Читаем Железный король онлайн бесплатно

© Руснак К., перевод на русский язык, 2021

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2021

Когда мой издатель сказал мне, что выпустит специальные издания первых четырех книг из серии «Железные фейри» к ее десятилетнему юбилею, я была в восторге. «Железные фейри» остается близкой и дорогой моему сердцу как первая опубликованная мною серия, а также как работа, по которой я, вероятно, стала наиболее известной. Возможность обновить ее и снова выпустить в мир – настоящий подарок для меня.

Когда идея истории о фейри только пришла мне в голову, первое, что я представила, – это персонаж: обычная девушка, которая ничего не знала ни о фейри, ни об их опасном мире. Погрузив совершенно неподготовленную Меган в пучину Небыли и наблюдая за ее борьбой за выживание, я смогла полностью изучить прекрасную разрушительную мощь фейри и позволить читателям вместе с ней пережить чудеса, опасности и сюрреалистичность этого места. Пока Меган продолжала свое путешествие в мире фейри, у меня зародилась еще одна идея. Вопрос. Чего боятся фейри? Что может напугать этих древних существ, живущих за счет страха, любви и эмоций смертных? Ответ есть практически во всех преданиях фейри – железо. Фейри не выносят его прикосновения; оно обжигает их и отпугивает, а в некоторых случаях даже убивает. А затем я вспомнила, что есть еще один распространенный убийца фейри – неумолимое неверие. Человеческое воображение и вера в магию создали фейри… а когда люди перестают верить в магию и фейри, те постепенно исчезают и умирают.

Достаточно ввести в сюжет железных фейри – существ, появившихся в результате человеческой любви к прогрессу и технологиям. Эти существа, воплощенные в жизнь мечтами людей о новейших технологиях, гаджетах, чудесах техники и прочих электронных девайсах, были полной противоположностью первоначальным фейри, и поэтому конфликт между ними и остальной частью Небыли был неизбежен. Отсюда и взялось стремление Меган Чейз преодолеть пропасть между этими разрушительными новыми фейри и традиционным царством волшебных существ.

Мне всегда нравились старые сказки, которые придавали более мрачный оттенок вещам и предназначались для предостережения и страха, а не для развлечения. Фейри из этой серии – это существа из мифов и легенд; это переменчивые доброжелательные соседушки, обитающие в густых лесах и заманивающие мужчин и женщин на смерть. Это существа, которые подменивают человеческих младенцев отпрысками фейри, охотятся по лесам на смертных, как на кроликов, и считают естественным заставить человека влюбиться в них только затем, потом оттолкнуть, бросить или убить его. Это старые существа, древние, для которых, в общем-то, люди – игрушки. А игры фейри могут быть по-настоящему зловещими. Такие, в той или иной степени, все фейри, и это делает их одновременно привлекательными и смертоносными, хотя герои нашей сказки борются против своей низменной натуры, как и положено истинным героям.

Так что, если вы когда-нибудь окажетесь в царстве фейри, имейте в виду: это опасное место; место, где сама земля может отравить вас, где приглашение на обед может означать, что вы и есть основное блюдо. И помните, что фейри – это древние существа со своими устоями, и, если потерять бдительность, при бледном свете луны они могут украсть ваш поцелуй – или даже вашу душу.

Путь серии «Железные фейри» был долгим. Я бесконечно благодарна своим читателям и фанатам, которые любят мир железных фейри, которые начали это путешествие вместе со мной и пережили всю историю до конца. Я надеюсь, что новые читатели откроют для себя магию Небыли, а старые фанаты заново проникнутся любовью к этому миру и персонажам: Меган, Эшу, Паку и Грималкину. Пока люди будут помнить фейри, они никогда не исчезнут.

Благодарю за прочтение!

Джули Кагава

Десять лет назад, в мой шестой день рождения, мой папа исчез.

Нет, он не ушел. «Ушел» означало бы чемоданы и пустые ящики, запоздалые поздравительные открытки с десятидолларовыми купюрами внутри. «Ушел» значило бы, что он не был счастлив с нами, с мамой и со мной или вдруг нашел новую любовь. Ничего из этого не было правдой. И он не умер, потому что мы бы об этом узнали. Не было ни автокатастрофы, ни трупа, ни полиции, суетящейся на месте жестокого убийства. Все произошло очень тихо.

В мой шестой день рождения отец отвел меня в парк – одно из моих любимых мест в то время. То был маленький уединенный зеленый уголок в глуши, с беговой тропинкой и цветущим, окруженным соснами прудом, над которым стелился туман. Мы стояли у воды, кормили уток, когда я услышала гудок грузовика с мороженым, остановившегося на стоянке на холме. Я умоляла отца купить мне сливочное мороженое, а он, рассмеявшись, вручил мне несколько купюр и отправил к мороженщику.

Тогда я видела его в последний раз.

Позже, когда полиция обыскала местность, они обнаружили у воды его ботинки, но больше ничего. Водолазы обыскали водоем, но он был глубиной не более трех метров, так что они не нашли на дне ничего, кроме веток и грязи. Мой отец бесследно исчез.

