Читаем Земноводные онлайн бесплатно
Земноводные
Жабы, лягушки, тритоны и другие их сородичи – представители любопытного и занятного класса животного мира – амфибий. Слово «амфибия» – греческое, означающее в переводе на русский язык «ведущий двойной образ жизни». Действительно, две разные среды обитания, вода и суша, для амфибий дом родной. Почти все они из года в год меняют место своего жительства: то приходят в воду, то уходят на сушу. И именно поэтому животные, ведущие такой двойной образ жизни, столь необычны. Отсюда их второе название – земноводные. По образу жизни и по наружному виду они имеют большое сходство, с одной стороны, с пресмыкающимися, а с другой, еще большее – с рыбами; личиночная стадия их составляет как бы переход между этими группами животных. В мировоззрении некоторых народов древности земноводные играли очень важную роль. Эта роль была то положительной, то отрицательной. Например, лягушек и жаб многие племена связывали с плодородием и возрождением. Вероятно, это обусловлено годовым циклом активности этих животных: их «исчезновением» на зиму (или, в южных странах, в засушливое время года) и «появлением» во время пробуждения природы (весной или с началом влажного сезона). В древней поэме «Ригведа» есть даже специальный гимн лягушкам, появляющимся вместе с муссонными ливнями. Предполагают, что этот гимн составлял часть специального ритуала по вызыванию дождя. Для среднего и старшего школьного возраста.
Серия: Узнай мир
Детская образовательная литература / Природа и животныеСоставитель серии «Узнай мир» В. А. Карачёв
Иллюстрации Е. В. Доведовой
© В. А. Карачёв, текст, оформление обложки, иллюстрации, 2004–2018
© В. А. Карачёв, составление серии, 2000–2018
Жабы, лягушки, тритоны и другие их сородичи – представители любопытного и занятного класса животного мира – амфибий. Слово «амфибия» – греческое, означающее в переводе на русский язык «ведущий двойной образ жизни». Действительно, две разные среды обитания, вода и суша, для амфибий дом родной. Почти все они из года в год меняют место своего жительства: то приходят в воду, то уходят на сушу. И именно поэтому животные, ведущие такой двойной образ жизни, столь необычны. Отсюда их второе название – земноводные. По образу жизни и по наружному виду они имеют большое сходство, с одной стороны, с пресмыкающимися, а с другой, еще большее – с рыбами; личиночная стадия их составляет как бы переход между этими группами животных.
В мировоззрении некоторых народов древности земноводные играли очень важную роль. Эта роль была то положительной, то отрицательной. Например, лягушек и жаб многие племена связывали с плодородием и возрождением. Вероятно, это обусловлено годовым циклом активности этих животных: их «исчезновением» на зиму (или, в южных странах, в засушливое время года) и «появлением» во время пробуждения природы (весной или с началом влажного сезона). В древней поэме «Ригведа» есть даже специальный гимн лягушкам, появляющимся вместе с муссонными ливнями. Предполагают, что этот гимн составлял часть специального ритуала по вызыванию дождя.
Связь лягушек с водной стихией и с подземным миром прослеживается и в мифах многих других народов почти во всех частях света. Полагали, что лягушка держит на спине мир и связана с корнями «мирового древа», а также играет важную роль в возникновении мира. Подобные мифы известны не только в южных странах, где много амфибий, но даже у сибирских народов России (хантов, манси, алтайцев и др.), живущих в высоких широтах, где амфибии немногочисленны. Так, селькупы не убивали лягушек, поскольку верили, что лягушки спасли их народ от злого духа, который хотел всех утопить. Еще в XIX веке в Молдавии люди верили, что лягушек нельзя убивать, так как они созданы Богом для очищения отравленной воды. А украинские крестьяне помещали квакшу в крынку с молоком, чтобы оно не скисло.
Наряду с другими животными, лягушек (как взрослых, так и головастиков) широко использовали в традиционной тибетской медицине, опыт которой был обобщен в классическом буддийском трактате «Чжуд-Ши». Знаменитый таджикский врач Абу Али ибн Сина в своем «Каноне врачебной науки» рекомендовал применять мясо и отвары лягушки как средство против укусов змей и шпанских мушек. Он также рекомендовал накладывать мясо лягушки на укушенную часть тела, а в Пермской губернии еще в XIX веке мясо лягушки накладывали на раны для лечения укусов змей. Этот метод, как теперь установлено, неэффективен. А вот применение лягушачьей икры для изготовления пластыря, бытовавшее примерно в то же время в Европейской части России, более оправданно, так как выяснено, что эта икра обладает бактерицидными свойствами. Поэтому в те времена, когда искусственные бактерицидные пластыри не были известны, такой метод мог быть полезен.
