Читаем Заботливый санитар онлайн бесплатно

– Эй, парень, не знаешь, как тут с хирургом поговорить? Мне не надо делать полное обследование или как у вас это называется. Я только с хирургом поговорить хотел, мне эти ваши анализы уже тысячу раз делали, какой в них смысл? Я просто хочу сделать операцию и все. За деньги. Конечно. Ты же видишь, я могу заплатить!

Verdammte Scheisse! Как же достали эти умники! Я минут двадцать сидел в пустынном коридоре городской больницы и ждал свою очередь на ультразвук. Знакомая старшая медсестра, уже не раз проходя мимо, предлагала вломиться к ним и воспользоваться служебным положением, отодвинуть пациента, чтобы попасть на осмотр вне очереди. Я не поддержал эту идею. Остался спокойно сидеть на одном из четырех затертых стульев у стены и ждать, когда меня позовут. Планировал после отпуска немного вздремнуть в ожидании, но не тут-то было. Один из санитаров привел к этому же кабинету наглого, длинноногого парня, без конца тыркающего в свой телефон пальцем и требующего к себе хирурга. Я молчал. Да, я работаю в этой больнице, но сегодня у меня выходной и мне самому нужна помощь. В конце концов, пусть приходит в порядке очереди.

Пока я пытался отвлечься на что-то другое, наглый пациент все больше и больше расходился, приставая ко всем из медперсонала, кто проходил мимо нас по коридору. До этой минуты меня никто не выдал. Теперь шанс испортить мне день появился у санитара, парнишки с взлохмаченными темно-русыми волосами на голове, который только что подвез к этому же кабинету своего подопечного, мужчину лет пятидесяти с огромным фингалом под глазом и разбитой губой.

– Так чё? – не унимался богатенький мальчик, с ростом баскетболиста, сидевший в двух креслах от меня. – Как тут у вас к хирургу попасть?

Санитар стрельнул рыжими глазами в меня, я же в этот момент почесывал небритый подбородок, и показал еле уловимый жест, приложив указательный палец к своим губам, попросил его тем самым не выдавать меня нервному пациенту. Мальчишка в зеленой одежде санитара, словно специально подчеркивавшей выразительные лисьи глаза, перевел взгляд на возмутителя спокойствия.

– Парень, как тебя зовут? – баскетболист поднялся на свои длинные тощие ноги, открытые благодаря коротким спортивным шортам и подойдя к санитару, положил тому руку на плечо.

– Лука, – терпеливо ответил работник нашей больницы, хотя его хитрая рожица, эти прямые густые брови, линия упрямого носа, гордый, острый подбородок и высокие скулы выдавали в нем настоящего бунтаря. Мальчишка не так прост, каким пытается казаться на этой работе. Молод, но не прост. Я бы сделал ставку на то, что он первый задира в своем дворе. А эта белая кожа сводит его ровесниц с ума, заставляя поклоняться его еще совсем свежей красоте. Молодой лебедь, не успевший расправить крылья, но его перья уже блестят на солнце, ослепляя всех вокруг.

– Слушай, Лука. Давай, я тебе денег дам, а ты сведешь меня с хирургом. Как его, Вебер? – пациент нашей больницы притянул санитара к себе и бесцеремонно потрепал того по волосам. – Вам же гроши платят, а к вашему немцу не попасть. Я и тебе денег дам, и ему заплачу. Пусть только подлатает меня.

Парнишка, сохраняя спокойствие, поинтересовался:

– А вы сюда как попали?

– Чувак на регистрации посмотрел мои документы и передал меня вашим. Теперь уже час слоняюсь по коридорам. Но я делал уже все обследования. Нет в них никакого смысла, мне хирург нужен!

– Если вас сюда направили, – голос санитара даже не дрогнул, – значит посчитали, что вы должны пройти полный круг обследования, в ходе которого они решат, нужен вам хирург или нет.

– Эй, парень! Ты меня не понял, – пациент отстранился от Луки. – Я проходил уже все эти обследования, ты, это, что, денег не хочешь? Сколько я еще буду очереди ждать на ультразвук? Мне быстрее надо!

– Очереди все ждут. Вас позовут в том порядке, в котором посчитают нужным. Есть более срочные пациенты.

– И сколько же мне ждать?!

– Как получится. Иногда быстро, иногда люди по пять часов ждут.

– Б…, не, ты совсем тупой! Где тут руководство?! Не хотите пускать к хирургу, тогда просто выпустите меня! Поеду в Москву, какого хрена?!

Пациент на своих ходулях рванул в сторону сестринского поста, вернув оставшимся в очереди, мне и мужику на каталке с фингалом, умиротворяющую тишину. Санитар, который тоже не отличался крепким телосложением, его худоба и угловатость просвечивались через зеленую униформу, поправил капельницу у лежачего пациента. Я засмотрелся на его тонкие мужские запястья, ловко и привычно справлявшиеся с нудной работой. Эти запястья подстегнули мою фантазию, заставив незаметно для парня скользнуть взглядом по его фигуре.

– Хотите, я принесу вам кофе? – неожиданно для меня, Лука склонился ко мне и быстро прошептал это предложение.

