Читаем Высший балл (ЛП) онлайн бесплатно

========== 1 ==========

Несмотря на слухи, Гермиона Грейнджер определенно точно ненавидела экзамены.

Не из-за тестов, в любом случае не из-за них, но из-за недели перед тестами. Насколько она могла сказать, витала в воздухе некая безмолвная тревожность, которая пришла в этот понедельник, которая накрывала словно куполом всех — и ленивых, и невежественных. На неделе перед тестами её маленькое убежище в библиотеке — подальше от шума и склок общей гостиной — до отказа забивалось учениками, ищущими свободный стол, или эту книгу, или ту. Это было оскорбительно. И грубо. Это было настоящим кощунстом.

По правде говоря, была всего одна вещь, бесившая до зубного скрежета. А именно то, что люди, которые не напрягались целый семестр, все ещё надеялись — нет, ожидали! — получить прекрасные оценки всего за неделю работы.

В любом случае, это была та самая, особая неделя, и именно это заставило её сделать то, что она сделала.

— Могу я занять на время кабинет Чар? — спросила она профессора Флитвика. — Всего на неделю. В библиотеке невозможно заниматься.

Маленький профессор улыбнулся ей из-за своего стола.

— Конечно, вы можете, мисс Грейнджер, — сказал он. — Приходите, когда захотите. Составите мне отличную компанию, пока я выставляю оценки.

Она с облегчением выдохнула, поправив сумку на плече.

— Спасибо вам большое. Обещаю, проблем не будет.

— Я уверен в вас, мисс Грейнджер.

***

Первый день прошёл чудесно. В кабинете Чар было пусто и тихо, за исключением скрипа пера Флитвика. Гермиона готовилась, конечно, и просмотрела все учебники заранее. Она не сомневалась, что по крайней мере один припозднившийся студент плакал о недостающем формуляре. Говорили, это доставляло ей удовольствие.

И, конечно, не плохо было иметь под рукой профессора Чар, который поправляет твои маленькие ошибки. Время от времени он отрывался от выставления оценок и делал замечания по поводу её произношения (редко) или давал забавный комментарий одному из наиболее интересных моментов в истории с тем или иным заклинанием (чаще всего). Она с увлечением впитывала знания, и хотя она знала, что более чем хорошо подготовлена к экзаменам, она решила вернуться сюда на следующий день. Гарри и Рон яростно учились и жаловались, и по сравнению с этим класс Чар был гораздо приятнее.

Тем не менее, второй день принес с собой неприятный сюрприз.

Не прошло и десяти минут с того момента, как она завершила заклинание «лёгкого дыхания», как в дверь постучали.

Флитвик прервал выставление оценок и выпрямился, глядя с любопытством.

— Входите! — сказал он так громко, как только мог.

Повернулась дверная ручка. И появилось очень нежелательно лицо.

— Прошу прощения, сэр, — тихо сказал Забини. — Это не займёт много времени.

Он вошёл, и Гермиона увидела, что он старался удержать в руках стопку, по крайней мере, из пяти книг.

— Ты здесь, — сказал он, заметив её. — Это ты взяла Трансфигурацию Виттори?

Гермиона нахмурилась, инстинктивно прикрыла книгу в защитном жесте.

— Я, — ответила она. — Мне она нужна на следующей неделе.

Забини нахмурился в ответ, одна из книг выскользнула из его руки.

— Она нужна мне, — сказал он так, будто это уже было решено.

— У них нет ещё одной? — спросила Гермиона, прекрасно зная ответ, ведь сама проверяла.

— Нет, Грейнджер. У них нет второй. Не поверишь, одна из них была похищена.

Она задрала подбородок, чтобы казаться выше.

— Возможно, тебе стоило попытаться две недели назад, если она так тебе нужна. Политика библиотеки гласит: не отдавай никому книгу, которую взял сам. Ничем не могу тебе помочь.

Забини прищурился.

— Полагаю, ты не видишь ничего плохо в том, чтобы забрать всю библиотеку себе перед промежуточными, — резко сказал он. — Начинаю понимать, как ты всегда получаешь высшие баллы.

Она даже приоткрыла рот от негодования, собираясь высказать пару резких замечаний, но Флитвик охнул и прервал её.

