Читаем Жест равновесия онлайн бесплатно

Annotation

В четвертой книге серии Meditatio представлены ранее не публиковавшиеся работы известных мастеров - Хемфрейсса и Тартанга Тулку Ринпоче, предназначенные для широкого круга читателей, интересующихся самосовершенствованием и самопознанием.

"Жест равновесия" Тартанга Тулку Ринпоче, всемирно известного тибетского ламы, не просто руководство по самосовершенствованию, но и потрясающие откровения Мастера, по-новому взглянувшего на человека, вплоть до самых глубин бессознательного, по силе воздействия которых можно приравнять лишь книги Кришнамурти.

Тартанг Тулку Ринпоче

Предисловие

Часть первая. Открытость

Непостоянство и фрустрация

Начинаем с честности

Принятие ответственности

Открытие сердца

Пробуждение сострадания

Часть вторая. Релаксация

Расширенное чувствование

Тело, дыхание и ум

Лечение положительной энергией

Часть третья. Медитация

Раскрытие медитации

Наблюдение мыслей

Трансформирование тревоги

Достижение внутренней уверенности

Открытие ума

Естественное состояние ума

Стать медитативным переживанием

Часть четвертая. Осознавание

Визуализация и видение

Медитативное осознавание

Углубление равновесия

Часть пятая. Передача

Отношения учитель — ученик

Доверие внутреннему учителю

Тартанг Тулку Ринпоче

Жест равновесия

Хотя предложенные здесь идеи и практики специально ориентированы на опыт людей Запада, они отражают и в основу их положены многие различные стадии и пути буддийской традиции, охраняемой прямой линией Нингмы. Первая и наиболее существенная тема, выделяемая буддизмом, относится непосредственно к встрече с жизнью, рассматривая наш опыт без ограничения пустяковыми или сентиментальными фантазиями. Каждая личность должна узнать существенные проблемы и ценности человеческой жизни так, чтобы можно было придерживаться надлежащего направления. Личность на стадии Хинаяны признает, что непостоянство и фрустрация являются основными чертами жизни, перед лицом которой следует стоять честно и честно иметь с ней дело. Понятно, что каждая личность должна принять ответственность за преодоление фрустраций жизни и за культивирование тех качеств, которые являются наиболее центральными для завершения человеческого существа. Требуется скорее индивидуальное усилие, чем пассивное обращение за помощью из рук другого.

***

Эссе этой книги необычны тем, что они представляют идеи и взгляды буддизма, не входя в теории относительно буддизма. Сам факт того, что мы в западном мире - говорим о буддизме так, как если бы он был жесткой системой, с которой можно (а может быть и нужно) иметь дело в абстрактных терминах, показывает, насколько нереально понимание другой системы ценностей даже в настоящее время. Эти ценности врожденно присущи внутренней жизни, а не вменяются ей произвольно в обязанность.

Эссе адресуются живому человеку, а не абстракции или туманному образу, и написаны так, что реальная личность может понять это и интеллектуально, и почувствовать глубоко в своем сердце. Вот почему эти очерки необычны - они не просто подсказывают и вбивают колышки, на которые следует натянуть свои предвзятые концепции, но и стимулируют к пересмотру и переоценке ситуации, в которой мы находимся. Благодаря пробуждению к тому, что есть под рукой, мы и получаем стимул встать на путь роста и возмужания.

Хотя каждый из очерков самостоятелен, в своей совокупности они составляют несомненную прогрессию. Отправная точка - честность, честность к самим себе как части более обширного жизненного потока, а не как посторонних наблюдателей. Как участники вечно расширяющегося потока жизни, мы не способны расти, когда мы боремся против него, когда воздвигаем препятствия и создаем напряжение, а растем лишь тогда, когда обучаемся релаксировать так, чтобы поток мог спокойно течь в нас. Релаксация, таким образом, становится незаменимым условием для медитации, которая является "настройкой!" на жизненный поток, даже если она рекламируется как панацея от всех бед. Медитация в смысле "настройки" всегда ведет к усилению осознавания, в котором искусственные границы субъекта и объекта преодолеваются в объединенном осознавании, что исцеляет гноящиеся раны нашей отдаленности от самих себя. В конце концов, как участники мы связаны с теми, кто пришел раньше нас и придет позже. Мы получили жизненные ценности от наших предков, и перерабатываем и интерпретируем заново это наследство, передавая возникающие паттерны нашим потомкам. Будет ли жить переданное - зависит от нашей честности, от точки нашего отправления.