После этого мне месяцами снился кошмар о том, как я стою на вершине холма, смотрю вниз и вижу, как папа входит в воду. Когда вода сомкнулась над его головой, я услышала на заднем фоне музыку из грузовика мороженщика – медленная, жуткая песня, слова которой казались такими знакомыми. Однако каждый раз, когда пыталась их разобрать, я просыпалась.

Вскоре после исчезновения отца мама увезла нас подальше, в маленький деревенский городок посреди болот Луизианы. Мама сказала, что хочет «начать все сначала», но в глубине души я всегда знала, что она от чего-то бежит.

Пройдет еще десять лет, прежде чем я узнаю ответ.

Меня зовут Меган Чейз.

Менее чем через двадцать четыре часа мне исполнится шестнадцать лет.

О, прекрасные шестнадцать! В этом есть что-то волшебное. Считается, что в шестнадцать лет девочки становятся принцессами, влюбляются, ходят на танцы, выпускные вечера и тому подобное. Об этом чудесном возрасте написано бесчисленное количество рассказов, песен и стихов, когда девушка находит настоящую любовь, и звезды сияют для нее, а прекрасный принц увозит ее в закат.

Точно не про меня.

Утром накануне дня рождения я проснулась, приняла душ и пошарила в комоде, решая, что бы такое надеть. Обычно я просто хватала любую чистую вещь с пола, но сегодня был особенный день. День, когда Скотт Уолдрон наконец заметит меня. Мне хотелось выглядеть идеально. Конечно, в моем гардеробе, к сожалению, не было никакой модной одежды. Если другие девчонки часами напролет ныли о том, что им нечего надеть, стоя перед забитым шмотками шкафом, то в моих ящиках обычно лежали вещи трех типов: одежда из комиссионки, чьи-то обноски и комбинезоны.

«Жаль, что мы такие бедные. Знаю, свиноводство – не самая гламурная работенка, но хотя бы одну пару хороших джинсов мама могла бы мне купить. – Я с отвращением осмотрела свой скудный гардероб. – Что ж, думаю, придется завоевывать Скотта природной грацией и обаянием, главное, не выставить себя перед ним идиоткой».

Наконец, я надела штаны карго, простую зеленую футболку, единственные потрепанные кроссовки, которые у меня были, причесала белокурые волосы. Они у меня прямые и очень тонкие и торчат так, словно я воткнула палец в розетку. Завязав их в хвост, я спустилась вниз.

Люк, мой отчим, сидел за столом, пил кофе и листал крошечную городскую газету, которая больше похожа на нашу школьную колонку сплетен, чем на настоящий источник новостей. «На ферме Паттерсона родился пятиногий теленок», – кричала первая страница. Ну, вы поняли. Итан, мой единоутробный братишка четырех лет, сидел у отца на коленях и ел печенье с начинкой, рассыпая крошки по всему комбинезону Люка. Одной рукой он крепко держал Ушастика, своего любимого плюшевого кролика, и время от времени пытался накормить его завтраком; кроличья морда была вся в крошках и фруктовой начинке.

Итан – хороший ребенок. У него вьющиеся каштановые волосы, как у отца, но, как и я, малыш унаследовал большие голубые мамины глаза. Он из тех детей, мимо которых не пройдет ни одна старушка: обязательно остановится и поворкует с ним, а совершенно незнакомые люди будут улыбаться и махать ему через улицу. Мама с Люком обожают своего ребенка, но, слава богу, избалованным он не стал.

– Где мама? – спросила я, входя на кухню. Открыв дверцы шкафа, я порылась среди коробок с хлопьями в поисках своих любимых, гадая, не забыла ли мама купить их. Конечно, забыла. Ничего, кроме хлопьев с клетчаткой и отвратительных зефирных для Итана. Неужели так сложно было вспомнить про колечки «Чириос»?

Сделав глоток кофе, Люк ничего не ответил. Жуя свое печенье, Итан чихнул отцу на руку. Я с удовольствием громко хлопнула дверцами шкафа.

– Где мама? – спросила я, в этот раз чуть громче. Люк вскинул голову и наконец посмотрел на меня. В его по-коровьи ленивых карих глазах читалось легкое удивление.

– О, привет, Мэг, – спокойно сказал он. – Не слышал, как ты вошла. Что ты сказала?

Я вздохнула и повторила свой вопрос в третий раз.

– У нее была встреча с какими-то женщинами в церкви, – пробормотал Люк, возвращаясь к газете. – Она приедет только через несколько часов, так что придется тебе ехать на автобусе.

Я всегда ездила на автобусе. Просто хотела напомнить маме, что на этих выходных она должна была отвезти меня за ученическими правами. С Люком было бесполезно разговаривать. Я могла четырнадцать раз сказать ему что-то, а он забывал об этом, стоило мне только выйти из комнаты. Не то чтобы Люк был подлым, злым или даже глупым. Он обожал Итана, и мама рядом с ним выглядела по-настоящему счастливой. Но каждый раз, когда я обращалась к отчиму, он смотрел на меня с неподдельным удивлением, будто забывая, что я тоже здесь живу.

