Читаем Warhammer 40k: Во тьму (СИ) онлайн бесплатно
Annotation
Небольшой рассказ за авторством Дэна Несите ведра для ПАФОСА Абнетта. Пролог ко второй редакции Dark Heresy (Темная Ересь).
Сушко Антон Иванович
Warhammer 40k: Во тьму
Сушко Антон Иванович
Warhammer 40k: Во тьму
Warhammer 40k: Во тьму
Аннотация: небольшой рассказ за авторством Дэна "Несите ведра для ПАФОСА" Абнетта. Пролог ко второй редакции Dark Heresy (Темная Ересь).
Они отправились в Нижние Миры, где их ожидала смерть. Однако из всего того, с чем им придется столкнуться во тьме, смерть, возможно, была наименьшим из зол.
Посадочный челнок мотало как лист на ветру.
"Ты видишь весь мир, но не видишь ничего", - сказал Зарн Вертигон. Ученый тихо сидел в зафиксированном кресле, что находилось в задней части кабины челнока. Он вывинтил диски-линзы из оптики на своем левом глазу, чтобы протереть их, но тряска от входа в атмосферу оказалась столь жесткой, что теперь Зарн просто держал чашеобразные хрупкие компоненты устройства, обернув их тканью, ожидая посадки или же внезапной смерти в верхних слоях атмосферы.
"Что?" - спросила Алия Канаед. Она сидела впереди на одном из поношенных кожаных полетных кресел, рядом с пилотом-сервитором, который своим обликом походил на сгорбленного жука. На гололите в реальном времени отображалась земля, что была далеко под ними. Изображение тряслось и вертелось по мере того, как сервитор изменял курс. Алия постучала по одной из его верхних рук-манипуляторов, и указала на темную область посадочной зоны, на которой сходились цифровые шевроны.
Из решеток, которые были у сервитора вместо рта, раздалась серия щелчков, и это указывало на то, что он ее понял.
Канаед обернулась и посмотрела на ученого.
"Я спросила, - сказала она, - о чем ты там бормочешь?" Из-за раздражения между ее глазами возникла небольшая складка. Она никогда не была особо терпелива с ученым. Впрочем, как заметил Хесск, она ни с кем не была особо терпелива.
"Ты видишь весь мир, но не видишь ничего, - повторил Вертигон. - Это цитата. Приписывается Алексису Фероту, великому картографу из династии Сурена. Я думаю, что это был комментарий к политической наивности узурпаторши Калисто Сурена".
"Правда?"
"Я нашел эту цитату подходящей к данной ситуации", - спокойно ответил Вертигон.
"Вообрази мое удивление".
"Да", - сказал Вертигон, все еще держа в руках хрупкие диски оптики.
"Если ты хочешь мне что-то сказать, просто скажи, - произнесла Канаед. - Не надо ходить вокруг да около". Ее тон был мягким, таким же мягким, как когда она произносила "Вот то, что ты заслужил", пронзая темным как пустота клинком сердце и хребет еретика Горана Дракоса.
"Хватит, дети", - сказал Каллан Хесск.
Он спустил свои обутые в ботинки ноги со спинки сиденья перед собой, чтобы посмотреть на Канаед в начале кабины и на Вертигона в ее конце.
"Алия, не ищи драки. Зарн... что с тобой не так? Это же простая работа".
"Правда? - спросил Вертигон. - Да неужели?"
Каллан Хесск вздохнул.
"Мы преданные слуги инквизитора Тортане и верно служим ему. Тортане сказал нам прибыть сюда, и сделать дело. Все просто. Это простая работа".
Вертигон пожал плечами, все еще тщательно держа в руках части своего агументированного глаза.
"Да... вот только никто из нас никогда не видел инквизитора Тортане. Мы служим ему на расстоянии. Я согласен, он посылает нам простые инструкции. Пойдите туда-то, сделайте то-то. Учитывая то, что он держит нас на расстоянии, и простоту инструкций, очевидно, что инквизитор Тортане ожидает от нас некоторых... нюансов".
"Разве?" - спросил Хесск.
