Читаем За кадром (СИ) онлайн бесплатно
========== Сашка. Hard level ==========
В большой каюте с обитыми мягким полиуретаном стенами отчётливо пахло моющим средством и кровью. Химический цитрус смешивался с ржавчиной, оседая на языке приторным металлическим привкусом, и непонятно было какой из этих двух запахов противнее.
Кнут свистнул и змейкой скользнул по спине, разрывая кожу. Человек отступил назад, придирчиво рассматривая окровавленный холст, а потом ударил ещё раз, добавляя штрих к рисунку. Это был уже тринадцатый удар, и хорошо, что была возможность заблокировать голосовые связки. С рефлекторными сокращениями мышц система тоже справлялась, а вот с болью — нет. Год назад он ничего не чувствовал — надо было просто постоять, а после запустить регенерацию и всё. А потом почувствовал удар — не узнал, как раньше, из текста на экране, а именно почувствовал. Это было… щекотно. Захотелось дёрнуться и фыркнуть, но он удержался. Потом тоже было щекотно, но бегущая строка рассказывала про повреждения, намекая, что смешного в происходящем мало. Две недели назад стало не щекотно. Боль пробивала от макушки до пяток, выкручивая тело и разрывая горло неподвижным криком. Киборг возненавидел темноволосого человека с холодными серыми глазами, но тот обладал слишком большой властью над машиной, не оставляя ни единого шанса на бунт.
— Кэп! — В дверях тренировочного зала появился ещё один человек. — Склизкий на связь вышел. Говорит, товар на точке, можем забирать.
— Это хорошо, — согласился капитан и кивнул в сторону киборга: — Как тебе?
— Красиво, — неуверенно подтвердил помощник. — Но чего бы тебе… пятёрку не использовать? Угробишь киборга, придётся нового искать. Да и работать ему скоро.
— Оклемается, — отмахнулся капитан, любовно пристраивая кнут на полку, где лежал ещё десяток похожих. И, щёлкнув пальцами по красному камню, инкрустированному в ручку, добавил: — А потом, мне воспитание не позволяет женщин бить. DEX, свободен. Отдыхай.
«Меня Сашка зовут!» — мысль вспыхнула и погасла, оставив после себя колючую злость. Киборг развернулся и, подцепив с пола серую футболку, вышел из зала. Можно было уйти в микроскопическую, даже толком не повернуться, каюту, которую они делили на двоих с пятёркой, а можно было трактовать приказ несколько иначе.
— Хай, Жека, — дурашливым голосом позвал Сашка, заходя в медблок. — Как оно вообще?
— Сашка, — болезненно скривился худощавый парень и зачем-то подёргал себя за длинные и не очень чистые волосы. — Опять? Чего с повреждениями? Ацтой…
— Сдохнуть легче, — почти честно признался киборг, укладываясь на кушетку.
Их корабельный доктор, совмещающий ещё и должность хакера (или наоборот), давно проапгрейдил программу имитации личности киборга, существенно расширив словарный запас. Например «Фигня-война, жить буду», означало, что повреждений почти нет и работоспособность упала всего на пару процентов, а вот «Доктор сказал в морг, значит в морг» было гораздо серьёзнее. Сейчас ситуация была не настолько критичной, но если доктор спину чем-нибудь обработает — будет лучше.
Женька вытащил из шкафчика баллон и потряс его, прислушиваясь к бульканью.
— Вообще рехнулся кэп, нет, ну вот ещё немного накоплю денег, выкуплю тебя и свинтим отсюда. А что? Достало меня уже тут летать, хакнем банчок какой-нибудь и свалим на курорт. Девочки, выпивка — красота.
Уровень правды в голосе человека был высокий, похоже, тот сам верил в то, что говорил, только вот слышал это Сашка уже почти полгода. Сначала даже отслеживал карточку человека, ожидая, когда на ней появится нужная сумма, но деньги с неё исчезали так же легко, как и появлялись: стоило им вернуться на планету, как счёт начинал уменьшаться на глазах, иногда уходя в откровенный минус.
