Читаем Забег на выживание онлайн бесплатно

ПРОЛОГ

Сознание словно в тумане, ничего не помню и не соображаю. Чертовски раскалывается голова, а тело ломит так, что кажется по нему проехался грузовик, а потом пронесся скоростной поезд. Хочется кричать от боли, но из горла ни звука. С трудом открываю глаза и стараюсь рассмотреть хоть что-то, под мерно пищащий и раздражающий звук от какого-то аппарата. Увы, толком ничего не видно, но приходит осознание, что нахожусь в больничке.

— Сестра, — пытаюсь хрипло позвать медицинского работника.

Никто надо мной не склонился, на пересохшие и треснувшие губы и ставшим наждачной бумагой язык не пролил живительную воду. Да и звал-то я на помощь чуть слышнее комариного писка, могла и не услышать, если и вовсе в палате кто-нибудь находится, что далеко не факт. Порадовало одно — боль стремительно уходит, наверняка чем-то накачали. И все же, что со мной произошло и кто я такой? Память в такой малости отказывает, ни единой зацепки. Мыслить же могу и даже строить предположения, а это радует. Придется в воспоминаниях покопаться, глядишь мозги на место и встанут.

Итак! Живу в подмосковном городке и добираюсь на учебу… Ага! Значится я студент! Отлично! И чего же изучаю? Гм, горное дело, до которого преподы еще не добрались, так как на первом-то курсе идут общеобразовательные предметы. Ага, уже хорошо, вспомнились лица одногрупников, всплыло и собственное имя — Василий Иванович Змеев. Кликуха, само-собой, Змей, что не соответствует ни внешности, ни взглядам на жизнь… наверное. Воспоминания прервал, краем глаза заметил, что часть стены плавно сдвинулась и вошли двое в странных одеждах. Молодая женщина с очень непривычным разрезом глаз (длинным и узким), что-то резко произнесла и исчезла из моего поля зрения. Мужик усмехнулся, и махнул рукой, а потом стал с себя штаны стягивать. В моей голове взорвался огненный шар, но стало почему-то очень дико приятно. Какой-то прибор, накрыл мою голову и замелькали картинки с невероятной скоростью, а мгновение спустя и звуки.

— Гирна, ты чего медлишь? Никуда этот смертник не денется и не сбежит, а у меня вахта через десять минут, — услышал я голос, наложенный на попискивание странного прибора.

— Игнер, мне следует ввести определенную программу этому субъекту, сам же знаешь! Прости, но свою похоть придержи! Пока выберу все параметры, то это не менее трех часов, так что отправишься неудовлетворенным! — ответила ему женщина и почему-то хихикнув, прошептала: — Хватит, не нажимай на мои чувствительные точки и своим агрегатом не тычься в живот.

Какой-то шепот, а потом резкий хлопок и довольный голос мужика:

— Какая разница, пусть в его башку загружается стандартная программа, а если мозг перегорит, то к тебе никаких претензий.

— Черт возьми! Ты же выбрал все! Это означает, что загрузятся знания подобного существа, равного его биологическому возрасту! — воскликнула Гирна. — Он точно не выдержит, подожди, сейчас ему введу нужный стабилизатор и продолжим.

Что-то острое ткнулось в мои руки и кровь стала напоминать кипяток, сменяемый ледяным холодом. Скорость картинок, звуки и даже, если не ошибаюсь, запахи (как их-то передать можно⁈) в моей голове стали сливаться в калейдоскоп. Звуки же из комнаты, где лежу стали исчезать, а сознание меркнуть, понимаю одно — происходит что-то совершенно невообразимое и уму непостижимое.

Бред, просто бред и воспаленное сознание. Других объяснений нет. Мне это приснилось! Собираясь из своей малюсенькой квартирки, с боем выбитой у горсовета для детдомовских детей я никак не мог предположить, какие события последует всего через пару часов. Самое интересное, что потеря памяти у меня уже случалась. Правда, тогда она была полная и о себе ничего не мог сказать и вспомнить. В двенадцать лет (так определили в больнице, куда меня привезли) без документов, родных и безуспешных розысков родителей, оказался я в неприятном заведении со своими жесткими порядками. В коллектив, как ни странно, вписался, но тут стоит благодарить знания, оказавшиеся для детдомовцев как нельзя кстати. Не скажу, что меня «на руках носили», но сдачу обидчикам всегда давал не раздумывая.

— Рядовая Игнер! Ты у меня сама место среди участников займешь! — резко сказал кто-то, находясь рядом со мной. — Или ты рассчитывала, что ничего не узнаю? Ты игроку ввела недозволенные препараты, загрузила в память лишнее. Ты представляешь, чем это грозит, если узнают те, кто будет делать ставки?

