Читаем Зая онлайн бесплатно

Как тяжело вставать по утрам. Порой это самый неприятный процесс. Особенно после бурных выходных. Особенно когда половина тела онемевшая. И мелодия будильника кажется самым противным звуком на земле. И попытки выспаться за пять минут, которые ты позволяешь себе выкрасть у чистки зубов, выгула собаки и чашки горячего бодрящего кофе, ничем особенно-то и не помогают. Всё равно приходиться вставать и проклиная целый свет тащить свой тощий зад в ванную и из заспанного чудища превращаться в человекоподобное существо.

У Вани не было никакой собаки, поэтому он просто чистил зубы, пил кофе и съедал пару бутербродов с колбасой. Хотя сегодня кусок в горло не лез. Но до обеда оставалось почти полдня, поэтому он запихал в себя ломтик докторской и кусок залежалого нарезного батона. После отыскал пару относительно чистых носков. Подотдел рабочие кальсоны. Всё-таки на улице зима. А ему работать сегодня на улице целый день. Таскать эти чёртовы мешки. С одной стороны, такая перспектива, несомненно, удручала, но с другой – завтра он пойдёт на смену в ночь и будет пинать балду в тёплом помещении, а этот идиот Лёха – на тридцатиградусном морозе.

Ваня отыскал свою футболку под диваном и, развернув её, испытал чувство шока и омерзения одновременно. Половина задней части его единственной приличной вещи была измарана в крови, в придачу ещё и разорвана в нескольких местах. Смутно припоминая события вчерашней ночи, он унёс футболку в ванную и забросил в стирку. После чего, несколько раз выругавшись, поплёлся к зеркалу. Вот почему половину спины была онемевшей, особенно в области правой лопатки. Какой-то придурок воткнул ему в спину карманный ножичек. Ранение пустяковое. Так, царапинка. Что не сравнится с потерей его любимой и единственной футболки, если не считать синтетическую цвета хаки, в которую ему предстоит сегодня влезть и отправиться на работу. И он искал эту самую футболку, восстанавливая в памяти фрагменты прошлой ночи. Он как обычно выпивал пиво в баре никого, не трогая, пока та парочка, которая о чём-то шумно спорила, не начала драться. Мужик и баба. Да, помнится, он попытался заступиться за женщину. Её партнёр или кем там он ей приходился, набросился на него с ножичком. Как Ваня добрался до дома, напрочь стёрлось из памяти.

Иван, или как все на работе его зовут, Карай (из-за фамилии Караев), в этот раз опоздал на автобус, который всегда довозил его прямо до завода. Всё из-за этой чёртовой футболки, которую ему пришлось искать в шкафу, тратя драгоценное время. Как же плохо жить одному. Никто о тебе не заботиться, не провожает и не встречает, не справляется о твоём здоровье и не устраивает скандалов. Чёрт, ему с радостью хотелось бы услышать, как на него кричит его любимая. Как она возмущённо вскидывает руки и обзывает его дураком. Эти воспоминания теперь одни из самых дорогих, что остались в его памяти.

Придётся тащиться по морозу три километра. Руки замёрзнут, ведь он вновь забыл свои варежки дома. И плечо начало усиленно ныть, будто в придачу ко всем его проблемам. А ему ведь сегодня ещё мешки таскать. Надо бы наведаться к медику, авось и домой отправит. Но всё это было одуванчиками по сравнению с ними. С этими людьми вокруг. Вот кого он боялся больше всего – людей, которые шли ему навстречу. Нет-нет, не людей. Это не могут быть люди, просто не могут быть. Ведь люди не бывают такими высокими и худыми. Если говорить начистоту, просто истощёнными клоунами, передвигающимися на ходулях. Нет, они не были ряженными, как цирковые артисты. Обычная одежда, правда, почему-то чёрная. На всех чёрная.

