Читаем За пределы привычного (СИ) онлайн бесплатно

За пределы привычного.

Пролог.

Деревня Редлянка. 1978 год.

Прохор стоял посреди деревни, держа в одной руке разряженный "Хаудах" в другой тесак с окровавленным лезвием.

Ходуны все мертвы. Мертвы окончательно. И это хорошо. А вот то, что мертв пан Пермовский, это плохо. Ох, как хотелось Прохору допросить с пристрастием этого скользкого типа.

Но нет, не получится. А жаль. Но хорошо, что в кабинете пана Пермовского, в тайнике, Прохору удалось обнаружить записную книжку в кожаном переплете с тиснением в виде какого-то замысловатого узора. А еще там лежала, на первый взгляд, лупа, на самом же деле этот предмет назывался "Око мудрецов". Если через него смотреть на страницы зачарованной книги, все непонятные каракули, начертанные там, практически сразу складываются в знакомые с детства буквы.

Прохор открыл записную книжку. На титульном пожелтевшем от времени листе был напечатан знак тайного общества "Врил" созданного в недрах "Туле", а дальше шли непонятные каракули.

Понятно, здесь без "Ока мудрецов" не обойтись.

Значит все правильно, именно за этой записной книжкой так долго охотилась Анастасия.

Настя рассказывала. Это случилось уже в 45 году.

В тот раз их взводу был дан приказ - высадиться на вражеской территории, скрытно пробраться в замок "Вевельсбург" и завладеть секретными документами, при этом постараться не выдать свое присутствие.

Можно сказать невыполнимая задача. Во-первых, названый замок находился под ударом союзнических войск, во-вторых, обнесенный высокими стенами, на которых часовые были всегда настороже, казался совершено неприступным. Его можно взять приступом только после того, как по крепостным стенам основательно поработает батарея, состоящая из гаубиц, ну или после продолжительной авиационной бомбардировки.

Но ни того ни другого отряд Анастасии не мог себе позволить. Зато в их распоряжении оказался проект перестройки замка под подписью архитектора Германа Бартельс. И по этому плану они решили пробраться внутрь замка "Вевельсбург" по канализационному каналу, затопленному нечистотами.

На задание пошли только добровольцы.

Благополучная высадка с самолета в районе замка "Вевельсбург". Марш-бросок до намеченного места.

И вот, прихватив с собой пятнадцать кислородных подушек, так как в канализационном канале невозможно было дышать, особый отряд двинулся по коллектору. Из подушек они дышали по очереди, но все равно до цели добрались не все. Двое бойцов задохнулись и остались в подземелье навсегда.

Выходить из канализации стали на четвертом люке. По счастливой случайности, рядом никого из фашистов не оказалось. Они переоделись во вражескую форму, которую предусмотрительно прихватили с собой. А дальше действовали, как по учебнику - скрытое передвижение по вражеской территории и бесшумное снятие охраны.

В какой-то момент им пришлось разделиться на две группы. Одна начала занимать важные с тактической точки зрения позиции, другая занялась поиском штаба.

Им пришлось немного поблуждать по коридорам самого логова "Аненербе". Потом ворвались в штаб. Фашисты, чувствующие себя в полной безопасности, сначала растерялись, но потом оказали отчаянное сопротивление.

Пока Анастасия со своей группой вела бой в штабе. Другая группа открыла стрельбу по фашистам. В замке возникла невероятная паника. Чувствующие себя в безопасности фашистские вояки стали из автоматов бить друг друга. Наши разведчики не препятствовали им в этом благородном деле, наоборот помогали.

А в штабе к тому времени, Анастасии со своим отрядом удалось сломить сопротивление фашистов, при этом пару высокопоставленных немецких офицеров взяли в плен, а вот Ханс Манштейн фон Клюге, который потом перекрасился в пана Пермовского, сумел скрыться, прихватив с собой секретную документацию и вот этот блокнот. Правда, в его тайнике Анастасии удалось обнаружить таинственный амулет, висящий на серебряной цепочке. Он был искусно вырезан из цельного куска изумруда и сделан по образу Буса, который на крыльях Птицы Славы возносился в Ирийские Сады.

О своей находке, Анастасия, почему-то никому не стала докладывать. Она оставила себе амулет, почувствовав в нем что-то необычное. А потом, когда вернулась домой, начала его досконально изучать.

Прохор поднес "Око мудрецов" к записной книжке и все непонятные каракули, начертанные там, практически сразу сложились в знакомые буквы.

Вначале был дневник, вернее сказать - заметки, которые, по всей видимости, написал Ханс Манштейн фон Клюге.

"После долгих изысканий, проведенных по всему миру, могу смело сказать - мы слепо смотрим на окружающее нас пространство, как будто наш мозг спит, не позволяя познать сакральные тайны мироздания. Словно мы сами создаем перед собой непрошибаемый невидимый барьер, отделяющий наши мысли, чувства, ощущения, от такого близкого порога чертог, где хранятся невидимые силы, дарящие могущество и бессмертие.

