Читаем Забытый раёк онлайн бесплатно

Забытый раёк

Новые тексты, «стихи из романа» «Гумилёв в Териоках» (из вышедшего в 2010 году в журнале «Нева» романа «Табернакль»), стихотворные циклы «Тополиные тропы», «Описание фотографий», «Портреты» — таков состав тринадцатого поэтического сборника Натальи Галкиной «Забытый раёк». В названии возникает тема райка — галёрки, верхнего яруса под потолком театра для самых бедных из истинных ценителей искусства. На страницах этой книги териокский луг сплетается в венок, по стогнам петербургским скачут хрестоматийные всадники с лилипутом на собачке, лето знает имя Электра, проходит маленький оркестр «балканского толка», напоминая нам, что все мы — дети райка. © Галкина Наталья, текст, 2011. © Панкевич Аркадий, обложка, 2011. © Цветкова Елена, фото, 2011.

Наталья Всеволодовна Галкина

Поэзия

<image l:href="#_01.jpg"/> «Ставни стучат, как в английском романе...»* * *Ставни стучат, как в английском романе.Ветер втащил темноту на аркане.Вечер бежал раньше времени прочь,вместо него воробьиная ночь.Там, за окном, — оркестровая яма,соло и хоры из шума и гама,рушится ветка, за нею сосна,лиственным стоном кустов пленена;свет выключается, гасится с ходу, —кто там читает в такую погоду? —хляби разверзлись одна за одной,занавес падает водной стеной.«Океанида... — шепчу, — Бореада...»И засыпаю внутри водопада.СЕНТЯБРЬ1. «Лежит, пространство сотворя...»* * *Лежит, пространство сотворя,признав со временем родство,инструментарий сентябряиз планетария его.Кому цыплят считать пора,тот их сочтет и будет прав,а наша песенка стараупавших яблок, сонных трав.2. «Заметок на полях миры...»* * *Заметок на полях миры,забытых именин и строк,неотторгаемой игрынеувядаемый венок,да фисгармония, как райна чердаке сквозь пыль и прах:ведь у нее, что ни играй,молитва на уме да Бах.3. «Переливаясь через край...»* * *Переливаясь через край,звучит в окне ночной нонет,но сводит резвый водограйслова и музыку на нет.Сентябрь уводит нас с тобойв такую даль на полчаса,где лишь валторна и гобойвливают в слух наперебойлесных провалов адреса.«Объезжать Исаакий при полной луне...»* * *Объезжать Исаакий при полной луне,когда ангелов стая крылата вдвойнеи темны кавалькада и страта;вот два конника, с детства знакомые мне:Коллеони и Гатамелатта.А за ними три наших царя вчетвером,два коня на дыбы под небесным шатромаравийских в значительных позах,а четвертый из тяжеловозов.Диоскуры манежа, конюший, под статьдвум квартетам ковбоев по хватке,и квадрига, конечно, что ж ей отставать,Главной арки штабной делегатке.И вослед этой рати (с ней накороткетемный ветер на бронзовочерной реке),завершая волшебные скачки,едет маленький Пушкин на резвом коньке,а за ним лилипут на собачке.«Я замки воздушные строю...»* * *Я замки воздушные строю,в их горницах встав на постой,с бессонницей, старшей сестрою,и с младшей сестренкой мечтой,а то и со средней сестрицей,любимицей слова «люблю»,голубушкой, певчею птицей,синиц и оленей кормлю. Малюточке Козетте, такая егоза...»* * *Малюточке Козетте, такая егоза,козюлька и козявка попались на глаза.Она их уважала, тихохонько пасла,на веточку сажала, на листике несла,по очереди, дáбы не мыкались толпой,их к маковой росинке вела на водопой.Да как-то проглядела, сама не поняла,козюлька улетела, козявка уползла. «О да, мечтала я прожить в тени...»* * *О, да, мечтала я прожить в тени,вне склок и дрязг, в своем углу за книгой,чтоб тихие классические днисоединяло время нотной лигой.Так землянике хорошо в тишипоодаль от тропы и от дороги.Я сердцу повторяла: не спеши... —но запиналась вдруг на полуслоге.Но иногда, глаза открыв во тьме,я просыпалась, словно от удара,и вспыхивала в этот миг во мнеколючая конструкция радара. «В музыкальную спрятан шкатулку...»