Поначалу Ваня шёл по безлюдной улице, что не могло не радовать. Но уже издалека он завидел одного из них. Длинные руки, почти касающиеся снега под ногами, изогнутые ноги, ничуть не уступающие длине рук. Иногда Ваня задумывался, как этим существам удаётся найти одежду под их безразмерное туловище и конечности. Ах да, наверняка шьют где-то на заказ. Звучит смешно, не правда ли? Но сейчас это было не важно, потому что он приближался. Обычно Ване удавалось обойти их, но не в этот раз. С этим ему придётся пройти и не столкнуться лицом к лицу по узкой тропинке вдоль обочины. Лицом к лицу, вот что было ужаснее всего. Увидеть их лица. Наверняка они такие же обезображенные, как и их тела. Ваня знал, что когда-нибудь ему придётся взглянуть им прямо в глаза, но не в этот раз. Поэтому уткнувшись глазами в пол, Ваня прошмыгнул мимо трёхметрового существа. В который раз, отметив для себя их медлительность и громоздкость. И их больное тяжёлое дыхание. Ну, это и понятно, наверное, несладко живётся, если твоё тело весит, как жигули. Главное добраться до хорошо освещённой дороги, там эти страшилки не появляются. Они вообще, как отметил для себя Ваня, не появляются на свету. То есть днём, он их никогда не видел. Это вполне себе объяснимо, не так ли? Если ты не такой, как все – прячься во тьме.

Семнадцатого января Ваня записался на сеанс к психологу. К медику на работе он не стал обращаться. Почти весь день проведя в подсобке. Машин с грузом практически не было. Только утром одна и ещё одна после обеда. Таскать мешки было больно, но терпимо. Правда, отправившись в душ, он вновь обнаружил на рабочей майке пятна от крови. Нужно будет чем-то заклеить царапину.

Сегодня уже восемнадцатое января и знаете, попасть к психологу намного проще, чем к травматологу. Никаких тебе очередей с покалеченными людьми, длинных и мрачных коридоров и -то приглушённого плача за одной из дверей. Нет. У Марии Петровны (Ваня узнал её имя с сайта, на котором записывался) в холле с зелёными стенами стояли мягкие кожаные диваны. Симпатичная стройная помощница угостила его вкусным кофе и пообещала, что Мария Петровна сможет принять через пять минут. Перед этой встречей ему пришлось отыскать в шкафу белую рубашку, которую он надевал лет пять тому назад, когда был на свадьбе у собственного брата. И из-за того, что он похудел на добрые два десятка кило, рубашка была заметно велика. Но это всё же было лучше синтетической футболки. Ночью ему всё-таки пришлось съездить к травматологу. Лопатка жутко разболелась, и он решил, рана загноилась. Врач наложил шов, смазал волшебной мазью и прописал обезболивающие таблетки. Но… кого он обманывает? На самом деле причина не в болях, нет… К большому сожалению. Причина в звонке. Каждую ночь в одно и тоже время. В 3:45. И звонивший будет звонить до тех пор, пока ты не ответишь. Именно поэтому Ваня старается проводить дома ночью, как можно меньше времени, зависая в пивных барах, но в этот раз он решил, что лучше всего не испытывать судьбу и остаться дома.

Поначалу он считал, что это всё чья-то злая шутка. Что кто-то прикалывается над ним, прознав про его горе. Но кому могло прийти такое в голову? Под подозрения попали все друзья, коллеги, даже соседские мальчишки и девчонки. Но разве кто-то может подделать голос?.. Возможно. Ну, а интонацию? А эту слабо слышную хрипотцу, свидетельствующую о простуде? Разве возможно? Ваня в этом сильно сомневался.

Первое время спросонья он ничего не понимал и просто клал трубку. Спустя несколько дней он разозлился и пообещал звонящему выдернуть ноги, если тот ещё раз посмеет. А дальше стали тянуться дни ужаса и страха. Потому что Ваня понял, ему звонит Вера. Его любимая женщина, которую он похоронил ещё в 2015 году. Ему бы надо было с ней поговорить, но он не мог. Просто клал трубку. После чего уверял себя, что ему это всё приснилось. И именно по этой же причине он не стал обращаться в полицию или заказывать у оператора связи детализацию звонков. Он боялся, что узнает всю правду. Что звонки настоящие, и жена звонит ему из загробного мира. Хотя вполне могло быть и другое, никаких звонков могло и не быть в помине, что подтверждало ещё одну его теорию – он сходит с ума. Медленно, но, верно.