Подобно тому, как мы проявляем тенденцию создавать абстракции из действительности, так же мы намерены создать образ человека и верить в его ценность, забывая реального человека. Человека никогда не удастся определить в жестких терминах. Он более похож на хрусталь, сияющий множеством цветов. Титул рин-по-чеозначает " драгоценность", а драгоценность хрусталя заключается во множестве его граней. В этих эссе открывается важная грань Тартанга Тулку Ринпоче - его теплая, сердечная человечность. Возможно, эту его грань, этот аспект нужно подчеркивать снова и снова, так как слишком часто мы забываем человечность его и других и теряем себя в абстракциях и фантастических образах. Именно эта человечность делает эссе еще более значительными и уверенно хранит их автора в вечно свежей продолжающейся традиции из линии учителей и мысли Нингмы.

Герберт В.Гюнтер

Руководитель Отделения Учений Дальнего Востока Университета Саскачеван

Предисловие

В книге представлены некоторые вводные дискуссии по основным практикам медитации и осознавания, применяемым в Америке за последние семь лет. Я провел много таких бесед с моими студентами, а недавно появилось предложение разделить эти идеи с более широкой аудиторией. Некоторые темы в этих главах книги частично повторяются, но эти повторы допускаются преднамеренно, с целью заложить основы для развития все углубляющегося их понимания.

Хотя предложенные здесь идеи и практики специально ориентированы на опыт людей Запада, они отражают и в основу их положены многие различные стадии и пути буддийской традиции, охраняемой прямой линией Нингмы.

Первая и наиболее существенная тема, выделяемая буддизмом, относится непосредственно к встрече с жизнью, рассматривая наш опыт без ограничения пустяковыми или сентиментальными фантазиями. Каждая личность должна узнать существенные проблемы и ценности человеческой жизни так, чтобы можно было придерживаться надлежащего направления. Личность на стадии Хинаяны признает, что непостоянство и фрустрация являются основными чертами жизни, перед лицом которой следует стоять честно и честно иметь с ней дело. Понятно, что каждая личность должна принять ответственность за преодоление фрустраций жизни и за культивирование тех качеств, которые являются наиболее центральными для завершения человеческого существа. Требуется скорее индивидуальное усилие, чем пассивное обращение за помощью из рук другого.

Эта зрелая и реалистическая позиция дополняется сосредоточением Махаяны на сострадании к другим и на глубоком понимании природы феноменов. Проникновение Махаяны вскрывает, что всякое переживание, как бы оно ни было ограниченно или фрустрирующе, тем не менее оно открыто в сущностном смысле, и поэтому мы не нуждаемся в поисках путей бегства от него. Из этого проникновения естественно исходит сострадание к другим, так как наше состояние больше не рассматривается таким уж ограниченным, безнадежным или фрустрированным. Нас уже больше затрагивают трудности других, и мы в состоянии позволить себе попытаться помочь им. Так как этот вид сострадания основан больше на понимании, чем на сентиментальных проекциях, оно обычно становится уместным и оказывает помощь.

Исторически буддизм создал разные школы и учения с целью ответа на потребности различных типов людей. Эти школы совершенствовали множество медитативных техник, помогающих выявить и справиться с проблемами жизни, а также помогающих нам соприкоснуться с глубокими и ценными аспектами нашего тела и ума. Практики буддийской медитации всегда имеют отношение к практическим оценкам и к сущностным энергиям и качествам человеческого переживания. Прочная основа и сбалансированная ориентировка необходимы для прогресса от основополагающих практик до более глубоких медитативных переживаний.

Для тех, кто тщательно следовал ориентации учений Хинаяны и Махаяны, буддизм в качестве продолжения и финала "пути" традиционно предлагает Ваджраяну. Ваджраяна -это не ограниченная доктрина или метод, а скорее путь беспредельного роста. Он полностью превосходит, трансцендирует все дуалистические медитации и концептуализации. В Ваджраяне жизнь рассматривается не как проблема, подлежащая разрешению, а как опыт, переживание, которые всегда несут безграничную ценность и творческую энергию. Ничто не отвергается и не подавляется, так как практикующий Ваджраяну развивает достаточное мастерство и чувствительность, чтобы установить связь с благотворным аспектом всего существования.