— Я понимаю, что это напряженная неделя, — сказал он своим высоким писклявым голосом. — Но ссориться из-за такой мелочи — не способ снять напряжение. Мисс Грейнджер, может быть, вы позволить ему просмотреть книгу здесь, а не брать её с собой. Это приемлемо?

Она закрыла рот, продолжая смотреть на Забини, который, кажется, был вполне доволен.

— Хорошо, — бросила она. — Но только здесь, понятно?

Он отрывисто кивнул и положил большую стопку книг на стол. Беглый осмотр показал, что все они были по Трансфигурации.

Гермиона поднялась и направилась прямо к своей сумке. Она действительно поизносилась из-за веса содержимого. Девушка сделала мысленную пометку о том, что нужно купить новую летом.

Момент спустя она молча вручила Забини книгу, и он сел рядом с одной из стен, чтобы открыть её.

Все снова погрузилось в тишину, изредка нарушавшуюся шелестом переворачиваемых страниц. Она думала, что это надоест ей, но вместо этого обнаружила, что абсолютно спокойна. Видимо, она была не такой уж и одиночкой, как думала. Компания была компанией, а и чем дольше она не говорила, тем лучше все становилось.

— Грейнджер.

Она вздохнула и повернулась к нему.

— Что?

Это был отличный момент, когда он спокойно встретился с ней взглядом. Она приложила все усилия, что бы не заерзать.

— …Что такое минога?

Гермиона пристально смотрела на него всего секунду. Он казался серьёзным.

Но не достаточно серьёзным для того, чтобы она поверила ему. Это больше было похоже на то, что он спрашивал её и ожидал, что она преподнесет ему ответ на блюдечке. У неё была своя учеба, в конце концов, и она едва ли была ходячим словарем. Или сидячим словарём, не важно.

Она вдруг осознала, что Флитвик смотрит на неё с любопытством. Её эго взяло верх.

— Это рыба, — сказала она. — Живёт глубоко под водой, в солёных океанских водах. Она присасывается к рыбам побольше и высасывает их кровь…»

Его передёрнуло.

— Думаю, достаточно. Спасибо. Я не нуждаюсь в декламации.

Гермиона сжала губы и вернулась к своей книге.

— В таком случае, ты сам можешь учиться. Я не обязана что-то рассказывать тебе, если ты так будешь делать.

Забини хмыкнул, но комментировать не стал. Она была почти разочарована. Она действительно ожидала, что он ответит что-нибудь ужасное, после чего Флитвик наверняка его вышвырнет.

Когда свет, проникавший сквозь окно, исчез, Гермиона поняла, что ей пора возвращаться в общую гостиную. Она спокойно встала, собрала вещи и поблагодарила Флитвика.

Забини прочитал одну четвёртую книги, с кислой миной на лице. Он давно уже наколдовал себе подушку и сидел, откинувшись на неё, в расстроенных чувствах.

— Мне нужна книга, — напомнила она ему.

Он взглянул на неё и вздохнул.

— Хорошо.

Он неосторожно бросил ей книгу, запомнив, где читал. Она одарила его хмурым взглядом.

— Тебе не обязательно делать так, — сказала Гермиона, поймав книгу. — Возвращать-то её мне.

Он пренебрежительно махнул рукой.

— Всё нормально, Грейнджер. Не бесись.

За что получил ещё один злобный взгляд, после чего Гермиона вышла.

***

На третий день Забини уже был здесь.

Гермиона посмотрела на него недоверчиво, когда подошла к столу.

— Что опять? — спросила она его.

— Я бы закончил книгу прошлой ночью, если бы ты не была такой жадной, — пробормотал он тихо, чтобы Флитвик не услышал.

— Жадной? — сказала она. — Жадной? Почему обычное недоверие к тебе делает меня плохой?

Он закатил глаза и выдвинул стул.

— Всё равно она мне нужна. Ты ей не пользуешься.

Лицо Гермионы стало похоже на грозовую тучу, но Флитвик все ещё был в кабинете, мурлыкая себе что-то под нос, он проверял контрольные — она потопала к своей сумке и, достав книгу, передала ему. Её реакция слегка позабавила Забини, что разозлило её ещё больше.

