Читаем Засланец онлайн бесплатно

Герман Гагарин

Засланец

Запах лжи.

Запах засады.

Запах измены.

Мой нос не обманешь. Ночные джунгли дышат в лицо гнилью, они охватывают поселок фосфоресцирующим кольцом. Черные пятна на их фоне – силуэты бараков и складов, строительных комбайнов и башен защитного периметра. Со стороны стройки несет битумом, а со стороны машинного двора – пылью и не успевшим остыть после адского дня железом. Но я все равно чую предательство. И этот смрад заставляет меня свирепеть.

Под сапогами хрустит гравий; улицы поселка пустынны в ночной час. Бесшумно проносятся в вышине крылатые создания, не имеющие ничего общего с птицами.

Не темно. Туманный сумрак течет по хаотично расположенным улицам, откатываясь волнами от редких фонарей. Над джунглями висит Корона – здешняя луна, щедро озаряющая этот погрязший в предательстве и лжи мирок золотистым светом.

Лежащий на боку цилиндр – командный центр колонии. Над ним темнеет диск антенны космической связи. У дверей стоит часовой из службы безопасности падишаха. На нем комбинезон цвета хаки, бронежилет, металлопластиковый шлем с поднятым забралом. В руках – автомат.

Увидев меня, часовой вытягивается по стойке «смирно». Он поджимает губы и не смотрит в мою сторону. Боец не смеет меня задерживать или задавать вопросы, ведь личный курьер падишаха волен поступать так, как велит ему долг. Личный курьер подотчетен лишь государю.

– Кто внутри? – спрашиваю, чтобы проанализировать реакцию часового.

– Только дежурные, – скороговоркой отвечает тот, и запах измены становится еще ощутимее.

– Открыть, – приказываю я.

Часовой проводит ладонью над замком, створки двери бесшумно разъезжаются в стороны.

Я вхожу в командный модуль. В тесном, заставленном разнообразной аппаратурой зале сильно накурено. Дежурная смена – лейтенант с бледным лицом и усталыми глазами, двое бритоголовых рядовых – сидит за мониторами, на которые выводятся данные радиолокационных станций и датчиков защитного периметра.

Колонисты могут спать спокойно, ничто не угрожает поселку. Не надвигается лавиной стая ночных хищников, не собирается рухнуть на бараки сбившийся с курса челночный корабль, метеоритные дожди тоже не предвидятся, равно как и вспышки на местном солнце.

Только все здесь отравлено метастазами предательства.

Моя миссия обречена, почти провалена.

Дежурные вскакивают, замирают, вытянувшись по стойке «смирно».

– Командир смены Веласкес, – спохватившись, представляется лейтенант. – За время дежурства происшествий не было.

– Вольно, – я прохожу мимо лейтенанта и рядовых. Стартовая капсула закрыта целлофаном, кто-то не раз прожигал темную пленку сигаретами. Я сбрасываю целлофан, запитываю пульт. Разворачивается голографический интерфейс. Краем глаза вижу, что дежурные продолжают стоять, на лицах их тревога, граничащая со страхом.

Открывается дверь рубки связи. На пороге – сам падишах Сципиона, Короны и Прилегающих Планет Джозеф Стаффорд. Рука об руку с государем Крыса – шеф службы безопасности, за ним – четверо гвардейцев в полной выкладке.

Я уже стою, повернувшись к ним лицом. Держу в обеих руках по пистолету.

Стаффорд отшатывается, будто я ударил его по холеному лицу. Шеф безопасности застывает, он понимает, что не успеет поднять пистолет. Гвардейцы тоже замирают, дула их автоматов смотрят в разные стороны.

Эти люди настолько уверены в своей абсолютной власти и безнаказанности, что моя прыть и готовность сражаться застают всех врасплох.

– Стоп! – сдавленно командует падишах.

– В призраков стрелять бесполезно, – говорю, отмечая, что дежурные тоже готовы взяться за оружие. – Ваши люди убедились в этом на собственном опыте.