На холодильнике лежали рогалики, я взяла один и стала угрюмо жевать, посматривая на часы. Бо, наш пес породы немецкой овчарки, вошел и положил свою большую голову мне на колено. Я почесала его за ушами, и он заскулил. Ну хоть собака меня ценила.

Люк встал, осторожно усадив Итана на стул.

– Ладно, здоровяк, – сказал он, целуя его в макушку, – папа должен починить раковину в ванной, так что посиди тут и будь хорошим мальчиком. Когда закончу, пойдем кормить свиней, хорошо?

– Ладно, – пролепетал Итан, размахивая пухлыми ножками в воздухе. – Ушастик хочет узнать, родила ли мисс Дейзи деток.

Люк улыбался настолько отвратительно гордой улыбкой, что меня тошнило.

– Эй, Люк, – сказала я, когда он повернулся, чтобы уйти, – держу пари, не угадаешь, какой завтра день.

– М-м-м? – Он даже не обернулся. – Не знаю, Мэг. Если у тебя на завтра планы, поговори с мамой. – Он щелкнул пальцами, и Бо немедленно покинул меня, зашагав за ним. Шаги на лестнице стихли, и я осталась наедине со единоутробным братом.

Итан болтал ножками, глядя на меня своим серьезным взглядом.

– Я знаю, – мягко объявил он, положив свое печенье на стол. – Завтра твой день рождения, да? Мне Ушастик рассказал, и я вспомнил.

– Да, – пробормотала я, поворачиваясь и швыряя рогалик в мусорную корзину. Он ударился о стену и упал в корзину, оставив на краске жирное пятно. Ухмыльнувшись, я решила оставить как есть.

– Ушастик просит поздравить тебя заранее.

– Передай Ушастику спасибо. – Выходя из кухни, я взъерошила Итану волосы, настроение испортилось окончательно. Так и знала. Мама с Люком совершенно забудут, что у меня завтра день рождения. Никто из них не подарит мне открытку или торт и даже не поздравит. Кроме глупого плюшевого кролика моего младшего братца, конечно. До чего жалкое зрелище.

Вернувшись в комнату, я схватила книги, домашние задания, спортивную одежду и телефон – «бесполезный, отупляющий мозг гаджет», как говорил Люк, на который копила целый год. Мой отчим застрял в каменном веке; он не любил и не доверял всему, что могло облегчить жизнь. Сотовые телефоны для членов семьи? Нет, у нас отличный стационарный телефон. Видеоигры? Это инструменты дьявола, превращающие детей в преступников и серийных убийц. Я снова и снова умоляла маму купить мне ноутбук для школы, но Люк настаивал, что если ему достаточно его старого громоздкого компьютера, то и всей семье достаточно. И неважно, что к сети он подключается вечность.

Я посмотрела на часы и чертыхнулась. Автобус вот-вот приедет, а мне еще добрых десять минут топать до дороги. Выглянув в окно, я заметила, что небо было серым, тяжелым и предвещало скорый дождь, поэтому прихватила куртку. И в который раз я пожалела, что мы не живем ближе к городу.

«Клянусь, вот получу права, куплю машину и никогда сюда не вернусь».

– Мегги? – Итан стоял в дверном проеме, прижимая игрушку под подбородком. Он угрюмо смотрел на меня своими голубыми глазами. – Можно мне сегодня пойти с тобой?

– Что? – Натянув куртку, я стала искать свой рюкзак. – Нет, Итан. Я в школу иду. Школа для больших ребят, малолеткам туда нельзя.

Я отвернулась и почувствовала, как две маленькие ручки обнимают мою ногу. Опершись рукой о стену, чтобы не упасть, я посмотрела на своего сводного брата. Итан вцепился в меня крепко и уперто смотрел на меня снизу вверх.

– Ну пожалуйста? – умолял он. – Я буду хорошо себя вести, обещаю. Возьми меня с собой. Только сегодня, а?

Вздохнув, я наклонилась и взяла его на руки.

– Что случилось, парень? – спросила я, убирая его волосы с глаз. Маме надо бы его подстричь, а то эта шевелюра уже походила на птичье гнездо. – Такой ты прилипала сегодня. В чем дело?

– Мне страшно, – пробормотал Итан, уткнувшись лицом мне в шею.

– Ты боишься?

Он покачал головой:

– Ушастик боится.

– А чего он боится?

– Человека в шкафу.

По спине пробежал легкий холодок. Иногда Итан был таким тихим и серьезным, что и не верилось, что ему всего четыре года. Его все еще одолевали детские страхи перед монстрами под кроватью и призраками в шкафу. В своем мирке Итан разговаривал с мягкими игрушками, невидимые люди махали ему из кустов, а в окно его спальни длинными когтями скреблись страшилища. Он редко рассказывал маме или Люку о чудищах и призраках; с тех пор, как научился ходить, приходил только ко мне.

Я вздохнула, зная, что брат хотел, чтобы я поднялась наверх, проверила и заверила его, что в шкафу и под кроватью никто не прятался. Именно на такие случаи я хранила фонарик у него на комоде.