Читаем Закрытые двери онлайн бесплатно

Когда приходишь в себя, не зная где ты и что произошло, а в голове гудит, как от удара в медный колокол, начинаешь чувствовать какой-то дискомфорт. И вовсе не оттого, что не можешь вспомнить вчерашний день и, уж тем более, его окончание, а оттого, что лежишь на твердой поверхности (возможно полу) и где-то за стенами, на самой границе слуха, доносятся голоса.

Я осторожно открыла правый глаз и попыталась оглядеться по сторонам. Но раз уж вокруг я никого не обнаружила, то открыла и левый, принявшись активно изучать обстановку.

Помещение оказалось светлой комнатой с одной дверью и несколькими лавками вдоль стен, а твердая поверхность под моей спиной – не полом.

«По крайней мере, почки не потеряю», – пронеслось у меня в голове ехидное замечание, и я приняла вертикальное положение. Вот только вертикальное положение не захотело принимать меня. Голова закружилась, а земля затребовала меня в свои объятия. Падать совсем не хотелось, и потому пришлось удовлетвориться лавкой под попой и стеной за спиной.

Хоть мышцы и ноют, словно меня лупили трое суток к ряду, а голова особо не соображает, сознание само выстраивает список вопросов, на которые хочется получить ответы.

Что случилось? Где я? Как здесь оказалась? Сколько времени я была без сознания? Но главный вопрос: Что было такого вчера, что мне так плохо сегодня?

«Так, начнем с простого, – принялась я успокаивать себя. – Имя помню, телом владею. Это из позитивных моментов. Место незнакомое, голоса, – я прислушалась к диалогу где-то за окном. – Тоже. Это из негативных.

Итак, сейчас голова перестанет бояться высоты и можно будет снова попытаться встать. А пока нужно успокоиться и все внимательно осмотреть.»

Хотя смотреть-то, как раз, и не на что – голые деревянные стены, одно окно, почему-то закрытое (но света пробивается достаточно) вокруг действительно лавки, только очень широкие, на них и спать можно, а под окном стол, словно выструганный из цельного куска дерева.

Аскетично, что еще можно сказать об интерьере.

Итак, осмотрелись, теперь думаем, как меня сюда занесло? Или занесли? Тот еще вопросец. Кому может понадобиться средняя (среднее некуда) девушка без выдающихся внешности, способностей и связей? Ну, вообще-то никому… или сутенерам, на самый крайний случай, если совсем уж некого клиентам предлагать.

Требование о выкупе отправлять некому – семьи нет, на работе даже не хватятся, решат, что устала танцевать в массовке. Требовать от меня влиять на кого-то под страхом смерти невозможно. Даже мой собственный кот не поддался влиянию и продолжает ссать за диваном, хоть я и перетащила его в другую комнату. Заставить меня делать что-то прибыльное не выйдет – мой звездный час длился ровно одну минуту, когда мне доверили диагональное жете, для отвлечения публики от солистов.

Вот и выходит – никто не вспомнит о размытом пятне на фотографии жизни.

Ну, тогда, вопрос о том, что я здесь делаю, остается актуальным.

За стеной прекратились разговоры, и по ногам резко потянуло холодом.

«Отлично! Я еще и босая, – констатировала я, подбирая ноги на лавку (берегите ноги, они ваш рабочий инструмент). – Может еще и голая?»

Но, видимо судьба решила меня пощадить, поскольку на мне все же оказалась долгополая рубаха, больше всего похожая на стилизацию Руси XII века.

Это уже что-то, наверное, меня похитили держатели гостинцы «под старину». Тогда понятна обстановка вокруг и моя одежда, и отсутствие явных источников света.

