Читаем Закадычная соперница онлайн бесплатно

Голубева повернула ключ в замке и вошла внутрь. Специфический больничный запах, который невозможно вывести никакими новомодными ароматизаторами воздуха, неприятно ударил в нос. Елена поморщилась, набрала код, отключила сигнализацию и, не раздеваясь, проследовала в кабинет главного врача. Лечебно-диагностический центр «Первая помощь» располагался в центре города и имел хорошую посещаемость, поэтому Елена открывала Центр на час раньше рабочего времени, чтобы подготовить и привести в действие все необходимое оборудование. Голубева проверила сервер, включила центральный компьютер и, пока он загружался, села на место главного врача. Виктор Сергеевич Жданов приезжал на работу позже, и Голубеву это слегка раздражало, тем более что просыпались они с Виктором в одной постели, а в офисе она появлялась на час раньше. Чтобы как-то скоротать время, Голубева сбросила шубку и сварила себе кофе, а затем включила телевизор. Показывали «Новости», и Елена невольно прислушалась:

— Вчера в супермаркете «Оазис» неизвестный мужчина застрелил восемь человек и тяжело ранил четверых. Причины преступления остаются неясными. Просьба случайных свидетелей позвонить по телефонам, которые вы видите на экране. Место нахождения преступника до сих пор неизвестно.

Голубева вздрогнула и пролила несколько капель кофе на белоснежную блузку.

— Все, день не заладился, — пробормотала она и, мельком взглянув на фоторобот преступника, выключила телевизор. Настроение было безнадежно испорчено.

— Леночка! Ты где? — пришла Ирина, первый лаборант.

— Иришка, да здесь я! — крикнула Голубева в закрытую дверь и включила центральный свет. — Я у Жданова в кабинете.

— Оцени, — Ирина заглянула в кабинет, сняла шапку и тряхнула головой. — Ну как?

— Подкрасилась? — ахнула Голубева и рассмеялась. — Лисонька ты наша!

— Иди ты к черту! — огрызнулась Ирина. — Мне и самой не нравится.

— Да хорошо тебе! — запротестовала Лена. — Только непривычно как-то. Ирина — и рыжая.

— Ага, — Ирина вышла в приемную и забросила шубку в шкаф. — Что-то надоело все. Решила имидж сменить.

— И правильно! — Елена последовала за ней. — Я люблю это дело. Знаешь, говорят, если женщина меняет прическу, значит, она скоро сменит и мужчину.

— Вполне возможно, — туманно проговорила Ирина, застегивая пуговицы белого халата. — А ты не собираешься? — она подмигнула.

— Нет, — Голубева мотнула головой. — Ни за что! Кстати, Иришка, посмотри в соннике.

— Опять снились розы? — Марианна Вильгельмовна отряхивала дубленку возле двери. — Ох, девчонки, мне бы ваши проблемы!

Елена переглянулась с Ириной и молча пожала плечами.

— Почему она нас зовет «девчонками»? — Ирина сделала большие глаза. — Мы с ней, например, вообще ровесницы.

— Да прекрати ты! — не поверила Голубева. — Чего придумываешь?

— Да правду я тебе говорю! — Ирина вышла к Марианне. — Марианна Вильгельмовна, если не секрет, сколько вам лет?

— Тридцать девять, — коммерческий директор пыталась раскрутить шарф, покрывающий ее голову подобно чалме. — А что?

— Ого, — удивилась Елена, — я ей «полтинник» давала, — страшным шепотом пробормотала она Ирине. — Бедная!

— Ничего она не бедная! — махнула рукой Ирина. — У нее и муж, и сын, и дом, и должность не в пример нашим.

— А что? — Марианна улыбнулась и шагнула в кабинет. — Выгляжу моложе? Да знаю я, мне все говорят, что выгляжу я на тридцать лет максимум.

Голубева снова посмотрела на Ирину, и обе неловко промолчали.

— Подкрасилась? — Марианна приблизилась к Ирине. — Хорошо тебе, а я вот не крашу волосы, у меня свой, так сказать, природный цвет.

— Красивый цвет, — подтвердила Елена, совершенно растерявшись. Зачем так лгать, когда весь офис знает, что Марианна Вильгельмовна носит парик по причине полного отсутствия растительности на голове?

