Читаем Записки провинциального опера онлайн бесплатно

Перед провинциальным парнем Максом стоял не особо богатый выбор, куда устроиться на работу после окончания последнего курса института. Как правило, студенты, получившие диплом, возвращались к себе на малую родину, в районный центр, так как обучались по целевому направлению и были обязаны отработать там не менее пяти лет. У Макса ситуация была немного другой. Он был родом из приличной семьи: мать – педагог, отец – машинист тепловоза. Почти отличник, он самостоятельно поступил на бюджетное отделение, хотя и не стремился обучаться на экономическом факультете. С детства он хотел быть военным; откуда возникло такое желание, было непонятно, ведь в семье не было кадровых военных, но грезил он дальними походами на подводной лодке и мечтал стать настоящим боевым офицером. Но судьба, как это часто бывает, распорядилась иначе. Поступить в военный вуз ему было не дано из-за категорического неодобрения родителей, да и поставленный ими в результате долгих переговоров ультиматум его вполне устраивал. А именно: на семейном совете постановили, что, получив высшее образование, он сможет самостоятельно принять решение – остаться работать по гражданской специальности либо поступить на службу по контракту. Соответственно, был выбран вуз, в котором была военная кафедра, чтобы, не теряя времени, не только приобрести профессию, но и получить офицерское звание лейтенанта, хоть и запаса.

Пять лет учебы пролетели незаметно, а с трудоустройством до сих пор была неопределенность. Таких же, как Макс, специалистов ежегодно выпускалось только из его института более двухсот. Понятно, что всех обеспечить работой по специальности большой город был не готов. Поэтому и пошли молодые «профессионалы» кто куда: прикормленные деканские шестерки по личной рекомендации в коммерческие фирмы на испытательные сроки, некоторые в «Эльдорадо» продавать чайники и утюги, а другие обратно к себе в колхоз поднимать целину. Максу, не оставлявшему свою затею стать военным, тоже пришлось вернуться на малую родину, чтобы обмозговать план дальнейших действий по реализации задуманного еще пять лет назад. Пришлось поработать на разных должностях: от обычного курьера до сотрудника банка, пока подвернувшийся случай не изменил его дальнейшую судьбу кардинально.

Однажды, возвращаясь на свое рабочее место после обеда, Макс обратил внимание на военный уазик, припаркованный рядом с главным входом в офис. Только он захлопнул дверь своего автомобиля и направился к двери офиса, как из уазика вышел человек в военной форме и быстрым шагом двинулся ему наперерез.

– Максим Уваров? – поинтересовался тот.

– Да, я, – ответил Макс.

– Подполковник Яременко, – представился человек в форме. – Я являюсь начальником пограничной комендатуры нашего города. В настоящий момент занимаюсь подбором кадров среди молодых людей, имеющих высшее образование, для прохождения службы по контракту. Не имеете ли вы желания послужить по контракту?

Этот вопрос был для Макса не то, чтобы неожиданным, но ввел его в некоторый ступор. В голове пронеслась мысль: «Как такое возможно?» Хотя своим видом он этого не показал, а ответил, что рассматривал вариант службы по контракту, но ему необходимо тщательно обдумать этот вопрос. Тем самым дать возможность себе определиться, не прошло ли желание следовать своей мечте и не тот ли это шанс, который сам его нашел. Попрощавшись с подполковником Яременко, Макс направился в свой кабинет, где всю оставшуюся часть рабочего дня прокручивал в голове мысли о поступившем предложении. Не зная, что уже сегодня эта история будет иметь совсем другое продолжение.

Вечером, после работы, Макс собрался ехать домой. Выйдя из кабинета, он увидел мужчину, спускавшегося по лестнице из общего зала. Как ему показалось, он уже где-то встречал незнакомца. Мужчина был в деловом костюме, в левой руке держал черную папку – такую обычно используют для хранения документов.

– Вечер добрый, – обратился он к Максу.

– Добрый, – ответил парень.

– Давай выйдем из здания и пообщаемся, – предложил мужчина доброжелательным тоном.

На улице он представился:

– Меня зовут майор Игорь Владимирович Чуркин. – Потом поинтересовался: – Не желаешь послужить по контракту на благо Родины?

«Это прикол какой-то, что ли?» – подумал Макс. Однако вслух спросил: – А не в пограничниках случайно?

