Читаем (За)буду его онлайн бесплатно

Алена

Послезавтра я выхожу замуж.

От этой мысли внутри поселяется волнение, руки покрываются мурашками.

— Дамы, прошу минуточку внимания!

Яна стучит вилкой по стакану с соком, отчего на нас оборачиваются люди за соседними столиками.

— Аленка, — глядя на меня, улыбается подруга, и поднимает стакан, — послезавтра ты станешь женой самого Черкасова! Офигеть! Поздравля-я-ю-ю-ю!

Регина тоже чокается с нами и с мечтательным видом добавляет:

 — И все новостные ленты будут пестреть заголовками: «Известный актер Олег Черкасов женился!»

— На девушке из подмосковной деревни, — прыскает со смеху Яна и, глядя на меня, стучит себе по губам.

— Во-первых, я не из деревни, а из села, — поправляю ее. — А во-вторых, я не вижу в этом ничего особенного.

— Вот именно! — поддерживает меня Регина. — Представьте, сколько селебрити пытались окольцевать Черкасова, а он влюбился в простую продавщицу цветов. А это значит, он разглядел в нашей Аленке то, чего нет в дамах из светского общества, — чокаясь с моим стаканом, подмигивает Регина. — Безумно рада за тебя, милая!

Я не собираюсь портить девичник из-за подколов Яны. Не знаю, зачем она постоянно напоминает мне, что я не ровня Олегу? Что на нее нашло вообще? Дружим с универа, и ни разу прежде я не видела ее такой. Как будто я увела у нее из-под носа мужика, ей-богу.

Да, мой Олег известный актер, очень богатый и привлекательный мужчина. Но и я далеко не серая мышь. Между прочим, когда мы отдыхали с ним в Дубае, меня даже пригласили сняться в рекламе нижнего белья.

Но Олег послал этого дубайского пляжного агента искать других желающих и закопал его визитку в песок.

— Твоя будущая свекровь еще брызжет ядом по поводу вашей свадьбы или уже успокоилась? — глядя в зеркальце и подкрашивая губы, спрашивает Яна.

— Умоляю, давай не будем портить такой прекрасный вечер разговорами о ней, — вздыхаю я и про себя думаю: «Очень надеюсь, что мать Олега больше не попытается сорвать нам свадьбу».

На столе оживает экран моего мобильника, на нем светится «Любимый».

— Алло? — милым голосом отвечаю я.

— Привет, малыш! Как там твой девичник? Веселитесь еще? — спрашивает Олег.

— Пока сидим, но скоро планируем расходиться. — Я замечаю, как глаза подруг лезут на лоб и тут же добавляю: — Завтра суматошный день: нужно еще раз увидеться с Вильманом, обговорить кое-какие детали, потом встретить на вокзале моих родственников.

— Вильманом? — одними губами спрашивает Регина и раскрывает рот. — Так он будет ведущим?

— О-бал-деть! — шокированно тянет Яна, а я хлопаю себя по лбу: «Блин, взяла и выдала им сюрприз».

— Все успеем, Ален, — обещает Олег. — Мы тоже потихоньку расходимся. Сейчас немного уберу тут все и лягу.

— Мне точно не нужно приехать сегодня? — спрашиваю я.

— Я не хочу, чтобы ты ехала в такую даль ночью. Оставайся дома, а завтра утром я приеду, и мы сразу отправимся по делам.

— Как скажешь, — с улыбкой вздыхаю я и целую в трубку. — Люблю тебя!

— Я тебя тоже. Позвони, как доберешься до дома, ок?

— Обязательно!

Убираю телефон от уха, и девочки тут же начинают вынюхивать, кто еще из известных артистов будет на свадьбе.

Я молчу как рыба.

— Одно могу сказать: скучно вам точно не будет! — подмигиваю я, и отпиваю томатный сок.

Через час я начинаю зевать, Регине звонит муж и интересуется, когда она вернется домой.

— Ну что, может, попросим счет? — смотрю я на девочек.

— Да, мне тоже уже пора, — отодвигая от себя тарелку с недоеденными роллами, вздыхает Регина. — Муж сам точно не уложит нашего разбойника спать.

— Ты, кстати, уже закончила с подарком для Черкасова? — вдруг спрашивает Яна, и я с ужасом округляю глаза.

— Бли-и-и-ин, — морщась, хлопаю себя по лбу. — Девочки, это полный капец!