В традиционной медицине используют и много других видов земноводных, в основном лягушек и жаб, особенно широко – в странах Юго-Восточной Азии.
Лягушки и жабы (как существа, якобы связанные с подземным миром) широко применялись в колдовстве у ряда племен Южной Америки и Африки. В Сибири изображения лягушек употреблялись шаманами нанайцев, орочей, бурят, алтайцев-телеутов, удэгейцев и других народов при изгнании злого духа из больного. С другой стороны, с помощью частей тела лягушки (особенно костей) колдуны пытались оказывать влияние на других людей. В старину некоторые якуты считали, что особым образом полученные кости лягушки можно использовать для того, чтобы выиграть дело в суде. Использование лягушачьих костей в магии кое-где сохранилось до наших дней.
Яды амфибий (жабы-аги в Северной Америке, древолазов в Южной) применялись местными племенами для отравления стрел при охоте и на войне. Об эффективности этого говорит хотя бы тот факт, что яда одной маленькой лягушки-древолаза хватает, чтобы убить 50 ягуаров! И немудрено: ведь у нее самый сильный яд среди позвоночных животных.
В мифологических представлениях древних славян, немцев и других европейских народов лягушки рассматривались как «превращенные» люди. Этот мотив отражен в известной русской сказке о Царевне-лягушке, а также в образе лягушачьего принца в германском фольклоре. Мифы о превращении людей в лягушек известны и в других частях света, например на Филиппинах. Лягушки использовались в качестве тотема у многих народов, а мексиканские индейцы считали этих животных прародителями человеческого рода. У них же сохранился любопытный миф о божественных близнецах, одним из которых является Ксолотль, его прообразом был аксолотль, хорошо известный многим любителям аквариума.
Скрытный образ жизни амфибий, вероятно, был одной из причин того, что в фольклоре они часто связываются не только с водным, но и с подземным миром. На этом основано и отрицательное отношение к ним в мифах ряда народов. Так, коренные жители Камчатки считали сибирского углозуба посланником-шпионом подземного духа Гаеча. По их мнению, этот шпион следил за человеком, чтобы вернуться к своему сверхъестественному хозяину и предложить ему этого человека в качестве избранника.
Распространены суеверия насчет того, что эти животные вызывают болезни людей и приносят другой вред: «самозарождение» лягушек и тритонов в человеческом теле с вредными последствиями, уничтожение урожаев и т. д. Некоторые из таких поверий могут представлять собой смесь понятий о действительной биологии земноводных и вымышленной магии: например, убийство лягушки вызывает дождь; прикосновение к жабе может вызвать бородавки на коже человека (или, наоборот, выделения жаб можно использовать от бородавок) и т. п. Такие представления ярко проявлялись и в трудах многих античных и средневековых авторов Европы.
Например, в Западной Европе обитает обыкновенная саламандра – красивое хвостатое земноводное, окрашенное в черный цвет с желтыми пятнами. По ядовитости она мало чем отличается от наших жаб. Однако знаменитый древнеримский естествоиспытатель Плиний Старший засвидетельствовал такие представления о ее ядовитости: «Среди всех ядовитых животных саламандра – самое злобное. Другие животные наносят вред отдельным людям, но не уничтожают сразу многих; кроме того, говорят, что они, ранив человека, гибнут и уже не принимаются землей; саламандра же может убить целые народы, если они неосторожны.
Если саламандра влезет на дерево, то все плоды отравляет ядом, и те, кто их съест, умирают от озноба, как при отравлении аконитом. Даже если испечь хлеб на дровах, которых она коснулась или на кору которых наступила, он будет отравлен; то же произойдет с водой, если саламандра упадет в колодец. Если же она своей слизью обрызгает какую-нибудь часть тела или ногу, то со всего тела выпадут волосы. Однако столь ядовитое животное поедается свиньями, не представляя для них ничего необычного». Это мнение пересказывали многие средневековые писатели, и в те времена саламандру нередко рисовали в виде ядовитой змеи. Вот до каких масштабов мифологизированное мышление увеличило ядовитость ее кожных выделений! А ведь они не спасают саламандру даже от многих мелких хищников: ужей, хищных птиц и млекопитающих. В наше время отношение людей к земноводным заметно меняется в лучшую сторону. На место брезгливости или безразличию приходит интерес.
В позднем палеозое мир животных развивался в морях, но произошла важная и большая перемена – животные появились и на суше. Многие группы рыб жили в девоне в пресноводных озерах. Во время засух, когда водоемы пересыхали, рыбы оказывались на берегу и обезвоживались. Выжить сумели только те из них, кто мог просуществовать без воды до нового дождя. Вскоре появились рыбы с легкими и парными мускулистыми плавниками, которые давали им возможность ползать по земле. Так возникли первые земноводные – животные, которые нуждаются в воде только для размножения и личиночного развития. Древнейшие земноводные – ихтиостеги – обитали в верхнем девоне около 300–320 миллионов лет назад. Эти примитивные амфибии сохраняли еще очень много исходных и даже общих черт (признаков) с кистеперыми рыбами. Поэтому происхождение земноводных от кистеперых рыб не подлежит никакому сомнению.