— Ну, девочки, пошла я работать. Удачного вам дня, — и Марианна скрылась в своем кабинете.

— Странная она какая-то, — Голубева прыснула в кулак. — Вроде бы неплохая баба, а такая странная…

— Ленусь, — Ирина уже достала из стола журнал регистрации и кучу бланков, — с такой фамилией, как у нее, и ты была бы странной.

— Согласна, — Голубева едва сдержала улыбку. — Фамилия Сучкова ко многому обязывает.

— А в сочетании с именем-отчеством — и подавно, — Ирина не выдержала и рассмеялась.

— Ну, удачного вам путешествия! — Ольга подняла бокал шампанского. — Горько!

— Да ладно вам, — Голубева смутилась, — до свадьбы еще далеко!

— Нет так уж и далеко, — Виктор Сергеевич притянул ее к себе и поцеловал в ухо. — Вот вернемся из Турции и оформим все, так сказать, официально. Я человек уже немолодой, мне нужны гарантии.

— И правильно! — Сучкова тепло улыбнулась. — В Новый год с новой жизнью, а гарантии больше Елене нужны. Вы мужчина хоть куда.

На выпад Марианны Голубева никак не отреагировала, лишь усмехнулась про себя, понимая, что «старая стерва просто завидует».

— Но долго ж вы, однако, нам голову морочили! — Таня взмахнула руками. — Ведь, оказывается, и живут уже вместе, а коллективу — ни слова!

— Таня, — Виктор Сергеевич наполнил бокалы, — мы просто решили не торопиться. — Он как-то судорожно сглотнул слюну и неожиданно выдал: — А сейчас я хочу сказать… — у него от волнения перехватило горло. — Этот Центр — мой дом, вы — моя семья, а Леночка — моя любимая женщина.

Теперь уже Голубева поперхнулась, ну не любила она всего этого пафоса, такое ощущение, словно Виктор Сергеевич подготовил речь и теперь выступает перед телекамерами!

— Ну, я, например, знала, что они встречаются, — Ирина погрозила Лене пальчиком. — Правда, я не думала, что у вас все так серьезно, думала, так, дело житейское!

— Я тоже догадывалась, — Лариса облокотилась одной рукой на стол, в другой она держала ломтик сыра. — И искренне рада за Виктора Сергеевича.

— Вот как? — главврач несколько удивленно обернулся. — Почему, позвольте спросить?

— Ну, насколько я знаю… — Лариса смутилась. — Это ж не секрет? Все знают. Ваши два неудачных брака, развод, проблемы, а Леночка — такое сокровище…

Жданов пробормотал в ответ что-то среднее между «конечно» и «кошмарно», и в воздухе повисла неловкая пауза. Голубева решила не обращать внимания на странную реакцию будущего мужа и просто налила себе еще.

А дальше теплая компания разделилась: Марианна утащила Виктора Сергеевича к себе в кабинет, подписывать какие-то там особо важные документы, а оставшиеся девочки еще раз выпили «по маленькой».

— А что за сон тебе снился? — все-таки вспомнила Ирина, обращаясь к Голубевой. Елена и раньше отмечала, что у Ирины вообще с памятью, не в пример ей, все в порядке. Ирина помнила имена всех своих бывших любовников, мужей и даже свекровей. А вот Елена путала отчество Виктора с именем предыдущего бойфренда.

— Песок, — Елена забралась на стол с ногами. — Знаете, девочки, снится мне, словно иду я по пустыне. Кругом — никого, только барханы и песок, песок, песок. Потом будто бы я оступилась и упала в яму. Пытаюсь выбраться, а руки не слушаются, песок осыпается, и я увязаю все глубже и глубже.

— Господи, гадость какая! — Лариса передернула плечами. — Давайте выпьем, чтобы такое безобразие не воплотилось в жизнь!

— Давайте! — и, не дожидаясь остальных, Голубева сделала глоток. — Ну, что скажешь? К чему сон?

Она посмотрела на Ирину и испуганно замолчала, очень уж та посерьезнела.

— Ленусь, — начала Ирина и прервалась на полуслове. Было такое ощущение, что подруга решает, сказать правду или нет.