"Разумеется, - ответил ученый. Он принялся ввинчивать диски-линзы обратно в свою агументированную глазницу, один за другим. - Полагать обратное, значит полагать, что инквизитор - глупец. Думаю, мы согласны в том, что это не так. Он ожидает, что мы будем действовать автономно, интерпретировать его простые инструкции и вынашивать собственные изощренные планы. Он считает нас своими доверенными лицами и полагает, что мы сделаем для него то, что он не может сделать лично сам".
Хесск услышал, как Канаед застонала. Даже не глядя на нее, он предостерегающе поднял палец.
"Вертигон, - сказал он. - Я командир этой команды. Инструкции инквизитора были прямолинейны: попасть в этот мир, исследовать место, координаты которого он нам передал, и отрапортовать ему о том, что мы обнаружили. Что из этого требует изощренности?"
Вертигон закончил переустанавливать свою оптику. Он один раз моргнул своим аугументированным глазом, затем расстегнул ремень безопасности и встал. Держась рукой за перила под крышей, ученый прошел в другой конец трясущегося челнока.
"Под нами, - сказал он, указывая как на экран гололитика, так и на ночную тьму за небольшими и толстыми иллюминаторами в кабине челнока, - находится Эпсилон Ангел КЗ-8, самый дальний мир запретной системы Ангел КЗ-8. О нем ничего не известно. Честно говоря, почти ничего не известно и о системе в целом".
"За исключением...", - начала Канаед и запнулась.
"Артефакта? Спящей Крепости? - спросил Вертигон. - Да, за исключением этого, и даже Крепость - ничем не подтвержденный миф. Но он послал нас сюда, в этот удаленный мир, далеко-далеко от того места, где на орбите должна находиться эта мифическая крепость. Мы знаем лишь одну загадочную вещь об этой пустой системе, но не ее нас послал искать наш хозяин-инквизитор".
Каллан Хесск нахмурился. Ученый озвучил неспокойные мысли, которые терзали разум Хесска с тех самых пор, как они покинули Джуно.
Вертигон указал на посадочный след, который был виден на светящемся экране гололитика.
"У нас есть лишь один набор координат. Мы даже не знаем, есть ли там подходящая посадочная зона".
"Прорицатель считывания местности позволяет судить, что..." - начала Канаед.
"Хмм. Меня беспокоит слово "позволяет" в данном контексте", - сказал Вертигон, а затем снова указал на экран.
"Ты видишь весь мир, но не видишь ничего, - повторил он. - У нас практически нет информации. Из-за атмосферы умы даже не можем применить прорицатель, чтобы узнать, как нам надежно вернуться отсюда. Но мы ломимся сюда прямо в парадную дверь. Хотел бы Тортане, чтобы мы действовали столь буквально, или же он ожидал от нас, чтобы мы мыслили четко и ясно и предприняли бы то, что он бы предпринял лично?"
"Он прав, - сказала Дэйгласс. Все посмотрели на нее. Рожденная в пустоте сгорбилось в одно из кресел рядом с иллюминатором под нижней стороной крыла. Она подобрала под себя свои длинные ноги, прижавшись щекой к коленям. - Он раздражает, но он прав".
Наступила долгая пауза, которую прервали лишь грохот и стук от долгого спуска и щелчок пилота-сервитора.
"Ну что ж, тогда давайте рассмотрим наши варианты", - сказал Каллан Хесск.
"В одном Вертигон ошибся, - произнесла Алия Канаед. - Я встречала Тортане".
"Да, но вот только после этого он стер тебя память, - сказал Хесск, - поэтому ты ничегошеньки не можешь рассказать нам о нем".
"Так или иначе, - ответила Канаед, смакую то, что они считала своим небольшим триумфом, - я все же встречала его".
***
Посадка была жесткой. Хесск решил изменить маршрут приземления и направил челнок на три клика от заданных координат к местности, которую прорицатель смог определить как твердую и чистую.