В дальнейшем история эволюции земноводных нашей планеты развивалась неравномерно. Изобилие и процветание этих животных было отмечено в карбоне, триасе и кайнозое, когда они были представлены множеством разнообразных форм. В то же время в юрском и меловом периодах произошло замедление их развития, уменьшились численность и видовое разнообразие. Однако начиная с верхнего карбона (в палеозое) и до конца триаса (в мезозое) амфибии были многообразны. Но в пермском периоде климат стал менее влажным, и водоемы, в том числе и большие озера, стали высыхать и исчезать, началась массовая гибель древних земноводных, и к началу триаса этот многочисленный класс значительно обеднел.
Формы тел амфибий очень различны. Хвостатые земноводные больше похожи на рыб, они имеют сжатое с боков туловище и длинный весловидный хвост. У бесхвостых – туловище округлое или плоское, а хвост совсем отсутствует. А некоторые амфибии совершенно лишены конечностей и больше напоминают червей, чем позвоночных животных.
Строение скелета земноводных характеризуется чертами, свойственными скелету наземных позвоночных (а это первые наземные позвоночные), и отличается от скелета рыб.
Во-первых, задние и передние конечности четко разделены на три отдела, в строении скелета появляется грудина. Во-вторых, позвоночник разделен на четыре отдела, позвонки подвижно соединены друг с другом соединительными отростками. В-третьих, череп подвижно соединяется с позвоночником.
Мозг земноводных устроен довольно просто. Он имеет удлиненную форму и состоит из двух передних полушарий, среднего мозга и мозжечка, представляющего лишь поперечный мостик, и продолговатого мозга. Спинной мозг развит гораздо лучше, чем головной.
Из органов чувств развиты зрение, слух и обоняние. Язык у большинства амфибий хорошо развит, а у лягушек отличается от языка других позвоночных тем, что прикреплен не задним, а передним концом и может выбрасываться изо рта.
Зубы, как и у пресмыкающихся, могут лишь схватить и удержать добычу, но не способны ее пережевывать.
Пищеварительный канал довольно короткий и просто устроен. Состоит из длинного пищевода, толстостенного желудка и задней кишки. Все амфибии имеют печень, желчный пузырь, поджелудочную железу, почки и мочевой пузырь.
Органы кровообращения и дыхательные имеют огромное значение в жизни амфибий, и мы рассмотрим их далее в связи с историей развития.
Не зря раньше земноводных называли голыми гадами. Действительно, у них нет ни чешуи, как у рыб и пресмыкающихся, ни перьев, ни шерсти, как у млекопитающих; большинство земноводных покрыты снаружи лишь голой кожей, и только у очень немногих на коже есть следы или подобие роговых образований. Зато в коже земноводных имеются железы и другие образования, которых нет у других позвоночных. В соединительнотканном слое кожи у некоторых амфибий находятся небольшие капсюли, наполненные студенистым веществом; у других образуются довольно глубокие полости, приспособленные для развития зародышей. Наконец, у некоторых в коже появляются окостенения или твердые пластинки, похожие отчасти на рыбьи чешуйки. Верхний слой кожи амфибий очень тонок, и в нем часто заключаются различные красящие вещества.
Окраска некоторых земноводных может меняться, как у хамелеонов, и обусловливается в большинстве случаев взаимным расположением и состоянием особых пигментов клеток, заключенных в коже. Сжатие или расширение, изменение формы, приближение к наружной поверхности кожи или удаление от нее – все это придает ту или другую окраску коже и вызывается как изменением внешних условий, так и внутренним раздражением.
Как в верхнем слое кожи, так и во внутреннем у всех земноводных находится очень много желез различной величины и различного назначения. Наиболее интересны из них ядовитые железы. Они расположены в нижнем слое кожи, имеют шаровидную или овальную форму, выделяют слизистую жидкость, в которой находится ядовитое вещество. Амфибии, у которых развиты такие железы, могут произвольно увеличивать выделения секрета этих желез и употребляют его как средство защиты.
В настоящее время установлено, что яд некоторых земноводных очень силен, но для человека и крупных животных он не опасен потому, что содержится в слизи лишь в очень незначительном количестве. У некоторых жаб и у саламандр слизистые железы развиты очень сильно. Секрет этих желез выделяется на поверхность кожи столь обильно, что о саламандрах еще с древних времен пошло народное поверье, будто они не горят в огне.