Спине стало прохладно, и притупившаяся боль отступила, собираясь в узкую пульсирующую полоску. Сашка закрыл глаза — Женька не прогонит, оставит спать на кушетке и может, даже притащит поесть.
Самое раннее Сашкино воспоминание тоже было про повреждения: ему раздробило локоть осколком от снаряда. Система утверждала, что сустав развалился почти полностью, но больно не было — просто рука почти не двигалась. Регенерация прошла успешно, только конечность перестала до конца разгибаться, какая-то пара процентов, но этого оказалось достаточно, чтобы его перевели из боевых частей в тыловые. Охранять склады было скучно, но именно там он впервые заинтересовался имеющимся у него каталогом программ. Выяснять, какой модуль дёргает мизинец на ноге, а какой заставляет нажать на курок, было точно забавнее, чем бродить по заданному периметру. Настолько забавнее, что, заигравшись, он пропустил чужаков и выстрел из глушилки. Последнее, что он помнил — это покачивающийся в груди хвостик ампулы с транквилизатором. Смешной такой, с тремя синими полосками и одной красной. Очнулся уже на корабле, крепко зафиксированный в самодельном стенде, а рядом сидел сутулый парень, активно стуча по клавиатуре и отбрасывая со лба русые волосы. Волосы падали назад, и парень сердился, бормоча себе под нос:
— Какой хороший дексик, не ломаный совсем, новенький почти.
А потом пришёл капитан, и оказалось, что система совершенно искренне считает его хозяином бывшего армейского киборга, как, впрочем, и разговорчивого хакера — у того тоже был полный доступ. Русый парень, оказавшийся Женькой, попал к пиратам совершенно случайно. Ну, почти случайно: студенту второго курса медучилища пришло в голову, что стипендия несправедливо мала, а родители не понимают потребности молодого и растущего организма, да еще требуют не сидеть у них на шее, а идти подрабатывать. Попытка сломать систему местного банка оказалась на редкость неудачной: добраться до денег не удалось, а убегать от копов пришлось. На то, чтобы, не заходя в общежитие, сразу свернуть к космопорту, мозгов Женьке хватило, а вот денег, чтобы улететь достаточно далеко — нет. Зато удалось получить должность санитара на потрёпанном жизнью транспортнике. Зарплата райские кущи не обещала, да ещё находящийся в перманентном запое доктор на нервы действовал. А потом капитан начал высказывать претензии по поводу перерасходованного трафика… Уволился Женька без сожалений, как и со следующего корабля, и в поисках новой работы познакомился с помощником капитана «Лазурной», да так тут и прижился, выполняя не столько работу отсутствующего доктора, хотя иногда пиратов приходилось штопать, сколько дексхантера — Сашка был не первый украденный киборг, но остальных обычно отправляли на продажу.
Всё это Женька рассказал киборгу ещё в первый месяц знакомства, он же придумал имя, научил смешным фразочкам и начал привлекать Сашку к своему хобби, используя вычислительные мощности DEX`а в качестве дебаггера. В длинных перелётах к киборгу никто не цеплялся, и к тому, что тот в основном торчит в медотсеке, совмещённом с компьютерным центром, все привыкли. Самому Сашке тоже было интересно: сначала он добросовестно проверял код, написанный хакером-недоучкой, с помощью загруженных ему программ, а потом, увлёкшись и уловив алгоритм, начал уже сам. Попутно прочитав имеющиеся у Женьки учебники — тот, скачав кучу литературы, этим своё самообучение и ограничил, предпочитая торчать на форумах и искать информацию там, но Сашке было любопытно.
