Читаем Замок среди деревьев онлайн бесплатно

Со вздохом облегчения Стефания зачехлила пишущую машинку, отбросила со лба густые рыжие волосы и, покинув свой офис, направилась к двери с табличкой: «Норд и Харборд. Архитекторы-декораторы интерьеров». Пожилой мужчина, сидевший за столом, поднял голову и посмотрел на вошедшую девушку.

— Не жди меня, дорогая. Я должен разобраться с этими контрактами сегодня.

— Я помогу тебе, папа. — Стефания присела на подлокотник кресла отца. — Ты выглядишь усталым.

— Я не устал. — Он тяжело вздохнул. — Просто двое моих лучших сотрудников заболели, а тут еще это письмо… — Он поднял со стола листок почтовой бумаги и бросил взгляд на мелкий неровный почерк. — Ты когда-нибудь слышала о коллекции Мароков?

— Кто же о ней не слышал? — улыбнулась Стефания. Эта коллекция, включающая в себя бесценные фамильные ювелирные изделия, имеющие, кроме того, еще и огромную историческую ценность, была хорошо известна во всем мире.

Девушка взяла письмо и с любопытством пробежала глазами текст. Оно пришло из «Каштелу де Арварес» [1]и было подписано самой графиней де Марок. В краткой форме им предлагалось составить и представить на рассмотрение смету расходов по ремонту и перепланировке основных помещений замка. Стефания отложила письмо и взяла со стола сигареты.

— У нас еще никогда не было таких заказов, папа. Этот проект может оказаться самым прибыльным для нашей фирмы.

— Я знаю. — Мистер Норд задумчиво потер кончик носа. — Только никак не могу понять, почему она обратилась ко мне, когда есть более известные конторы.

— Возможно, графиня ищет, где подешевле! Ты же знаешь, что собой представляют богатые старые женщины. Однако в Португалии работать будет сложно.

— Необязательно. После составления плана отделки мы могли бы нанять местную строительную бригаду, которая и довела бы до конца все работы. Только вот, — он со вздохом пожал плечами, — без Робсона и Хопкинса это невозможно.

— Но ведь у тебя есть я! — воскликнула Стефания.

— Только не начинай опять, — раздраженно ответил отец. — Я говорил сотню раз, что больше не поручу тебе серьезную работу!

— Тогда я не понимаю, зачем ты так беспокоился о моем образовании и был рад, когда я получила диплом декоратора интерьеров. — Стефания обошла вокруг стола и села на стул напротив отца. Ее лицо так побелело от гнева, что рыжие волосы, казалось, полыхали огненным костром. — Я сыта по горло этой чертовой пишущей машинкой! Если ты не позволишь мне заняться настоящей работой, я подам заявление об увольнении.

— Скажите пожалуйста! — насмешливо откликнулся отец.

— Похоже, иного пути нет, чтобы заставить тебя понять, что я уже не ребенок! Мне двадцать два! Я вполне в состоянии сама решить, что мне делать в жизни!

— Выходи лучше замуж за Роберта.

— Я не хочу замуж ни за кого! Я хочу…

Она безнадежно махнула рукой, и мистер Норд со вздохом взглянул на дочь. С тех пор как Стефания закончила художественную школу, она постоянно умоляла его дать ей «настоящую работу». В первый раз, когда он это сделал, все закончилось неудачей: клиентка пренебрегла кропотливо разработанными проектами молодого дизайнера, и Стефания, швырнув свои чертежи ей в лицо, гордо удалилась. Она еще дважды получала шанс проявить себя, но каждый раз темперамент брал над ней верх, и мистер Норд в конечном счете решил, что дочь должна держаться от его клиентов как можно дальше. «Это все рыжие волосы», — сочувственно думал он, но считал, что вспыльчивый характер только мешает бизнесу и пока дочь не научится контролировать себя, ей лучше сидеть в офисе.

— Не смотри на меня так, — вдруг сказала Стефания. — Я прекрасно знаю, что ты сейчас думаешь о всех тех заданиях, которые я с треском провалила. Но теперь я стала старше. Вот уже два года, как я занимаюсь только стенографией и машинописью. Ну же, папа! Дай мне еще один шанс!

— Не могу. Заказ сулит слишком большие комиссионные, поэтому я не вправе позволить, чтобы нашей репутации был нанесен ущерб.

— Я не подведу тебя, пап… Обещаю.

— Ты говорила это каждый раз, и каждый раз давала волю своему ужасному характеру…

— Я больше не буду! Клянусь тебе, не буду! Пожалуйста, папа, у меня скопилось так много прекрасных идей! — Она в отчаянии заломила руки. — Я так и вижу этот замок! Огромные залы, высокие потолки, мозаика, бесценные старинные гобелены и ковры. Пап, ты должен позволить мне поехать!

Воцарилось молчание. Отец и дочь пристально смотрели друг на друга. Небольшие стеклянные часы на каминной доске отбили шесть ударов. Наконец мистер Норд откинулся на спинку стула и тяжело вздохнул:

— Хорошо, ты победила. Но предупреждаю — если ты меня подведешь и на этот раз, другого шанса у тебя уже никогда не будет!

