Читаем Зелёная лестница (СИ) онлайн бесплатно

   Начальство крикетной клюшкой гоняло капитана Сёмина из одной "лунки" в другую. Для начала в Киров, затем лихо в столицу и очень быстро в столицу поменьше, да ещё бывшую. Семья терпеливо наблюдала за перемещениями Андрея Петровича из тихого Великого Устюга.

   Сёмин перелистывал в памяти личные дела новых подчинённых:

   "Старший лейтенант Бобров Олег Александрович. Разведён второй раз. Командировок в "горячие" и "тёплые" точки - две. Представлений к госнаградам - два. Отменены. Внутренних расследований - два. Двоечник какой-то. Присмотримся.

   Эксперт Толмаковский Владимир Иванович. По возрасту давно должен быть на пенсии. Начальство держит? По каким причинам? Старый конь он, конечно... но прежде всего старый.

   Стажёр Аронов Владислав Эдуардович. Владик. Старается. Интересно, кто родители?

  Водитель - сержант Зыбин Валерий...Валерий... как его?.."

   Капитан нахмурился, вспоминая отчество.

   "Оперативная группа на выезд!"

   Стажёр вскочил, эксперт выдвинул ногой из-под стола свой чемоданчик, старлей зевнул и закрыл крышку ноутбука, всё равно часть фильма проспал.

   Капитан Сёмин встал, похлопал себя по карманам, проверяя укомплектованность.

   - На выход.

   Радовавшая неделю назад жёлтая листва сбилась в коричневые слипшиеся пласты у тротуара. Осень переходила в простудную фазу.

  "Красивая и смелая дорогу перешла..." - загрустил в очередном куплете голос из динамика.

   - Была бы ещё умная, то здесь бы не пошла, - водитель покосился на шарахнувшуюся от веера брызг девушку.

   - Валера... ты, поаккуратней. Герман вот не дал дослушать. - Владимир Иванович вздохнул.

   - Будем стараться! Всё, прибыли.

   У подъезда топтался замёрзший участковый, раздражённо перекатывая незажжённую сигарету из одного угла рта в другой.

   - Что, Лямиков, опять бросаешь курить? - Окончательно проснувшийся Бобров протянул руку лейтенанту. - Только не говори: "Тут бросишь!" - неоригинально.

   Участковый, открывший было рот, снова сжал губы, но сигарета уже вывалилась.

   - Тьфу!

   - Что? Где? - Сёмин пожал руку на ходу.

   - Девятая квартира. Труп хозяйки. Обнаружил муж. Практикант караулит.

   При упоминании номера квартиры старший лейтенант мельком взглянул на эксперта. Тот развёл руками.

   Женщина сидела в полукресле перед туалетным столиком с большим зеркалом.

   "Комплект антикварный. Стоимость, судя по всему, заоблачная" - капитан привычно осматривал комнату.

   - Я "Люся, Люся...", а она не отвечает. Захожу, а тут... - растерянный муж пытался заглянуть в глаза то одному, то другому оперативнику.

   - Пройдёмте в другую комнату, пусть здесь всё осмотрят специалисты.

   - Да, да. Я здесь ничего не трогал.

   - Хорошо. - Сёмин сделал приглашающий жест к выходу и кивнул стажёру, - Владик, опроси соседей.

   За спиной переговаривались Бобров и Толмаковский.

   - А хата-то палёная, Иваныч.

   - Угу.

   Капитан поморщился, сленг резал слух, несмотря на изрядный стаж.

   - Андрей Петрович, когда прокурорские приедут, нам что? - окликнул эксперт.

   - А причём тут прокуратура?

   - Ну, так... - Владимир Иванович чуть понизил голос, - судя по убранству... минимум депутат.

   - По обстановке.

   - Мудро.

   Кроме работников прокуратуры прибыли ещё и сотрудники "конторы", покрутились немного и убыли, ограничившись стандартными комментариями. Из чего следовало, что разбираться придётся группе Сёмина самостоятельно.

   Толмаковский вежливо взял капитана за локоть и отвёл в сторону.

   - Андрей Петрович, в спальне нет отпечатков.

   - Вообще?

   - Вообще. Во всех комнатах есть, а в спальне нигде ни одного.