— Да говори уж! — горько хмыкнула Елена. — Врага лучше знать в лицо.

— К смерти это, — Ирина мотнула головой, и волосы подобно рыжему облаку взметнулись вверх. — Но ты вроде выживешь…

— Плохой сон, — мрачно подтвердила Лариса. — Там сейчас беспорядки, вон, по телевизору постоянно ужасы показывают. Как-то резко Турция изменилась — то погром, то потасовка… Лен, может, отмените поездку? Хотя вроде на курортах там тихо…

— Девочки, вы с ума сошли! — Голубева фальшиво рассмеялась. — Да ерунда все эти сны!

— Может, ты и права, — неуверенно произнесла Ирина. — Мне пока тридцать не исполнилось, вот как тебе, пока я молодая была, тоже ни во что не верила.

— Да прекратите! — Таня вышла в центр комнаты. — Прекратите девке настроение портить! Ерунда и чушь все эти сны. Бабские предрассудки! А в Турцию сейчас самые дешевые путевки, почти даром. У меня друзья вчера вернулись, все у них спокойно, это журналисты шум разводят. Спокойно там, и отдохнуть можно превосходно!

— Значит, на этом и закончим, — немного устало выдохнула Елена и улыбнулась. Улыбка вышла натянутой и кислой. Лариса хотела сказать что-то еще, но тут дверь отворилась и к ним вышли Виктор Сергеевич и раскрасневшаяся Сучкова. Лицо Марианны горело огнем, глаза пылали, женщина судорожно сжимала и разжимала пальцы рук.

— Чего это с вами? — Таня, как всегда, шла напролом. — Подрались, что ли?

Все дружно рассмеялись, обрадовавшись, что есть возможность сменить тему.

— Да нет, — Сучкова отвела глаза. — Немного поспорили по рабочим вопросам.

— Пора, пора, пора! — перебил ее Виктор Сергеевич и подошел к Елене. — Ласточка, уже пора.

Провожать «молодых» до «Лексуса» главврача высыпала вся контора. Ирина и Ольга жались ближе к двери, переступая с ноги на ногу от холода. Неунывающая Танюшка полезла к ним с поцелуями, а Марианна произнесла что-то длинное и нечленораздельное, что-то вроде напутствия на дальнейшую жизнь.

Наконец Голубева забралась на заднее сиденье, и шофер Толик повез их с Виктором домой. Вернее, в квартиру, которую они уже два месяца снимали для совместного проживания.

— Ты не пожалеешь? — Витя повернул ее лицо к себе. — Еще можно все изменить. Вернуться, сказать, что мы пошутили.

— С ума сошел? — Елена поцеловала его в губы. — Ты же мой самый лучший!

— Да, но… — Витя отодвинулся и посмотрел ей в глаза так, словно пытался прочитать душу. — Я старше тебя на восемнадцать лет.

— Глупости! — Голубева слегка прикусила мочку его уха. — Ерунда! Бред!

— Ты очень красивая, а у меня уже брюшко растет, — продолжал Виктор, однако с уже меньшим энтузиазмом. —  У тебя одни только ноги метр десять, а у меня весь рост метр семьдесят, — продолжал Виктор, теперь уже едва скрывая лукавую улыбку. — И вообще, тебе нужен горячий мачо.

— Мексиканский? — поинтересовалась Голубева. — Ты уверен?

— Я уверен, что ты моя половинка, которую я искал всю жизнь.

Голубева промолчала, хотя про себя подумала, что для свадебного путешествия Жданов мог бы купить путевки и подороже, чем грошовый тур в Турцию, куда действительно все боятся ехать, тем более для своей «второй половинки». Но Елена была девушкой мудрой и решила горячку не пороть: «Выйду за него замуж — сама решу, когда и где мне отдыхать». Следующее путешествие будет в Париж, точно.

Они проспали, и теперь Елена металась по квартире в тихой панике.

— Мы успеваем? — Голубева судорожно сбрасывала в дорожную сумку свои вещи. — Черт! Где мой купальник? — она вылетела на середину комнаты. — Витя! Ты не видел мой купальник?

— Не суетись, солнышко, — мужчина бросил ей пакет. — Вот твой купальник.

