Читаем Завещание рыцаря онлайн бесплатно

Эта книга была первой, написанной мною не в струю долго и тщательно разрабатываемой темы (см. эссе «Герои моего времени») — и, в сущности, первой книгой, посвящённой окружающей нас, реальной, жизни. Конечно, я писал её, глядя на мир через розоватые очки. Но с другой стороны — я писал просто классическую приключенческую книгу для подростков — какую сам хотел бы прочитать в 12–14 лет. И я думаю, что в этом ракурсе книга вовсе неплоха. А хотя — оцените её сами. Это будет лучше всего.

Не имеет никакого смысла пытаться восстановить путь героев книги по картам и тексту — большинство географических названий и местоположение населённых пунктов изменены. Версии о присутствии на территории России Святого Грааля, существовании крепости Краевая и клада, вывезенного из неё во времена нашествия монголо-татар — полностью вымышлены автором.

НО КЛАДЫ ВСЁ-ТАКИ СУЩЕСТВУЮТ.

УДАЧИ!!!

Главное — что?

Главное, если вам кажется, что за вами следят, не пытайтесь себя убедить, что это вам КАЖЕТСЯ.

Конечно, может итак статься, что ваша крыша, и без того расшатанная многочисленными прочитанными книжками, наконец-то не выдержала постоянного и напряжённого контакта с «виртуальной реальностью» и поехала в сторону мании преследования с просто-таки угрожающей скоростью. Просто не надо было покупать и читать по ночам «ОНО» Стивена Кинга. И всё было бы в порядке.

Но с другой стороны — расслабляться в наше время тоже не рекомендуется! Я вот читал где-то (не помню, где) про одного английского «командоса» (настоящего, не из кино), который с 39-го по 45-й воевал с фашистами в Африке и Европе, наполучал кучу наград, ни разу не попал в плен, ни разу не был ранен… Короче, был спец высшего класса. А уже после победы приехал к себе домой, расслабился и… поскользнулся на банановой кожуре на тротуаре. Хряпнулся черепом и умер. Вот так бывает даже в мирное время! Хотя меня и сомнение берёт — где же это он нашёл в Англии банановую кожуру на тротуаре? Это у нас — да… но с другой стороны, у нас народ так наловчился, что даже в гололёд травм не так уж много. Иммунитет выработался… или рефлекс? Не знаю точно, как называется, но только нашего человека с ног банановой кожурой не собьёшь!

Да… о чём это я? Это моя беда. Начинаю о фильме «Звёздный десант», а через минуту ловлю себя на том, что пересказываю собеседнику Библию с комментариями собственной выпечки. Евангелие от Андрея. Апокриф, блин!

А началось это вчера вечером…

…Жить одному — вовсе не так весело, как может показаться. Да, никто не стоит над душой с разными мелочами типа «вынеси мусор» или «что собираешься делать вечером?». И это как раз здорово. Но и поесть никто не приготовит, куча мелочей ускользает из поля зрения, и в самый неподходящий момент обнаруживается, что кончился маргарин и не на чем даже поджарить колбасу.

А поджарить её просто необходимо. Во-первых, потому что хочется жрать. А во-вторых — колбаса куплена позавчера, всё это время пролежала забытая на подоконнике и в результате как-то противоестественно выглядит. Вот и задумаешься — а стоило ли так радоваться самостоятельности? И надо ли было так прыгать в душе, когда мама шесть дней назад уехала по путёвке от профсоюза в дом отдыха под Тамбов?

Усугубляла хорошее настроение погода. Жара была одичалая, прямо-таки невозможная в наших местах. Начало июня, а леса уже кое-где горят, на сельских дорогах удушливо пахнет синеватым дымком пожаров, и ты словно не идёшь, а проталкиваешься плечом вперёд через разогретую вату. На речке, прудах и озерках, которых полно вокруг нашего городка — народу столько, что вода выплёскивается, как из архимедовой ванны. Только вот с криком «эврика!» никто не бегает. Какое там бегать — только дома сидеть в трусах и с полотенцем на шее. Читать и слушать Высоцкого — два моих любимых занятия. Думайте, что хотите.