— Что такое? — заглядывает в лицо Регина. — Не успели сделать?

— Успеть-то успели, но ваша подруга-растяпа забыла его на даче!

«Он спрятан в ящике моего трюмо, и если я попрошу Олега привезти его, то какой же тогда это будет сюрприз?  — нервно кусаю губу я. — А до свадьбы мы уже точно не поедем на дачу».

— Короче, придется ехать! — решительно заявляю я и прикладываю карточку к терминалу.

— Ну, так и поезжай, — разводит руками Яна. — Подумаешь, заявишься на мальчишник. Зато быстрее выпроводишь его друзей, — смеется она.

— Да чет я не хочу тебя отпускать, — хмурится Регина. — Трасса скользкая и темная… Тревожно мне как-то. Может, все-таки завтра?

— Регин, завтра у меня дел выше крыши, я точно не успею. А оставить жениха без подарка, который я так тщательно готовила, не могу. Так что все, еду!

Ох уж эти переживания Регины. Я по этой дороге часто езжу, знаю ее отлично, да и за рулем не первый год.

Ну что может случиться?

Олег

Провожаю последних гостей до такси, вхожу в дом, снимаю куртку и смотрю на спящего в кресле друга.

— Казаринов, Казаринов, — вздыхаю я, когда понимаю, что растолкать его точно уже не получится.

Ладно, пусть проспится. Утром отвезу его в Москву.

Включаю чайник, засыпаю чай, пахнувший лавандой в френч-пресс, через пару минут наливаю в него кипяток, и пока мое «снотворное» настаивается, иду на второй этаж.

Надо принять душ, привести себя в чувство, выпить лавандовый чай, а затем как следует выспаться перед завтрашним днем.

Но не успеваю я подняться по лестнице, как меня останавливает звонок в домофон.

— Как всегда кто-то что-то забыл, — сдержанно говорю я и, спустившись на первый этаж, стреляю взглядом по гостиной в поиске чужих вещей.

Подхожу к двери, смотрю на экран домофона и непроизвольно раскрываю рот.

— Красовская? — хрипло проговариваю я и несколько раз моргаю.

«Чудится, что ли?»

Но нет. Это действительно она. Стоит у ворот в светлой шубе и, вытягивая шею, смотрит на окна.

Перед глазами появляется картинка, как она точно так же приехала сюда полтора года назад и сообщила, что хочет со мной расстаться.

И это было ровно за неделю до нашей свадьбы.

А еще чуть позже я узнал, что она уехала в Питер с одним режиссером, после чего ее актерская карьера стремительно пошла в гору.

Нажимаю на кнопку домофона и грубо, насколько это возможно, спрашиваю:

— Зачем приехала?

— Олег, нам надо поговорить. Это очень важно.

«Настолько важно, что приехала аж за пятьдесят километров от города?» — удивляюсь я и замечаю, как она жестом отпускает машину с шашками.

— Здесь о-о-чень холодно, — протягивает она.

«Черт… — сжимаю кулаки, несколько секунд думаю, что с ней делать. — Ладно, пусть выкладывает свое «важное» и катится отсюда на хрен».

Я нажимаю на кнопку домофона, вижу, как она проходит во двор, распахиваю дверь.

— Привет, — улыбается Лиза и бесцеремонно проходит в дом.

— Забыла, в какой стороне трасса на Питер? — закрывая дверь, спрашиваю ее.

— Питер? — смеется она. — Я уже полгода не живу там, Олежек. Ты разве не в курсе, что я рассталась с Беловым и вернулась обратно в Москву?

— Я не интересуюсь твоей жизнью, — отвечаю я. — Здесь ты что забыла?

— Узнала, что ты вскоре женишься, и не могла не поздравить, — подмигивает она и снимает шубу.

— А слово телефон тебе не знакомо? Это такая прямоугольная штуковина, которую можно прижать к уху и сказать все, что не можешь сказать лично.

— В том-то и дело, Черкасов, — вручает она мне шубу, снимает бордовый берет и поправляет темные волосы. — Ты мне не чужой человек. Все-таки мы три года были вместе. Поэтому я и решила поздравить тебя лично, а не по прямоугольной штуковине.

Развернувшись на высоких каблуках, она по-хозяйски цокает в кухню.

— Красовская, ты ничего не перепутала? — выкрикиваю я. — Эй, мадам! Выход в другой стороне.