Как будто разозленная этим своевольным отклонением от курса, атмосфера затряслась, и разразился ужасный шторм. Всполохи молний длинной в восемь-девять километров разрывали хмурое небо. Ветер дул со скоростью девять сотен в час. Тучи были похожи на чернила в воде, а дождь лил железной стеной.
Полчаса приземления превратились в девяносто минут адского спуска. Они потеряли настроенную телеметрию через пятнадцать минут, и вторичный источник энергии через двадцать. Удар молнии повредил их обшивку и поджег третий двигатель. В этот момент даже Хесск подумал, что они покойники.
Однако они выжили, хоть последующий спуск и был жестким. Их трясло как в жестяной коробке. Примотанные к зафиксированным креслам, они держались. Дэйгласс обхватила голову руками и всхлипывала. Она чувствовала себя уютно лишь в холодном спокойствии космоса. Вертигона, который обычно держался стойко, вытошнило прямо на поли-сумку. Даже неистовая Канаед сделалась зеленой. Каллан Хесск, хладнокровный убийца чудищ, накрепко пристегнулся и вцепился в свои парные автопистолеты Тронсвассе.
Пилот-сервитор все же посадил их, хоть и вслепую. Потеряв телеметрию, он сфокусировался на точном воспоминании о месте посадки. Стресс сжег его основной и суб мозги. Он был уже мертв к тому моменту, когда команда выдохнула и стала расстегивать свои ремни безопасности.
Системы челнока зашипели, вздрогнули и отключились, когда последняя искра жизни покинула сервитора.
***
У Эпсилона была пригодная для жизни атмосфера, или по крайне мере та, что не убила бы их быстро. Они вышли из дымящегося челнока в титаническую тьму.
Они находились на высоком склоне, который порос грибами размером с дерево, которые были черны, как и окружавшая их ночь. Ниже, насколько хватало глаз, располагалась рифтовая долина, темная от колышущейся растительности. Ревела буря и сверкали молнии. Гром сотрясал воздух, дождь омывал их лица. Этот мир пах странно. Он был влажным, торфяным, полным сил. В нем пахло озоном.
Разумеется, тут было что-то еще.
Хесск натянул на плечи куртку с капюшоном. У него были с собой ручной прорицатель и тяжелый фонарь.
"Туда", - сказал он, глядя на экран прорицателя. Тот освещал его лицо.
Четверо стали спускаться со склона, двигаясь через промокшие от дождя заросли грибов-деревьев. Земля под их ногами была покрыта влажными гниющими растениями. На них лил дождь, источником света помимо призрачных всполохов молний им служили лишь дрожащие лучи фонарей. Вокруг них необычные грибы-деревья трещали и стонали на ночном ветру. Деревья были огромны, тьма бесконечна, а они были лишь четырьмя крошечными фигурками, от которых исходили небольшие лучи света.
Каллан Хесск шел впереди. Он был впечатляюще высоким, спокойным и хладнокровным убийцей, чей разум работал как высокоуровневый когитатор. Он носил длинный кожаный плащ под своей всепогодной курткой с капюшоном и тяжелые корабельные ботинки. У него было лицо как у монолитной статуи и лиловые глаза. Его седые волосы были коротко острижены под машинку. Годы назад инквизитор Тортане рассмотрел у Хесска таланты лидера и беспринципного убийцы и спас его от жизни в трущобах Джуно, от короткой и паскудной жизни десперадо. Взамен он служил Тортане, и служил ему хорошо в качестве полевого агента. Но они никогда не встречались. Тортане никогда не позволял, чтобы это случилось. В результате, возможно именно поэтому Каллану не нравился Фарос Тортане.
За Хесском шел ученый Зарн Вертигон. Зарн был необычным ученым. Он был достаточно молод и весьма крепок. Раньше он был гвардейцем, и поэтому знал как сражаться и как обращаться с древней лазерной винтовкой, которую он носил в рюкзаке у себя за спиной. Хесск видел, как Зарн сражался. У него это хорошо получалось.
Ученый, который не был старым бздуном и мог постоять за себя в бою. Хесск считал это плюсом.