Но маргарин-то всё равно был нужен. И я, содрогаясь, влез в одежду, что-бы отправиться в круглосуточный магазин, расположенный аж в полукилометре от нашего дома.

Если бы не эта чёртова колбаса… Сколько раз потом я клял себя, что не скормил её Геббельсу — нашей с мамой кавказской овчарке. Он-то всё сожрёт. И даже без маргарина. Только с другой-то стороны — останься я в тот вечер дома, и не было бы ВООБЩЕ ничего. А это ещё хуже того, что было.

Короче говоря, я двинул в магазин. А чтобы сократить путь и не так мучиться по жаре — пошёл не улицами, а через кладбище. В смысле — через старое. Я там люблю бывать. Нет, честное слово! Может, это и немного кощунственно, только я его рассматриваю скорее как большой, тенистый и очень спокойный парк… Так вот, если кладбище пройти наискось, мимо церкви, то через дыру в дощатом заборе можно попасть на городской стадион, место насквозь знакомое — там наш класс, сколько себя помню, проводит каждый второй урок физры. А за стадионом — магазин. И маргарин в нём.

В десятом часу вечера на кладбище, конечно, никем и не пахло. Только сиренью. Я шёл по тропинке между могил и — под влиянием обстановки! — вспомнил, как вчера московский патриарх отслужил молебен с грандиозным названием: «О спасении образования в России и ниспослании просветления российскому правительству». Взрослые люди, но иногда ляпнут такое, что я бы умер со стыда. А они ничего, живут. Даже страной управляют. Вот тут и спросишь себя — как из таких балбесов, как мы, получается такой мудрый народ, как наш?

К религии я вообще отношусь… да никак не отношусь. Сам некрещёный, хотя это сейчас и немодно. Дед мой был секретарём парторганизации нашего городка, он и не дал крестить, тогда с этим было строго. А я сам и не стремлюсь. Ну не верю я в бога, не понимаю веры, а уж тем более — моды на неё! Может, тут свою роль моё увлечение историей сыграло? Любить-то я её всегда любил, но года два назад с подачи нашего нового учителя серьёзно увлёкся. А уж когда историей вплотную займёшься, то трудно как-то в бога верить. Попробуйте! Сразу поймёте, почему… Но церковь наша, эта, на старом кладбище, мне нравится. Хотя она не очень большая и даже по масштабам нашего городка не особенно старинная — построена в 1837 году, а самому Фирсанову Екатерина Великая даровала звание города в 1779-м. До этого было просто село Фирсаново — в честь основателя, первопоселенца ХVII века Фирса Зубатина… Был в Фирсанове собор — красивый, я фотографии видел — но его рванули в 30-е, а на его месте отгрохали кинотеатр «Россия», который тоже пора взрывать — из-за нерентабельности. Кому он нужен, если в каждом третьем доме видак, а в каждом первом принимают шесть передач из центра и местный коммерческий канал? Наш историк говорил, что, когда он был в нашем возрасте (где-то вторая половина 80-х), то в кинотеатре было не протолкнуться, даже скамейки из фойе вносили! Интересно было бы посмотреть…

Опять меня куда-то в сторону унесло. Ладно, будем считать, что я вас просто немного познакомил со своим городом…

…Вот тут-то, на кладбище, недалеко от церкви, я и почувствовал, что за мной следят. У одного моего приятеля старший брат был в Чечне, он-то и говорил про это ощущение — словно в тебя уперся тупой, холодный нож. Как раз вот такой нож я ощутил между своих лопаток.

Говорят, в таких случаях ни в коем разе нельзя оглядываться. Я просто пошёл быстрее, но нервы всё-таки не выдержали — я оглянулся.

Ни о какой ошибке речи не шло. Вариантов тоже не было — метрах в двадцати за моей спиной неспешно чапал по той же тропинке невзрачный мужичонка лет 35–40. Невысокий, в спортивном костюме и растоптанных кроссовках уже совершенно неопределимой фирменной принадлежности. И я застал его врасплох — он быстро отвёл взгляд и, замедлив шаг, уставился на ближайшую могилу. Даже лицо скорбное сделал — с понтом, отыскал безвременно почившего родственника. Я отвернулся и прошёл ещё метров тридцать.