Словно не слыша меня, она усаживается за барную стойку, обводит взглядом кухню.

 — М-м, а здесь почти ничего не изменилось с тех времен. Кроме фото в рамочках.

 Она щурит ярко-накрашенные глаза, глядя на наши с Аленой фотографии и кивает на френч-пресс.

— Чайку нальешь?

Меня это начинает выводить из себя.

Кладу шубу на ее колени, упираю ладони в мраморную столешницу и сверлю ее взглядом.

— Ты не у себя дома, Красовская. Приехала поздравить? Считай, миссию выполнила. У тебя есть две минуты, чтобы вызвать такси и уехать из моего дома.

От моего тона она быстро теряет уверенность и растерянно хлопает ресницами.

— Я тебя не узнаю, Черкасов. Прежде ты никогда не был со мной настолько грубым.

— Полторы минуты! — подгоняю я.

— Ба-а-а, какие мы сердитые, — цокает языком Лиза и грациозно выпрямляет спину. — На самом деле я пришла не только поздравить. Мне нужно сказать тебе кое-что.

— У тебя осталась минута. — Я скрещиваю на груди руки. — Ближе к делу.

— Ну, ближе так ближе, — хмыкает она и откидывается на спинку барного стула.

— Я приехала попросить у тебя прощения.

— Зря тратишь время, — усмехаюсь ей в лицо. — Твои извинения мне и тогда были не нужны, а сейчас — тем более.

— А мне нужны, — выставляет указательный палец Лиза и растягивает на губах мечтательную улыбку. — Знаешь, пока я жила с Беловым, все время вспоминала, как нам было хорошо с тобой, все наши поездки, вечера в этом доме, — обводит взглядом кухню. — Позже я поняла, какую допустила ошибку, расставшись с тобой, но у меня не хватило духу приехать.

— А сейчас что изменилось? Хотя дай-ка сам угадаю. — Я выгибаю бровь и прищуриваюсь. — Белов нашел тебе замену, и ты решила попробовать вернуться ко мне?

— О-о, — запрокинув голову, хохочет она на всю кухню. — Во-первых, не он меня бросил, а я его, а во-вторых…

Она устремляет на меня взгляд, медленно ведет кончиком большого пальца по безымянному.

— Ты уже почти окольцован, Черкасов. И, наверное, безумно любишь свою невесту? — Она вопросительно выгибает бровь, закусывает губу.

— И это, кстати, твоя единственная умная мысль за весь наш разговор, — отвечаю я и дважды хлопаю по столешнице ладонью.

— Твое время вышло. Вызывай такси.

— Значит, все-таки не простишь? — спустя паузу произносит она. — Жаль. А я так надеялась, что мы сможем остаться друзьями, — вздыхает Лиза и наглядно поправляет черные чулки. — Принеси мою сумочку, пожалуйста. Там телефон.

Я иду в коридор, беру с банкетки ее замшевую сумку, и по пути обратно слышу, как на кухне что-то гремит.

Застыв на пороге, наблюдаю картину: Лиза разливает по чашкам чай, затем ставит их на барную стойку, расстегивает две верхние пуговицы на белой шелковистой блузке и машет рукой у лица.

— Жарковато стало, — говорит она до боли знакомым низким голосом, наклоняет на бок голову, и, глядя на меня, ведет пальцем по декольте. — Впрочем, в этом доме всегда было жарко, не так ли? Особенно в спальне.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​Я кидаю на барную стойку ее сумку.

— Вызывай такси! — велю я.

Пару лет назад я бы занялся с ней любовью прямо на барной стойке сразу после того, как она расстегнула пуговицы. Но это безумство давно иссякло. Я вырывал ее из сердца и из своей жизни. Так что зря она надеется, что на меня подействуют ее ахи-вздохи.

Красовская цокает языком и достает из сумки мобильник.

— Раз у нас не складывается душевный диалог, то мне и правда стоит уехать, Ї со вздохом роняет она. Ї Но пока ждем машину, давай хоть чокнемся чаем за твою предстоящую свадьбу, м?

Алена

Регина была права. Зря я поперлась на дачу ночью. Трасса — хоть глаз выколи, ничего не видно, а дворники едва справляются со снегом. Стрелка спидометра все время держится на отметке «40», и вместо обычных сорока минут я еду до дачи полтора часа.

Слава богу, я почти уже на месте.

