Читаем Здесь гуляет смерть (СИ) онлайн бесплатно

====== Происшествие ======

Поезд привёз меня в маленький городок на окраине штата. На станции меня подобрал дедушка, на машине которого мы ещё два часа добирались до поселения в богом забытом лесу. По приезду я счастливо вдохнул свежий воздух, пропахший соснами, влагой и клёнами. В этом городке N*** я провёл часть детства. Мама и папа часто отправляли меня к бабушке с дедом сюда на летние каникулы. А я и не возражал. У них была своя небольшая ферма, где содержались лошади, коровы, козы и кролики. Про толпу кур и гусей я умолчу. Я обожал возиться с живностью, и всякий раз, возвращаясь в Сан-Франциско канючил, чтобы мне разрешили забрать хотя бы одного крольчонка или козлика. В этой глуши не очень хорошие дороги, из-за чего часто можно увидеть людей, рассекающих на лошадях, ибо машины часто застревают или из-за сильной тряски плохо становится не только пассажирам, но и водителю. Несмотря на плохие дороги, связь здесь вполне себе приемлемая. Этим я и воспользовался, дабы позвонить матери и доложить, что прибыл. Казалось бы, год назад закончил универ, а она до сих пор просит звонить ей, дабы не волновать. Пока я говорил с мамой, попутно вытаскивая с дедушкой вещи из багажника, взгляд мой выцепил коня, на котором скакала девушка в двадцати метрах от нас. В лучах закатного солнца волосы девушки отливали медно-рыжим, как и грива лошади. Дед хотел было что-то сказать, как заметил, на кого я смотрю, улыбнулся и, приложив ладонь рупором ко рту, крикнул:

— Софа! София! Флейм!

Флейм. Ей подходит. Рыжая обернулась и притормозила.

— Куда так мчишься? Стопчешь когда-нибудь, того и гляди.

— До вас мне далеко, — усмехнулась она. Затем заметила меня.

— Сэм, это наша соседка, София. — представил её мне дед. — София, это мой внук, Сэм. Я тебе о нём рассказывал, помнишь?

— Конечно. Привет, — вежливо улыбнулась девушка.

— Привет, — промямлил я.

— Так куда ты? Ещё и так резво.

— Эту жужелицу объездить надо, — Флейм погладила коня между ушек. — Хотела кружок сделать и пересчитать их.

Я не очень понял, кого она пересчитывать собралась, но судя по выражению лица дедушки, он понял, о чём речь, и продолжать диалог желание пропало.

— Извини, что задержал.

— Ничего. До завтра!

Она хлестнула коня уздечкой и скрылась за поворотом. Я и спросить не успел, как дед впихнул мне в руки ми вещи и повёл меня в их с бабушкой дом. Там пахло печеньем, молоком, пахло детством. Бабушка расцеловала меня в обе щёки и потянула к столу. Ужинали мы втроём, я рассказывал им обо всём, что случилось за те года, что мы не виделись, старики с упоением слушали меня, ласково улыбаясь, а за окном из-за горизонта приходили чёрные тучи. Время пролетело быстро, и где-то в одиннадцать часов я поплёлся спать. Толком вещи я разобрать не успел, решил оставить это на завтра, а потому только переоделся и рухнул на кровать, слушая шум грозы и дождя. Сквозь сон мне слышался чей-то вой и крик.

Утром всё так же лил дождь. Мне аж досадно стало, что я только-только приехал, и погода нагло испортилась. Дед уехал по делам, оставив нас с бабулей вдвоём.

— Ба, я вчера спросить забыл, что у вас с фермой? — сказал я, садясь за стол.

— А что с ней? Стоит, — улыбнулась она, накрывая. — Только животных у нас поменьше стало. Тяжко за всеми ухаживать, у нас там кроме кроликов, кур, поросят и двух коней с коровой больше никого и нет.

— Тебе помочь их накормить?

— Дедушка сам справится, нас с тобой он на хозяйстве оставил. Я тебя попросить хотела на чердак пару коробок отнести, поможешь?