– Мария Петровна готова вас принять, – помощница великодушно открыла ему дверь в кабинет, стены которого были выкрашены в нежно жёлтый и персиковый цвета.

– Добрый день, проходите. Устраивайтесь поудобнее, – Мария, сидящая за столом без острых углов (вообще вся мебель в этом месте была сделана по такому принципу), указала ему в дальний угол, где клиентам предлагался выбор; либо мягкий диван с бархатной накидкой, либо кресло, более напоминающее массажное и самый простой стул со спинкой. Ваня выбрал диван, скромно заняв позицию с левого края, возле зашторенного окошка.

– Иван Сергеевич, верно? – уточнила психолог, вставая из своего стола и придвигая своё обычное офисное кресло примерно в середину кабинета. Видимо, чтобы было удобно разговаривать с клиентом. Она снабдилась большим ежедневником и ручкой и уселась, сложив ногу на ногу. Психолог была в пиджаке и юбке-карандаш бордового цвета. Ваня успел отметить для себя – Мария немного моложе него, лет на пять точно. Она много улыбалась. Об этом свидетельствовали морщинки в уголках глаз. А улыбка у неё была просто обворожительная. Возможно поэтому он и записался именно к ней, а не Геннадию Афанасьевичу, хотя его офис располагался на километр ближе, чем офис Марии. Да и брал он дешевле на пятьсот рублей. Но это всё было не важно. Важно было, чтобы ему помогли.

– Вы впервые посещаете психолога? – поинтересовалась Мария, раскрыв ежедневник, примерно где-то посередине.

– Да, – ответил Ваня, он чувствовал себя не выспавшимся, хотя уже за утро успел выпить две кружки кофе. Ну, оно и понятно, он ведь спал всего три часа сорок пять минут. Возможно, он мог бы ложиться раньше двенадцати, но заснуть раньше этого времени всё равно не удавалось. Даже если ли бы ложился в постель в восемь вечера, чтобы быть готовому к её звонку. – Хорошо. Рассказывайте, что вас ко мне привело? – Мария сразу отметила для себя нездоровую бледность пациента.

– Плохо сплю. Думаю, это заметно по мне, – поведал он, облизнув пересохшие губы.

– Как давно вас мучает бессонница?

– Нет-нет, это не бессонница… – возразил он, чувствуя, что его накрывает невидимой тяжёлой пеленой. Такое бывает, когда впадаешь в лёгкую дремоту, – Я засыпаю в одно и то же время и просыпаюсь… в одно и то же.

– И во сколько же?

Он ответил.

– А как вы сами думаете, с чем это может быть связано?

– Не знаю, – солгал он, тяжело вздохнув. Он знал. Он всё прекрасно знал. И пришёл сюда к ней, чтобы скрыть правду от самого себя.

– А кем вы работаете, Иван?

– Э… Это имеет какое-то значение? – недоумевающе бросил он.

– Конечно. Вы работаете посменно? Верно? День-ночь?

Он кивнул, чувствуя себя всё хуже и хуже, будто какая-то незримая сила гнала его отсюда прочь.

– Зачастую наш внутренний биологический режим сбивается из-за подобного графика работы. Единственный совет в таком случае – сменить работу, на более щадящую.

Это он никак не прокомментировал. Сменить работу! Он и так старается не бывать дома и в ночь уходит, как на какой-нибудь праздник. А что будет если он устроится в пятидневку? Ему предстоит каждую ночь слушать её призрачный голос.

Они поговорили ещё отведённые оплаченные сорок пять минут. Мария всё расспрашивала и расспрашивала. И пообещала к концу недели вывести наиболее верное решение из сложившихся ситуаций и проблем клиента. И знаете у неё это прекрасно получилось.