   "Что-то про эту квартиру все знают и ФСБ, и прокуратура, и старший лейтенант с экспертом. Все, кроме меня со стажёром" - Сёмин обошёл спальню с перепачканными порошком ручками, столешницами, прочими поверхностями и вернулся к хозяину квартиры.

   - Гражданин Романовин, когда у вас убирает домработница?

   - Девушка работает с десяти утра. Всё под присмотром супруги. Сегодня её не было. Кажется, отпросилась.

   ***

   Мурлычащий Бобров аккуратно прикрыл за собой дверь. Он даже немного лоснился, заполняя комнату ароматами столовой.

   - Извиняюсь, задержали.

   - Первое, второе и третье? - Толмаковский барабанил пальцами по столу. - Восемь минут уже ждём.

   - Иваныч, с твоим стажем все эмоции должны быть уже давно израсходованы, оставляя в сухом остатке снисходительное терпение.

   - Олег Александрович, по делу, пожалуйста, - одёрнул старлея Сёмин.

   - Как скажете. - Бобров свёл брови к переносице. - Дама увидела себя в зеркале без макияжа и сердце не выдержало.

   - Без чёрного юмора можно?

   - Следов насилия нет. По заверениям хозяина ничего не пропало. Хотя там столько побрякушек, что вряд ли он все может перечислить. Описи нет. Версий нет. Если ограбление, то было бы понятно. Может, удастся хоть в этом случае закрыть по "естественным причинам".

   Сёмин вопросительно посмотрел на старшего лейтенанта.

   - Андрей Петрович, я уже в третий раз на этой квартире, Олег во второй, - эксперт прошёлся из угла в угол. - Тут хоть без ущерба.

   - Утром звонил гражданин Романовин. Он не обнаружил приобретённой позавчера броши. Скоро прибудет для подачи заявления. Брошь точно описать не может, участвовал только в оплате. Придётся съездить в этот антикварный магазин. Вам, Олег Александрович. Адрес вот. - Сёмин подвинул листок с записью к краю стола.

   - Хорошо. Влад со мной?

   - Да. Аронов, собирайтесь. Только...

   - Понятно, плохому не учить. Жизнь, так сказать... сама.

   - - -

   - Владимир Иванович, расскажите о двух предыдущих делах по этой квартире.

   - Возможно, что-то было и ранее. Я по своим эпизодам. Первый - пять лет назад. Труп женщины - хозяйки квартиры. Украдены полтора миллиона долларов и перстень из украшений жены. Задержан некто Шурупов. Деньги частично удалось вернуть, кражу перстня он отрицал категорически. Хотя вел дело Матвеев - мужик жёсткий. Шуруп всё про какую-то зелёную лестницу толковал и что случайно там оказался.

   - Где сейчас этот Шурупов?

   - Бежал из СИЗО. Больше я о нём ничего не слышал.

   - Так, а Матвеев?

   - Погиб. В прошлом году, при задержании банды, ограбившей инкассаторов.

   - Вот как. А второй эпизод?

   - Два года назад. Уже Олега в группу перевели. Один труп - хозяйка квартиры. Из следующих собственников. Исчезло только колье. Кстати, в первых двух случаях в спальне я тоже не обнаружил ни одного отпечатка. В отчётах зафиксировано.

   - Кто вёл дело?

   - Майор Петров. Боюсь, поговорить с ним тоже не получится.

   - Убит?

   - Жив, но не здоров. В "Скворечнике" отдыхает. Это психиатрическая лечебница. Но он там по поводу излишнего пристрастия к спиртному.

   - Навестим. И дела старые поднимем. По вскрытию результаты были?

   - Артур Степанович просил вас зайти лично.

   - Хорошо, зайду.

   - Андрей Петрович, мне бы домой. Я сейчас "на телефоне", так сказать, эксперт "по вызову".

   -Конечно, Владимир Иванович, идите, отдыхайте. Только покажите, где у вас судмедэксперт базируется.

   - - -

   Артур Степанович, сдвинув очки на кончик носа, разгадывал кроссворд.

   - Капитан, ты у нас человек новый...

   - Можно без подготовки.

   - Принято. На сердце дамы следы от ногтей. Как будто кто-то сжал и держал, пока оно не остановится.

   - А грудная клетка без повреждений?

   - Без.

   - Рука большая?

   - По захвату небольшая. Подростковая или женская. Была ещё парочка подобных фокусов...

   - Пять и два года назад?