— Спасибо, папа! — Стефания подскочила к отцу и обняла его за шею. — Обещаю, ты не раскаешься в своем решении.

Позже, шагая рядом с ним по широкой улице пригорода, где они жили, Стефания размышляла о том, как выглядит по сравнению со скромными английскими домами португальский замок и как капризы старой леди за много миль отсюда повлияют на жизнь их семьи.

Когда они вошли в дом, холл уже благоухал свежей выпечкой, и мистер Норд удовлетворенно втянул носом приятный аромат.

— По-моему, твоя мама готовит кексы, — заметил он одобрительно.

Услышав голоса, в холл вышла рыжеволосая женщина средних лет. Ее можно было принять за постаревшую копию Стефании.

— Даю вам пятнадцать минут, — сказала она. — Ужин готов, и Фелиция умирает от голода.

— Могу подтвердить это! — Худенькая девушка выглянула из столовой. — Вы сегодня поздно, однако. Что вас так задержало?

— Расскажем за ужином.

В столовой Стефания потихоньку отщипывала кусочки свежего хлеба, наблюдая, как Фелиция накрывает на стол. Ее старшая сестра была очень похожа на отца: оливковый цвет кожи, темно-каштановые, сильно вьющиеся волосы. Она была менее энергичной, чем Стефания, не обладала ее художественными способностями и считалась в семье самой здравомыслящей и практичной.

— Роберт звонил, как раз перед вашим приходом, — сообщила миссис Норд Стефании. — Он сегодня вечером свободен и хотел бы пойти с тобой на танцы.

— Надеюсь, ты ему не сказала, что я пойду!

— Конечно, сказала. Я же знаю, что тебе больше нечего делать.

— Ты могла бы прежде спросить меня!

— Как я могла это сделать, если тебя не было дома? В любом случае тебе полезно немного развеяться.

Стефания пожала плечами:

— Я не против, но он надоел мне до смерти. Фелиция, ты не хочешь пойти вместо меня?

— Спасибо, но я достаточно взрослая девочка, чтобы ходить на собственные свидания, — резко ответила сестра и вышла из столовой.

— Что это с ней? — удивленно спросила Стефания. — Не могу понять, почему она так не любит Роберта. Он всегда с ней вежлив.

— Возможно, в этом все дело, — заметила мать. — Я часто замечаю, что мужчины относятся к Фелиции, как будто она их добрая старая тетушка.

Стефания некоторое время обдумывала слова матери и лишь позже, готовясь к свиданию, признала, что в них есть доля правды. Но Фелиция была сама виновата, что не имела друзей-мужчин. Ее резкие манеры могли быстро отпугнуть любого, хоть сколько-нибудь романтически настроенного молодого человека. Откуда ему было знать, что острый язычок лишь помогает девушке скрывать застенчивость?

Все еще поглощенная думами о сестре, Стефания спустилась в гостиную, где ее ждал Роберт Брайанстоун — высокий, крепко сложенный молодой мужчина с квадратным подбородком и строгим выражением лица. Однако под суровой внешностью скрывалась нежная, обидчивая и лишенная чувства юмора личность.

— Ты прекрасно выглядишь! — воскликнул он, беря девушку за руку. — Я никогда раньше не видел этого платья.

— Видел, сотню раз, — вздохнула Стефания и высвободила свою руку из его ладони, когда в комнату вошли Фелиция и мать.

— Как приятно тебя видеть, Роберт, — сказала миссис Норд. — Фелиция, приготовь Роберту чего-нибудь выпить.

Не говоря ни слова, Фелиция подошла к буфету и вскоре вернулась с бокалом шерри. Роберт принял у нее бокал и сел на софу.

— Мне так и хочется попросить тебя о чем-то другом, чтобы хоть раз увидеть искорку жизни в твоих глазах!

— Ты не меняешься, — спокойно заметила Фелиция.

Он улыбнулся:

— Ты никуда не собираешься сегодня вечером?

— Нет. По радио будут передавать программу, которую я давно хотела послушать.

— Фелиция, на мой взгляд, слишком редко выходит развлечься, — вставила мать. — Хотя получает достаточно приглашений. Даже не могу понять, почему она их постоянно отвергает.

— Возможно, ты тоскуешь по тайному возлюбленному? — усмехнулся Роберт.

— У меня нет тайного возлюбленного. Я вообще не выношу мужчин. Особенно тех, которые суют нос не в свои дела! — Покраснев от гнева, Фелиция стремительно выбежала из комнаты.

Роберт выглядел сконфуженным, и мистер Норд, заставший конец этой сцены, успокаивающе похлопал его по плечу:

— Не принимай это так близко к сердцу, старина Она, я думаю, не тебя имела в виду. Но будет благоразумнее вам со Стефанией исчезнуть прежде, чем она вернется.