Главной мечтой Женьки, помимо хакнутого банка и полученных в результате плюшек, было желание прорваться на закрытый форум хакеров, но сломать почти семь степеней защиты у него не выходило — его на второй вышвыривали. Сашка, понаблюдав за бесплодными трепыханиями человека, попробовал сам. Оказалось не так сложно, как можно было подумать, слушая возмущённые вопли Женьки, в основном сводившиеся к тому, что эти хакеры слишком много о себе возомнили, и он им ещё покажет. Прописав себя среди участников форума, Сашка первый раз задумался над сломом своей собственной системы, но это оказалась куда сложнее. Двухминутный тайм-аут на выполнение приказа — это максимум, который получилось достичь. Сашка был готов на стенку лезть от злости, но при попытке изменить время, вылезала ошибка и всё тут. Система, кинув жалкие минуты в качестве милостыни, не хотела давать даже лишней секунды, не говоря уже о бесконечном прерывании.
И если бы не тренировки хозяина, жизнь на корабле была вполне сносной: кормили, не убивали, на мороз не выкидывали. Работа тоже не вот чтобы сложная. Так, разгрузить-загрузить товар, охранять, пока товар осуществляет перемещение между точками, ну и ещё по мелочи: например, перестрелять слишком прытких оппонентов или поработать в принадлежащем капитану борделе охранником. Последнее было самое скучное: наблюдать за работниками и клиентами было прикольно, но куда чаще приходилось просто выставлять перебравших спиртного и разбушевавшихся клиентов бара при борделе на улицу. Да ещё убирать неаппетитные последствия. Хорошо хоть на планету они залетали редко, чаще мотались по галактике, стараясь лишний раз не пересекаться с полицией.
Женьке было явно скучно торчать за компьютером одному, другие обитатели корабля его страсть ко взлому не понимали и участвовать в разговоре, где каждое второе слово звучит как бессмысленный набор звуков, не хотели. Киборг оказался идеальным партнёром: послушный, два раза объяснять одно и тоже не надо (а при необходимости можно просто прописать дополнительные условия), и руку на хозяина не поднимающий.
— Всему экипажу занять места и приготовиться к прыжку, — громко приказал динамик капитанским голосом и, немного скрипнув, добавил: — Шевелите своими ленивыми задницами, у нас работёнка скоро.
Сашка остался лежать на кушетке (у него чёткого места не было), только лениво приоткрыл левый глаз, а Женька метнулся в кресло и быстро пристегнулся — прохождения червоточины он зачем-то боялся.
— Не знаешь, куда это мы?
— Склизкий на связь вышел. Говорит, товар на точке, можем забирать, — повторил голосом первого помощника Сашка.
— У-у-у, — скривился Женька. — Опять на Чушку летим, сейчас капитан всех на погрузку погонит, а я, между прочим, доктор, мне руки беречь надо!
Зачем Женьке надо было беречь руки, Сашка не понимал — пару раз наблюдал, как тот оказывает помощь пострадавшим, но выдавить кровоостанавливающий гель из тюбика можно было любыми руками, даже их механик бы справился со своими лопатообразными ладонями и биопротезами вместо двух пальцев. Помахать диагностом и выдать таблетку от похмелья тоже никакой сложности не представляло, но Женька ревностно напоминал, что он тут доктор, а вовсе не медбрат какой-то, и экипаж с ним не спорил — всё равно другого нет, а этот сейчас обидится и таблетку не даст.
— Похавать бы…
Энергозапас ещё не упал до того уровня, когда было положено произносить эту фразу, но Женька никогда логи не проверял, и Сашка рискнул: если скоро работать, то лучше запустить ускоренную регенерацию, а не валяться тут дохлой тряпкой.
— Ага, — согласился Женька, почёсывая одну ногу другой. Из-под задравшейся штанины игриво выглянул носок — чёрный с вышитыми зелёными котятами. — Ща прыгнем и сгоняю на камбуз, ты лежи, лечись.