Слышу по радио любимую песню, прибавляю громкость и, тихонько подпевая, поворачиваю в коттеджный поселок.

Уже издалека вижу, что в окнах нашего дома нет света.

— Фух, — выдыхаю я. — Слава богу, друзья Олега уже уехали. А то свалилась бы им на голову в разгар мальчишника, вот было бы весело, — тихонько смеюсь я и, подъезжая к воротам, нажимаю на кнопку брелока.

Кованые ворота едут в стороны, и я въезжаю во двор, сминая под колесами хрустящий снег. Паркуюсь рядом с черным «мерсом» Олега.

Быстренько бегу к дому, прикрывая сумочкой голову. Захожу в коридор, включаю свет и стряхиваю с пальто и сумки снежинки.

Мой взгляд падает на мужские ботинки, точно не принадлежащие моему Олегу.

Снимая сапоги, изумленно вытягиваю лицо.

«Блин, значит, еще не все разошлись».

Но тем не менее в доме почему-то подозрительно тихо.

Я на цыпочках крадусь в гостиную и замираю, видя в кресле большую фигуру. Включаю на телефоне фонарик, подхожу ближе.

— Казаринов, — глубоко вздыхаю я. — Ну, конечно, кто же еще…

Зажимаю нос от запаха перегара, крадучись выхожу из комнаты, тихонько закрываю дверь и проскальзываю в ванную комнату на первом этаже.

 Умываю лицо, снимаю с хвоста резинку и кайфую от приятных ощущений в голове. Запускаю пальцы в свежевыкрашенные светлые волосы, по привычке навожу на голове пышноту.

«Ну и что, что пора спать, — улыбаюсь я. — С таким мужчиной, как мой Олег, красивой нужно быть двадцать четыре часа в сутки».

Переодевшись в шелковый халатик, я выхожу из ванной, иду к лестнице и, проходя мимо кухни, резко останавливаюсь.

Хмуря брови, всматриваюсь в темноту и не понимаю, что за меховая накидка лежит на диване.

«Олег купил новый плед?» — почему-то приходит в голову.

Ведомая любопытством, иду к обнаруженной находке, включаю в кухне свет и в следующую секунду мое сердце делает сальто. Чувствую, как учащается пульс, тело прошибает мелкая дрожь.

Я перевожу отрешенный взгляд на барную стойку, смотрю на две чашки. На автопилоте беру чашку, на которой оставлен след от красной помады, устремляю взгляд на дверь гостиной и с ужасом понимаю, что хозяйка шубы сейчас в доме и она точно не с Казариновым.

А другой чужой мужской обуви в доме нет…

Я резко поднимаю голову, сверлю взглядом потолок, с грохотом ставлю чашку на место и быстрым шагом иду на второй этаж.

Пробегаю мимо замшевых ботильонов на шпильке, лежащих на ступеньке, дальше вижу белую блузку, сворачиваю в коридор, застываю у двери в спальню и с колотящимся сердцем смотрю на бюстгальтер, что валяется в приоткрытом дверном проеме.

Толкаю дверь, нащупываю на стене выключатель, комнату озаряет яркий свет и в следующую секунду в мое сердце втыкается укол, парализующий все органы. Все, кроме зрения…

 Отрешенным взглядом смотрю на кровать, на которой спит Олег в обнимку с брюнеткой. На подкошенных ногах и держась за стену, иду к ним, и теперь узнаю в ее спящем лице бывшую Черкасова.

Сквозь шум в ушах слышу какой-то грохот, кажется, я уронила со стены картину.

Девушка, щурясь от света, приоткрывает глаза, а в следующую секунду распахивает их и быстро натягивает одеяло до шеи. Не сводя с меня испуганного взгляда, она приподнимается, толкает в плечо Олега.

— Олег! Олег! — трясет его она. — Проснись же ты, черт возьми! Здесь твоя невеста!

Алена

Я видела ее в фильмах, в рекламе шампуня, во многих передачах и в фотоальбомах Олега, от которых он позже избавился.

Мне известно, что до меня он долго встречался с ней и даже сделал предложение. Но она ушла от него к другому.

А сейчас, видимо, вернулась.

И сразу в его постель…

— Прости, мы не думали, что ты приедешь… — опустив голову, вздыхает Лиза, а по моему телу бежит ток от одного слова «мы».

Отрешенным взглядом смотрю на спящего Олега и словно издалека слышу: