перрона вдвоём мы уйдём

В тишину старых парков встречать закат…

Меж вагонов игриво танцуют снежинки Канкан,

Прости, что так поздно я понял, как я попал…

О тебе мои мысли, от них я восторженно пьян.

Я в объятья твои хочу. Приезжай назад.

И застревали в разбитых душах,

И растворялись в алмазной пыли,

И продолжали друг друга рушить,

И слепо верили, что любили.

Никто не думал срывать оковы

И запускать кислород под кожу.

Мы были к этому не готовы,

Мы были слишком на них похожи.

В своём обмане смеясь, как дети,

Казалось, читали чужие мысли,

И было тесно на той планете,

Где так ошибочно мы зависли.

В слепой иллюзии шли навстречу,

Подставив небу свои ладони,

И увязали все глубже, крепче,

Не понимая как быстро тонем.

Земля скрипела, ползя по кругу,

Мы в ней кружили на карусели,

Пытаясь встретить в толпе друг друга,

Пока неожиданно не прозрели.

Я путаюсь в датах, сажусь не на тот трамвай

И ухожу, как положено, по-английски.

Милый мой мальчик, далёкий такой и близкий,

В городе осень. Пожалуйста, не скучай.

Всё переменится, знаешь ли, очень быстро,

Ещё первый снег не коснётся твоих сапог.

Этот театр придумал безумный Бог,

А может быть, нам это просто снится.

И снова гудки. Не звони, пожалуйста, не звони.

Знаешь ведь точно, что я тебе не отвечу.

В городе осень – больше не будет встречи.

Просто оставь всё, как есть. Номера удали.

Милый мой мальчик, однажды придёт апрель.

Снова тепло постучится в твои ладони,

Солнечный свет твою душу опять наполнит.

Ты только, пожалуйста, в это сейчас поверь.

Нас всегда будет что-нибудь разделять.

Я тебе не подруга, не падчерица, не мать.

Я не буду тебя от жизни теперь спасать,

Ты сам выбрал себе маршрут.

Каждый камень и каждый изгиб тропы

Проходить в одиночестве будешь ты,

Зажигая и строя над пропастями мосты,

Понимая, что только звёзды тебе не врут.

Будут тёмные рощи и гордые тополя,

Будут реки, ручьи, океаны, моря,

Буду горы и пропасти – всё на пути у тебя,

Но идти ты будешь всегда один.

Ты познаешь всё, что можно успеть познать,

Ты научишься верить, любить, прощать,

Находить что-то новое, с болью это терять,

Вышибая из памяти – клином клин.

А в конце, когда небо взорвёт заря,

Ты поймёшь, наконец, что всё было не зря,

И что там – у финала – ждать тебя буду я,

Как героя и лучшего из мужчин.

Обниму за шею, грудью прижмусь к груди,

Буду слушать о том, как сложно было идти

И пройдусь с тобой за руку пару часов пути,

А дальше, мой друг, ты снова пойдёшь один.

Ты был прежде порт, адресат, вокзал,

В каждом доме окна – твои глаза,

Лабиринтом уличным осязал:

Ты был – целый город.

И она входила в твои дворы,

Благодарно вкушая твои дары:

От январской стужи и до жары.

Ты был дерзко молод.

Отражалась песней в твоих стенах,

Танцевала нежностью в облаках

И дрожала томно в твоих руках,

Изгибаясь в страсти.

Ты вокруг неё возводил сады,

Строил замки из золота и слюды,

Сохранял на память в песке следы

И купался в счастье.

А теперь пустынный, ничей приют.

Одинокий вокзал, где уже не ждут.

Облетел твой сад, заболочен пруд,

Под ногами стёкла.

И печаль вливает свои ручьи

В твоё сердце, которое не стучит.

Мёртвый город, запутавшийся в ночи,

Одинок и проклят.

Понесло же меня погулять по свету…

Завари мне, бармен, зелёный чай.

Я сама едва ли поверю в это:

Самолёт, поезда, не звони – скучай.

Этот мир открывается сотней звуков,

Ярких красок; возможен ли их подсчёт?

Я всего лишь тяну в направлении руку

И уверенно знаю, что все пройдёт.

И останется в прошлом как фотоплёнка,

Как архивы памяти – всё в пыли.

Только помню, смеялась во мне девчонка

И в закате таяли корабли.

Свежий ливень, обрывки чужих вопросов…

Завари мне, бармен, зелёный чай.

Не скучай, а звони. Как всегда без спроса.

Тёплый вечер. Юг. Ставрополь. Май.

У путешествий нежный вкус Саган-дали

И запах свежесваренного чая.

…А в небе тихо тают корабли,

И вместе с ними в космосе я таю.

Вершины гор, холодные хребты,

Ущелья, водопады, тропы, реки…

Мир краше самой сказочной мечты,

Родившейся в сознании человека.

Открытым взором впитывать рассвет,

Под звёздным полотном в траве уснуть.

Прекрасен мир, прекрасен этот свет,

У странников волшебный дивный путь.

Расправив крылья, двигаюсь вперёд,

Лечу по ветру в сказочной дали.

…По венам чай из горных трав течёт

И пахнут волосы мои Саган-дали.

И внезапно распятый встанет перед тобой,

Как у бабушки на иконе, только совсем живой;

Весь, как надо – с нимбом над головой,

И нимб этот будет на солнце сверкать красиво.

Ты почешешь затылок и скажешь ему строптиво:

Что же, распятый, здравствуй. Пойдем гулять?

У соседа спелые яблоки воровать

И в открытые форточки дачников их кидать,

Главное быстро бегать и не попасться,

А то бабушка будет дома опять ругаться.

Или может на речку? Есть там один обрыв,

С разбега прыгнем в тихий речной залив,

Устроим с тобой большой поединок-заплыв,

А после, раскинув руки, покачаемся на волнах.

Ты не боишься плавать в таких местах?

А потом заберёмся на гору встречать закат.

Там, наверху, он ярче, поверь, в сто крат,

Будем болтать и смеяться над всем подряд,

Хватая губами последние блики света,

Провожая солнце до следующего рассвета.

Или может ко мне? Поедим пирогов и булок.

Я живу тут поблизости – следующий переулок,

Бабушка свежих постряпала – ишь, пахнуло!

Я думаю, вы знакомы, она, бывало,

Отправляясь ко сну, не раз тебя вспоминала.

Ну же, распятый, чего-нибудь выбирай.

Он улыбнётся и скажет тебе:

Давай.

Давай в другой раз – и заплыв, и закат, и чай,

А сейчас открывай глаза и домой беги,

На столе остывают свежие пироги.

Из окна – июнь, облака как тряпки,

И черёмухой пахнет на весь квартал.

С душным городом мы поиграем в прятки,

Убежим подальше, чтоб он искал.

Город томно плавится, как пластмасса,

Без зонта, без кепки и без очков.

Отворот направо – съезжаем с трассы,

Прочь от выхлопа улиц и дурачков.

Прочь от тех, кто боится покинуть зону,

Преступить черту, перейти за край,

Кто живёт по неписанному закону,

Для кого мегаполис почти что рай.

Прочь от тех, кто сидит в городской темнице,

Кто уже не помнит свой звонкий смех,

Кто в себе давно обесточил птицу

И теперь никогда не взлетит наверх.

Мы бежим из города звонким смехом,

Через пробки и улицы – в горизонт.

И оставим ему как насмешку – эхо,

Два пломбира, улыбку и пляжный зонт.

Знать имя твоё на тысячи языках,

Писать его прописью,

Иероглифами,

Кириллицей.

Просыпаться утром с именем твоим на губах

Вкуса яблок печёных,

Ощущая себя

Именинницей.

Целый день шептать, как молитву и как пророчество

Звукоряд этих букв,

Смакуя их

Аж до дрожи.

Мне не ведомо в мегаполисе одиночество,

Твоё имя со мной,

Внутри у меня,

Под кожей.

А давай с тобой летом уедем в Питер?

Автостопом. Серьёзно. На ПМЖ.

Будем пить до рассвета с тобой Бифитер

На четвёртом, а лучше – шестом этаже.

А давай оставим все наши страхи,

Только паспорт и сладости в рюкзаке?

Как бездомные радостные собаки

Добежим до Питера налегке.

Из парадной выйдем – луна и лужи,

И Нева игриво течёт к ногам.

Я признаюсь тебе «Ты мне очень нужен».

Ты и так это знаешь. Чего уж там.

Посидим на поребрике белой ночью,

Город важно опять разведёт мосты…

Я спрошу тебя тихо: «Чего ты хочешь?»

И услышу: «Того же, что хочешь ты».

Я накину на плечи твой жёлтый свитер,

Ты прижмёшься грудью к моей спине.

А давай этим летом уедем в Питер

И останемся в городе на Неве?…

У тебя июнь и стальная воля,

И в глазах просторы ржаного поля,

Тембр голоса – ласковый шум прибоя.

Весь твой образ соткан из мелочей.

У меня в крови вечеров прохлада,

Два стакана мятного лимонада,

На губах закатом горит помада,

Но мне больше не нравится быть ничьей.

Это лето – Chanel и Lacoste в запястьях.

Я теперь понимаю, как пахнет счастье

И как жутко не хочется расставаться,

Все слова и эмоции – на пределе.

И уже, ты знаешь, совсем неважно,

Что там было «до», никому не скажем.