Читаем Zagadka онлайн бесплатно

Загадка коренного населения Канарских островов, выросших в Атлантическом океане миллионы лет назад, манит современных археологов и любителей истории. До сих пор они строят гипотезы, как и когда аборигены без знания навигации попали на эти клочки суши. Нет и однозначного ответа, кем были люди, что так похожи на народности Северной Африки обликом, кочевническими традициями и языком, но владели навыками мумификации, как древние египтяне.

Любопытство заставляет канарцев искать следы своих предков, кровь которых течет по венам местных жителей, гордо носящих древние имена племени Гуанче. Народа, что населял один из Канарских островов – Тенерифе.

Остров, что стал мне домом, приоткрыл свою тайну и сподвиг на создание данной книги, которая приглашает в мир, полный загадок.

Sofia Dias Farmhouse

Эта приключенческая история могла бы произойти с каждым. Но череда невероятных событий громко щелкнула ключом, открыла дверь и ворвалась в жизнь девушки по имени Аманда.

– Малыш, я дома! Привез с Канаров чудн'yю вещицу, как ты любишь, – муж брякнулся в кресло перед телевизором. – Не понимаю, почему предпочитаешь безделицы драгоценностям.

Хрупкая девушка с пучком на голове быстро убрала дорогие туфли супруга, отнесла чемодан в кабинет и появилась в зале:

– А куда их носить? Давай хоть в ресторан сходим, – она поправляла очки всякий раз, когда волновалась.

– Ты же знаешь, я устаю в командировках. Да и люблю домашнюю еду, – он строго посмотрел с высоты своих сорока. – Ужин готов?

Алексей Петрович делал карьеру в нефтяной компании, пока юная домохозяйка, за три года брака видевшая лишь домики Рублевки, мечтала о приключениях. Подруги завидовали удачному замужеству. Солидный, импозантный мужчина обратил внимание на скромную студентку исторического факультета. Так, вместо учительницы в сельской школе, Аманда превратилась в соседку звезд.

В свои двадцать пять лет она стала хозяйкой огромного дома с ухоженным садом, круглый год полным овощей и фруктов из теплицы. У молодой жены даже была прислуга: домработница, что хлопотала с уборкой и стиркой, и садовник преклонного возраста. Девушке лишь оставалось готовить для избранника и ждать его из вечных командировок. Она любила экспериментировать, соприкасаясь с гастрономией разных стран. Так отвлекалась от мыслей, что несмотря на стабильность, достаток и жизнь рядом с уважаемым человеком, однообразие сдавливало горло. Ей хотелось бежать, но страх парализовывал: «Я ничего не умею! Универ бросила. Собственных денег нет».

Не об этом она мечтала, говоря заветное «Да». Хотела вместе объездить мир, а не пропадать у плиты, путешествуя лишь по книгам. Но супруг разъезжал один, привозя из каждой поездки памятный сувенир. Эти безделушки со всего света были единственным сокровищем Аманды. Ее личным порталом в другие миры. Вообразив себя археологом, она разгадывала их истории. Подав ужин, наконец, уединилась и развернула подарок.

Глиняные бусы со щербинками выдавали долгую жизнь ожерелья. На нем красовался лист лавра из черной стекловидной субстанции.

«Какую тайну ТЫ хранишь?» – не мигая она вглядывалась внутрь подвески, поддавшись притяжению минерала. Камень космической глубины заворожил ее до помутнения. Испугавшись, что так он забирает энергию, убрала в шкатулку.

– Не понравился сувенир? – заметив ее резкое движение, спросил муж. – Хотел взять что-то более изящное, но продавец словно загипнотизировал меня, сказав, что я должен купить именно это.

– Нет, что ты! Это самый необычный подарок, что ты привозил. Спасибо! – она зевнула. – Я просто устала.

На следующий день Аманда рано утром выскользнула из дома, чтобы отправиться в город. Ей не терпелось разузнать больше о необычном камне. Но в геологическом музее она потерялась среди обилия экспонатов. Уже на выходе внимание привлекло объявление: «Геммолого-минералогическая лаборатория ГГМ РАН проведет экспертизу ювелирных камней и изделий».

Никогда она так не радовалась кредитке, выданной мужем пару лет назад, которой почти не пользовалась. Из скромности покупала лишь необходимое: продукты, кое-какую одежду да книги. Но этот камень явно стоил того, чтобы потратиться, и не важно, что придется объясниться с мужем за странные расходы.

Эксперт неторопливо рассматривал подвеску:

– Поразительная чистота! Ни включений магнетита, ни шпата… – он аккуратно водрузил образец в аппарат. – Это обсидиан – камень древних вулканов. Появляется, когда жидкий кремний выходит из недр и мгновенно окисляется, застывая многослойным стеклом.

– А он может, ну, знаете, забирать у человека энергию?

– Скорее наоборот: заряженная Землей магматическая горная порода изолирует от внешней энергии и даже считается оберегом от сглаза. Вот, – специалист протянул записку, – если хотите узнать больше об особых свойствах этого минерала, сходите к Аде.

Прибор запищал и выплюнул отчет.