— Конечно!

Тут раздался стук в дверь. Я пошёл открывать, пока бабушка переворачивала блинчик на сковородке. Когда я открыл дверь, на пороге передо мной предстал высокий мужчина в полицейской форме и с солидным пузом. Мы уставились друг на друга. Голубые глаза мужчины были слегка распахнуты от удивления. Видимо, с моими родственниками он знаком, и недоумевал, почему открыли не они. Толстый коп, похоже, не обращал внимания на дождь, что хлестал по его чёрным волосам и широким плечам.

— Здрасьте, — сказал я наконец.

— Здрасьте. — не церемонясь передразнил меня страж порядка. — Ричарда и Марион Тарли дома нет?

— Рафи! — раздался ласковый голос бабушки. — Боже, какими судьбами? Что ж ты стоишь и мокнешь, проходи, — она втянула его за руку в дом и закрыла дверь. — Ты как раз к завтраку, угостишься? Голодный, наверное.

Даже если да, то от голода он бы умер месяца через четыре. Полицейский явно смутился столь радушным приёмом.

— Миссис Тарли, я к вам по работе.

— Что-то случилось?

— Да. Найдено два трупа недалеко от вашей фермы.

Бабушка ахнула и опустилась в кресло в гостиной.

— Господи… опять...

Так, в смысле «опять»? Какие трупы? Откуда? В дверь раздался новый стук. Едва я открыл, как ворвалась вчерашняя рыжая всадница.

— Миссис Тарли, там… — она осеклась, заметив полицейского и шокированную бабушку. — Ох…

— Софочка, вы-то не пострадали? Сэм, милый, принеси водички, пожалуйста.

Я метнулся на кухню. Пока бабушка приходила в себя, полицейский, коего она назвала уменьшительно-ласкательно Рафи, стоял и разговаривал с Флейм. Интонации менялись от раздражённых до обеспокоенных.

— Ты слышала что-нибудь этой ночью?

— Кроме грозы и воя собак — нет. Я по ночам сплю, а не во всякие шумы выслушиваюсь.

— У вас никто не пострадал?

— Если бы пострадали, я бы сказала.

— Ты можешь хоть раз в жизни отвечать нормально?!

— Я всё могу. Но не буду. И уж точно не тебе.

Она мне нравится, у неё определённо есть связи, иначе я не понимаю, почему она с таким наглым видом разговаривает с полицейским. Брюнет поджал край губ.

— София, пожалуйста…

— Я ничего не слышала, никто не пострадал, о трупах узнала от Линды, когда она вызвала копов. — перебила рыжая, отворачиваясь от него и опустившись к бабушке. — Вы как? Получше?

— Рафаил, Софочка, не ругайтесь с утра пораньше, — попросила она, держась за голову. — Чьи трупы?

Как я узнал, убитыми были двое парней, что напились и пошли искать приключения. Я стал вызванивать деда, пока бабушка с полицейским говорили о случившемся. Они говорили тихо, не позволяя мне толком разобрать смысл.

— Что делать теперь? — шептала бабушка. — Рафаил, никто ведь не знает, кто станет следующим.

— Постарайтесь не выходить из дома после восьми, — отвечал ей коп. Одну руку он держал на объёмном животе, поджимая ладонь в кулак. Видимо, волновался. — Я постараюсь что-нибудь сделать.

— Собаки часто чуют его, — вставила София. — Мне кажется, их стоило бы держать рядом.

— Да, да, — кивала бабушка. — Сэм, дорогой, нужно будет помочь мне наших ретриверов завести домой.

— Погодите, что тут происходит? Зачем? — упёрся я. — Кого чуют собаки? Вы о чём говорите?

Коп и рыжая переглянулись. Затем вперили глаза на бабушку, которая вздохнула и взяла меня за руку.

— Я… ох, я расскажу, но только вечером, хорошо?

— Пошли, — Флейм легонько пихнула Рафаила в крутой бок и подтолкнула бёдрами к выходу. — Идём.