20 января. Ваня вновь пришёл к Марии. Как ему показалось, в кабинете было слишком мрачновато несмотря на то, что день шёл в самом разгаре. Всё эти оранжевые шторы. В них вся беда.

– Здравствуйте Иван, у меня для вас хорошие новости. Я проконсультировалась со своим коллегой терапевтом, и он посоветовал одно очень действенное снотворное, – сразу с порога заявила психолог и вручила ему бумажку с названием препарата. Мария была в таком же костюме, как и в прошлый раз, только не в бордовом, а в белом. Ваня прочитал название на рецепте, но ничего не стал говорить. Он уже принимал это лекарство и многие другие, которые выписывали ему врачи. Но звонок всегда заставляет проснуться, даже когда он мертвецки пьян. Об этом он скромно умолчал. Просто поблагодарил и уселся на диван.

– У меня ещё есть одна проблема, доктор, – начал он, чувствуя себя немного нервозно. Это и понятно, он собирался впервые рассказать кому-то о людях, которых он постоянно видит. Вечером, когда идёт на работу. Ночью в окно, когда зашторивает шторки.

– Давайте разберём, – Мария вновь придвинула кресло и села ногу на ногу с тем же ежедневником, чтобы фиксировать, как она сама решит, важные и интересные моменты их беседы.

– Я… – он хлопнул ладонью по своей коленке. А это оказалось совсем не просто, говорить правду, – Я… Вижу людей, – сглотнул застрявший ком, взглянул на психолога и продолжил, глубоко дыша, ведь после этого разговора его могут увезти в каталажке прямиком в дурку, – Необычных людей.

– Необычных людей? – озадаченно вскинула бровь Мария, улыбаясь одним уголком рта. Ваня задумался, как описать так, чтобы было понятнее. – Вы смотрели Слендермена?

Мария сделала вид, будто вспоминает:

– Это фильм какой-то? Нет, не припомню.

– Бабадук? Дом странных детей?

Мария покачала головой:

– Это какие-то ужастики?

– Да, – он облизнул пересохшие губы и тут же вытер их рукой, – Во всех этих фильмах есть чудовища с длинными ногами и руками. Они очень высокие. Метра три в высоту, – выпалил он, снова облизывая губы.

– И вы видите этих чудовищ? – казалось, Мария была ничуть не удивлена.

– Нет, не чудовищ… Они как люди. У них точно такая же одежда…

– Вы видели их лица?

– Нет! Нет, что вы! – отрешённо бросил он, будто ему предложили нечто непристойное. Он, сам того, не осознавая сел боком, положив ногу на ногу и обняв себя руками.

– Как давно вы стали их видеть?

– Примерно через пару месяцев, как умерла моя жена, – на самом деле он не помнил, когда начал видеть этих существ. Вполне возможно, что прошло намного больше времени.

– А как давно умерла ваша жена?

– Год назад, – в этом он не сомневался, поэтому ответил уверенно. Но психолог нахмурилась и пролистала свою записную книжку на пару страничек назад.

– В прошлый раз вы сказали, что ваша жена скончалась в две тысячи пятнадцатом.

Ваня пожал плечами, не до конца осознавая, к чему она клонит.

– Иван, прошло уже четыре года.

Такая новость заставила Ваню застыть с открытым ртом, а потом и рассмеяться, словно над хорошей шуткой. Да за кого она его принимает вообще? За дурачка проходного? Неужели он мог пропустить мимо носа целых ЧЕТЫРЕ года?

– Четыре года… – повторил он словно эхо, уже не смеясь. И в самом деле, он никогда не занимался таким унылым делом, как подсчёт дней, месяцев и годов. Для него всё случилось вчера. И этот ужас будет преследовать его до конца жизни, потому что их не разделяют годами, их разделяют всего одним днём. Вчера и завтра. – Значит, я вижу их немного дольше… – с видом потерянного человека вымолвил он.