– Что же, спектральный анализ готов: ваш камешек «родился» тринадцать тысяч лет назад в центральной Атлантике. Удивительный экземпляр!

Аманда спешно села в такси и направилась по адресу, указанному в записке.

«Почему такие артефакты продают как обычные сувениры?» – размышляла по дороге, рассматривая камень. И даже не заметила, как оказалась перед вывеской «Ясновидящая». Дверь была приоткрыта.

– Андамана, заходи! – услышала, не успев постучать.

– Нет, я Аманда… – она теребила медальон, ступая в темноту.

В небольшой комнате, похожей на коридор, горела одна единственная свеча. Трудно было угадать цвет обоев или мебели – все сливалось в сумраке. В дальнем углу, словно приведение, сидела женщина в темном одеянии.

– Этот камень из сердца вулкана магический, – провидица говорила медленно. – Он помогает самопознанию. Но осторожно, он обнажает и желания, и обиды. Обсидиан хранит истории своих хозяев, но рассказывает их лишь родной крови.

– Что это значит? – Аманда присела, а руки машинально коснулись очков.

– Твои предки владели этим ожерельем, поэтому камень заговорил с тобой, – ясновидящая придвинулась ближе. – Почувствовала?

– Н-не уверена…

Аманда задумалась: «Сколько лет этой «колдунье»: на ее лице ни морщинки!»

– Вчера на мгновение мне показалось, словно камень вытягивает энергию. Чуть не упала в обморок. Может, просто устала? – а про себя подумала: «Мне к психологу пора, а не к гадалке…»

– Знаете, это ожерелье муж купил на сувенирном базаре, как и остальные подарки. Но никогда не происходило ничего подобного.

– Не веришь? – Ада резко откинулась в кресле, и ее лицо растворилось в темноте. – Что ж, посмотрим…

Стул скрипнул, послышалась тяжелая поступь, захлопнулась дверца шкафа, и перед свечой появился стеклянный шар.

– Положи руки на магический шар!

Аманда колебалась.

– Он тоже из обсидиана, и, если я ошибаюсь, ничего не произойдет.

С виду предмет походил на игрушку с хлопьями снега, только в нем было пусто. Аманда не верила в магию, но дотронулась до холодного серого стекла.

– Мне надо задать вопрос или о чем-то подумать? Как это работает?

Ничего не происходило. Лишь тени пламени, преломляясь, водили хороводы.

– Шар покажет то, что должна узнать. Дай ему время! – Ада набила трубку.

Возможно, под действием табака, но Аманда почувствовала головокружение, как при первом касании черного обсидиана. Прозрачное стекло внезапно преобразовалось в зеркало, в котором она увидела свое отражение. Девушка по ту сторону выглядела уверенной и воинствующей. Она стремительно разбежалась и спрыгнула с высокой скалы в океан, лишь рассмеявшись высоким волнам. На мгновение показалось, что дикарка погибла, но та вынырнула из воды. Словно почувствовав, что за ней наблюдают, она снова исчезла. Магический шар стал прежним, а руки Аманды – влажными. То ли от брызг, то ли от волнения.

– Вы это видели?!

– Нет, – ясновидящая невозмутимо пускала дым.

– Я что-то видела… Нет, я себя видела! Но не поняла, это прошлое или будущее.

– Обсидиан открывает дверь в прошлое и дает возможность изменить будущее. Не теряй этот камень, девочка. Он оберегает. А теперь иди. Я устала, – она шумно выдохнула, и свеча погасла.

При лунном свете улица выглядела мрачным продолжением комнаты Ады. Поежившись, Аманда вызвала такси. Ночная столица, шумная в любое время года, выставляла напоказ свой веселый темперамент. Неоновые вывески, миллионы фар и фонарей освещали дорогу к тысячам ресторанов и клубов. Но Аманда не любила многолюдные места и даже в студенческие годы предпочитала проводить время под шуршание страниц в дальнем углу библиотеки. У такого «ботана» было немного друзей. Книги и прекрасная фантазия – лучшая компания. А если становилось одиноко, набирала самому близкому человеку. Как сейчас:

– Привет, Па-а. Как вы?

Она старалась улыбнуться. Говорят, мимика меняет тон голоса.

– Доча, как я рад! Все в порядке. Уже собираем урожай. Надеемся выручить больше денег в этом году. Мама договорилась о месте на рынке. Ты как? Когда приедешь, мы порося зарежем?

– С удовольствием! Правда. Я соскучилась. В этой Москве тоска. Супруг все время на работе, у него карьера в гору. В начальники метит. А я? Ну а что: сыта, одета, крыша над головой есть. Стараюсь соответствовать статусу жены уважаемого человека и не позорить, – в трубке раздалось ворчание. – Пап, не начинай, я назад не вернусь. Вам еще одного рта не хватало! Стерпится-слюбится, кажется, у вас говорят, – она рассмеялась. – Лучше расскажи, как бабушка?

– Ну смотри, дочь, жизнь твоя. А бабушка, что ей станется. Командует соседями как заправский полковник. Достойная наследница отца-генерала.