— Госпожа начальник лекарского отсека, простите меня. Да и толку-то от тех навыков, которые ему «учебный мозг» заложил? Насколько понимаю, участие в скоростных регатах между планетами не планируется, и в его распоряжении не окажется достижений цивилизаций, — ответила провинившаяся, а потом бесстрашно добавила: — Сама-то я плохо соображаю в том, что вы велели, не обучалась нигде.

— Намекаешь, что в этом моя вина? — прошипел рассерженный женский голос.

— Что ты, никоим образом, — спокойно ответила Игнер (по голосу узнал). — Но это не я своими обязанностями пренебрегла и не мне отвечать. Опять-таки, когда ты развлекалась в каюте заместителя командора, я-то тут работала и не только в этом боксе. Другим участникам забега заложила именно то, что требовалось, а их почти сто человек.

Упс! А рядовая-то зубки своей начальнице показала! Значит, тут что-то пошло не по плану и меня накачали лишней информацией. Логические цепочки всегда выстраивал мгновенно. Давно понял, что пробиться без связей, денег и влиятельных знакомых — шанс один из сотни миллионов, если не больше. Поэтому-то и пробивался как мог, сдал чертов ЕГЭ почти на высшие баллы, но не сунулся в совсем уж престижный ВУЗ, как и на задворках не стал оставаться.

— Вултера-то зачем приплела? — хмуро поинтересовалась начальница. — Или намекаешь, что у него с командором напряг и тот мечтает от своего заместителя избавиться?

— У этого объекта, под номером сто восемьдесят семь, мог выгореть мозг, произойти остановка сердца или потеря рассудка, — стала перечислять Игнер. — Анализатор показал, что человек в полном порядке, усвоение материала одно из рекордных — восемьдесят пять целых и семьдесят четыре сотых процента. Блок на свой разум он в состоянии наложить, и никто его не проверит. Так чего бояться? Он же не враг самому себе и не станет кричать о мелком недоразумении? Если же дело предать огласке, то пострадают многие. А оно нам надо? Кстати, давно хотела признаться, что ты мне нравишься.

Услышал (блин, когда зрение-то вернется⁈) как кто-то явно стал расстегивать молнию и стягивать с себя одежду.

— Не здесь, — усмехнулась начальница лекарского отсека. — За испытуемым приглядит Ктарх, но он никому кроме меня ничего не расскажет. Ты понял интеллект?

Ага, значит в боксе еще кто-то присутствует!

— Как прикажите, — раздался механический голос. — Пострадавшего выводить из состояния заторможенности? Могу с ним провести вводную беседу.

— Действуй, жаль, что по закону искусственного интеллекта нельзя допускать для лечения и загрузки информации в разумное биологическое существо, — вздохнула начальница и обратилась к своей подчиненной: — Учти, я доминирую в постели, и с этого момента в любую секунду могу решить тебя использовать, если захочу. Согласна? Да? Молодец! — раздался легкий шлепок, думаю, по щекам. — Пошли, испытаю тебя на прочность, а если что, то потом и подлечу, — хихикнула начальница.

— Сурта, постараюсь тебя удивить и в сторону Вултера уже не посмотришь! — ответила Игнер.

Стена в мой медицинский бокс сдвинулась, женщины о чем-то переговариваясь вышли, и я остался в одиночестве, если не считать прибора на голове и непонятного искусственного интеллекта. В тишине можно спокойно подумать, если не обращать внимания на мерно гудящие приборы и их попискивание. Однако, сделать этого не успел. Прибор, предназначенный для обучения тем или иным навыкам, покинул мою голову и появилась возможность осмотреться. Хрен-то там! Мышцы затекли, попытка не увенчалась успехом.

— Ктарх, ты меня слышишь? — поинтересовался я.

— Да, — ответил механический голос.

— Необходим массаж мышц или укол восстановления. На твой выбор! — сказал я предвидя отрицательный ответ.

Про укол и восстановление, как и то почему искусственный интеллект мне не поможет имею четкое представление. В кодексе цивилизаций, согласно раздела правил поведения и действия не биологического разума выращенного или созданного искусственным путем, запрещено под страхом уничтожения программы личности вмешиваться в дела живых если не грозит смертельная опасность тому или иному существу.

— Такого допуска нет, — проскрипел механический голос. — Согласно медицинским правилам межзвездных кораблей, распоряжения и приказы отдают непосредственные руководители. Прошу еще учесть, что нахожусь без возможности физического передвижения.