Мужик шёл за мной.

Надо сказать, я немного забеспокоился. Или, если честно, забеспокоился довольно сильно. Или — если совсем уж честно — перетрусил. Что если этот тип — маньяк вроде Чикатилло и тут, на кладбище, выбирает себе новую доверчивую жертву? Или, может, он некрофил — тогда ему самое место на кладбище! Правда, тогда, кажется, мне ничего не грозит. Но что если сначала он превратит меня того… в «некро»? Сейчас подойдёт и скажет: «Парень, помоги гроб опустить в могилу…» НЕТ, ОПРЕДЕЛЁННО ОН НА МЕНЯ СМОТРИТ! Советы по ОБЖ вихрем взметнулись у меня в голове, превратились в какой-то бессмысленный калейдоскоп, к ситуации совершенно неприменимый…

Погоди, Андрюшенька. Ты так совсем рехнёшься. Какой Чикатилло, какой гроб, какой некрофил? Может, это просто мирный селянин, приехал из деревни навестить покойную бабушку, а на тебя косится потому, что ты мешаешь ему предаваться тихой скорби…

Но на лице «селянина», когда я в очередной раз оглянулся, не было и следа тихой скорби. Скорее — явный нездоровый интерес ко мне. Он смотрел внимательно и оценивающе, словно прикидывал, сколько сможет за меня содрать со среднеазиатского плантатора или саудовского шейха.

Я вообще-то достаточно крепкий парень. Четыре года занимался боевым самбо, бросил совсем недавно, со мной не всякий взрослый мужик справится… но при всём при том я до боли мнителен и массу энергии трачу на то, чтобы это скрывать. Надо сказать — успешно, в классе я заработал себе репутацию «железного парня», у которого над ухом стрелять можно — он и глазом не моргнёт. Но это так, маска…

«Заорать, что ли?…» — тоскливо подумал я. Но тут же понял, что любой нормальный человек, услышав в 9.30 вечера дикий крик на кладбище, наверняка помчится… но не на помощь, а как можно дальше.

Маньяк-некрофил-работорговец вдруг мотнул головой, отвернулся и неспешно повернул на параллельную аллею.

От облегчения у меня ослабели ноги и зашумело в ушах. Вот ведь идиот, а?! Конечно, он просто меня за кого-то принял. И, естественно, всматривался. Разглядел, что это не его знакомый и пошёл по своим делам! Переведя дух, я уже вполне бодро зашагал к забору…

…Когда я шёл обратно, стадион был по-прежнему пуст. С травы, которой местами поросло футбольное поле, при каждом шаге поднималась серая пыль. Окна в вагончиках-раздевалках поблёскивали ярко-алым светом заката.

Я не спешил. Во-первых, потому что жара не спадала. А во-вторых, по-тому что спешить было некуда. Спать — рано, читать — не тянет, по телику — очередной штатовский «дефектив», терпеть их не могу. Оставалось лишь поесть и выбирать — всё-таки лечь спать или отправиться к кому-нибудь из приятелей, если только они уже притащились с речек и прудков и ещё не утащились на дискотеки. Вот ещё бред — какие дискотеки в такую погоду?!

Именно потому, что я шёл медленно — а у дыры ещё и задержался, чтобы напоследок оглянуться на пустынный стадион — именно поэтому я и услышал то, что услышал. Сразу за забором, у дыры, разговаривали два человека. И первые слова, долетевшие до моего слуха, были:

— И концы в воду. Мало ли кто его мог убить?

Я остановился сразу же. Благо, реакция у меня хорошая. И слух тоже. Быстро, но плавно сместился в сторону от дыры, мельком отметив, что солнце на закате светит С ТОЙ стороны забора, и значит моя тень в щелях между досками не появится. Правильней всего было бы тихонько убраться со стадиона на улицу и жать домой… но я остался. В тот момент — из чистого любопытсва.

Голоса продолжали звучать — рядом, говорившие стояли точно у самого забора.

— Но это точно не он?

— Говорю же тебе, Сергеич, обознался. Пацан похожий, но не он.