Они вышли на улицу. Дождь лишь усиливался. На улице послышалось ржание коня. За окном я увидел удалявшихся Софию и Рафаила.

День прошёл быстро. Вечером, сидя у камина в компании двух золотистых ретриверов и бабушки с дедом, я выжидающе смотрел на них и ждал объяснений. Было девять часов. За окном прогремело.

— Ну и? — нетерпеливо сказал я.

— Что? — посмотрел на меня дед.

— О чём сегодня говорил полицейский?

— Какой?

— Обычный толстый полицейский!

— А, Рафаил? Ну видишь ли, он местный шериф, у него много работы. Устал, видимо хотел в гости зайти, и…

— Дедушка. Ты очень плохо врёшь.

Бабушка приобняла его руку и тяжело посмотрела на меня.

— Сэм, видишь ли… я знаю, ты уже взрослый мальчик, и многие подобные вещи тебе покажутся страшной сказкой стариков, но всё, что здесь происходит — правда. Жуткая правда. Несколько лет назад здесь… впрочем, мне кажется, лучше просто позволить тебе всё увидеть самому.

— Что увидеть? О чём ты? — взволнованно спросил я.

— Тсс. Просто жди. Ещё немного осталось.

====== Помощь в расследовании ======

Я вопросительно смотрел на неё и деда. Через несколько минут собаки подскочили к двери и стали лаять и рычать, щетиня шерсть. Я звал их, шебуршал упаковкой корма, а те не унимались. Через какое-то время они начали скулить и жались к дивану стариков. Я пялился на собак, а затем на бледные лица родственников. Раздался сильный раскат грома, а затем очень громкий вой. Я вздрогнул от неожиданности и ощутил, как из глубины души поднимается липкий страх. Голос не слушался, и спросить, что это, я не мог. Я сидел, замерев, и не зная, что делать. Бабушка бесшумно приставила палец к губам, давая понять, чтобы я молчал. Раздался грохот и ор. Насколько я мог судить перепуганным мозгом, так обычно кричат бараны или козы. Потом к этому примешался и скулёж. А затем начался град выстрелов. Вой повторился, только теперь он как бы утихал, удалялся.

— Застрелили? — с надеждой обратилась бабушка к деду.

— Скорее ранили, — он встал с кресла и тихонько подошёл к окну. Чуть-чуть отодвинул штору. Вздохнул. — убежал.

— Что это такое было? — сказал я наконец.

Дедушка достал с полки бутылку вина, налил нам всем в бокалы и один протянул мне. Отпил.

— Несколько лет назад у нас стала умирать живность. Её грыз, как мы с друзьями полагали, какой-то волк или небольшой медведь. Тогда мы решили подкараулить зверя и застрелить его. Ночью мы вывели овцу на пастбище и привязали к колу, чтобы дождаться хищника. Но когда свет луны залил луг, а бедная овечка истошно вопила, из леса выскочил… я не знаю, как его назвать… огромное существо, ростом метра два с половиной, лохматое, клыкастое, и хуже всего — разумное. Оно в секунду загрызло овцу, а потом стало принюхиваться. Оно учуяло нас и кинулось в нашу сторону. Пули его не брали, нож тварь просто вырвала из рук моего друга, а самого его порвала пополам. Господи, я ещё помню его крики и просьбу избавить от страданий… эта тварь убила ещё четверых, а затем взвыла и рысью помчалась от нас. Как я потом узнал, один из умирающих сжимал в руке серебряный крестик, которого коснулось существо. Домой под утро вернулись я, тогдашний шериф и отец Софии, Джеффри. Шериф уехал, на его место прислали Рафаила, а мы с Джеффри рассказали об увиденном людям. Через неделю всё прекратилось, но месяц назад всё началось снова. Это существо… я не знаю, что это. Оно было человекоподобным, но имело звериные черты. Оборотень, мутант или какой-то гибрид… не знаю.

