Читаем Зернышки в кармане онлайн бесплатно
Агата КРИСТИ
ЗЕРНЫШКИ В КАРМАНЕ
Анонс
Сюжетно роман как бы является поздним вариантом "Рождества Эркюля Пуаро". Здесь читатель вновь сталкивается с "синдромом детских стишков". Это тот же стишок, что прежде дал название двум рассказам. Мисс Марпл предполагает, что его текст связывает между собой череду весьма странных убийств, лишь когда обнаруживается тело третьей жертвы, задушенной нейлоновым чулком и с бельевой прищепкой на носу. Стало быть, две предыдущие жертвы, рассуждает мисс Марпл, это персонажи того же стишка.
Характеры очерчены в романе очень выразительно, хотя параллель фабулы с детским стишком местами чересчур педалируется, - ведь миссис Кристи уже успела поднатореть в жонглировании преступлениями в соответствии с совершенно не подходящими для этого стишками.
На сей раз мисс Марпл действует в паре с полицейским инспектором Нилом. Нил не относится к числу сквозных персонажей, он еще появляется лишь в "Третьей девушке" - роман с Пуаро. А жаль. Это весьма колоритный и потенциально интересный герой.
Большая часть действия происходит в доме, прообразом которого явилось жилище четы Меллоун-Кристи в Саннингдейле, уже появлявшееся в романах "К берегу удачи" (1948) и "Кривом домишке" (1949).
Удачное расследование заканчивается на иронично-драматической ноте: оказывается, задержись мисс Марпл дома на день-другой, она получила бы разгадку прямо в руки.
Критики были весьма благосклонны к роману. "Как ловко у нее выходит, у этой славной, вконец испорченной старой торговки смертью. Пора давать ей Орден Британской империи", - замечает по поводу "Зернышек в кармане" Морис Ричардсон в лондонской газете "Обсервер". А в обзоре ее творчества, опубликованном в "Букмене", известный историк Веджвуд писал: "Миссис Кристи всегда играет честно; все перипетии прорабатываются аккуратно и правдоподобно, социальный расклад, характеры и диалоги всегда точны. В этой области литературы большего профессионала не найти".
Роман вышел в Англии в 1953 году.
Глава 1
1
Чай готовила мисс Сомерс. В компании "Консолидейтед инвестментс траст" она работала недавно и среди машинисток была самой бестолковой. Лучшие годы остались позади, на лице отпечатались прямо-таки овечья кротость и испуг. Мисс Сомерс налила в заварной чайничек невскипевшую воду - бедняжка никогда не знала наверняка, кипит чайник или нет. И конечно, ужасно из-за этого беспокоилась, впрочем, как и из-за многого другого в этой жизни.
Она разлила чай и поставила чашки перед сослуживцами, положив на каждое блюдце две плиточки чуть размякшего печенья.
Мисс Гриффит, седовласая старшая машинистка, весьма толковая, не терпящая беспорядка дама, прослужившая в компании верой и правдой целых шестнадцать лет, резко бросила:
- Вода снова не вскипела, Сомерс! Кроткое и обеспокоенное лицо мисс Сомерс запунцовело, и она выдавила из себя:
- Боже, уж на этот раз я была уверена, что она вскипела.
"Ладно, - подумала мисс Гриффит, - подержим ее еще месяц, пока у нас работы невпроворот... Ну в самом-то деле! А что эта заторможенная натворила с письмом в "Истерн дивелопмент" - надо же так наломать дров! Про чай и говорить нечего. Да где такую найдешь, чтобы и на машинке бойко стучала, и чтобы голова на плечах была.., и банку с печеньем в прошлый раз не закрыла как следует. Н-да..."
Внутренние полные негодования монологи мисс Гриффит часто оставались неоконченными - так вышло и сейчас.
В комнату вплыла мисс Гросвенор - совершить священный обряд приготовления чая для мистера Фортескью. Мистеру Фортескью чай заваривали по-особому, он пил его из чашки особого фарфора и заедал особым печеньем. Только чайник и вода из-под крана были те же. Но для чая мистера Фортескью вода вскипела. Мисс Гросвенор проследила за этим лично.