Но спокойней от этой информации не стало. Ладно, хватит сидеть и рассуждать, сиденьем цел не будешь. Пора бы подумать, как отсюда выбраться и решить проблему с доставкой моей драгоценной персоны домой или хотя бы до какого-нибудь населенного пункта. Вдруг это не гостиница, а община староверов. Я читала, что такие временами берут женщин со стороны, чтобы не довести свой род до дегенерации. Ну, тогда, вообще ноги в руки и бегом.

Ага, и все ворота и двери откроются передо мной, аки перед апостолами. Откуда столько наивности? Как в пятом классе, когда Колька Востриков, пригласил на дискотеку. Я тогда тоже думала, что все на полном серьезе.

Ладно, сидим и думаем. Я по привычке провела ладонью по волосам и удивленно остановилась, когда она оказалась в районе лопаток. Что-то я не припоминаю, чтобы мне волосы наращивали, меня ж именно поэтому никогда вперед и не ставили, для девушки слишком короткий волос, для парня слишком заметная грудь.

Может парик? Я аккуратно подергала волос, но сниматься он не собирался. По очень старой привычке руки сами перекинули его на плечо, чтоб завязать в косу.

Итак, подведем итоги. Нахожусь непонятно где, вокруг никого, только кто-то разговаривал за стенами, но теперь и они молчат. Из своих вещей… я провела свободной рукой по ушам, сережки не сняли, всего остального нет. Зато появилась модная рубашка средневековой хуторянки, и коса.

Я взяла косу за кончик, который нечем было завязать, и выпрямила руку. Локоть выпрямился, а коса немного натянулась, слегка отдав в голову. Хорошая, интересно, сколько сейчас за такой объем берут?

Отбросив косу назад, я заметила что-то черное на запястье и удивленно уставилась на металлический браслет. Странно, если меня похитили и забрали все мои вещи, зачем выдали другие, да еще и украшениями? Странные похитители нынче пошли.

Я всегда любила украшения, но ввиду рода своей деятельности могла себе позволить носить только серьги и только такие, чтобы не свисали с уха, иначе можно поранить партнера. Цепочкой можно себя нечаянно придушить, а браслетом (особенно металлическим) вообще поставить внушительный синяк, причем не обязательно себе. Если все снимать перед тренировками, можно забыть надеть обратно, а это все равно, что подарить уборщице. В общем, последний раз я позволила себе надеть браслет в возрасте шести лет при поступлении в студию танца.

А этот был очень интересным, к тому же, он плотно сидел на запястье, не перекручиваясь и не спадая. Латунный браслет в три пальца шириной украшали девять камней: посередине размещался большой черный опал (по крайней мере, очень на него похожий камешек), от которого в разные стороны расходились тонкие ложбинки, выдавленные в металле и заполненные маленькими черными, но прозрачными бриллиантами.

Застежки видно не было, как не было даже тончайшей щели, позволяющей расширить его до объема кисти. На попытку развернуть браслет тыльной стороной наверх меня существенно кольнуло под камнем и я, решив больше не экспериментировать, развернула руку, чтобы найти замок.

Но его нигде не было, зато опал смотрел на меня, как единственный глаз с ехидцей, изучая новую хозяйку в ответ. И вот что странно, чем больше я на него смотрела, тем больше он мне казался живым, словно мое продолжение.

Именно в этот момент меня и оторвали от созерцания милой и странной вещицы громким скрипом дверных петель.

Я резко подняла голову, и запястье снова неприятно кольнуло. На пороге стояла молодая девушка, лет двадцати, максимум двадцати пяти (почти моя ровесница), чуть худее и выше меня, с туго завязанным темным волосом и в рубахе, похожей на мою. Вот только на ней она смотрелась куда лучше, поскольку едва закрывала колени, и опоясывалась плетеным ремнем. Ее темные глаза, казавшиеся одним большим зрачком, внимательно смотрели на меня, а на губах блуждала рассеянная улыбка.

Так улыбаются только маньяки, когда уже придумали, что делать с жертвой и прокручивают это у себя в голове, не обращая внимания на окружающих, или старики, не знающие, как ответить на заданный вопрос.