Мои ноздри накрыл его запах. По-моему, я физически ощутил, как расширились мои зрачки. В этом запахе было слишком много лишней информации для меня. В нем слышались ноты дешевого мыла, воды, терпкого дезодоранта от пота, собственно, оттенок самого еще совсем юношеского пота и отпечаток сигаретного дыма.

В этой больнице я работаю уже более трех лет. Переехал в Россию из Германии. Образование и большую часть своего опыта работы хирургом получил именно там. А перебравшись в этот богом забытый российский город, получил титул самого молодого и успешного хирурга. Да, по сравнению с этим парнишкой – я старик, но относительно своей профессии, несколько за тридцать – это еще младенец. А если еще учесть, что на студента-заучку я совсем не похож, скорее на вышибалу из местного клуба, то… Однако, как выяснилось без лишних преувеличений, я в этой больнице оперирую значительно лучше остальных. Оттуда же, вместе с этим титулом, ко мне пришло все остальное. Деньги, которые нередко согласны платить вот такие длинноногие пациенты, дети богатых местных и безграничное, непоколебимое поклонение со стороны всего медперсонала и пациентов. Женская часть утверждает, что ко всему прочему я выгляжу как популярный актер и, видимо веря в эти свои утверждения, бегает за мной по пятам, мечтая, что я женюсь на ком-нибудь из них. Я со своими титулами категорически не согласен, но уже давно устал об этом говорить и все больше замыкаюсь в себе, не вынося разговоры о том, какой же я великолепный. Мой приемный отец, Лотар Вебер, тоже был хирургом. Вот он был звездой и мне до него еще очень далеко. Он же приучил меня с детских лет к спорту и к тому, что мужчина должен следить за собой и за своим здоровьем. Но я уже понял, что в этом провинциальном городке спортивная мужская фигура, привычка хорошо одеваться и причесываться не раз в год, а каждое утро, является признаком божественной красоты. Единственное, чего не знают местные одинокие женщины – это то, что я не любитель слабого пола. Хотя это совсем не означает, что меня привлекают все подряд.

– Не нужно, – я процедил это сквозь зубы. Я не хотел хамить. Да, меня не интересуют все подряд, но этот паренек заставил меня только что удерживать рот закрытым, чтобы откровенно не пустить слюну. – Но спасибо, что не выдал.

– Нет проблем!

Лука улыбнулся. Немного потрескавшиеся и раскрасневшиеся от хронического недосыпа и усталости губы разъехались в стороны, обнажив при этом ряд белейших зубов. Его улыбка была идеальной, крепкие белые клыки, не слишком крупные и не слишком мелкие. Что-то среднее. Настоящий идеал голливудской улыбки.

– Генрих! – дверь в кабинет позади санитара отворилась и моя коллега Елена, фигуристая брюнетка с красным маникюром, выплыла наружу. Она распахнула голубые глаза и дверь в свой кабинет. – А я смотрю, в пациентах на очередь ваша фамилия! Вебер! Не поверила! Жаль, что заставила ждать, заходите скорее!

Лука, пока брюнетка говорила, шмыгнул в ее кабинет и вывез кровать с пациентом, который уже успел пройти обследование. А в другом конце коридора взвизгнул длинноногий парень:

– Вебер?! Так это он?!! Так что ж ты, скотина, мне не сказал?!!

Баскетболист ринулся к нам, а я в этот момент уже вошел в кабинет коллеги Елены. Дверь за мной автоматически закрылась на замок.

– Что, пациенты даже здесь покоя не дают? – Елена сочувствующе посмотрела на меня. – Вы не волнуйтесь, он сюда не попадет, – отреагировала она на нервный стук ладонью в ее дверь, – он сюда не попадет, пока я сама не открою. Ох уж эти пациенты, совсем нас за людей не считают. А ведь мы тоже можем иногда болеть, да?

Раньше я бы не отреагировал. Работа санитаров и состоит в том, чтобы ограждать хирурга от подобного рода неприятностей, а мне полагается руки беречь. И не важно, что я ростом сантиметра на два ниже того самого баскетболиста и гораздо шире его в плечах, постоянно тренируюсь в зале и хожу в бассейн, и могу с легкостью дать отпор любому. Я хирург и это основополагающая истина. Но услышав, как за этой самой дверью раздался звук удара чьего-то кулака о чье-то лицо, не раздумывая стукнул ладонью по белой квадратной кнопке на стене, открыв тем самым себе выход в коридор. Дверь отъехала, и я выскочил с мыслью помочь Луке, которого долговязый мог покалечить, ведь он гораздо больше молоденького санитара. Но быстро понял, что там в моей помощи никто не нуждается. Баскетболист, скорчившись от боли и держась за левый бок, валялся на полу. Я отреагировал молниеносно. У пациента разбита губа, но это совсем не повод для подобного рода боли.

– Каталку!!! – крикнул куда-то в воздух, присев к баскетболисту и аккуратно осмотрев его. В минуту рядом оказались люди и я, забыв про свои собственные боли, забрал нервного пациента к себе, на время оставив мысли о заботливом санитаре в стороне.