На самом деле мне чудом удалось вырваться из-под обстрела; руины Сверчков в джунглях охранялись куда лучше, чем я мог предположить. Обкурившиеся опиатами головорезы Крысы поливали меня свинцом, но я, очевидно, или двоился, или троился в их глазах.

Падишах и шеф безопасности обмениваются молниеносными взглядами. Значит, наслышаны. Вот и славно.

– Опустите оружие! – приказывает Стаффорд. – Все!

Ему подчиняются. Еще бы, ведь он – царь и бог в этой солнечной системе.

– Мистер Эскобар, – говорит падишах. – Неужели вы недовольны оказанной вам честью? Такая головокружительная карьера: от простого ефрейтора до личного моего курьера…

Стаффорд хохотнул: ему понравился собственный каламбур, но подданные его не поддержали. Они слишком меня боялись.

– Призраки за чинами не гонятся, – говорю я.

Дурацкие, ничего не значащие слова, но мне нужно потянуть время. Миссия провалена – теперь это уже не ощущение, а реальность. Но с чего бы Стаффорд притащил свой жирный зад из столицы с золотыми минаретами в этот отдаленный аванпост? Что-то ему от меня нужно… Наверное, еще больше власти, еще больше могущества, еще больше информации. Впрочем, какая мне теперь разница? Миссия провалена, а следовательно, пришла пора вернуться на Землю.

– В призраков стрелять бесполезно, – говорит, оживляясь, Стаффорд; он пытается овладеть ситуацией. – Призраки за чинами не гонятся. Быть может, с призраками можно договориться? По-человечески? Нам только нужно знать, на кого ты работаешь…

– Призраки – не люди. И те, на кого я работаю, тоже, – отвечаю я, думая о том, что мне не позволят упаковаться в капсулу.

Что ж, тем хуже для них. Призраки могут стартовать и без капсулы.

И я позволяю пламени, дремлющему внутри меня, разгореться в полную силу. Я вижу, как вытягиваются лица падишаха и его подданных.

Да, зрелище не для слабонервных: обычный с виду человек, из плоти и крови, тускнеет, словно древняя видеозапись, покрывается мелкой рябью…

Крыса что-то кричит, указывая на меня. Гвардейцы стараются заслонить падишаха своими телами. Но все бесполезно.

Зал заливает яркий свет. Люди вскидывают руки в тщетной попытке защититься от испепеляющего жара…

Полностью поглотить энергию джантации может только капсула. Недаром я употребил все свое влияние, чтобы ее изготовили на местном заводе. Не ради своего удобства, а для безопасности этого городка предателей и лжецов.

А они вздумали ловить призрака голыми руками…

Глава 1

…Тень убили. Я должен выяснить, кто и зачем это сделал…

Ливень грохотал по широким, твердым, как жесть, листьям. Под тяжестью его струй листья давали крен, и тогда сверху обрушивались каскады воды. Не прошло и пяти минут, как она смыла с меня белесые комья квантового геля, и я остался совершенно голым.

Один. Ненастной ночью. В лесу. На большой луне под названием Дождь, которая обращалась вокруг газового гиганта Бриарей в системе желтой звезды, похожей на Солнце.

Холода я не боялся. Не боялся одиночества и ночного леса. Нужно было действовать. Для начала найти безопасное и, желательно, сухое место. Переждать ночь. А утром будет видно.

Я поднялся с четверенек. Мне было худо, голова кружилась, сердце галопировало, грозя разорвать грудь. От меня исходил пар, и если бы кто-то увидел со стороны окутанную дымкой фигуру, то непременно бы подумал, что это – привидение, неупокоенная душа.

Я и был призраком, пришельцем из другого мира.

В ушах все еще звучали голоса. Монотонно бубнили служители Лаборатории джантации, устраивая меня в стартовой капсуле. Старший агент Ник Брагинский – оперативный псевдоним Мрак – повторял инструктаж:

– Схрон под Левым Рогом. Не перепутай, Сайрус: под Левым, а не под Правым. На месте поймешь, что я имею в виду…

Слушая Брагинского, я глядел в ячеистый потолок, который медленно наливался сиреневым светом. Я готовился покинуть Землю, и, быть может, навсегда.