— Ты, — сказала она. — Сиди здесь. Я буду заниматься. Если ты помешаешь мне, я… — она снова взглянула на книгу. — Я превращу тебя в жабу.

Забини вскинул брови.

— Нет, не превратишь, — сказал он, насмешливо глядя на Гермиону. — Здесь учитель. Кроме того это человеческая трансфигурация — мы ещё не проходили это.

Она бросила на него странный взгляд и ничего не ответила. Более того, она могла бы превратить его в жабу, если бы захотела. Гермиона Грейнджер всегда на шаг впереди.

И просто чтобы доказать это, она подошла, очень наглядно и театрально, чтобы превратить стол в мышь. Изменение размера такого рода было, конечно, уровнем седьмого курса. Тем не менее, общепризнанно, что такого на экзаменах не предвидится.

Забини наблюдал за её удовлетворением. Но вместо того, чтобы что-то сказать, он дернул бровью и вернулся к чтению.

Ей пришлось погоняться за мышью добрых две минуты, ужасно смущаясь, пока он не вытянул руку и не пробормотал «Акцио». Послышался писк, когда мышь летела по воздуху, и смущение Гермиона многократно увеличилось.

— Я сама могла! — рявкнула она.

Забини оторвался от чтения. Гермиона увидела, что он прочитал несколько страниц.

— Тогда почему не сделала? — спокойно спросил он. Мышь извивалась, и он погладил её пальцем, чтобы успокоить.

Ответом на его вопрос была тишина. И Гермиона была намерена продолжать хранить молчание, пока не поняла, что это выставляет её глупой.

— Я не подумала об этом, — призналась она. — Может, теперь отдашь её мне?

— Конечно, — сказал он, но не двинулся с места. Мышиный нос показался из его ладони.

— Ну так?.. — потребовала она, бросив взгляд на Флитвика. Тот хмурился, вглядываясь в неразборчивый почерк.

— А ты не собираешься сказать «пожалуйста»? — спросил Забини.

Она почувствовала, что её терпение подходит к концу. Но к счастью, этого не случилось.

— Пожалуйста, — произнесла она сквозь зубы.

Его рот искривился в подобии улыбки. Он посадил мышь перед собой на пол. Сначала Гермиона ожидала, что снова придется побегать, и сразу же подумала, как будет мстить. Но мышь просто легла рядом с ним, с любопытством смотря своими розовыми глазами.

— Ты невыносим, — прошипела она и схватила животное.

— Как и ты, — ответил он. — Но я по крайней мере стараюсь не переходить на личности.

Третий день закончился идеальным немышиным столом и Блейзом Забини, продравшимся через половину Трансфигурации Виттори.

***

Обнаружить его здесь на следующий день было совершенно не удивительно.

— Я почти уверена, что завтра оставлю книгу в спальне, — сказала она, как только вошла.

— Пожалуй, не стоит, — ответил он. — Это будет неудобно.

Гермиона передала ему книгу и приготовилась пройти в самый дальний угол, в какой только сможет.

— Почему ты держишь её у себя, даже если не читаешь? — спросил он. В его голосе послышался намек на раздражение, и это заставило её задуматься.

— Я собиралась вернуться к ней, чтобы убедиться, — сказала Гермиона. — Нельзя быть таким осторожным. Она достала ещё одну книгу и открыла оглавление.

— Есть вообще что-то, чего ты не знаешь? — озлобленно спросил он. Это не было комплимент. Это больше было похоже на претензию.

Гермиона нахмурилась, восприняв вопрос всерьёз.

— Да, — сказала она, но не уточнила что.

Несколько минут спустя она услышала, как он бормотал что-то о книге, которую он все ещё держал в руках. С учётом её незнания итальянского языка, она не могла быть уверена, но звучало это так, будто он оскорблял автора и его мать. Что было совершенно нелепо, если бы только это не было трансфигурировано. Это веселило её до тех пор, пока он не захлопнул книгу и сел на пол.

Гермиона посмотрела на него с удивлением. Он бросил на неё ядовитый взгляд.

— Эта книга, — отрывисто произнес он, — бесполезна.

Она нахмурилась.