И все же я не опустил руки, продолжал свои изыскания, усердно стараясь найти средство сделать плоть бессмертной для избранной богом нации. В итоге, всевышний увидел мою прилежность и терпение и наградил меня познанием великой тайны, сокрытой от посторонних глаз.

Как-то в одну полнолунною ночь, приснился мне странный сон, более казавшейся явью.

Я стоял возле погребального костра, на котором лежали мертвые обнаженные тела мужчин и женщин.

По мере приближения пламени к трупам, те начинали едва различимо подергиваться, как будто были подключены к проводам с высоким напряжением. И это были не произвольные судороги, а как бы сознательные конвульсии трупа, от страха потерять свою бренную плоть. Данное видение говорило о том, что мозг умерших людей, каким-то немыслимым образом в преддверии неминуемого уничтожения вновь стал функционировать!

Вот один из трупов неожиданно сел. Его изуродованный ужасной гримасой рот, как будто взывал о помощи, но этот крик застрял где-то внутри и не был слышан. В следующее мгновение, всепожирающее пламя достигла лица, превращая его в мерзкую маску, которая из-за отпадающей кусками плоти, постоянно меняло свой вид до тех пор, пока полностью не потонуло в нарастающем огне и клубах густого черного дыма, который колеблясь из стороны в сторону, стремился подняться в небеса. А в нем...

Я сначала не поверил своим глазам! Но это было!

Сквозь копоть, исходящей от костра, стали просматриваться человеческие силуэты!

Я протер глаза, надеясь, что увиденное окажется всего лишь обманом зрения. Но нет, призрачные человеческие фигуры не исчезли! Они продолжали стремиться верх и возможно сумели бы достичь своей конечной цели. Но в тот самый момент недалеко от столба черного дыма на высоте крыши часовни, стоящей как раз напротив меня, образовался какой-то темный сгусток. Сначала я принял его за лоскуток дыма, оторванного случайным порывом ветра от основного столба копоти. Но этот сгусток не растворялся в воздухе, как того я от него ожидал, наоборот он принял более четкие очертания крутящейся черной воронки. И эта таинственная черная воронка притягивала к себе летящие верх дымные человеческие силуэты до тех пор, пока не поглотили их одну за другой...

Проснувшись, я помнил свой сон до всех мелких подробностей. И он почему-то не выходил у меня из головы.

Что это такое - черная воронка, затягивающая в себя человеческие души? Портал в другой мир? Или это что-то иное? А в реальности все так же происходит или только в фантазии сна?

Чтобы, потом, не мучить себя бесконечными вопросами, я решил съездить в концентрационный лагерь "Нидерхаген" и увидеть своими глазами, так ли на самом деле возносятся души после сожжения или такое происходит только в моих снах.

Я не впервые посещал концентрационный лагерь. И все равно, каждый раз мне казалось, что я ступаю на порог преддверия ада, где томятся грешные души в ожидании определения своего вечного наказания. А пока истязают только их несовершенную плоть.

Вот и сейчас, как только оказался за колючей проволокой лагеря "Нидерхаген", как данная ассоциация сразу повторилась. К тому же ветер дул со стороны бараков, где ютилось стадо двуногих животных, годных только для того чтобы безропотно подчиняться Исключительной Великой Германской Нации, которая должна вечно править всем этим несовершенным миром. Вместе с ветром до меня доходила вонь немытых тел, дерьма и крови, которые были изрядно замешаны на густых волнах ужаса, творящегося здесь.

Меня встретил мой старый друг Отто, проводивший здесь в "Нидерхаген", опыты над двуногим скотом, надеясь, что они помогут нам в ходе кровопролитной войны с варварским народом, населяющим суровые земли России.

Я обратился к нему со своей немного неординарной просьбой. Отто, даже не моргнув глазом, согласился посодействовать мне в моем сумасшедшем начинании.

И вот я стою недалеко от работающего крематория и смотрю на густой черный дым, вылетающий из трубы, а сам все надеюсь, что вот-вот там вскоре проявится человеческий силуэт. Но все мои надежды оказались тщетными. Ни сейчас, ни потом мне не удалось увидеть что-то подобного.

Отто поинтересовался причиной моего скверного настроения. Я за бутылкой хорошего французского коньяка, без утайки все ему рассказал.

"Дружище, Ханс, - после недолгого переваривания услышанного, наконец, произнес Отто, - с точки зрения эзотериков, у каждого организма существует энергетическая оболочка, говоря по-другому, астральное или ментальное тело. Но увидеть его простым глазом невозможно. Поэтому, все то, что ты видел во сне, Ханс, в реальности повторить невозможно".

Я уже думал, что вся моя затея обернулась крахом, как мой друг заговорил на тему, косвенно касающуюся моим недавним изысканиям.