   - Да. Я всё прописывал в отчётах, как положено. Ребята у кардиологов консультировались. Сошлись на необычной патологии. Короче, затёрли, как необъяснимое явление, мешающее расследованию. Начальство всё необъяснённое трактует как недоотработанное.

   - Отпечатки пальцев, потожировые следы?

   - Смеётесь, гражданин начальник?

   Капитан невольно поморщился, впрочем, патологоанатом мог списать всё на специфичность обстановки для неспециалиста. Увы... не списал и сразу же замкнулся.

   - Отчёт передам после обеда. Капитан, извини, много работы.

   - Желательно в первой половина дня, Артур Степанович. - Сёмин покосился на кипу газет.

   "Много работы... много работы..." - машинально повторял Сёмин, возвращаясь по длинному коридору в кабинет. - "Итак:

   Проверить алиби гражданина Романовина, приходящих работниц плюс всех, попадающих в зону общения - это поручим стажёру по причине большого объёма и предполагаемой бесперспективности.

   По описанию брошки и предметов из прошлых эпизодов отработать сведущих граждан в криминальной среде и ювелиров - этим займётся старший лейтенант.

   Отработать два предыдущих дела, выяснить местонахождение Шурупова, проконсультироваться у кардиологов, навестить майора Петрова - это капитану Сёмину, то есть мне. Впрочем, Шурупова перепоручим Боброву"

   Разложив на ходу всё "по полочкам" Андрей Петрович толкнул приоткрытую дверь кабинета. Бобров с Ароновым уже вернулись и, вздыхая, листали какой-то каталог.

   - Капитан, ты только прищурься, какие цацки. Нам в антикварном каталог подогнали, - старлей покосился на приоткрывшего рот стажёра. - Ладно, сами изъяли. Не было у них другого фото брошки, а принтер не цветной. Впрочем, понятно, что "глухарь".

   - Будем отрабатывать, как положено.

   - Отработаем, раз работа такая. Иваныч предысторию поведал? Предлагаю всех трёх "глухарей" объединить в один.

   - Я об этом уже думал. - Сёмин кивнул.

   - Вот. То три нераскрытых дела висело, а то будет одно. Соответственно повысится процент и улучшится отчётность.

   - Старший лейтенант!

   - Ну, можно из других соображений.

   - Отрабатываете перстень, колье и брошь. Ещё уточните судьбу Шурупова, того, что проходил по первому делу. Аронов, отрабатываете домашних, всех приходящих-проходящих и кого там ещё вам на лекциях рекомендовали. По лекционной же методике. Иначе не поймёте, чем отличается жизнь от...

   - ...вымысла и практика от теории. - Бобров похлопал стажёра по плечу. - Ибо, как говорил мой наставник: "Теория также далека от практики, как и от всего остального"

   - - -

   "Посещение медицинских учреждений наводит на нездоровые мысли" - капитан Сёмин, не спеша брёл по аллейке от главного корпуса больницы имени И.И. Скворцова-Степанова - того самого "Скворечника".

   В начале дня получилось побеседовать с двумя действующими и одним угасающим светилами в кардиологии. Первый посоветовал обратиться к японским ниндзя, вырывающим сердце, поскольку в его практике похожего не встречалось. Второй вспомнил, что к нему уже обращались ранее и подобные повреждения могли быть результатом труднообъяснимого сокращения отдельных участков мышечной ткани. Старый профессор с трясущимися руками долго рассматривал копии заключений.

   - У моего учителя - академика Синявского был подобный случай. Поступила жена видного партийного начальника. Кома. Пытались помочь, не получилось. Пациентка умерла, Синявского репрессировали. Там тоже нашли следы ногтей, хотя открытый массаж сердца не проводился.

   - Когда это было, и где проживала та женщина?

   - Молодой человек, вы беседуете с дряхлым стариком, а не с компьютерной базой данных. Я стажировался у Арсения Никифоровича в тысяча девятьсот шестьдесят первом году. Далее уж, извольте, сами...

   Посещение Петрова тоже ничего толком не прояснило.

   Толи майор притворялся, толи залечили его уже до необратимого состояния...

   - Ты кто по званию, полицай? - просипел опухший Петров.

   - Капитан.

   - Капитан, никогда ты не станешь майором.

   - Это из другой песни.