— Тогда зачем ты её просил?

— Я надеялся, что память меня подвела, — ответил Забини, глядя на книгу.

— Так в чём твоя проблема? — спросила Гермиона. — Знаешь, я могла бы понять такое, если бы учил что-то раньше, но просто взять книгу в последний момент и ожидать, что неожиданно поймешь всё…

— Я учил, Грейнджер, — односложно. — Сними уже корону. Не все из нас одарены природой. Чтоб ты знала, Трансфигурация чертовски сложна.

Она окинула его удивленным взглядом, скрытым за раздражением.

— У меня нет никакой короны, — запротестовала она. — И я не одарена от природы — я учусь.

— Ну так и я! — рявкнул Забини, повысив голос. — Это прекрасно работает большую часть времени, когда книги имеют смысл!

Гермиона обиженно запыхтела и подошла к нему, чтобы забрать книгу.

— Они всегда имеют смысл, — настаивала она, листая открытую книгу. — Смотри, я покажу тебе — что именно тебе непонятно?

— Да всё! — он замолчал. Затем добавил, поняв, что это прозвучало по-детски:

— В основном первые несколько частей.

Она вздохнула и перелистнула страницы назад.

— Хорошо. Ну вот в чём твоя проблема. Ты пробуешь более сложные вещи без освоения основ. Конечно, большинство из этого мы проходили в прошлом году, и, я полагаю, у нас действительно был небольшой скандал с Макгонагалл…

Это заняло у неё некоторое время, чтобы осознать, что она полностью отказалась от своей книги, чтобы освежить его память — одна из тех вещей, которые она поклялась не делать. Он был удивительно работоспособный и внимательный, однако, мгновенный успех был приманкой.

— Смотри, когда ты работаешь с более чувствительными трансформациями, ты должен закручивать свою палочку — всё хорошо, и хорошо бы делать широкие жесты, когда создаёшь слона или статую, но ты же знаешь, что Макгонагалл предпочитает мышей, так зачем идти неподготовленным?

Хмурый взгляд.

— Удивительное коварство с твоей стороны, — сказал он.

— Это не коварство! — горячо произнесла она. — Это просто здравый смысл! Если Макгонагалл всегда делает мышей, тогда почему бы не выучить трансфигурацию мышей очень хорошо?

— Я едва ли с этим согласен. Я просто наблюдал.

У Гермионы, конечно, было время обдумать тот факт, что Фред и Джордж пользовались прежде такой тактикой. Забини, возможно, не знал этого, но эта небольшая фраза отправила её мучиться от неуверенности в себе последующие две ночи. Не то, чтобы ему было всё равно, если бы он знал.

— Забудь! Всё равно, мышь в частности, ты должен изобразить арку движением палочки. Это много проще, чем птицы, но это всё еще хитро.

— Я знаю эту часть. Что насчёт произношения?

— Эм… ну, последний слог должен быть длиннее — это для того, чтобы создать хвост. Если ты поймаешь нужный ритм, всё сработает.

Он поймал нужный ритм. На самом деле на это потребовалось всего две попытки.

— Бога ради, почему она так не преподавала это? — спросил он, стискивая свою собственную мышь. Эта была создана из скомканного листка бумаги, что сказалось на цвете. Она покусывала его руку, почти нечувствительно.

— Мне кажется, твоя мышь в синюю полосочку, — заметила Гермиона.

— Не придирайся к мыши. Это не её вина, она была создана по-другому.

— Я не придираюсь к… Господи боже!

Она решила проигнорировать его усмешку.

— А что насчет обратного процесса? Что ты знаешь о признаках плохой трансфигурации?

— Если предмет не двигается, это, возможно, хороший знак, — к сожалению, он мог это сказать и сохранить мягкое выражение лица.

— Ты знаешь, что я имею ввиду, — раздражённо.

— Цвет — одно из главных условий, — без упоминания каких-либо конкретных случаев. — Далее — отсутствие пальцев или хвостов. Неодушевленные объекты обычно не двигаются сами по себе, это ещё одно условие.

Гермиона спокойно посмотрела на него.

— Хорошо.

Блейз слегка вздрогнул из-за того, что мышь энергичнее забилась в его руке.

***