– Привет ей передавай. И еще… – она колебалась. – Ты не пытался расспросить об отце? Слишком долго бабушка все это скрывала, мы имеем право знать свое происхождение! – что-то внутри щелкнуло, она разозлилась. – Поговори с ней, хорошо? Я завтра позвоню. Пока, пап.

Внутри зарождалось новое чувство. Всегда спокойная, робкая и даже меланхоличная, она не устраивала сцен, не повышала голос и никому никогда не перечила. Глотала обиды и в сложных ситуациях лишь плакала от бессилия. «Такова жизнь» – была ее мантра. Но разве является слабостью умение принимать обстоятельства смиренно? Ее не учили сражаться, но это не значило, что в душе не было огня.

Обсидиан стал ее искрой. Она уже не думала о приличии и не боялась задавать неудобные вопросы. Одержимо шла против обстоятельств. Возможно, даже смогла бы прыгнуть со скалы в открытый океан, как девушка из шара. Мечтательно закатила глаза. Такси подъехало к дому.

Стараясь не шуметь, Аманда поднялась в спальню: «Фух, уже спит. Объясняться за долгое отсутствие буду завтра». Любопытство сжигало ее: все мысли были лишь о камне. Приняв душ, залезла в интернет. Гугл выдал около полутора миллионов страниц об обсидиане. Виски пульсировали от обилия информации, который час она ворочалась без сна. «Кровь рода» – вспомнила слова медиума. Встала. Открыла шкатулку. Достала камень и без колебаний вонзила в безымянный острие минерала. В глазах помутнело, и тело поглотило вязкое пространство.

Она попыталась нащупать очки, скользнула по густым распущенным волосам, будто слипшимся в дреды. Оглядела ноги, обмотанные кожей, и подобие платья на меху через плечо. «Что за сон?»

В прохладе пещеры ютились глиняная посуда, связки колосьев и козьи шкуры.

– Андамана, спишь? – жилистая старушка возвела глаза к небу.

– Я – Аман… – с туземкой, похожей на ведьму, не стала спорить.

– О, Всевышний Ачаман, пока мужчины воюют, эта лентяйка последних коз растеряла! – ее рычание эхом пронеслось по пещере.

Удивительно, Аманда понимала этот язык и поспешила наружу. Щурясь от яркого солнца, разглядела снежную коническую вершину в соседстве с зелеными хребтами. Глубокие овраги, обрамленные разноцветными породами. «Знакомые места. А вон и козы у обрыва!» – все видела без очков. Схватив крепкую высокую палку, она ловко прыгала по каменистой тропе и подобралась к самому краю оврага. Козы пощипывали травку, не обращая внимания на зрителя. «Как же мне их вернуть?» Послышался лай, словно в ответ на ее мольбы. Длинноногий пес вертелся между шкур, покусывая им бока. Стадо заблеяло и побрело в направлении дома. Рыжая овчарка обогнала Аманду, и та едва поспевала. Никогда она столько не бегала по горам. Жажда и усталость разом навалились на новоиспеченную пастушку. «Что же они пьют?». В округе не было ни озера, ни реки.

– Справилась, бездельница? На вот, глотни ахоф, – старушка беззубо расхохоталась и протянула глиняную чашу. – Да коз подои.

Она жадно пила белую жидкость, которая оказалась молоком. Аманда никогда не доила козу. Родители завели хозяйство, когда она уже покинула родной дом. Пришлось вспоминать, как это делала соседская девчонка. К корове та подходила сбоку, подставляла ведро и дергала за вымя. Аманде это казалось забавой, как легко у доярки получалось. Усевшись на землю, она поставила глиняную чашу и дотронулась до животного. Коза отошла. Попробовала с другой стороны, обхватив оба соска руками. Молока не появилось. «Может, помассировать сначала?» Она хаотично сдавливала железы недоумевающего животного, пока не приноровилась захватывать часть вымени с соском двумя пальцами, сжимая ладонь постепенно. Резкая струя горячего молока эхом прогремела по стенкам сосуда. Осмелев, Аманда схватилась за дело обеими руками, которые после восьми коз она не могла разогнуть.

Гордо несла свежее молоко:

– Куда его, бабушка?

– В дальний угол пещеры, где похолоднее. Завтра будем делать масло. А сейчас пойдем за водой, пока не стемнело.

Ближайший источник находился в километре вниз по склону. Воды в нем оказалось немного, да и большую часть впитала каменистая почва.

– Этот год выдался жарким, обычно с желтой листвой приходит много воды, – зачерпывая кувшином из лужи, сетовала островитянка. – Скоро будем пить лишь ахоф и жевать сочные кактусы.

– Еды тоже не хватает? – испугалась Аманда.

– У нас осталось зерно и небольшое стадо. Но в пищу используем только козлов, чтобы постоянно иметь молоко. Еще можно спуститься к океану за рыбой и моллюсками. Мои мальчики часто возвращались с хорошим уловом: они научились загонять рыбу в мелкие лавовые заводи, парализовали ту соком из листьев кардона и собирали руками.

– Давно они ушли воевать?