   - Из песни слов, из снов виденья... Раньше здесь по большей части дворянам мозги выправляли. Куришь?

   - Нет. Но тебе пару пачек захватил.

   - Молодец. Давай одну так, другую по-тихому. Первую точно отберут, а про вторую может не допетрят. Тоскливо здесь. Хотел вот у них в архиве порыться... Теперь они в у меня в мозгах копаются. По ночам. Повод есть - алкоголизм. Только ты им не верь. И мне не верь. И себе не верь. Никому не верь. Снам верь. В зеркале себя видел? А за ним?

   - За кем "за ним"?

   - Пьющий?

   - Нет. И с собой не принёс.

   - Ну, это лечится. В зоопарке был? Нет? Зря. Там... Да иди ты...

   Удар правой Сёмин отбил блоком, а от хука левой увернулся, отпрянув назад. Далее подбежали специально обученные люди и поволокли брыкающегося майора из помещения для свиданий. Но, перед тем как исчезнуть в дверном проёме, Петров успел подмигнуть.

   "Может и показалось. Нет, подмигнул. К чему? Почему? Какой ещё зоопарк? Впрочем, в суматохе его забудут обыскать и останутся обе пачки или досмотрят по полной, тогда лишится сигарет вообще. Рисковый майор. Нужно будет ещё к нему заглянуть. Значит, зоопарк..."

   - Куда, товарищ капитан? - водитель зевнул и покачал головой, разминая шею.

   - В зоопарк.

   - А что, в отделе не насмотрелись?

   - Разговорчики. - Сёмин потянулся в карман за ожившим телефоном. - Слушаю. Принято, выезжаю.

   Андрей Петрович отключил аппарат,

   - Давай в отдел, сержант. Филипов вызывает.

   ***

   "На ковёр" к полковнику попасть не получилось, поскольку того вызвали в управление, следовательно, высвободившееся от собственного доклада время можно было потратить на заслушивание докладов подчинённых, если они уже вернулись.

   И Бобров и Аронов были на месте.

   - С кого начнём? - Сёмин расположился за своим столом.

   - С меня. Поскольку я недолго, вследствие отсутствия сколь либо значимой информации. - старлей шумно отхлебнул горячий кофе из камуфлированной термокружки. - Ранее перечисленные и вышеуказанные ювелирные изделия в криминальной среде не светились. Ювелиры оценили побрякушки высоко и сказали что "в наше время такого не делают", "в продажу они могут попасть только случайно из частных собраний" и "разумнее проконсультироваться у музейщиков, может на каком портрете что-либо из предъявленного изображено".

   Каждую цитату Бобров озвучивал голосом собеседника, получалось неплохо и дополняло картину некоторой образностью. Стажёр слушал, раскрыв рот.

   - В музеях помогли чем-нибудь?

   - Капитан, по музеям давай, я завтра. - Старший лейтенант выразительно посмотрел на часы. - Прямо с утра и двинусь.

   - В восемь ноль-ноль встречаемся здесь. Музеи начинают работать позже. Что по Шурупову?

   - Шурупов Павел Вениаминович, он же Шуруп, он же Паша-Ветер.

   - Кличку сменил? - Аронов что-то помечал в своём блокноте.

   - Ничего подсудного. Наш город уже в четвёртый раз погоняло меняет.

   - Олег Александрович, ну что за... - Сёмин вновь поморщился, - культурная столица всё же.

   - И ещё в недавнем прошлом криминальная. У Шурупова пять арестов и пять побегов ещё до суда. Посему судимостей и сроков не имеет, а получил всеобщую уважуху и звание "Ветер".

   - Он жив?

   - Да. Но не очень узнаваем. Возможно, пластическая операция или жизнь подрихтовала. Опознан по татуировке за левым ухом "Фортуна, шепни!" на латыни.

   - Из студентов-медиков? - Сёмин привычно уточнял детали сразу, не откладывая до окончания доклада.

   - Нет. Куролесить начал ещё по малолетке, т.е. несовершеннолетним. Скорее пересекся с кем-то из образованных.

   - Возможность ареста?

   - Попробуем. Если Фортуна не успеет ему шепнуть. - Бобров опять посмотрел на часы.

   - Аронов, у вас что?

   - Алиби ни у кого нет. Соседи все из "высших сфер" и без адвокатов разговаривать отказываются. Участковый только матерится и жуёт сигареты.