* * *В музыкальную спрятан шкатулкуструнный лепет изнанки моста.Вот собрались и мы на прогулкуи раскрыли два старых зонта.Всюду дождь, на губах и на веках,морось льнет к переплеску волнына осенних каналах и реках,на каналах и реках весны.Килобайты погод, миллилитры,акварельная нынче пора,серы проблеск, оттенок селитры,ртутный блик и отлив серебра.Ох, ни нити сухой, шито-крыто,в решето зонт играет и в сито,и над всей нищетой бытияи умыта с утра, и открытабарбизонская школа чутья.«Гребни волн, плавники волн, волн рыбьи тела...»* * *Гребни волн, плавники волн, волн рыбьи телаи кудрявого отрока адыгейские очи.И влетают кентавры в чем мать родилав черноморскую гладь по прошествии ночи.Так плыви же, плыви, хохоча во весь рот,узнавай эту соль, ведь волна неизменна,из которой твой вымерший древний народувидал выходящей Анадиомену.Ихтиандр, ребятенок, античный герой,через марево мифов бредущий по пляжу,отпечаток ступни, как на глине сыройслед ладони Творца, оставляя в пейзаже.Так плыви же, плыви, ойкумен твоих мирпо-младенчески древен и неиссякаем,там глядел на трирему, а тут на буксир,обретая в прибрежной толпе Навсикаю. «Дегустатор забвенья...»* * *Дегустатор забвеньязадумался и притих.Что о старых винах сказать,если время выпило их?Виноградных улитокрастаяло лунное стадо,каждый завиток,каждая гроздь,вся соть;но вино воспевалои вашу нежную плоть,босоногие давильщицы винограда.ЛАВКА ДРЕВНОСТЕЙДля нитки божество игла,для мухи мушмула.Мне лавка древностей мила,я в детстве в ней жила.Сидел Персей или Тезейпод люстрой за столом,а мышь музейная музейименовала «дом».В одной из ваз цвело быльё,спал отеть в сундучке,а пыль гнездо вила своев укромном уголке.Ни слова из портретных уст,часов шажки легки.Я в этом сонмище искусствлюбила закутки.Ведь в них, куда себя ни день,не слава и хвала,а притаившаяся теньподругой мне была.Не золото и не потальвлекли — сверчок трущобили рояльная педальдля эха всех чащоб.Люблю я окна на востокс тех пор и до седини золоченый завитокот рам всея картин.Барометр снится мне отцови дедов метрономи свет от уличных светцовна потолке лепном.В дворцовой утвари тех летсохранен красоты секрет,а в памяти лишь тень и свет,и им предела нет. «Весь этот жизненный уклад...»* * *Весь этот жизненный уклад ушел в романс или эклогу,так отлетает аромат, выветриваясь понемногу.Пока что живопись видна, но переходит в чин эстампа,еще лампада зелена, и лампа зелена, и лампа.Свари мне соус буайябез, подружка бабушки любимой,там, где барометра отвес не бредит Римом или Лимой,где аноним и имярек пропажу ищут и находят,а церковь греческую снег крещенской радостью обводит,где топятся камин и печь, с мороза по-январски пылки,и ни секунды не сберечь: уже у Вечности в копилке.БУДУЩЕЕ НАСТАНЕТ1. «В золоте и лазури...»* * *В золоте и лазурибудущее настанет,будет извергаться Везувий,будет тонуть «Титаник».Вспахан надел угодий,патент процветанья выдан,но из-под ног уходитпочва времен Эвклида.Что ж ты цветешь, ввергаяв нежность на полувздохе,розою, дорогая,на пустыре эпохи.2. «Вот он идет...»* * *Вот он идет,наша надежда,в старой беретке.В узелке у негохлеб насущный.Сейчас он сочинит песню,и будущее настанет.3. «Назови античные одежды...»* * *— Назови античные одежды.— Тога и стола.— Что ты знаешь о всадниках?— Войско монголов,чувство лука и стремени.— Главное свойство глагола?— Он в будущем времени.«Это не соло уже, но еще не трио...»* * *Это не соло уже, но еще не трио,два гитариста, как два человека из Рио.За стеной в кариатидах невские воды,у молодости в горсти капля свободы.Приносит вздохи Альгамбры и Лохнагарав литературный вечер рокот гитары.Смешав с искусственным светом вечные тени,над очарованным залом стоят на сценев мечтах неопределенных, в рубашках мятыхдва альбигойца конца шестидесятых.«Было давно? — Длится и днесь...»* * *