Женька был хорошим человеком, раньше Сашка таких не встречал — никогда не орал, легко мог сбегать за едой, делился пивом и чипсами и вообще вёл себя так, будто Сашка никаким киборгом не был. Ну почти не был. Что-то неуловимое не давало Сашке сделать последний шаг, хлопнуть Женьку по плечу и признаться. То ли брошенное невзначай «жалко, что киборг, всё равно железка, как человек думать не начнёт», то ли постоянные сожаления о том, что Сашка не семёрка, и грандиозные планы по хакингу с помощью более продвинутой модели. Или слишком сильная реакция на новость о сорванном киборге — тогда Женька почти полчаса орал, что DEX-компани офонарели такой брак гнать, а он в таких условиях с киборгами работать не может — где гарантия, что свежеукраденный DEX не поедет крышей и всех тут не покрошит.
Но всё равно мечтал, что когда-нибудь Женька сдержит обещание и его выкупит, тогда он ему и скажет. Наверное, Женька удивится, может даже немного испугается, но потом они точно сядут пить пиво и обсуждать, как так получилось, что процессор глюканул. Он даже ему подарок готовил — программу для взлома банка. Пришлось повозиться в поисках информации, но Сашка понял, что делать, и начал писать, педантично пряча код в папке с учебниками — туда Женька не лазил. Программа выходила что надо — гладкая, красивая, Сашка просто наслаждался, разглядывая стройные строчки кода, даже иногда лазил просто так полюбоваться. Он один раз видел гигантскую паутину, выше него ростом и долго удивлялся её логичности и правильности — даже сверкающие бусинки воды висели в нужных местах. Написанная им программа напоминала ту паутину: лёгкая, почти невесомая, но прочная и опасная. Женьке понравится.
— Жалко, что ты поломался, — выдернул киборга из приятных грёз Женька. — Думал, пройдём тридцатый уровень, а теперь тебе только валяться, с такой-то спиной.
Сашке очень хотелось сказать, что не так уж он сильно и поломался, но пришлось промолчать — вопроса не было, а значит, и ответа не предполагалось. Женька с самого начала взял киборга в напарники в виртуальных стрелялках — когда на твоей стороне бьётся DEX, это покруче всяких кряков будет. Даже настроил ему ещё один терминал. Сашка тоже кайфовал: играть ему нравилось, побеждать тем более, а ещё за игрой Женька переставал интересоваться окружающей действительностью, с головой уходя в мир вымышленный, и можно было не сверяться с программой на каждом слове, а позволить сказать что-нибудь своё.
Со временем Сашка начал представлять, что жизнь вокруг тоже игра. Что удирать от полицейского корвета — весело, и стоять у шлюза с бластером наизготовку (ну, если не удерут) — тоже. Перекрестья прицелов на внутреннем экране ничем не отличаются от тех, что на экране терминала. И коридоры складов очень похожи на казематы «Wolfenstein» — можно представить, что не просто так ящик к выходу тащишь, а ждёшь, когда из-за поворота выскочит враг, и надо успеть уничтожить, уйти перекатом к соседней стене, уворачиваясь от встречных выстрелов, и спасти ценный груз. А выстоять под ударами кнута необходимо, чтобы перейти на следующий уровень. Только вот боль была уже не игрушечной.
— Ешь. — Женька протянул банку кормосмеси и два шоколадных батончика. — И отдыхай, на спину только пока не переворачивайся.
Своё неблагозвучное прозвище Эрида получила благодаря своему самому большому материку, центральное плато которого было очень похоже на пятачок поросёнка — два огромных карстовых провала из космоса выглядели двумя дырками на круглой площадке, а избыток марганца и титана только увеличивал это сходство, окрашивая «пятачок» в молочно-розовый цвет. От точки выхода из червоточины лететь было почти двенадцать часов, и Сашка устроился поудобнее, чуть смяв подушку под щекой и рассматривая сгорбившегося в кресле Женьку.