Я медленно обработал его слова. Я не верил… не хотел верить. Но этот шум, вой, выстрелы и грохот… я не стал комментировать рассказ деда и решил, что надо попробовать разобраться самому. Не зря же приехал. Мне было страшно, часть мозга охотно поверила в повесть про оборотня, задравшего пять взрослых мужчин, но вторая часть, отвечавшая за скептицизм, упрямо твердила про суеверия испуганных людей. От вина мне захотелось спать, и перед тем, как провалиться в страну сновидений, я пообещал себе завтра сходить к шерифу, коего бабушка почему-то ласково называла Рафи.

Утром дождь остановился, но было очень пасмурно. Я шустро стянул со стола оладушек, а потом пошёл седлать коня. Дедушка посмеивался над тем, как я шарахнулся от вредного жеребца, норовившего меня укусить. Он всунул в зубы коня небольшое яблоко, захваченное с кухни, и тот унялся. Я запрыгнул на него и отправился по размытой дождём дороге в центр города, по пути пообещав деду заехать в магазин за парой вещей. Я ехал медленно, осматриваясь и выявляя, что тут изменилось с моего последнего приезда. Полицейский участок я нашёл довольно быстро. Привязав коня к фонарному столбу, я вошёл и попросил пропустить меня к шерифу. Секретарь, или кем там был этот худой уставший мужчина, откинулся на спинку кресла и громко сказал:

— Раф! Тут к тебе!

Ответа не было. Мне молчаливым кивком показали на дверь кабинета. Я вошёл и застал Рафаила сидевшим в кресле, а над ним стояла рыжая Флейм, упираясь руками в подлокотники и о чём-то с ним споря. Округлый живот копа упирался ей в бёдра. Мне даже интересно стало, если в него выстрелят, насколько далеко от внутренних органов пуля застрянет в жире? Сколько он весит? Как он гоняется за преступниками?

— Я говорила, и скажу снова, мою ферму не трожь, — процедила София сквозь зубы.

— Я как лучше хочу, — хмурился брюнет.

— Один раз уже хотел, напомнить, что потом было?

— По-твоему, я это нарочно?!

Рафаил совершил попытку подняться, как София усадила копа обратно, держа руками его объёмный живот. Стояла она над ним в короткой синей юбке, чёрных сапогах на каблуках и в белой рубашке с синим галстуком.

— Может и не нарочно. Но я тебя тогда просила оставить нас. Что ты сделал?

— Я извинялся…

— Ну да, от этого всем легче стало.

— Значит так, — он пересилил её руки, вдавливавшие его за животик в кресло, и поднялся. — Я делаю то, что должен. А должен я защищать людей. В том числе тебя и твою семью. Злись и обижайся на меня, я не отрицаю, что это заслуженно. Но если придётся, я силой выволоку тебя из дома, чтобы сохранить твою жизнь.

София помолчала, сверля его рассуждающим взглядом. Она была среднего роста, и чтобы посмотреть в лицо брюнета ей нужно было запрокинуть голову. Раф накрыл её ладони на своём солидном пузе своими. Ему будто были приятны подобные жесты. Мне показалось, он хотел ей ещё что-то сказать, но заметил меня. Флейм тоже повернула голову, продолжая держать большой живот шерифа. Парню будто было тяжело самостоятельно справляться с наеденным брюхом, и рыжая решила благородно ему помочь, поддерживая пузо, смещавшее центр тяжести.

— Здрасьте. Пардон, что подслушал, я не специально, — сказал я.

— Бывает, — пожала плечами София, отпуская Рафаила. Мне наверное послышалось, но кажется, тот аж тихонько охнул от тяжести своего живота. — Я сейчас уйду, разговаривайте.

Она подошла к шкафу с папками и стала вынимать некоторые, а Рафаил устремил всё внимание ко мне.

— Что случилось? — спросил он, садясь в кресло. Интересно, если он простоит слишком долго, у него отдышка начнётся?

— Помните, вчера вы к нам приходили?

— Да вроде склероза у меня нет, — фыркнул он. — Помню.

— Вот, и этой ночью я слышал вой, выстрелы и какие-то вопли.

Он поджал край губ.

— Насчёт этого не беспокойтесь, это отстреливали волков.