Вспышка. Мгновенный пространственный спазм. И вот я более чем в сорока пяти световых годах от Земли. В промозглой ночной чащобе чужого мира…

Я выставил перед собой руки и побрел, поминутно спотыкаясь, туда, где в стене леса виднелся багровый просвет. Под ноги подворачивались корни – мокрые, скользкие. Ветки так и норовили хлестнуть по глазам. Но я упрямо шел вперед и чувствовал, что с каждым шагом ко мне возвращаются силы.

Постепенный «перезапуск» организма – обычное следствие джанта. И если в первые тридцать минут чужая планета не убьет призрака, то в последующем он станет хозяином положения. Судя по ощущениям, мне оставалось не более четверти часа немощного состояния. Я молил Навигационную Карту помочь осилить эту четверть. Уберечь от рыскающих в мокром подлеске шерстней, приглушить вечный голод, терзающий бредунов, убрать с дороги стыдливца, настырного и беспощадного, будто уличный бандит в Тоннельном городе.

Лес поредел. Отдельные стволы, а не сплошная чаща. Временами мне казалось, что я все еще на Земле, изучаю мыслезаписи своих предшественников, формирую в сознании устойчивый образ того места, куда предстоит перенестись, прорвавшись сквозь ткань пространства. Мне чудилось, что лес – лишь изображение на снимке. Но потом морок отпускал, и я оказывался в объятиях влажного сумрака, который нельзя было запечатлеть. Его можно было лишь ощутить дыханием и кожей…

Я выбрался на опушку. Ливень только усилился, но сквозь его стеклянные заросли проглядывала равнина, залитая багровым светом. Пожар? Что может гореть в такой сырости? И в следующее мгновение понял, что: над пустошью восходил Бриарей. Свет планеты-гиганта лился из-за туч, смешиваясь со струями воды. И в этом неверном освещении я отчетливо разглядел две скалы, возвышающиеся над болотистой равниной, – будто рогатая тварь лезла из-под земли.

Под Левым Рогом Тень устроил схрон. Там была одежда и обувь горожанина, примитивное огнестрельное оружие, тесак-мачете, концентрированная пища… Ну и еще – личинки. Все – местное. Ведь призрак, будто новорожденный младенец, приходит в мир голым. В чужой ли мир, в свой ли – разницы нет. С собой он не может пронести ни единой песчинки. Только навыки, воспоминания и кошмарные сновидения.

Голым пришел я в этот мир, голым и уйду, забирая с собой только знание. И прежде всего, сведения о том, кто и зачем убил Дэна Крогиуса, оперативный псевдоним Тень.

Но сначала надо преодолеть полмили болотистой равнины, добраться до Левого Рога и вскрыть схрон. И сделать это лучше всего сейчас, не дожидаясь восхода местного солнца – звезды, которую на Земле называли Восемнадцатой Скорпиона.

Но путь оказался отрезан. Почти невидимые в багровом полумраке, на опушку выскочили двенадцать тварей, отдаленно напоминающих африканских гиен. Я почувствовал их гнилостный запах. Ночное зрение вернулось ко мне. Стали видны ходящие ходуном ребра, рыжая с подпалинами шерсть на боках, капающая с желтых клыков зеленоватая пена, нервно подрагивающие чешуйчатые хвосты. Это были шерстни. Они охотились стаями, стремительно загоняли добычу и торопливо рвали ее на куски, спеша насытиться, пока на запах крови не вышел стыдливец.

Четверть часа миновала, а значит, такая добыча, как я, шерстням не по зубам. Естественно, я не настолько самонадеян, чтобы ввязываться с ними в драку. Оступишься о предательский корень, потеряешь равновесие, и они мгновенно вцепятся в руки и ноги, повалят в гнилую лесную подстилку, вгрызутся в горло. А вот потягаться в скорости возможно. Ускорение – сверхчеловеческая способность, которой обладает каждый призрак. В восприятии шерстней я размажусь в серую полосу, они же для меня замрут как истуканы.