Мисс Гросвенор была блондинкой, до того роскошной, что дух захватывало. Она носила черный ладно сидевший костюм от дорогого портного, на стройных ножках красовались самые лучшие и самые дорогие нейлоновые чулки с черного рынка.
Не удостоив машинисток словом или взглядом, она выплыла из их комнаты. Стоит ли обращать внимание на всяких букашек? Мисс Гросвенор была не кем-нибудь, а личной секретаршей мистера Фортескью. Злые языки намекали, что этим ее обязанности не ограничивались, но в данном случае сплетня была лишь сплетней. Мистер Фортескью недавно во второй раз женился, на роскошной и дорогой женщине, вполне способной завладеть его вниманием целиком и полностью. Для мистера Фортескью мисс Гросвенор была лишь неотъемлемой частью служебного интерьера, исключительно шикарного и дорогостоящего.
Мисс Гросвенор плыла, держа перед собой поднос, будто исполняла ритуал жертвоприношения. Небольшая приемная, комната ожидания, куда допускались наиболее значительные клиенты, ее собственный кабинетик и, наконец, после легкого стука в дверь, святая святых, - кабинет мистера Фортескью.
Это была просторная комната, кое-где на надраенном до блеска паркетном полу лежали дорогие восточные ковры. Кабинет был изысканно отделан светлым деревом, громадные набивные кресла обтянуты светло-желтой кожей. За гигантским столом из платана <Платан/>- род могучих деревьев, твердая и легкая древесина которых широко используется для столярных изделий.>, естественным центром всей комнаты, восседал мистер Фортескью.
Не сказать чтобы мистер Фортескью полностью "тянул" на свой кабинет, но все же выглядел вполне внушительно. Это был дородный, слегка одряхлевший мужчина с блестящей лысиной. Потакая своей прихоти, на работе он носил свободный твидовый пиджак, более уместный для загородных прогулок. Он хмуро изучал какие-то бумаги. Мисс Гросвенор приблизилась к нему грациозным лебедем, поставила поднос на стол возле его локтя, ровным негромким голосом объявила: "Ваш чай, мистер Фортескью" - и вышла.
Мистер Фортескью, как того требовал ритуал, в ответ просто хмыкнул.
Мисс Гросвенор возвратилась к делам, ждавшим ее внимания. Сделала два звонка по телефону, проверила отпечатанные письма, прежде чем отнести их мистеру Фортескью на подпись, ответила на звонок из города.
- Боюсь, сейчас это невозможно, - сказала она в трубку, и в ее голосе звучали высокомерные нотки. - Мистер Фортескью занят.
Повесив трубку, она взглянула на часы. Было десять минут двенадцатого.
Вдруг через дверь кабинета мистера Фортескью, обитую звуконепроницаемой материей, донесся какой-то странный звук. Это был вопль - приглушенный изоляцией, но сомневаться не приходилось: так вопят от боли и ужаса. Тотчас на столе мисс Гросвенор включился сигнал - долгие, отчаянно зовущие гудки. Мисс Гросвенор на мгновение оцепенела, потом неуверенно поднялась на ноги. При встрече с неожиданным она пасовала. Однако она, ни на секунду не забывая об осанке, подошла к двери мистера Фортескью, постучала и вошла.
Но увиденное заставило ее начисто забыть об осанке. Лицо ее хозяина, сидевшего за столом, исказила боль. Его трясло в конвульсиях, и это было пугающее зрелище.
- Боже, мистер Фортескью, вам плохо? - спросила мисс Гросвенор, в ту же секунду осознав, сколь глуп ее вопрос. Мистеру Фортескью было плохо, и даже очень, - сомневаться не приходилось. Она увидела, подходя к столу, что ее босс буквально извивается от боли.
Слова выскакивали из него прерывистыми всхлипами.
- Чай.., что, черт дери.., вы положили в чай.., скорее на помощь.., врача...
Мисс Гросвенор вылетела из кабинета. Всю ее надменность роскошной блондинки-секретарши как рукой сняло.
Теперь это была до смерти перепуганная, потерявшая голову женщина.