Позже, когда они сидели за столиком в ресторане, слушая тихую игру оркестра, Стефания, изучая Роберта в приглушенном свете ламп, вынуждена была честно признать, что, хотя он не имел ничего общего с ее идеалом, все-таки был довольно привлекательным мужчиной. Если бы и его манеры были такими мужественными, как внешний вид, она даже нашла бы его очень интересным. Казалось странным, что такой разумный человек столь нерешителен в поступках. И все же он любил ее и в своих ухаживаниях был настойчив — постоянно приглашал куда-нибудь, посылал цветы, дарил шоколад и духи. Она чувствовала себя виноватой, не находя в себе желания ответить на его привязанность и зная, что никогда не сможет этого сделать. Будет честнее вообще прекратить видеться с ним. Стефания размышляла, сказать ли ему об этом прямо сейчас или подождать поездки в Португалию, которая может положить конец их отношениям. Она все еще обдумывала этот вопрос, когда Роберт встал и потащил ее на площадку для танцев.

Танцором он был действительно превосходным, и, двигаясь в его объятиях по залу, Стефания отдалась ритму музыки. Их движения были синхронными и плавными, и девушка полностью расслабилась. Какая жалость, что они не могут быть и в жизни такой прекрасной парой, как в танце! Но она не могла жить по шаблону, приспосабливаться, как другие.

Как только они вернулись за свой столик, Стефания сообщила Роберту, что собирается в Португалию, и в общих чертах рассказала о предложении, полученном се отцом сегодня днем. Если она ожидала, что он воспримет это с энтузиазмом, ее ждало разочарование. Роберт молча прикурил сигарету и раздраженно отбросил спичку в пепельницу.

— Я полагаю, ты намерена ехать? — наконец спросил он.

— Конечно. Это для меня прекрасная возможность проявить себя.

— А ты не обдумывала еще более прекрасную возможность — выйти за меня замуж? — Он накрыл ее руку своей ладонью. — Стефания, дорогая, ты же знаешь, какие чувства я к тебе испытываю. Почему ты не хочешь стать моей женой? Я уже сбился со счета, сколько раз тебе это предлагал.

— Но я не люблю тебя, — тихо возразила девушка. — Я говорила тебе, но… — Она замолчала и умоляюще посмотрела на него. — Я хочу, чтобы ты забыл обо мне, Роберт, и нашел себе кого-нибудь еще.

— Не нужно указывать мне, что делать. Ты — единственная девушка, на которой я хочу жениться, единственная, кого я люблю. Я прошу тебя дать мне шанс. Ты можешь уехать в Португалию, но когда вернешься, мы обручимся. Дорогая, пожалуйста…

— Роберт, нет! Мы обсуждали это уже тысячу раз. Ты мне нравишься, но не более!

— Еще скажи, что хотела бы стать моей сестрой, — горько сказал он. — Хорошо, дорогая, мы не будем говорить на эту тему сейчас. Но не думай, что я оставлю надежду. Я никогда этого не сделаю, пока ты не выйдешь замуж за кого-то другого.

— Во всяком случае, тебе нечего беспокоиться, что я найду себе мужа в Португалии, — усмехнулась девушка. — Я еду туда работать.

— Хотелось бы в это верить, — угрюмо откликнулся молодой человек. — Ты же знаешь, что собой представляют эти иностранцы.

— О, Роберт! — Стефания не смогла удержаться от смеха. — Уверена, что они ничем от нас не отличаются. Однако мне думается, что португальцы должны быть очень красивыми.

— Худосочные низкорослые парни в очках!

— Тебе не удалось вызвать во мне отвращения к ним. Только представь себе, как они шепчут мне на ухо что-то ласковое на своем португальском!

— Если кто-то и собирается тебе что-то шептать, так это я! — Роберт вновь сжал ее руку, но теперь его хватка оказалась такой болезненной, что девушка поняла: будет неблагоразумно с ее стороны дразнить его и дальше.

Перевалило за полночь, когда Роберт проводил ее до дому. У входной двери Стефания подняла к нему лицо и покорно позволила себя поцеловать. Ощущение его теплых рук и горячих губ не вызвало отклика в душе девушки, и она поспешно отвернулась. Открыв дверь своим ключом, она вошла в холл. Дом был погружен в темноту, и Стефания побрела на кухню приготовить себе чай. Зная привычку старшей сестры читать допоздна в кровати, она поставила на поднос еще одну чашку и понесла его наверх.

Как она и предполагала, из-под двери спальни Фелиции просачивался свет. Постучав, Стефания толкнула дверь и вошла в комнату. Сестра лежала в постели с книгой. Горела настольная лампа. В ее мягком свете девушка, с лишенным косметики лицом и взъерошенными волосами, выглядела значительно моложе своих двадцати семи лет. Стефания внезапно заметила горькие складки у ее рта, которых раньше никогда не видела, и поняла, что с ней что-то не так. Но Фелиция уже села, отбросила челку со лба и надела очки.

— Ты рано сегодня, — спокойно сказала она. — Что случилось?

— Я сыта по горло. Роберт с каждым разом становится все надоедливее.

— Это только потому, что ты его не любишь.

— Но это не моя вина. — Стефания поставила поднос на столик у кровати. — Я подумала, что ты не откажешься от чашечки чаю.

Фелиция взяла чашку и сделала глоток, молча уставившись перед собой. Стефания присела на край кровати, решив не уходить, пока не узнает, что произошло.