— Но как мы могли проспать! — Елена заметно нервничала. — Мне еще надо голову помыть, уложить волосы феном, накраситься, я ничего не успею!

— Не суетись, — Витя подошел к растерзанной сумке, из которой то здесь, то там выглядывали разноцветные тряпки. — Иди, мойся, спокойно только, ванну не разнеси. А я здесь сам все соберу.

— Ты у меня просто сокровище! — девушка чмокнула мужчину в щеку и помчалась в ванную.

Вот чего Елена искренне не любила, так это когда у женщины волосы грязные. Еще хуже — если липкие, словно маслом измазанные. И вообще, у нее было правило: если Бог сподобил родиться женщиной, то уж будь добра выглядеть соответственно. Ухоженные ручки-пальчики, подкрашенные глазки, сочные губки и ножка на высоком каблуке. К чему эти мужеподобные тетки без грамма косметики, в джинсах и со звериным оскалом на обветренном лице? Так называемые феминистки, которые сами зарабатывают деньги, сами ремонтируют дома краны, для себя рожают детей, а потом всю жизнь доказывают неизвестно кому, что все мужики сволочи и можно прожить и без них! Голубева считала это полнейшим бредом, потому что мужчин искренне любила. Правда, одних она любила день, других — час, ну а некоторых — по нескольку лет. Такого, чтобы один раз и на всю жизнь, у нее еще не было. Однако Голубева по этому поводу особо не переживала, мужчина, по ее мнению, должен украшать жизнь женщины, а не укорачивать ее, и пока Виктор с этой задачей справлялся, она была рядом. А брак — не брак, неважно: если отношения перестают приносить удовольствие, их пора прекращать.

Голубева нанесла на волосы бальзам и осторожно смыла водой. Ну вот и все. Сейчас только уложить стрижку и можно в путь. Пока волосы, замотанные в полотенце, высыхали, она достала косметичку и накрасила ресницы и губы. Ее дежурный макияж. Глаза у Елены от природы были огромные, синие, как море, а губы пухлые и сексуальные, поэтому и особой «раскраски» ни тем, ни другим не требовалось. Закончив с макияжем, Голубева стянула с головы мокрое полотенце и выбросила его в корзину. Включила фен на самую большую скорость и принялась «делать затылок». Вообще-то у нее сейчас на голове была изумительная стрижка, которую она безумно любила. Длинная челка на один глаз, короткие бачки и «высокий» затылок. Выглядела по-мальчишески задорно и эротично женственно одновременно, такое мало кому удается, а у Голубевой получалось всегда.

— Я готова! — она вышла из ванной в одном полотенце на стройных бедрах. Виктор как раз что-то складывал в сумку, пока он возился, пока застегнул замок, и только после этого поднял на Елену глаза. И замер как вкопанный.

— Вещи собрал? — девушка кошачьей поступью подкралась ближе и уселась верхом на сумку.

— Собрал, — пролепетал мужчина.

— Тогда в путь! — скомандовала она и отправилась в другую комнату за одеждой, секс в ее планы сейчас не входил.

— Похоже, здесь жарковато, — Голубева капризно поморщилась. — Сейчас вспотею и начну пахнуть.

— Я тоже, — Виктор продолжал смеяться. — И ты сразу перестанешь замечать свой запах. Давай уже шубку и садись. Скоро взлетаем.

Еще немного повертевшись для вида, Елена, наконец, опустилась в кресло и «пристегнула ремни», как того настойчиво требовала горящая табличка.

— Внимание! — стюардесса принялась говорить обычную ерунду, а Лена уже нацепила наушники и закрыла глаза.

Спустя пару минут она почувствовала легкое головокружение и тошноту и поняла, что самолет, наконец, взлетает. Ремни она отстегнула, Елена вообще ненавидела все то, что мешает чувствовать себя комфортно. Зато глаза Голубева принципиально не открыла, ну что хорошего можно увидеть в иллюминатор несущегося на дикой скорости самолета? Оставшуюся внизу взлетную полосу да грязный городской аэропорт с серыми деревьями? Внезапно кто-то толкнул ее в спину, да с такой силой, что Голубева, не ожидавшая удара, сильно стукнулась головой о впереди стоящее кресло.

— Черт! — рявкнула она и рванула наушники. — Что за ерунда?