Глубокую и сенситивную природу учений буддизма принесли в Тибет из Индии в VIII столетии Шантаракшита и Падмасамбхава, величайшие мастера Ваджраяны того времени. Оба учителя тесно связаны с Нингма или "Древними", первым из четырех главных прямых учений тибетского буддизма.

Учения Хинаяна, Махаяна и Ваджраяна - все они содержатся в Нингме и представлены в гибких формах, истинных глубочайших значениях и переживаниях каждого пути. Переводы Нингмы и комментарии, основанные на индийских текстах, были выполнены с большим вниманием к живому значению каждого термина и идеи, так что в том виде, в каком эти учения передаются на новом языке, таком, как английский, они готовы к установлению связи с современной жизнью и ее концепциями.

В Тибете последователи Нингмы взаимодействуют со многими людьми разных типов, не сосредоточиваясь исключительно лишь на монастырской ориентации. Представляя эти идеи вниманию американцев, я старался сохранить этот адаптаптируемый и непредвзятый характер, поэтому надеюсь предложить нечто ценное людям различных взглядов и интересов. Мое основное убеждение состоит в том, что дискуссии помогают людям установить верный для них путь роста, так чтобы они смогли позаботиться о самих себе средь мира, терпящего бедствие. Мои лекции не отличаются достаточно элегантным или интеллектуальным стилем, но, как сказал однажды один из моих учителей: "Что за важность в возвышенной речи, если прямая речь может четко донести идеи?"

Я чрезвычайно благодарен всем моим друзьям в Америке, содействовавшим мне в моей работе, и особенно моим студентам. В частности я хотел бы поблагодарить Дебби Робертсон и Дэбби Блэк за их помощь в подготовке этих бесед к печати. Розалин Уайт - за их иллюстрирование и всех служащих Дхарма К° - за выпуск.

Всякую пользу и благо, извлеченные из этой работы, я посвящаю людям Америки. Я глубоко благодарен за предоставленную возможность сохранить и разделить с ними традицию Нингмы.

Тартанг Тулку Ринпоче, Главный Лама Тибетского медитационного центра Нингмы и Института Нингмы

Часть первая. Открытость

Непостоянство и фрустрация

Люди готовы идти на войну и даже отдать свои жизни по какой-либо причине, но они не могут отказаться от своих страданий.

Непостоянство - сущность нашего человеческого состояния. Оно управляет не только нашими жизнями, но оказывает влияние на космос - на все звезды и планеты, а также на нашу земную среду. Мы можем видеть результаты непостоянства, наблюдая подъем и спад наций, нашего общества и даже акций на рынке. Непостоянство пронизывает все наше существование. Мы видим перемены в нашей жизни и жизнях наших друзей и семей, но наиболее опустошающая перемена в человеческой жизни - смерть. Она всегда удивляет, застает нас врасплох.

Почти каждый из нас боится смерти, но чтобы оценить жизнь полностью, мы должны стать лицом к лицу с реальностью. Непостоянство и смерть - интегральные части живого бытия, это понимание может вибрировать в нас и пробуждать... Мы видим, что хотя наша жизнь дорога нам, но она не длится вечно. Родиться человеком - очень редкая привилегия, поэтому очень важно ценить нашу жизнь и уметь пользоваться этой возможностью.

С осмыслением непостоянства многие аспекты нашей жизни, обычно рассматриваемые как очаровательные, более не кажутся такими. Мы приобретаем возможность и способность видеть все насквозь и обнаруживаем, что фактически не все так уж удовлетворительно. С большой легкостью мы отходим от наших привязанностей и страхов, наша собственная маленькая оболочка от защиты. Мысли о непостоянстве жизни пробуждают нас, мы сознаем, что в данный момент мы действительно живы. Но борьба все еще остается, так как мы обнаруживаем, что желаем вещей, которые, как известно, причиняют нам боль или вводят во фрустрацию. Наши привычные паттерны очень трудно сломать, и даже когда мы пытаемся это сделать, препятствия, по-видимому, возникают всегда, наши желания и привязанности толкают нас к повторению тех же разрушительных паттернов, привычек. Наши эмоциональные потребности приучают нас не только к материальным вещам, но и к нашей самоидентичности (тождественности с самим собой). Мы не хотим терять ощущение самих себя, своего окружения или даже других людей. Но до тех пор, пока мы не дадим уйти собственным привязанностям к личности или образу самих себя, трудно даже увидеть эти паттерны, не говоря уже о том, чтобы изменить их.