Нет, – ответил Чуркин, – у нас контора посерьезней будет. Федеральная служба безопасности называется. Слышал про такую?

Макс про такую слышал, но чем они там занимаются, представлял смутно – так честно и ответил.

– Ну понятно, – сказал Чуркин. – Контора наша особо не распространяется про методы своей работы. В основном все мы там опера, и ты на должность опера будешь рассматриваться, если согласие своё дашь. Я про тебя тут справки навел, кандидатура твоя нам подходит. Отучишься на опера, служебную квартиру получишь, а там, смотри, карьера попрет и в город переберешься, в Управлении будешь работать.

Всю неделю Макс пребывал в раздумьях. Он понимал, что в случае согласия подписывает контракт и поступает на службу в органы обеспечения безопасности, что отчасти соответствовало его мечте быть военным и служить Родине – хоть и не на боевой подводной лодке, но тоже неплохо.

Переехав в другой город, Макс около двух недель в качестве стажера на должность оперуполномоченного исправно ходил на службу к 8:30 утра. Хотя службой это было назвать сложно. Документы изучать не давали, так как они имели гриф секретности, а допуск к сведениям, составляющим государственную тайну, ему должны были оформить только после обучения. Вот и заключалась работа в выслушивании историй и баек от старших товарищей оперов и выполнении мелких поручений неоперативного характера.

Обучение в институте ФСБ длилось около года. Контингент – парни со всех концов России. Появились новые друзья, сплоченные одним общим делом. Самое беззаботное время, даже если сравнивать с гражданским вузом. Стипендия слушателя, в несколько раз превышавшая заработную плату на прежнем месте работы, Макса очень радовала. Появилась даже своя маленькая традиция: после каждой стипендии ходили в одно и то же кафе «Жили-были», где небольшим кругом новых знакомых делились историями из жизни, грезили о перспективах службы. Особенно Максу запомнился один из дней, когда он отмечал присвоение ему очередного воинского звания – старший лейтенант. В офицерской столовой под личную ответственность друг Юра взял граненый стакан, предполагая, что в кафе его вряд ли удастся найти. Это был первый в начинающейся военной карьере Макса стакан водки, который ему пришлось залпом выпить под дружеское подбадривание своих новоиспеченных коллег. Ведь присвоение первого офицерского звания – лейтенант состоялось в гражданском институте по окончании военной кафедры и не было таким пафосным, как в воинском коллективе. Макс даже испытывал некоторое волнение, когда начальник курса, зачитав приказ о присвоении звания, назвал его фамилию и вручил погоны старшего лейтенанта, и когда он сам громко произнес: «Служу Российской Федерации!»

По окончании обучения все разъехались по своим регионам, на прощание обменявшись контактами. Выпускной отмечали с размахом, не было только что цыган с медведями. А утром уже следовало явиться в отдел кадров Управления для получения наставления от старшего офицера-куратора и отбыть к месту несения службы в славный городок на границе с сопредельным государством.

Прибыв к 8:30 на рабочее место, Макс застал секретаря Галину и водителя Семена. «А у нас новый начальник, – сообщил Семен. – Мы, правда его еще сами не видели, сегодня первый день как должен прийти, в звании, вроде, майор. Ты пока на учёбе своей был, тут руководство сменилось», – пошутил он.

В этот момент на лестнице послышались шаги, щелкнула задвижка электронного замка, и в холл вошел человек среднего роста, с розовым от мороза круглым лицом, в пуховике и вязаной черной шапочке. «А вот и начальник», – сообразил Семен.

– Здравия желаю, товарищ майор. Старший лейтенант Уваров прибыл для прохождения службы, – отрапортовал Макс.

Человек в пуховике улыбнулся, снял шапку, протянул ему руку и сказал:

– Здравствуйте, товарищ старший лейтенант. Зовут меня Валерий Иванович Попов. Проходите, – указал он рукой на дверь в свой кабинет.

Уже там он спросил:

– Ну что, отучился? Научили, как уголовные дела возбуждать? У нас тут статистика в уголовных делах измеряется. Есть уголовные дела – хорошо, нет – значит, опер плохо работает.

– Понятно, – ответил Максим.

