Читаем Затишье онлайн бесплатно

Лауреат Ленинской премии мира Арнольд Цвейг известен советскому читателю как один из крупнейших немецких писателей XX столетия.

Арнольд Цвейг начал печататься еще в начале нашего века, и вскоре имя его стали называть среди имен лучших прозаиков-реалистов, выдающихся мастеров немецкого романа.

В 1914 году Арнольд Цвейг был призван в армию. Солдатом строительного батальона прошел он тяжкий путь войны — от сербского фронта и Вердена до Литвы. Домой он вернулся, почти утратив зрение. С тех пор он стал писателем преимущественно одной темы, которую история нашего столетия сделала особенно важной и существенной для всего человечества. Эта тема — разоблачение кровавой агрессии и борьба с войной.

У себя на родине и далеко за ее рубежами Арнольд Цвейг известен прежде всего как создатель монументального цикла романов о войне 1914 года, которому он дал ироническое и горькое название «Великая война белых людей».

Появление этих романов в период Веймарской республики и позднее, во времена господства гитлеризма, когда Арнольд Цвейг был вынужден эмигрировать из Германии, явилось важным событием на фронте идейной борьбы в немецкой литературе 20-х и 30-х годов. То были годы расцвета милитаристской реакционной литературы. В бесчисленных шовинистических романах прославлялась политика германского империализма, псевдогероизм вдохновителей и руководителей первой мировой войны, проповедовалась идея реванша. «Дранг нах остен» — «стремление на восток», призыв к интервенции в Россию и к мировому господству составляли главное содержание этих милитаристских и фашистских книг.

Против этой безудержной пропаганды, которую вели подстрекатели к новой войне, выступили наиболее передовые и революционные немецкие писатели, и Арнольду Цвейгу принадлежит почетное место в их рядах.

Широкая эпическая объективность романов Арнольда Цвейга, содержащаяся в них суровая критика империалистической агрессии, германской военщины и всех сторон жизни немецкого буржуазного общества явились творческой и политической заслугой Арнольда Цвейга, опубликовавшего в те годы большую часть своего цикла, романы: «Спор об унтере Грише» (1927), «Молодая женщина 1914 года» (1931), «Воспитание под Верденом» (1935), «Возведение на престол короля» (1938).

В немецкой литературе нет другого художественного произведения, где бы так глубоко и разносторонне изображалась Германия 1914–1918 годов, как в «Великой войне белых людей». Не случайно первая из этих книг («Спор об унтере Грише») была воспринята читателем как рождение прогрессивного антивоенного немецкого романа. Для самого же Арнольда Цвейга, гуманиста и борца-антифашиста, этот роман явился не только ключевым произведением ко всему циклу, но и началом той борьбы за мир, которой вот уже более тридцати лет отдает свою жизнь писатель.

«Вначале, — говорит Арнольд Цвейг, — я не собирался писать продолжения к „Унтеру Грише“… Продолжение возникло, только когда я осознал, что мой роман будит в читателе вопросы, не возникавшие у него до чтения книги, — и самый основной из них: как могли мы оказаться участниками войны, в которой человека, подобного Грише, убивает аппарат военной власти, хотя множество людей, окружавших Гришу, сделали все, что могли, для его спасения. Вот тут-то я и начал копать все глубже и глубже, а с 1929 года я уже не отрывался от этого занятия. За прошедшие годы я написал много других романов, новелл, статей и пьес. Но работа над циклом „Гриша“ все продолжалась и продолжается по сегодняшний день».

За те тридцать лет, в течение которых Арнольд Цвейг работает над своими романами о первой мировой войне, во взглядах и мировоззрении писателя произошли чрезвычайно глубокие изменения. Когда Арнольд Цвейг приступил к осуществлению своего замысла, он во многих вопросах был еще в плену у идеалистических концепций. Природа возникновения империалистических войн была для него далеко не ясна. «Я был тогда еще утопическим социалистом», — говорит Арнольд Цвейг. Подобно его собственным героям, писатель проделал длинный и трудный путь, прежде чем вплотную приблизился к правильному пониманию природы империалистических войн, сумел распознать исторические и социальные причины, обусловившие трагедию миллионов людей, ввергнутых в кровавую бойню.

Романы Арнольда Цвейга о «великой войне белых людей» рассказывают об опыте прошлого. Но он так важен для нашей современности, что романы эти приобретают все более злободневное звучание. В них встает яркая картина империалистической Германии. Проникнутые ненавистью к строю, который порождает все новые и новые кровавые агрессии, они призывают к борьбе за мир против угрозы третьей мировой войны. Разумеется, не все романы, вошедшие в эпопею, равноценны. Более поздние из них отмечены чертами большей политической зрелости, чем те, которые появились на рубеже между 20-ми и 30-ми годами. Этим объясняется и то, что писатель в разных произведениях возвращается к одним и тем же явлениям, одним и тем же ситуациям, рассматривая их со все более ясных и верных точек зрения.

В романах Арнольда Цвейга нет грандиозных батальных сцен, нет в них и протокольно точного описания военных событий. Но в них действует необозримая людская масса, и перед читателем проходят пестрой вереницей самые различные люди, от промышленных и банковских магнатов до рядовых немецких солдат — рабочих и крестьян в серо-зеленых шинелях, — которых руководители империалистической Германии превратили в пушечное мясо для кровавой мясорубки.

Богатство образов и людских судеб придает произведениям Арнольда Цвейга особую полноту. Самый мелкий эпизод, самые незначительные люди, описываемые романистом, оказываются связанными с большими событиями и центральными конфликтами эпохи. Эпический писатель Арнольд Цвейг показывает маленьких людей и маленькие события в больших взаимосвязях.

В своих романах писатель не только изобразил войну 1914 года и судьбы ее участников. Он сумел показать особенности германского империализма, которые впоследствии привели Германию к фашизму и к чудовищным, зверски жестоким методам ведения войны. Вскрывая и разоблачая бесчеловечный характер германского империализма, Арнольд Цвейг противопоставил ему иную мораль, иную этику — ту этику и тот высокий гуманизм, которые несла человечеству только что выступившая на арену мировой истории молодая Советская республика.

Есть одна особенность романов Арнольда Цвейга о войне, особенность, чрезвычайно интересная для советских читателей, — в них все громче, все шире и глубже звучит тема России. Действие большинства этих книг разворачивается на территории нашей страны — в Литве, в Белоруссии, на Украине. Мы встречаем в них русских солдат, литовских партизан, белорусских крестьян. Все события, происходящие после 1917 года, связываются писателем с Октябрьской революцией в России. Отзвуки Октября в романах Цвейга заставляют острее почувствовать яркий контраст между правдой большевистского мира и кровавым, страшным, но уже обреченным миром империализма. События, которые развиваются по другую сторону фронта, новая жизнь, которая рождается там из пепла и дыма пожарищ, приобретают огромное значение для всех народов мира, еще погруженных в мрак и ужас войны. Советская Россия, как огромный сверкающий маяк, указывает им путь к новой жизни.

Создавая свою эпопею, писатель ставил себе не только задачу показать причины и следствия «великой войны белых людей». Его основная цель — и он приближается к ней все больше, по мере разрастания его эпоса — полное разоблачение «тайны» войны.

Вскрыть незримые пружины, при помощи которых империализм приводит в действие силы агрессии, — вот та мысль, которая проходит сквозь все романы, соединяет и объединяет их.

Роман «Затишье», с которым сейчас знакомится советский читатель, рисует обстановку, сложившуюся на русско-германском фронте к моменту заключения перемирия в Брест-Литовске.

В маленьком литовском городке Мервинске, в штабе генерала Лихова царят бездействие и затишье. Русское радио передало известие о том, что Председатель Совета Народных Комиссаров Владимир Ильич Ленин обратился с предложением ко всем воюющим сторонам заключить мир. Мир без аннексий и контрибуций. Надежда на скорое завершение войны овладевает солдатами и многими офицерами германской армии. Центр жизни мервинского штаба перемещается в канцелярию унтер-офицера Гройлиха, где принимают известия, поступающие по радио и телеграфу.

При штабе в качестве писаря находится и молодой писатель Вернер Бертин, прошедший годы войны как нестроевой солдат. Вернер Бертин уже знаком нам по предыдущим романам Арнольда Цвейга. Это любимый герой писателя, его автопортрет. Изображая формирование личности Бертина, Арнольд Цвейг изображает путь лучшей части немецкой интеллигенции, пришедшей к единению с рабочим классом, включившейся впоследствии в борьбу за свободную демократическую Германию. Будет ли заключен мир? Вот вопрос, волнующий всех. Помогая своим друзьям коротать томительное время ожидания, Вернер Бертин делится с ними своими воспоминаниями о только что пережитых военных годах.

На фронте наступило затишье, но война еще не кончилась, и это подчеркнуто самой композицией романа. Роман построен, как ряд новелл, посвященных отдельным военным событиям, встречам, людям. Но в то же время роман обладает глубоким внутренним единством. Его создает образ основного героя, который проходит перед читателем в процессе своего духовного развития и идейного созревания.

Основной фон романа составляет солдатская масса, иначе говоря, крестьяне и рабочий люд, и на фронте несущая на себе всю тяжесть труда. Из рассказов Бертина мы узнаем о судьбе этой массы в горах Сербии, в боях под Верденом, на полях Пруссии и Литвы.

Еще отчетливее, чем в более раннем романе «Воспитание под Верденом», здесь представлена жестокая бессмысленность империалистической войны — кровавая мясорубка, которая перемолола лучшие молодые силы Германии и Франции. Устами своего героя Арнольд Цвейг теперь утверждает, что только русские войска, перешедшие на Восточном фронте в широкое наступление, положили конец чудовищному кровопролитию. Они заставили немецкое командование оттянуть свои дивизии от Вердена и перебросить их на Восточный фронт. Судьба битвы на французской земле, — подчеркивает Арнольд Цвейг, — была решена в далекой России.

Заставляя своего героя вспоминать о множестве уже забытых людей, бессмысленно погибших под Верденом, Арнольд Цвейг показал, что в их судьбах, как в капле воды, отразилось положение маленького человека в империалистической Германии. Поэтому такое значение приобретает рассказ Вернера Бертина о Кристофе Кройзинге, убитом по воле его командования за то, что он осмелился вступиться за солдат и разоблачить темные махинации офицеров, обворовывающих своих подчиненных. В отместку начальство отправило Кристофа Кройзинга на тот участок фронта, где он неизбежно должен был погибнуть. Перед смертью он успел рассказать свою историю Вернеру Бертину. И последнее письмо юноши, пропитанное его кровью, хранится в походной сумке Вернера Бертина, стучит в сердце писателя, взывает о возмездии.

Раскрывая перед своими слушателями жестокий произвол и презрение к человеку, которые царят в прусском государстве, в империалистических государствах вообще, Вернер Бертин все вновь и вновь вспоминает русского унтера Гришу Папроткина — героя романа «Спор об унтере Грише», — томившегося в немецком плену. Узнав о том, что в России революция, Гриша бежал из плена и, заручившись документами на чужое имя, попытался перейти линию фронта. Однако в последнюю минуту попытка его сорвалась. Гришу задержали, привлекли к военно-полевому суду и приговорили к смертной казни. И хотя очень скоро личность Гриши была установлена и суду стало ясно, что вынесенный приговор должен быть отменен как незаконный, и хотя в спор об унтере Грише включилось множество людей, старавшихся во что бы то ни стало его спасти, в высших инстанциях решили, что отменить уже утвержденный приговор невозможно, и Гриша был расстрелян.

Факты бессмысленной жестокости и вопиющей несправедливости навсегда запечатлелись в сознании Вернера Бертина. Ему вновь вспоминается верденский фронт, тяжелая работа дорожно-строительных отрядов. Солдаты-нестроевики тащат огромный груз в гору, а прискакавший офицер заставляет их застыть на месте и удерживать на плечах непосильную ношу, только чтобы заснять эту картину и хвастать потом интересными военными фотографиями. А вот офицерик, у которого еще молоко на губах не обсохло, орет на Бертина за то, что тот, занятый тяжелой физической работой, не отдал ему чести по установленной форме.

Каждое из этих переживаний, о которых вспоминает Бертин, заставляло его все больше убеждаться, что в прусском государстве, в прусской армии попираются самые элементарные человеческие права.

«Что вы здесь ищете, что здесь вы потеряли?» — эта тема из его любимого произведения Шуберта все время звучит в душе Бертина, напоминает ему о вопиющей беззаконности пребывания немецкой армии на чужой земле. И он снова мысленно видит измученных пленных французов под Верденом, которых в зной, под жгучими лучами солнца вели мимо немецких офицеров. Движимый состраданием, Бертин дал пленным напиться из своего котелка, и за этот «непатриотичный поступок» начальство послало Бертина на один из самых опасных участков фронта, где у него почти не было шансов остаться в живых.

Эпизоды, о которых рассказывает Вернер Бертин, которые о многом напоминают и о многом заставляют задуматься его слушателей, послужили вехами на пути его духовного и идейного воспитания.

Гуманист и романтик, человек кабинетного труда, Вернер Бертин, как и сам писатель, создавший этот образ, явился на фронт с представлениями о мире и войне, которые он почерпнул из семейных традиций, из классической немецкой философии, из романтической литературы и религии. Он отправился на войну в твердом убеждении, что империалистическая Германия защищает правое дело, ведет войну справедливую.