Она вбежала в комнату машинисток с криком:
- У мистера Фортескью припадок.., он умирает.., надо срочно врача.., у него такой жуткий вид... Боже, он вот-вот умрет.
Со всех сторон посыпались советы, весьма разнообразные.
Мисс Белл, самая молодая машинистка, воскликнула:
- Если это эпилепсия, ему нужно сунуть в рот пробку. Пробки ни у кого нет? Пробки не оказалось.
- В его возрасте.., может, это апоплексический удар, - предположила мисс Сомерс.
- Надо вызвать доктора - немедленно, - распорядилась мисс Гриффит.
Однако ее обычная деловитость дала сбой - за шестнадцать лет службы ей ни разу не приходилось вызывать на работу врача. Ее лечащий врач далеко, в Стритэм-Хилле. А поблизости есть доктор, никто не знает?
Никто не знал. Мисс Белл схватила телефонный справочник и начала искать докторов под буквой "Д". Но справочник оказался алфавитным, и доктора не были сведены в одну колонку, как такси. Кто-то предложил позвонить в больницу, но в какую? Нужна больница этого района, настаивала мисс Сомерс, иначе толку не будет. Медицина-то нынче бесплатная. А раз так, в другой район нипочем не поедут.
Кто-то предложил набрать 999 и вызвать неотложку, но мисс Гриффит даже замахала руками - как можно, ведь тогда придется разбираться с полицией! Для граждан страны, где право на медицинскую помощь имеет каждый, несколько вполне разумных женщин проявили поистине исключительное невежество. Мисс Белл раскрыла справочник на букву "С" и стала искать "Скорую помощь". А ведь наверняка у него есть свой доктор, предположила мисс Гриффит, не может у него не быть доктора. Кто-то бросился за справочником личных телефонов. Мисс Гриффит вызвала курьера и велела ему бежать на улицу и найти доктора - как угодно, где угодно. В справочнике личных телефонов мисс Гриффит нашла сэра Эдвина Сэндмена, проживавшего на Харли-стрит. Мисс Гросвенор рухнула в кресло и запричитала голосом, куда менее поставленным, чем обычно:
- Я приготовила чай, как всегда.., нет, правда.., не могло в нем ничего быть...
- Не могло ничего быть? - Палец мисс Гриффит замер в диске телефона. - При чем тут чай?
- Он.., мистер Фортескью.., сказал, что все дело в чае...
Мисс Гриффит застыла в нерешительности. Куда же звонить: доктору или в неотложку? Мисс Белл, из молодых да ранних, заявила:
- Надо дать ему горчицу с водой - прямо сейчас. У нас тут горчицы нет?
Горчицы не было.
Через некоторое время к зданию почти одновременно подкатили две кареты "скорой помощи", а в лифте встретились доктор Айзеке из клиники Бетнал-Грин и сэр Эдвин Сэндмен. И телефон, и мальчишка-курьер свою задачу все-таки выполнили.
Глава 2
1
Инспектор Нил сидел в святилище мистера Фортескью за его огромным платановым столом. Один из его подручных с записной книжкой пристроился на стуле возле двери.
Инспектор Нил был бравого вида мужчина с военной выправкой, чуть вьющиеся темные волосы, зачесанные наверх, открывали довольно низкий лоб. Когда он говорил: "Так положено", те, к кому он обращался, нередко с презрением думали: "А ты только на то, что положено, и способен, ни на йоту больше!" Они ошибались. Да, внешность Нила не давала особой пищи для фантазии, но сам он был вдохновенный фантазер, и один из его методов расследования сводился вот к чему: он выдвигал какую-нибудь диковинную версию и тут же примерял ее к человеку, которого в данный момент допрашивал.
Он немедля и безошибочно определил - краткий и точный отчет о происшедшем ему даст мисс Гриффит. И действительно, заведя его в кабинет босса, она блестяще изложила утренние события. Когда она вышла, инспектор Нил выдвинул четыре отдельные, весьма неординарные причины, по которым преданная doyenne <Старшая/>корпорации (фр.).> машинисток могла бы подсыпать яд в утренний чай своего хозяина, и все их отверг как маловероятные.