– Тебе поможет только Вебер. Арский, твоему брату нужно срочно делать операцию и, либо ты найдешь деньги, либо каким-то чудом уговоришь Вебера тебе помочь. Не смотри на меня так, ты сам прекрасно наслышан о его сложном характере. Немец сам себе на уме. Он – талант, соответственно, может себе позволить.

Стоя возле больницы, там, куда привозят новых больных, чиркнул зажигалкой и яростно прикурил сигарету. Пнул большой железный мусорник ногой. Мда. Я только что запорол все дело и последнюю надежду Тимура на выздоровление. У меня и раньше-то не было шансов уговорить этого крутого хирурга помочь нам бесплатно или хотя бы в долг, кредит мне по возрасту не дадут, да и не подо что его брать. А теперь, когда я испортил ему выходной и сорвал осмотр в кабинете ультразвука, и подавно. Как говорил Станислав Маркович, дежурный хирург нашей больницы, Вебер сам себе на уме. Молодой доктор, мечта каждой женщины в нашем городе, он купается во внимании и поклонении к собственной персоне. От платных клиентов отбоя нет, съезжаются со всей страны. К нему днем с огнем не попасть, даже если спать у его кабинета. А мне сегодня вдруг так повезло! Нарваться на него в коридоре и даже помочь немного. Хотел усилить впечатление, принести кофе, коврик у его ног расстелить, все, что угодно. Поэтому и врезал долговязому, когда тот кинулся за Вебером. И, кажется, не рассчитал. Видимо, слишком сильно ударил, и все завалил. Еще не хватало, если пациент, которого Вебер срочно и бесплатно забрал в операционную, на меня или, еще хуже, на него самого подаст в суд.

– Арский, прекрати портить больничное имущество!

Рядом со мной материализовалась старшая медсестра. Александра. Блондинка с длинными, прямыми волосами, вечно убранными в хвост. Сегодня из-под ее больничного белого халата торчали ярко-красные штаны, над которыми за ее спиной успели посмеяться все работники отделения. Лично я в них не увидел ничего смешного, у Саши прекрасная фигура и штаны это отлично подчеркивают. По крайней мере, это моя, мужская точка зрения.

– Я не порчу.

– Лучше прикурить дай.

Поднес зажигалку к ее сигарете и чиркнул пару раз. Затянувшись, девушка изнеможённо произнесла:

– Господи, каждый раз выдыхаю, когда прикуриваю. Почти как после бурного секса! Вот, какая у нас работа, один сплошной секс и мы всегда снизу! – рассмеялась на собственное колкое замечание она. – Это ты, что ли, пациента нокаутировал? Веберу пришлось прямо в выходной оперировать.

– Я, – признался, опустив голову. Мне было стыдно не перед ней, я ненавидел себя за свой провал. Это все улица. На которой я жил со своих одиннадцати, пока мать ширялась и искала мне новых отцов. Так она утверждала. Я почти не бывал дома, вечно скитался по подвалам, вокзалам и каморкам, в которые меня пускали сердобольные работодатели. – Я не хотел так сильно бить.

– Что? – вдруг рассмеялась Александра своим прокуренным голосом. – Думаешь, это ты его к коновалам отправил? Ха! Дурачок. Тебе бы книжки почитать. С желудком у него проблемы. Ну, Вебер разберется, что у него конкретно, но слухи разные бросали. Однако, это точно не твой хук его свалил. Так что успокойся. Он таким уже пришел. Сейчас Вебер его заштопает и домой отправит. Ты же знаешь, у нашего немца руки золотые! Слышишь? Арский! Золотые руки!

– Да, слышу, слышу.

– Раз слышишь, чего грустный такой? Что, у брата ухудшение?

– Нет, там все стабильно. Я запорол разговор с Вебером.

– А… – протянула Саша, спрятав правую руку в левую подмышку. На дворе сейчас начало осени, днем был сильный дождь, так что не особо без куртки на улице постоишь. Но бежать за ней до кабинета тоже лень. Работа у нас такая. Выдался шанс выскочить, беги курить хоть голышом, пока не попросили о чем-нибудь. – А тебе он зачем? Из-за Тимурки твоего?

– Да.

Я затушил сигарету в урне, но уходить не собирался. Как будто хотел, чтобы со мной хоть кто-то поговорил.

– Это тебя наш Маркович надоумил? Правда, дело говорит. Только бестолковое. До Вебера не достучаться. Молодой, красивый, талантливый. Паразит. И недоступный. Никогда лишний раз не поздоровается и спасибо не скажет, хоть целый день волчком вокруг него вейся. Все они такие, эти звезды. А ты, Арский, глаза его видел? А его губы? Потрясный мужик!

– Я не могу судить, я же не женщина.

– Вот поэтому и толку от тебя ноль, Арский. Был бы бабой, прыгнул бы к нему в постель на одну ночку и получил бы все, что хотел. Только, конечно, надо быть непростой бабой. Нашим пока ни одной не удалось. Только мечтают и выдумывают. Да… а дети от него были бы такими красивыми. Если в папку. Он мне молодого Бреда Питта напоминает. Такой же потрясный.