На старуху она похожа не была, а вот сверток из ткани на ее руках выглядел достаточно подозрительно и опасно. Сколько раз я говорила сама себе, что когда-нибудь пожалею о том, что не научилась даже самым простым приемам самообороны. И вот момент настал – я действительно жалею об этом.

В голове забегали мысли, но видимо из-за огромного их количества, эти табуны спотыкались друг о друга и мешали вылезти на свет той одной-единственной, способной сейчас мне помочь разобраться со сложившейся ситуацией. Казалось, что время застыло, а сердце, наоборот, заколотилось в ускоренном темпе. В то время как девушка продолжала стоять в проеме, не представляя никакой возможности для побега.

– Арайа, – разорвал тишину и мои мысли мужской голос. – Ты где потерялась?

Вот он – момент истины. Сейчас их будет двое. Они будут в дверях. А я внутри, и, учитывая мое нынешнее состояние, отбиваться не имеет смысла, да и нечем.

«Прекратить панику! – вот и включилась та я, что отвечает за дисциплину, организацию и здравое размышление. – Если бы они хотели с тобой сотворить членовредительство, они бы уже сотворили. Зачем им ждать, когда ты придешь в себя? Если только они не маньяки-садисты. А вот если ты сейчас спокойно поздороваешься и максимально вежливо задашь вопрос – какого человеческого органа тебя сюда притащили в бессознательном состоянии – возможно, тебе дадут весьма вразумительный ответ. И получится конструктивный диалог. Возможно.»

В текущей ситуации особо не из чего было выбирать. Так что выравниваем дыхание, не делаем резких движений и стираем с лица испуг.

Казалось, что прошла целая вечность в моей голове, но только сейчас в проеме появился юноша, почти ровесник девушки, которую обозвали Арайа. Такой же темноволосый, но вихрастый молодой человек тоже облачен в что-то напоминающее рубашку из домотканого полотна и простые штаны. Ни оружия, ни даже намека на агрессию я не заметила у этой парочки. И дышать стало чуточку легче.

– Надо же, ты пришла в себя! – он в этой паре оказался более разговорчивым.

Парень бросил беглый взгляд куда-то в сторону и легко подтолкнул девушку внутрь:

– Мы не хотим тебе навредить. Мы просто нашли тебя без сознания и принесли сюда, чтобы помочь.

Я немного опешила от объяснения. К тому же из него ничего не становилось ясно. Где они меня нашли. Почему без сознания? Куда принесли? О какой помощи вообще идет речь? Но начинать знакомство с таких вопросов было как минимум грубо.

– Я – Олег, – молодой человек положил раскрытую ладонь себе на грудь и сделал шаг вперед. – Это моя сестра – Арайа, – он кивнул на девушку, и та тоже кивнула мне в знак приветствия или подтверждения личности. – Мы не причиним тебе вреда.

В их ногах послышалось какое-то цоканье, а потом шуршание. Колено Олега на мгновение согнулось, но он удержал баланс и снова выпрямился, пропуская внутрь большого пса – смесь мастиффа с овчаркой. Я таких прежде не видела и встреть на улице в вечернее время тут же забыла бы, что умею ходить, бегать и даже дышать. Но на его морде царило такое спокойствие, что не возникало ни малейшей причины или возможности испугаться.

– А это Бутс, – пояснил Олег. – Наш пес. Он очень добрый и послушный. Но хороший защитник. Это он нашел тебя.

Пес внимательно оглядел помещение, будто впервые тут находился и, увидев меня, направился к лавке.

– Он сидел с тобой пока ты была без сознания, – продолжил юноша. – Следил, чтобы ты дышала, и подкладывал голову под твою руку.

Я удивленно посмотрела на пса, который подошел и сел напротив меня. Он был огромным, мускулистым и очень красивым. Удивительно, как ему лишь одним глубоким выдохом удалось успокоить меня.