"Ханс, ты выбрал слегка неверный путь в своих стремлениях добиться положительных результатов в поиске истины, которая находится там, за горизонтом человеческого понимания. И в этот нет ничего зазорного. Все личности с незаурядным интеллектом, полностью отдающие себя для достижения великой цели, часто стараются полагаться только на свои силы и поэтому после череды проб и ошибок теряют веру в себя. Бросают начатое и превращаются в ничтожество, постоянно жалеющее себя. Но стоит им прислушаться к дружескому совету, как на их головы начинают сыпаться настоящим звездопадом успех за успехом. И знаешь, Ханс, если ты позволишь, я дам тебе пару советов, которые, как мне кажется, смогут сдвинуть твои изыскания с мертвой точки".

Речь Отто заинтриговала меня, поэтому я, без каких либо сомнений, согласился принять от него дружеский совет.

Мой друг после моего положительного ответа, резко встал со своего места и направился к книжному шкафу. А я, продолжая сидеть в мягком кресле, ожидал его возвращения. Когда Отто вернулся на место, он не стал произносить долгих речей. Мой друг протянул мне толстую прошитую папку и сказал:

"Посмотри, это тебя должно заинтересовать".

Отто оказался прав.

В толстой папке находился весьма любопытный материал, с помощью которого уже заржавевшие шестеренки дела всей моей жизни, вначале со скрипом сдвинулись с места, а потом начали набирать ход.

Там находились копии древних манускриптов, найденных в одном заброшенном храме. Их обнаружила экспедиция, возглавляемая лично моим старым другом Отто, который, так же как и я, носил на безымянном пальце левой руки печатку со знаком общества "Врил".

Эти манускрипты, почему-то написанные на древнем шумерском наречии, сообщали одну очень интересную информацию, за которую любой правитель нашей несовершенной земли, готов пойти на все, даже на предательство собственной страны, если это понадобится.

Мне самому после прочитанного, стало немного не по себе.

Бессмертие души и тела!

Вот о чем говорилось там.

Но чтобы достигнуть положительного результата, необходимо иметь под рукой четыре артефакта, с помощью которых нужно в определенном месте, в определенное время провести ритуал.

И вот, собрав по крохам полезную информацию, я принялся к поиску четырех мистических предметов. Один из них было кольцо мудрости, сделанное из серебра. Второй артефакт, это небольшая пирамида, сделанная из красного нефрита, на гранях которой были начертано множество магических знаков. Он имел несколько названий - Обитель Амона, Врата Одина, Прибежище Марены. Терракотовый жезл был третьим мистическим предметом. Он побывал в руках у великих правителей, принося им удачу, но после падения Римской Империи бесследно исчез.

И четвертый артефакт.

Магический амулет, висящий на серебряной цепочке. Он был искусно вырезан из цельного куска изумруда и сделан по образу Буса, который на крыльях Птицы Славы возносился в Ирийские Сады. Как раз его мне удалось обнаружить первым.

Это произошло на территории варварской России.

Как-то нам пришлось добираться до комендатуры по дороге, зажатой с двух сторон густым лесным массивом. И по какой-то непонятной причине у такого надежного автомобиля, как мой "Вандерер", неожиданно заглох двигатель. Пока водитель возился под капотом, я решил размять ноги.

Как так вышло, что меня вдруг понесло куда-то в чащу леса, мне до сих пор непонятно.

Может, двигало мной провидение?

Вполне возможно.

Как бы там ни было, но я оказался на лесной опушке. Там на невысоком бугорке был образован круг из обросших мхом валунов разного калибра. А внутри него кто-то недавно разжигал костер. Но кроме всего этого от круга отходили кругами невидимые лучи силы, которые пронизывали меня, придавая бодрости и очищая мозг от шелухи ненужных мыслей.

И это продолжалось до тех пор, пока возле круга не появился старик. Он возник как будто из воздуха, и тем самым ошеломил сопровождающих меня солдат. Они, посчитав его за угрозу, моментально открыли огонь на поражение. Я даже не успел их остановить, как дело было сделано. Старик был мертв, и с ним ушло то неповторимое чувство эйфории, только что охватившее меня.

После обыска трупа, один из солдат показал мне вещи, которые были при мертвом старце. И к своему удивлению, среди ненужного барахла, я увидел то, что так упорно искал.

Магический амулет!

Да, да! Тот самый магический амулет, вырезанный из цельного куска изумруда и сделанный по образу Буса, который на крыльях Птицы Славы возносился в Ирийские Сады!

Этому найденному артефакту, я искренне радовался, как младенец новой игрушке. И только одно огорчало - гибель старика, а вместе с ним все тайны, в которые тот был посвящен.

Пришлось с магическим амулетом работать по наитию, без инструкций, без четкого понятия, какую мне пользу он может принести. Но все без толку. Каждый проделанный мной эксперимент не давал положительного результата. И я каждый раз проклинал бдительность солдат, которые там, в лесу, без приказа убили старика.