Хотя пока ничего не было понятно. Особенно сказанное начальником слово «статистика» невольно крутилось у него в голове. И, видимо, не зря, так как на протяжении всей будущей службы это мудрёное слово являлось прямым показателем работы опера. «Зарабатывай очки, голы, секунды», – шутили старшие опера. Но Максим только старался вникнуть в специфику работы. Было ясно, что первые полгода никаких боевых заданий ему не доверят, в связи с чем служба сводилась к исполнению письменных запросов, изучению литерных дел, перечитыванию ориентировок и редким командировкам в Управление. Начальник, как позже выяснилось, на данную должность был назначен с должности старшего опера. То есть опыта руководства до этого времени не имел. Поэтому он был объектом постоянных подколов в кругу старших оперов, а со временем и самого Макса. Особенно явно его некоторая некомпетентность в организации боевых единиц была заметна при проведении совещаний, на которых он раздавал, как ему казалось ценные указания. При разъяснении задач молодым операм он не утруждался особой конкретизацией и в какой-то момент просто говорил: «Ну сделаешь вот так, вот так, и ты – ды-ды». При этом выводил врачебным почерком на листе бумаги какие-то каракули, не имеющие никакой информационной нагрузки. Стараясь разобрать эти «записки сумасшедшего», опер выпадал в осадок и был вынужден неоднократно обращаться к Попову, чтобы адекватно изложить в документе донесенную до него «умную» мысль или фразу. Таких афоризмов на протяжении службы у Макса набралось порядком; чтобы не растерять такой «ценный материал», он даже отвел у себя в рабочем блокноте особое место для начальнических перлов. Чего только стоило выражение «убери верхушки – низушки», означавшее, что при подготовке документа аналогичного формата из него необходимо убрать заглавие и нижнюю часть, а основной текст оставить без изменений. Так же часто употреблялась им фраза «напиши немного побольше» – рекомендация увеличить объем излагаемого текста в документе путем добавления «умных фраз». Было еще забавное слово «кафушка», которым называлось обычное кафе. Оно использовалось начальником исключительно при проведении «фильтрационных мероприятий» по ориентировкам Центра, направленных на выявление «особо опасных преступников», как правило, мигрантов из стран ЦАР1, которые собираются в придорожном кафе вблизи границы с намерением совершить разовое её пересечение для продления миграционной карты.

Аналогичные ориентировки на мигрантов, возможно скрывающихся на территории оперативного обеспечения под видом рядовых граждан, постоянно поступали из центрального аппарата и распространялись по всем подразделениям необъятной Родины. Подразделение, в котором служил Макс, не было исключением. Некоторые ориентировки имели четкие инструкции в отношении указанной категории, в частности, не расшифровывать свою принадлежность к органам безопасности, чтобы не спровоцировать непредсказуемые действия, которые могут нести угрозу здоровью и жизни сотрудника. Как правило, большая часть информации о незаконном нахождении на нашей территории лиц нелегально пересекших границу отрабатывалась подразделением миграционной службы, что входило в его прямые обязанности. Но когда поступали ориентировки с миллионом резолюций от руководящего состава о необходимости проведения залегендированного ОРМ2 для установления лица, а тем более для его задержания, тут руководство, находящееся на земле3, подключало все имеющиеся резервы. Это означало, что на результативном документе по итогам проведенного ОРМ, который направят в Центр, будет указано, что «под чутким личным руководством и во взаимодействии с подразделением ФМС ГУ МВД были достигнуты» и т.д. После очередной такой ориентировки Иваныч вызвал к себе в кабинет Макса и сказал в свойственной ему манере: «Эт самое, тут коллеги ориентировку прислали, нужно на адрес съездить проверить».

Для Макса это было первым боевым заданием, что, конечно, его очень воодушевило и взволновало. По ориентировке проходил какой-то кавказец с корнями из ближнего зарубежья. Подозревался он нашими старшими братьями из Центра по ст. 222 УК РФ4, и он якобы снял дом по имеющемуся адресу. Необходимо было установить факт его нахождения и опознать по соответствующему фото. В голове у Макса замаячило множество вопросов, которые на самом старте прервал Иваныч. «Я уже всё придумал, – сказал он. – Поедешь с бригадой электриков местного РЭС5 под видом стажера. Они будут под легендированным предлогом проверять что-то по своей линии, а ты в это время срисовывай обстановку в доме, лица проживающих запоминай. Если информация подтвердится, свяжемся с Центром, чтобы вызывали тяжелых6 на задержание, ну и нам за удачно проведенную операцию объявят «командирский молодец».