Его массивная лапа легла на мою колено, а следом за ней и голова.

И тут мне стало так хорошо, так безопасно, что я протянула левую руку, чтобы погладить его. Но удивленно уставилась на миниатюрный арбалет, удобно расположившийся на запястье. Откуда он взялся? Что за мистика здесь происходит? Я сплю еще?

Тут меня снова кольнуло и арбалет исчез, как трансформер из кино, просто сложился и спрятался в браслете.

Я удивленно подняла глаза на пса, который снова вздохнул, будто устал от моих глупых вопросов, потом на пару, все еще стоящую в проеме.

– Наверное, я повторюсь, – осторожно начал молодой человек. – Но мы не причиним тебе вреда. Мы просто хотим помочь.

– Да, – я кивнула и все же погладила пса – самого спокойного из находившихся в комнате. – Мне и в самом деле нужна помощь.

– Мама умерла пять лет назад, а отец прошлой зимой – не вернулся с Пристанища, медведь задрал, – Арайа рассказывала о своей семье очень спокойно, с толикой грусти, хранящейся где-то глубоко в душе. – А мы остались вдвоем. Имение, конечно, далеко от дорог и до поселений путь неблизкий, но мы справляемся. Держим скот, выращиваем овощи и даже посадили пару плодовых деревьев. Иногда отправляемся в Старый город на разведку. Знаешь, это так странно, его нет уже полтора века, а мы все еще находим вещи, которые очень хорошо сохранились. За них в городе иногда платят достаточно, чтобы закупить припасов на полгода.

Ты ешь, ешь. Тебе силы нужны. Мы так боялись, что ты не придешь в себя. Как ты вообще там оказалась? Мы так далеко в Старый город прежде не ходили. Говорят, там опасно, но Бутс сорвался с места, будто его позвал кто-то свой.

У нас времени не было подумать, что происходит. Надо было бежать за ним.

– А что такое старый город? – я отодвинула пустую тарелку и пошарила глазами по столу.

– Это руины города, который стоял полтора века тому назад на этом месте, – Олег поставил передо мной кружку с ароматным чаем и блюдо с нарезанным хлебом. – А у тебя хороший аппетит.

– А в какой части я сейчас нахожусь? – мне было совершенно не понятно, где я сейчас, что за игры тут происходят и как далеко я от дома. Но спрашивать все напрямую было неудобно, как минимум, из-за их гостеприимства.

Брат с сестрой переглянулись, не понимая вопроса. А я понятия не имела, как им объяснить. К тому же меня смущало «их полтора века». Как это понимать? Они живут где-то недалеко от раскопок, кургана, старого поселения?

Слишком много вопросов. Но никакой возможности их задать так, чтобы не показаться сумасшедшей самой или не сделать сумасшедшими их.

– Ты в имении, – Олег пожал плечами, не зная, как еще объяснить кому-то свое местоположение. – Это на юге от торговых дорог, но на севере от центральной части Старого города.

– А можно увидеть, где вы меня нашли? – стоило начинать с малого.

Возможно, меня похитили, а эта милая пара меня просто нашла. Или я потеряла сознание где-то, и снова они пришли на выручку. Их действия и слова не выдавали в них ни похитителей, ни злоумышленников. Просто брат и сестра, живущие в отдалении от цивилизации. Ничего особенного для нашего времени.

– Завтра, – Олег встал из-за стола и отправился к выходу. – А сегодня мы попробуем привести тебя в норму. К тому же нам нужно перебрать находки, и сделать мелкие домашние дела.

Я проводила его взглядом и отставила пустую кружку.

– Я могу чем-то помочь?

– Если найдешь силы, – Арайа встала и убрала за мной посуду. – Ты проспала два дня у нас, а сколько ты была без сознания до того, как мы тебя нашли, я понятия не имею. Тебе нужны силы. И судя по аппетиту – ты их хорошо восстанавливаешь.