У Зарна была странная история, полная недомолвок. Он входил в состав подразделения Хаварт во время одной из бесчисленных аскеллианских кампаний. Как рассказывал Вертигон, им приказали атаковать холм, но это был не холм, а какая-то структура - механизм-артефакт, чуждый и чертовски старый. Отряд Зарна был уничтожен, когда пробирался по нему. Сам он получил удар, который ослепил его и сжег ему половину лица.
Когда он очнулся на медицинской станции в восемнадцати километрах от линии фронта, не смотря на боль и ранение Зарн обнаружил, что холм даровал ему кое-что. Он передал ему часть древнего сознания. Вертигон стал понимать вещи, о которых прежде не имел понятия. Он узнал многое... очень многое. У Зарна Вертигона появились инстинкты, которые были мало у кого из людей. Худшей же частью всего этого было то, что его способности пугали всех, включая самого Зарна.
За Зарном шла Дэйгласс, рожденная в пустоте псайкер, ее длинное одеяние перепачкалось от дождя. Высокая и болезненно худая, она не носила с собой оружия, в ее изысканных черных зеркальных глазах отражалась буря. Ее длинные черные волосы были спутаны.
Замыкала процессию Алия Канаед, держа в руках свою адскую винтовку. Она была мускулистой, высокой и фигуристой, на ней был красный кожаный комбинезон. Ее лицо было скульптурой из скул и подбородка, которую венчали бледные пронзительные голубые глаза. У нее были короткие белые волосы. За ее плечами висел клинок джина и что-то шептал сам себе в ножнах.
"Это окончиться слезами", - пробормотала Алия.
Она не уточнила, чьими.
***
Когда они достигли рифтовой долины, дождь прекратился. Их продолжала окружать ночная темнота.
Пролитый дождь теперь капал с чашевидных листьев и складок гигантских грибов высоко над ними. Сверкали редкие молнии, и тьма стала более непроглядной. В воздухе стоял холодный запах озона. Это место выглядело мрачным и сырым, здесь ощущалось присутствие чего-то невидимого.
Вертигон достал свою длинную лазерную винтовку, вставил в нее энергоячейку, и пошел вперед, закинув оружие на изгиб своей левой руки. Зеркальные глаза Дэйгласс вглядывались в окружающую черноту. Алия старалась игнорировать раздражающие покалывания со стороны своего меча в ножнах.
"Здесь что-то есть", - наконец сказала Дэйгласс очень тихим голосом.
"Хорошо, - ответил Хесск. - По крайне мере мы прибыли не впустую".
"Не будь столь легкомысленным", - сказала Дэйгласс.
"Он не легкомысленный, - сказал Вертигон. - Нас сюда послал Тортане. Хорошо, что здесь есть то, ради чего сюда можно было бы прийти".
"Ты не понимаешь, - вздохнула Дэйгласс. Рожденная в пустоте колебалась. - Моя ошибка, - сказала она. - Я не так сказала. Я не дала вам контекста. Тут что-то есть. Я могу чувствовать его. Читать его. Это не что-то или кто-то, с чем нас послали сюда встретиться. Это... состояние, сущность этого места. Здесь что-то было, было очень долгое время".
"Как долго?" - спросила Алия Канаед.
"А сколько длиться вечность?" - ответила Дэйгласс.
"Можешь быть более точной?" - спросил Вертигон.
"И знаешь, менее пугающей?" - добавил Хесск.
Разрозненные капли дождя упали с невидимого листа где-то наверху и разбрызгала болотистую почву неподалеку. Дэйгласс повернулась лицом к тьме и подняла свои руки будто бы сотворяя какое-то благословение.
"Во имя трона, - сказала она. - Это что-то старое... очень, очень старое. Оно пришло из времени и места, где добро и зло еще не были разделены. Это... просто то, что оно есть".
"И что же это?" - спросил Хесск.
"Оно само, - ответила псайкер. - И оно повсюду вокруг нас. - Она сделал паузу. - И оно смотрит на нас".
***
Они остановились, чтобы выпить влаги из своих фляг и перекусить сухими рационами. Не было ни признака рассвета либо восхода солнца.