Я рванул с места, на бегу перемахнул через ближайшего хищника – тот прижал уши и зашипел. Я ссыпался с косогора, на котором стоял лес. Широкими прыжками помчался по равнине. Все это заняло у меня не более пяти секунд. Твари, наверное, и не поняли, куда это вдруг подевалась такая беззащитная с виду добыча. Я же мчался как ветер, разбрызгивая дождевые лужи, распугивая мелких земноводных и змей. Для всякого стороннего наблюдателя я был сейчас туманным вихрем, со свистом вспарывающим дождящую полумглу. Не человек – призрак!

Но вскоре пришлось сбавить темп. Во-первых, силы ко мне вернулись не полностью. Нынешний джант дался тяжелее, чем я рассчитывал. Во-вторых, твердая почва сменилась болотистой зыбью. Не хватало еще на полном ходу вляпаться в трясину. Сначала я перешел на нормальный бег, потом – на шаг.

Наконец, остановился, чтобы осмотреться.

Ливень ослабел. Свет Бриарея становился все ярче. Невидимый за тучами гигант неспешно выбирался из-за горизонта. Стена леса позади раздалась вширь, разбегаясь вправо и влево. А вот Рога ближе не стали…

Я потянул носом воздух. Пахло дождевой сыростью и болотной гнилью. Зверьем не пахло. Шерстни, видимо, не решились меня преследовать. Отправились на поиски менее прыткой добычи. Ну и правильно.

Внимательно глядя под ноги, я двинулся дальше. Почва с каждым шагом была все ненадежнее. Приходилось то и дело огибать заросшие ряской болотца. К счастью, притяжение Бриарея демаскировало трясину, заставляя ее подергиваться заметной рябью. Шаг за шагом я приноравливался к местности, а она – ко мне. Со временем моя ходьба сделалась монотонной. Я смог немного отвлечься и предаться посторонним мыслям. И мысли мои, само собой, обратились к Тени. Я вспомнил нашу с ним последнюю встречу. Тогда я впервые услышал о Дожде…

…Был жаркий декабрьский день. Стены Вертикалов источали зной. Смог достигал отметки в милю. Кондиционеры не справлялись – воздух, который они должны были охлаждать, не отличался от того, что снаружи.

Сначала мы с Тенью закатились в притон, где подавали холодные грезы. Но иллюзорные морозные просторы Гренландии в тот день почему-то не пошли. Они напомнили об одном ледяном мирке, где мне довелось шпионить. Цивилизация людей на Мерзлоте была сосредоточена на крохотном пятачке, отвоеванном у вечной зимы. Я три месяца проработал в забое на кобальтовой шахте, нажил мозоли, обморозился и облучился, пока не убедился окончательно, что ничего интересного для Земли я там не раскопаю.

Даром что Мерзлота обозначена на Навигационной Карте.

Выйдя из транса, я растолкал Дэна, показал грезодилеру жетон, чтобы тот не требовал платы, и потащил друга к себе.

Усадил Тень в свое любимое продавленное кресло, соорудил реальную, а не воображаемую выпивку с самым настоящим льдом, и мы наконец расслабились.

Мы болтали о пустяках, как вдруг Дэн заговорил о Дожде. Он рассказал массу удивительных вещей. Я слушал, затаив дыхание. Дэн утверждал, что Дождь – это не проклятая богами Мерзлота и даже не загнивающий Сципион. Во-первых, люди прижились на Дожде относительно благополучно. Промышленность, города, централизованное управление – пусть все это находилось на уровне тысячелетней давности, но тем не менее. Во-вторых, природа Дождя как будто была создана для человека. А в-третьих, имелись веские доводы в пользу того, что на Дожде давным-давно существовал региональный центр галактической империи Сверчков, поэтому луна Бриарея буквально кишела артефактами их цивилизации…