Понятно, у него нет двигательных функций. Хм, знания возникают в голове спонтанно, стоит лишь задать вопрос. Кстати, говорю на межгалактическом, языке понятном чуть ли не в любой точке вселенной. Ну, там, где есть представительство тех или иных высших цивилизаций. Десятки сотен разновидностей разумных существ обитают в просторах космоса. А вот имеющих возможность осуществлять перелеты на большие расстояния уже намного меньше. Впрочем, три десятка цивилизаций и их колоний — большое число, если вдуматься. Моя же планета относится к малоизученной, не перспективной и к ней интереса не проявляется. Однако, последние три десятилетия, раз в пять лет, именно земляне являются участниками игры… и в которой мне предстоит сложить голову. Н-да, шансы на выживание «В забеге», так обозвали игру организаторы — минимальны. Победителей, если верить моим приобретенным знаниям, не случалось среди землян. Конечно, какие-то этапы состязания успешно проходят после отсева на той или иной локации. И черт меня дернул откликнуться на подработку в сети и подписать соглашение! И ведь никто не стелил мягко, обещанные пятьсот долларов за победу или стольник за участие в прохождении полосы препятствий на неопределенной планете никак не насторожили. Я-то посчитал, что речь о компьютерной игре! В том числе и не придал значению пункту, что обязан не возмущаться, не высказывать претензий и расстаться с памятью.

— Ктарх, расскажи про правила «В забеге», — попросил я. — В предстоящей игре есть ли изменения и что о ней известно?

— Место проведения неопределенно, рассматривается один из погибших миров. Условия стандартны — выжить и найти определенные точки. Ставки уже принимаются, модели игроков доступны для ознакомления. Твой рейтинг не впечатляющ, находится в середине из двухсот участников.

Обычно игроков закидывали на планету, где они пытались добраться до финиша. Как правило, обстановка вокруг смертельно опасная, начиная от погодных условий, туземцев и хищных зверей. Счастливчиков, прошедших первый раунд оставалось мало. Кстати, среди участников возникали поединки за обладанием того или иного снаряжения. Попытаться затеряться на планете не получится, в тело вживляют анализатор, показывающий сделавшим ставки, местоположение и здоровье игрока. Любая помощь под запретом, и, права Игнер, полученные знания не помогут. Управлять космолетом или любым механизмом Суртциев или Квартов (одни из могущественных межгалактических империй) мне никто возможности не предоставит. Да что там говорить! Обычного лазерного ножа и того не дадут, как и оружие или экипировку современного звездного бойца. Впрочем, думать сейчас стоит о другом. Главное, чтобы организаторы не высадили всех в одной точке и не заявили, что на первом этапе выживет сильнейший. Тогда может произойти нешуточная драка, а там возможны любые случайности. Мысли сменяют друг друга, но сам не бездельничаю, стараюсь хоть немного привести мышцы в норму. Осмотрелся, стандартный медицинский бокс в космолете. Оборудование, если доверять закаченному в мозги, не передовое. Собрался с силами и сел на жесткой кровати.

— Ктарх, сколько я провел в беспамятстве? — спросил, озираясь по сторонам в поисках искусственного интеллекта.

— Не располагаю такой информацией, — получил механический ответ.

Установить направление голоса не удалось, но не это сейчас главное. Разминаю мышцы и уточняю:

— Как давно этот корабль в пути, после погрузки участников Забега?

— Если считать по стандартному отсчету, то сто девяносто два часа, пятнадцать минут…

— Понял, — перебил я его и прикинул, что не менее восьми суток в беспамятстве.

Осторожно прошел в сторону стены, где по моим подсчетам находится иллюминатор и попросил Ктарха дать возможность посмотреть, что происходит за бортом корабля. В глаза ударило яркое свечение, в данный момент идет прыжок через большое пространство. Хм, гравитации или других побочных явлений не чувствуется. Движок имеет новейшее противогравитационное ускорение, раз ничего не чувствую, а ведь в старину, лет пятьсот назад при прыжке через пространство пилоты одевали скафандры, чтобы их не расплющило. Стоп! А эти-то знания откуда? Хмурюсь, понимаю, что вряд ли в стандартной учебной программе имеются такие сведения, да и нет в них нужды будущим работникам.

— Ктарх, выведи зеркало на стену, — приказываю искусственному интеллекту.

Через секунду рассматриваю себя и длинно ругаюсь, использовав наречие Грухов. Это одна из рас, на планете которой добывают топливо для кораблей.

— И зачем с моего тела убрали растительность? — возмущенно говорю и провожу рукой по словно отполированной голове.

— Стандартная процедура — обеззараживание, исключение вредоносных бактерий, — пояснил Ктарх.

— Без тебя знаю, — бубню и рассматриваю самого себя в зеркало.