Во-первых, мисс Гриффит не похожа на отравительницу; во-вторых, она не влюблена в своего босса; в-третьих, психической неуравновешенности как будто не наблюдается; в-четвертых, она не из тех женщин, которые держат камень за пазухой. Таким образом, мисс Гриффит можно использовать лишь как источник достоверной информации.
Инспектор Нил посмотрел на телефон. В любую минуту могли позвонить из больницы Сент-Джудс.
Конечно, не исключено, что внезапная болезнь мистера Фортескью была вызвана естественными причинами, но доктор Айзеке из клиники Бетнал-Грин придерживался другого мнения, равно как и сэр Эдвин Сэндмен с Харли-стрит.
Инспектор Нил нажал кнопку вызова, удобно встроенную в стол с левой стороны, и попросил зайти к нему личную секретаршу мистера Фортескью.
Мисс Гросвенор отчасти удалось восстановить свою горделивую осанку, но лишь отчасти. Она вошла, испуганная, лебединого скольжения не было и в помине, и сразу же агрессивно заявила:
- Я этого не делала!
- Правда? - пробурчал инспектор Нил как бы между прочим.
Он указал ей на кресло, в которое мисс Гросвенор всегда садилась с блокнотом в руках, когда мистер Фортескью вызывал ее для диктовки. Она неохотно села и встревоженным взглядом окинула инспектора Нила. Инспектор Нил, тотчас давший волю своей фантазии: соблазнение? шантаж? платиновая блондинка перед судом присяжных? и так далее - вселял спокойствие и выглядел слегка глуповатым.
- В чае ничего не было, - с ходу вступила мисс Гросвенор. - И быть не могло.
- Понятно, - сказал инспектор. - Будьте любезны, ваша фамилия и адрес.
- Гросвенор, Айрин Гросвенор.
- Как именно пишется фамилия?
- Как площадь <Гросвенор/>- площадь в центре Лондона, где расположены дипломатические представительства нескольких стран.>.
- Адрес?
- Рашмур-роуд, четырнадцать, Масвелл-Хилл. Инспектор Нил с удовлетворенным видом кивнул. Соблазнение отпадает, сказал он себе. Как и наличие любовного гнездышка. Респектабельный дом, живет с родителями. Шантаж тоже ни при чем.
Очередной набор умозрительных версий - в корзину.
- Значит, чай готовили вы? - любезным тоном спросил он.
- Да, так вышло. То есть это вообще моя обязанность. Не спеша инспектор Нил выудил из нее весь ритуал утреннего чая мистера Фортескью. Чашку, блюдце и заварной чайник уже запаковали и отправили в соответствующий отдел на анализ. Теперь инспектор Нил выяснил, что к чашке, блюдцу и заварному чайничку прикасалась Айрин Гросвенор, и только она. Воду в чайник, которым пользовались все сотрудники, из-под крана наливала опять же мисс Гросвенор.
- А сам чай?
- Мистер Фортескью пьет свой чай, особый, китайский. Он стоит на полке в моей комнате, за этой дверью.
Инспектор Нил кивнул. Спросил насчет сахара и выяснил, что сахар мистер Фортескью в чай никогда не кладет.
Зазвонил телефон. Инспектор Нил взял трубку. Выражение его лица слегка изменилось.
- Сент-Джудс?
Он кивнул мисс Гросвенор, давая понять, что она свободна.
- Пока все, мисс Гросвенор, спасибо.
Она торопливо покинула кабинет. Инспектор Нил внимательно вслушивался в звуки писклявого и бесстрастного голоса, летевшего по проводам из больницы Сент-Джудс. Он сделал карандашом несколько загадочных пометок на уголке лежавшего перед ним блокнота.
- Умер пять минут назад? - переспросил он. И тут же скосил глаза на часы. - Записал: двенадцать сорок три.
Бесстрастный голос сообщил, что с инспектором Нилом желает говорить сам доктор Бернсдорф.
- Хорошо, - согласился инспектор Нил, - давайте его сюда, - слегка шокировав обладательницу голоса такой беспардонностью, ибо она произнесла имя доктора с явным почтением.