— Смотри… Дело такое. Он, гад, шустрый, вспомни, как в Питере нас наколол?

— Сергеич, кто ж знал, что у него мотоцикл будет?

— Смотри…

— Значит, прямо сегодня, Сергеич? Во сколько?

— Да прямо сейчас. Он к порядку приучен, по ночам нигде шариться не станет. Небось, уже у себя сидит, прибыль подсчитывает…

— Какой у него номер-то, напомни?

— У тебя, Витька, не память, а…

— Такть я университетов не кончал.

— Да при чём тут университеты?… Пятьдесят первый у него номер.

— А, точно, точно, вспомнил! Ну, ладно, чего ждать? Пошли к Ольке, дуру заберу, да и пойдём.

— Попалят нас с этой дурой твоей когда-никогда, Витёк.

— Привык я к ней, Сергеич… Да и чего, твоим ножиком его пугать? Не забоится, не таковский.

— Зачем пугать? — голос Сергеича стал вкрадчивым, а у меня по коже побежали мурашки.

— Откроет, ты его сразу мочи в фанеру. И дави к полу. А я по горлу, он и вякнуть не успеет. Ну а потом припрячем где-нибудь.

Наступила тишина. Потом я услышал какой-то тихий сип, и голос Витька.

— Ты что?! — он даже пискнул. — За пацана, да ещё иностранца! Пожизненное дадут, не фик делать!

— А чего ты трясешься? — презрительно и сердито спросил Сергеич. — Мало ты их кончил?

— Пацан же…

— Ведь договорились!

— Сергеич, я ж думал, ты шуткуешь… Нафик его убивать?! Пугнём, бумаги хапнем…

— …а потом на Колыму, когда он на нас покажет? Нечего и затеваться. Да не дёргайся ты так! — прикрикнул Сергеич. — Мы его сюда не звали, сам сунулся, ну и… это ж не их Европа, где фараон на каждом углу. Это Россия, понимать надо! Пошёл в лес и в болоте утоп, ну и дело с концами, а концы в воду… хе-хе! — он меленько, гадко захихикал. — Вся ООН не найдёт.

— Тоже верно, — явно повеселел Витёк. — Мы ж ему всё по-честному предлагали, скажи?

— Ну… Пойдём, что ли, свечку поставим за упокой души малолетка?

— Да зачем, Сергеич? Он же это… нехристь, лютеранец.

— Лютеранин, дурак. И не лютеранин, а англиканин… Но тоже правильно.

— Грехи наши… — вздохнул Витёк. Наступило глубокомысленное молчание. Я, почему-то, был уверен, что они крестятся на церковь и ощутил приступ тошноты, до того мерзко это было. Вдобавок меня охватило болезненное желание, непреодолимое, посмотреть на этих… людей. Так бывает во сне, в кошмаре, когда знаешь — нельзя смотреть, но смотришь.

Очень осторожно я выглянул за край щели, почти уверенный, что уже замечен, и эти двое сейчас стоят по ту сторону и смотрят на меня.

Они в самом деле смотрели… но на церковь. А я почти не удивился, увидев моего знакомого некрофила в спортивном костюме. Почему-то я сразу подумал, что это и есть Витёк (будущее показало, что я не ошибся). Рядом с ним стоял плотный, уже немолодой здоровяк с лицом самым обычным, даже скорее располагающим, и одет он был прилично, в дорогой костюм, не то что эта помесь Тараса Бульбы и Крысы Шушеры.

Пока я их разглядывал, эта парочка, так и не обернувшись, зашагала по аллее к выходу с кладбища. Я ещё какое-то время тупо смотрел в удаляющиеся спины, потом резко отпрянул и привалился к забору.

В сознательные борцы с преступностью я не гожусь, наверное. Просто не знаю, с какого конца за это браться. Да и нет у нас в городке никакой особенной преступности, только драки по пьяной лавочке, кражи кур с поросятами и кое-когда — изъятие шмали типа конопли или Госпожи Мари Хуаны. Но если вот так… на ваших глазах сговариваются убить человека — по-моему даже полный трус или совсем равнодушный побегут предупредить. Тем более, что никакой опасности в этом нет.